Вне политических соображений

Путин Как это все началось? На татами! (смеется) Удивлены? Я тоже. Тогда в Гамбурге мы впервые увиделись на саммите. Ну саммит как саммит… Все были, как обычно. Трамп тогда стал президентом в первый раз. Я, конечно же, до этого звонил, поздравлял. Мы долго разговаривали без переводчика. Дольше, чем планировали. И он все повторял, что ждет встречи… что я ему интересен, что он давно наблюдает… Что за мной наблюдать? Вот он я весь, какой есть. На саммите сидел напротив, сверлил глазами… аж неловко стало. Было немного и личного общения. С переводчиками, да и в коридорах, или, так сказать, кулуарах, тоже переговаривались один на один. В основном о том, как важно наше общение. Все как обычно было… На обеде сидел рядом. Комплименты делал… много… себе прежде в его! (смеется) Трамп… да, фигура яркая, как я и сказал потом. Харизма… не скроешь ее. Напористый… одно слово — бизнесмен. И вот саммит уже завершили, я уставший… и вскользь так упомянул, что не помешало бы размяться. Попросил помощников узнать, где зал, чтобы потренироваться немного. И Дональд тут как тут. Услышал, что я в зал собираюсь. Говорю же, все время рядом крутился. (снова смеется) — Vladimir, I’d like to join you in your work-out. Is this ok with you? А я разве против? Я вообще всегда за. Говорю, через полчаса в зале тогда. Думаю, ну что, посмотрим, каков ты, Дональд, в спорте, если вообще придешь. Прихожу в зал, он уже там. Даже какая-то форма на нем, шорты, футболка… здоровый, блин! Но тренируется мало, это я давно понял. Только зашли, я на дорожку пробежаться, смотрю, мы одни, он всех отпустил, и охрану, и помощников… закрыл зал буквально. Это ведь не обязательно было делать. Ну я что… как ему удобно. На тренажерах немного позанимался, гирю взял, жим… попросил даже подстраховать меня на жиме. Ну Дональд… (смеется) тоже пыхтел, конечно, чуть не загнал себя. Пришлось немного поправить ему технику, с разрешения, конечно. Спину чтоб ровнее, лопатки, таз… Иначе он не скоро бы встал в строй после такой нагрузки. Но фактура хорошая, мощная. Не хватает ему грамотного тренера, так и сказал ему. А он мне: I wish I could have someone like you, Vladimir… Я хороший тренер, это он верно подметил. (Смеется) Потом смотрю, некомфортно ему, что в невыгодном свете себя показал. Подходит, подбородок вперед, важно так говорит: — Vladimir, I know you used to do wrestling, right? А я и сейчас иногда занимаюсь, когда время есть. — Right, Donald, I still practice. It’s judo. Why the question? — Why don’t we go to tatami? — Seriously? You want to wrestle with me? Ну… думаю, вот на что ты напрашиваешься… (закрыл глаза рукой) — Donald, dear, it has to be all safe, we need kimonos and all… — говорю ему. Не успел я и глазом моргнуть, как нам кимоно принесли. Неужели готовился? Если да, то я оценил. Переоделись в кимоно прямо в зале. Пошли на татами. Смелый он, конечно… — Take it easy, Donald… — говорю ему. Встали в стойку, начали присматриваться. Я жду… думаю, дам ему возможность немного почувствовать превосходство. Не обижать же президента США, правда же? Кружим, он меня за кимоно хватает, притягивает, отпускает… я устойчив, ничего не делаю даже… У него глаза горят, раскраснелся… еще немного потаскал меня, пободался со мной, руки, конечно, очень сильные… ну потом мне надоело. Уложил его аккуратно. Нежно. Быстро. И вот он лежит подо мной, и ничего не понимает. Как он тут оказался вообще? Еще секунду назад вроде доминировал… и на тебе! Лежит и смотрит, а глаза такие голубые, ясные… наивные… Лежит и не шевелится. И смотрит на меня. Как зачарованный. — No, Vladimir, I don’t want it easy… I want it hard… I want it serious. I’ve never been more serious in my life! Серьезно хочешь? Ты же лежишь уже. Куда еще серьезнее? Я улыбнулся и чуть расслабился над ним. Он в кимоно вцепился, притягивает меня, опрокинуть пытается. Ну это вряд ли… только если я сам захочу. Дал ему возможность, подставился для переворота. Кое-как он меня перевернул и сверху взгромоздился. Довольный!.. разулыбался сразу! — Lighten up, Donald… — думаю, ну что ты так напрягаешься. И, чувствую, расслабляется. И улыбка эта… белоснежная, ослепил меня. И смотрит… Думаю, не пора ли вставать… — Are we done? — спрашиваю. А он держит меня. За кимоно держит. Крепко так… Я думаю, ну ладно… еще полежим. Если нравится… — Donald, you don’t have to hold me so tight, I’m not running away from you. — I just like to be on the top, Vladimir… It feels good! Мне смешно стало. — I am always on the top, Donald! Я ногу выставил, чуть боднул его, рванул на себя и снова уложил. Он опять ничего не понял, только глаза вспыхнули и синим светом еще больше засветились. И тут он разволновался… потому что я кое-что почувствовал. — Was I too heavy for you? — спрашивает, краснея еще больше. — You are good, Donald. И не таких выдерживали. Я его аккуратно отпустил и рядом сел. Потом поднялся и руку протягиваю. Уже стоя, кимоно поправили, я ему кланяюсь, он мне. — Donald, it’s been a pleasure to work out with you. How does it feel now? — Vladimir, thank you so much! But you know… I don’t like to lose… I never lose… Эти глаза небесные смотрят на меня… Руки сильные протянул, пожал крепко и долго, как обычно притягивая к себе. Всегда границу переходит… всегда на себя тянет. Похлопал меня по плечу, я его тоже. Я его поблагодарил за поединок. — You didn’t lose anything, Donald, believe me. You think we need a competition? You and I? Is it so important? I think we just had a very good time together, that is important. It doesn't matter if it is you or me on the top. What matters is that we liked it. Did you like it? — подмигиваю ему. А он аж рот раскрыл от изумления. Как-то его эти слова зацепили что ли… — You are so tough, Vladimir, I’ve never seen anybody so tough! I’m glad we met today, — говорит мне… и снова руки ко мне тянет. Тут зашли люди, нас увидели, растерялись, попятились… Наверное, не каждый день такое увидишь. — Me too, Donald, take care, — говорю. И я ушел.

***

Трамп Этот саммит был очень важным. Я впервые стал президентом. Очень важно было показать себя. Правильно. Но сам саммит… это скучно, все они скучные. Единственное, что мне было интересно там — встретиться с ним. Я давно следил за ним, интересовался им всегда. Всегда хотел познакомиться. Темная лошадка… ни на кого не похожий, его многие побаивались, но мне он нравился. Что-то было в нем такое… что-то меня завораживало в нем, привлекало. Таинственный, скрытный, скромный, умный… Я, конечно, не отлипал от него, честно признаюсь. Ну и ничего странного, в общем, контакты надо налаживать… между нашими странами это всегда сложно… Когда он сказал, что хочет в зал пойти, я решил, что это шанс немного его поближе узнать, в неформальной обстановке. Я знал, что он спортивный, уж сколько в ютюбе видео и фото… залюбуешься его телом… даже сейчас, в этом возрасте… (довольно прикрывает глаза) И про дзюдо знал… Но спорт — это уже не мой конек, конечно… пришлось потерпеть. Но Владимир был прекрасен… абсолютно прекрасен. Снял футболку… я любовался… (опускает глаза в пол и довольно улыбается) Сколько было этих разговоров про его токсичную маскулинность… кому там это может не нравиться? (краснеет) Он посматривал на меня, пока я упражнения делал… ну как делал… пытался… И вижу, как будто переживает. Подошел ко мне и предложил помощь. Стал аккуратно так подсказывать, как правильно делать. Пальцы его по спине моей скользили… по плечам… даже ниже… Ну или мне уже кажется… А я просто балдел… от него, от его точности во всем… Просто балдел. Он сказал, что я могу позволить себе лучшего тренера в Америке. Конечно могу. Я все могу себе позволить, я же Трамп. Но вот такого, как Владимир… смогу ли я себе позволить?.. Я пошел на риск, конечно, пригласив его на татами. Это была его стихия и я хотел его увидеть в его стихии. Но я верил в себя! Я все же выше и сильнее. Старался как-то поймать его, ухватиться за кимоно, опрокинуть… очень хотел. Он просто кружил… юркий… отходил, подходил, просматривая меня рентгеном… то поддавался… то я снова упускал его… Но потом что-то произошло… мгновенно, голова закружилась и я оказался на татами. Под ним. Я еле в себя пришел. А он нависает надо мной и хитро так улыбается. И держит меня. А я сказать не могу ничего. Чувствую его близость, его тяжесть на мне и у меня низ живота просто скрутило… заныло все… давно такого не было… Он очень сильный. Захочешь вырваться, и не вырвешься. Чувствую, я горю весь, и весь в его власти. Такое чувство… на самом деле… я растерялся! Попробовал его скинуть… ну что же я так быстро продул-то? И он поддался, позволил мне. Но не надолго. Я сказал, что люблю быть сверху, думал он смутится. Но какой там! Только не он. (довольно улыбается) Секунда и я уже снова под ним. Как он это делает? Показал, мне кто сверху. (краснеет довольный) Я чуть не задохнулся. Еще говорю ему, что все серьезно, что не хочу легко. Я не знаю, понял ли он. Но то, что он кое-что понял, я тоже понял. Потом вскочил, как пушинка, руку мне протягивает, улыбается. — Thank you, Donald, it was a good one! A serious one! Я руку его схватил и держу. Встал еле живой. Голова кругом, не могу собрать себя в кучу. Снова руки пожали друг другу. Я хотел его к себе притянуть… Но смог только за плечи подержаться. Сильные плечи, стальные. Весь стальной. Хорошо, кимоно широкое и все скрывает. Вот тебе и президент Путин! Я ему сказал, что не люблю проигрывать. И не проигрываю. А он мне сказал что-то такое, что нет у нас с ним конкуренции. Неважно, кто сверху, а кто снизу... Главное, чтобы нам обоим понравилось. Представляете? И я понял, что он от души говорит. И так мне захотелось снова на это татами… Конечно, мне понравилось! Потому, что я, наверное, впервые за сто лет был рядом с кем-то настолько расслаблен… и в таком доверии. Зашли люди и он быстро вышел. Я ему все же записку передал через помощников перед отъездом. «No competition, deal! I really liked it a lot! Friendship? Or something more serious? » И все, вечером мы все разъехались по домам. Ну не совсем все (довольно щурится)… он ответ передал: «Deal is a deal! Friendship for sure… Serious friendship. For now… »