Песнь о Красном Ниле. Тепло души

Место, в которое прибыл отряд, представляло собой небольшое поселение с маленькими хет-ка. Все вещи были выгружены и люди, столпившись около эпистата, внимательно слушали его речь — Местную еду не пить и не есть, если узнаю, что кто-то нарушил правило - вышвырну из отряда. Провизию нам будут поставлять раз в неделю. Готовить будем сами. Шить одежду тоже будем сами, у нас есть Нейт - она ткачиха. Девушка посмотрела в сторону взрослой женщины, которая с почтением кивнула. — Господин, почему мы не можем сами выращивать скот и рубить его, добывать молоко? — спросил кто-то из отряда. — Скот тоже заражен, посевы гибнут. Если корова хворью страдает, то молоко и мясо погаными будут. А если теленка понесет, то и он будет заразен, — Эва стояла близко к юноше, поэтому сразу ответила ему. Все задумались. — Верно, — эпистат довольно кивнул. — поэтому вне поселения не питаемся, не пьем, одежду местную не трогаем. Теперь расходитесь. Отряд начали распределять по хижинам, этим занимался Келадон -смотритель деревни. Он указал девушкам на вторую хижину, уступающая по размерам и роскоши хет-ка верховного эпистата. Подруги довольно переглянулись и шумно бросились в сторону дома, чтобы как можно скорее обустроиться. Тизиан предложил и Реймсса к ним подселить, мол все писари в одной хижине. Но Амен возразил, сказал, что юноше нечего пространство с молодыми девушками делить, поэтому отправил его к охотникам. Подруги, забежав в хижину, заняли себе кровати и без сил рухнули на них. — Как я долго об этом мечтала, — Эва сладко потянулась и прикрыла глаза. — Точно, это адская повозка меня чуть не убила, — Дия перевернулась на живот и посмотрела на Эву. — тем более после хека, голова раскалывалась, благо Исман подготовил отвар от головы. Боль сразу прошла. «Видимо, я выпила намного больше Дии, потому что отвар мне не помог вовсе», — Эва тоже перевернулась на живот и положила голову на согнутые в локтях руки. — С кем ты ехала в повозке? — поинтересовалась Эва у подруги. Дия немного замялась. — С Исманом и еще одной… как же ее… Феоноя, — девушка недовольно скривилась. — заносчивая выскочка, постоянно что-то рассказывала и…. — Переключала внимание Исмана на себя? — Эвтида хитро приподняла бровь. — Полно тебе, — Дия махнула. — мы просто др… — Ой, ну да! Видела я вас вчера. Если я выпила больше - это не значит, что я ослепла, — Эвтида победно улыбнулась, заметив то, как Дия покраснела. — перестань, не надо скрывать от меня ваши отношения. Я его сестра и имею права знать. — Не по крови, — напомнила подруга. — Неважно. Исман - мой брат, кровный или нет, но он для меня родной человек и, если он счастлив, то я счастлива с ним, — Эвтида внимательно посмотрела на подругу. Дия выдержала ее взгляд. — Исман мне дорог. Он - единственный мужчина, который так искренне и бережно ко мне относится. Эва улыбнулась. Она была рада за них. За брата. Ближе него у Эвы никого не было. Да, были родители Исмана, приютившие ее, и Эвтида любила их и была благодарна. Но, то что она чувствовала к Исману, к своей родной душе - она больше не чувствовала ни к кому. Она бы закрыла его от копья, и он бы тоже самое сделал для нее. Брат. — Здесь должна быть баня, сходим? — Дия прервала размышления Эвы. — Да, пошли, а то мне кажется, что запах хека в меня пропитался насквозь. Баня оказалась свободной, девушки быстро освежились, переоделись и пошли к ужину. Ели все вместе: как отряд охотников, так и жители поселения. Кухня находилась на улице под навесом, где располагалось несколько больших столов. Дойдя до места, девушки увидели наставника с младшим братом и направились к ним. — Разобрали вещи? — спросил Реммао, заметивший учениц. Те взяли подносы с едой и сели все за один стол. — Еще не успели, сразу пошли мыться, — ответила Дия. — Хорошо, отдыхайте, набирайтесь сил, завтра едем в храм Амона Ра на практику. — Вот так сразу? Нам не дадут отлежаться даже дня? — Эва с ужасом посмотрела на наставника. — Может, коктейль тебе еще принести? — хмыкнул Реймсс.  — Из меня вчерашнее еще не вышло, но опахалом можешь на меня помахать, — сдерзила Эва и пристально посмотрела на парня, который довольно усмехнулся. — Есть настроение шутки шутить? — Реммао недовольно посмотрел на воспитанников. — сосредоточьтесь лучше на работе, которая вам предстоит. Ее будет много. — Откуда знаешь? — поинтересовалась Дия. Все трое подняли удивленные глаза на наставника. — Слышал, как эпистат задачи раздавал охотникам. Он и нас упоминал, сказал, чтобы на каждый выезд брали писарей и следили за тем, чтобы мы все точно записывали. «М-да, пишу я так себе. Может, если Амен увидит, что я неумелая, то отправит меня обратно?». Компания посидела какое-то время за столом, делясь впечатлениями от поездки, и стали расходиться по хижинам. Дия быстрее всех направилась к дому. Эва же решила осмотреть поселение: более двадцать небольших одинаковых хет-ка, не считая хижину Амена. «Он бы в обычной точно не поместился». Поэтому его дом выделялся на фоне других. Также соорудили стоянку для колесниц, уличную кухню и баню. На этом поселение заканчивалось. Эва размышляла, чем же будет заниматься в этом месте. «Да тут от скуки помереть можно, — Эва цокнула языком, — хотя какое веселье, когда четверо шезму под носом эпистата и его отряда живут? — девушка направилась в сторону дома». — Эва!  Девушка обернулась и увидела, как Исман махал ей рукой. Рядом с ним стояла Дия и… Феоноя. «Незримый». Девушка двинулась навстречу компании. Как только она подошла ближе, Исман представил ее своей новой знакомой. — Знакомься, это Феоноя. Помощница главного лекаря, добровольно приехала на службу. — Эва, чуднОе имя, — девушка доброжелательно улыбнулась. Эвтида лишь сдержано кивнула. «Ведет себя так, будто мы не знакомы, может ли это значить, что у меня получилось их связь с лекарем оборвать?». Исман стал рассказывать про предстающую практику и предвкушал знакомство с главным лекарем.  Дия его внимательно слушала и улыбалась.  Феоноя же постоянно поглядывала на Эвтиду. «Не смотри на меня так, пока без глаз не осталась», — Эва всем своим видом показала, что недовольна. — Я пойду в кровать, поездка на этой адской колеснице здорово пошатала мне психику, — и нет, Эва имела ввиду не трясучку и кочки, а Амена и его руки на своей талии. — идешь Дия? — Вообще-то... — подруга замялась. — Мы хотели с Дией пройтись недалеко от поселения, — пришел на помощь Исман. Эва округлила глаза от уверенного тона брата. Ей нравилось, что он не скрывал своего расположения к Дие. Та залилась краской. — Ладно, голубки, идите, а то тошно смотреть на вас, — Эва махнула рукой, кивнула на прощание Феоное и поспешила в свою хижину. К вечеру Эва разложила все свои вещи и, переодевшись в ночную сорочку, скользнула под одеяло. Она мечтала об этом с начала поездки. Прикрыв глаза, девушка размышляла о завтрашней практике. Она почти задремала. — Эва. — тихий шепот. Девушка, не открывая глаз, нахмурилась. — Эва. — снова шепот. Эвтида распахнула глаза и села, внимательно прислушиваясь. «Меня кто-то зовет или это все еще последствия похмелья?», — девушка встала из кровати и подошла к окну. Выглянув, она увидела Феоною. «Опять она». — Чего тебе? — строго спросила Эва. — Выйди, поговорить, — Феоноя от ночной прохлады обхватила себя руками. — или давай я к тебе зайду. — Ну уж нет, стой, где стоишь. Эва вышла к своей ночной гостье и недовольно выгнула бровь, скрестив руки на груди. — Больше не проси о заказе, здесь точно не возьмусь. — Нет, я не для этого пришла, — Феоноя покачала головой. — я с благодарностью. Девушка достала из сумки черный сверток. — Ты свои вещи в Нил кинула, я решила для тебя накидку заказать. Я бы и маску еще сделала, вот только…. Не знаю, кто мне с этим сможет помочь. Эва выглядела удивленной. Она считала, что Феоноя глупая, разбалованная девчонка, но, как оказалось, она была очень чуткой и внимательной. — И правда, из-за тебя я без рабочих вещей осталась, — Эвтида забрала сверток и покрутила в руках. — спасибо. Феоноя выглядела довольной. — Это я тебя должна благодарить, к Ливию совсем ничего не чувствую. Честно, меня уже мысли мрачные стали посещать. Не знала, как со своей бедой справиться, а тут появилась ты и спасла меня. Спасибо. «Бедой! Вот это беда». Феоноя набросилась на Эвтиду с объятиями, но та успела отскочить и выставить руки перед собой. — Давай на слове «спасибо» и… Девушка не успела договорить, как дверь одной из хижины открылась, и оттуда тяжелой поступью вышел Амен. «Исфет». Эва обернулась к Феоное, но той уже и след простыл. Девушка осталась одна в тени хет-ка. Попятившись назад, она постаралась прижаться к стене, чтобы полностью скрыться, но под ее ногами предательски хрустнула ветка. Эпистат развернулся на звук и присмотрелся к источнику шума. Эва затаила дыхание и не шевелилась, молясь всем богам, чтобы охотник ее не заметил. Мужчина подошёл ближе и, заметив девушку, тяжело вздохнул. Уперев руки в бока, Амен поднял глаза к ночному небу, как бы спрашивая у великого Яха, как же поступить с этой непокорной неферут. Возвращая взгляд на Эву, он заметил, что та рассматривала его с неподдельным любопытством. «Вышел здесь в одних штанах, а мне куда глаза прикажете деть?» — девушка прошлась взглядом по его сильной, могучей груди, широким плечам, опустилась на торс. Она заметила шрамы на теле эпистата и мысленно прикоснулась к ним, — интересно, откуда они? — мужчина был в одних хлопковых светлых штанах, поэтому верхнюю часть тела Эвтида могла внимательно рассмотреть». Амен щёлкнул пальцами, привлекая внимание девушки. Та подняла большие глаза на мужчину и смущённо закусила губу, отводя взгляд. Поняла, что Амен заметил, как она засмотрелась на него. — Мне в пору вести учёт и записывать, сколько раз я тебя ловлю после заката, Эвтида. — Не надо записывать, господин, я буду подсказывать…— девушка резко замолчала. Поняла, что опять сказала, прежде, чем подумать. Амен опешил. За всю свою жизнь он не слышал столько дерзости, сколько от этой маленькой неферут. Вздохнул. — Почему опять ночью шастаешь? Если у тебя дела появляются ночью, когда змей Апоп свои злодеяния совершает, то у меня к тебе большие вопросы. Эва не знала, что ответить. — Мне не спалось, господин, все еще кажется, что меня в колеснице трясет, — Эва покраснела, вспоминая, как бедрами упёрлась в...эпистата. Тот по всей видимости вспомнил то же самое. В следующую секунду охотник стал глазами исследовать тонкую сорочку Эвы. Остановился на груди. Девушка чувствовала, как от ночной прохлады, соски на ее груди стали твёрдыми и тёрлись о ткань, но закрываться не стала. Сама не ведая почему позволила мужчине наблюдать за собой. Амен опустил взгляд ниже: тонкая талия девушки, округлые бедра. Эва щёлкнула пальцами, привлекая внимание мужчины и сразу стушевались, поймав на себе строгий взгляд Амена, но про себя довольно подумала: «Попался. Один-один, охотник». — Что в руках? Игривое настроение тут же улетучилось и на смену ему пришел... страх. Эвтида забыла, что играет не с обычным мужчиной, а с Аменом - убийцей шезму. — Это... накидка, господин, я её подруге давала...на время, а она мне сейчас ее вернула. — Почему именно ночью решила вещи свои забирать? Заминка. — Мне комфортно, когда мои вещи находятся у меня, господин. Амен вскинул бровь. — Комфортно значит, — мужчина сделал шаг ближе к девушке. Та шагнула назад и упёрлась о стену хет-ка.  — а мне комфортно, Эвтида, когда члены моего отряда на шастают по ночам в темноте. Давай сюда накидку. Эва не поверила своим ушам. «Только накидку раздобыла, а он сразу же забирает её у меня!» Ещё один шаг. Места для отступления у девушки не было, поэтому она просто уставилась на мужчину. — Отдавай, Эвтида. Если нужна будет, придёшь и попросишь. — Ты ведь занятой человек, господин, не удобно будет тебя отвле.. — Уж найду минуту-другую. Эва не хотела отступать. — Почему я должна свои вещи отдавать, господин? — Потому что я так сказал! Хоть девушке и было страшно, но скрыть возмущения у нее не получилось. — Не отдам! Хоть силой забирай! — Эва резко отвернулась от мужчины, хлыстнув его длинными волосами по лицу. Прижала накидку сильнее. Аман нервно заморгал. Не поверил, что кто-то способен на подобную дерзость. Одной рукой он с грохотом упёрся в стену дома, а второй резко придвинул девушку за талию к себе. Та врезалась в твердую грудь. — Передо мной храбришься, неферут?  Тишина. Амен взял ее за подбородок рукой, которая все это время крепко сжимала сорочку на талии девушки, и повернул в свою сторону. Мужчина заметил, как дыхание девушки участилось. «Боится». — Молчишь. Почему, Эва? — мужчина второй рукой вырвал свёрток у девушки. — на твоём месте я бы не суетился, — процедил сквозь зубы эпистат в самое ухо девушки. У Эвтиды затряслись поджилки. Мужчина отступил от Эвы на пару шагов и строго сказал: — Вас в хроме Тота совсем не наказывали. Ещё одна подобная выходка, Эвтида, и посажу тебя на цепь, будешь там свои тряпки ревностно сторожить, — мужчина сложил руки на груди. — завтра за наказанием зайдешь, а сейчас пошла в дом. Как только Амен сказал последнее слово, Эва сломя голову понеслась в сторону хижины, смахивая горячие слезы по пути.  Забежав в помещение, девушка кинулась на кровать и впервые за долгое время заплакала. От страха. От того, как процедил эпистат «не суетился». Он обо всем догадывался? Или блефовал? Она не знала. Посмотрев на кровать Дии, Эвтида удивилась, что та до сих пор была пуста. Одним грубым движением ее отшвыривает в стену. Девочка больно ударяется и мучительно сползает вниз на четвереньки. Дыхание тяжелое, сбивчивое, во рту чувствуется металлический привкус крови.  Он снова подходит к ней. — Хорошие девочки так себя не ведут… — мужчина подносит руку к ее лицу, демонстрируя кровавый укус, — ты кто: собака или человек? — он склоняется над маленькой Эвой и невесомо проводит пальцами по ее спутанным волосам. — разве ты не хочешь быть хорошей девочкой? Моей…маленькой…Эвой.. Девочка видит больное безумие, которое плещется в его глазах, но ее это больше не пугает. Она не будет ему принадлежать. Никогда. Эва чувствует разливающийся гнев по телу, мурашки проходят от макушки до пят. Она не вещь, и никто не смеет распоряжаться ее судьбой. — Я….  НЕ…. ТВОЯ….ЭВА..И НИКОГДА НЕ БУДУ! — малышка кричит, с ненавистью и призрением глядя на своего тирана. Лицо мужчины искажает жуткая гримаса. — Я покажу тебе обратное, моя маленькая, такая красивая…Тебе понравится… Все мутнеет перед глазами, животное исступление оглушительно лопается, ноги сами несут ее вперед. Девочка слышит женский крик…Все вокруг алеет. Эвтида просыпается и делает жадный вздох. «Незримый Бог!» Девушка пытается прийти в себя, свесив ноги с кровати. «Почему? Почему это снится мне? Я не должна видеть, не должна…, — глаза Эвы наполняются слезами, вызванные воспоминаниями от пережитого когда-то ужаса, — надо поговорить с Реммао, может, он сможет разобраться». Девушка глубоко вдохнула, успокоилась и поспешила собраться на первый день практики. Все писари собрались в библиотеке храма Амона Ра: высокие стеллажи под потолки, заваленные рукописями, письменные толстые столы, на которых также лежала куча пергамента и, как всегда, хмурый эпистат в центре зала. Эва старалась не смотреть лишний раз в сторону Амена, при встречи лишь сдержано поприветствовала его и уперла глаза в пол. Мужчина же наоборот, пристально вглядывался в девушку. — В чем дело, Эвтида, не выспалась? — Рейм склонился к уху подруги и еле шепнут. — чего такая хмурая? — В предвкушении от предстоящей практики, — также тихо и недовольно ответила девушка. Практиканты стояли и слушали Тизиана, рассказывавшего им про условия работы: — ... быстро, внимательно следить за работой охотников и все точно записывать. Эва перевела взгляд на Дию и заметила, что та совершенно не слушает, смотрит куда-то вдаль. Наставник тоже обратил на это внимание, поэтому недовольно посмотрел на воспитанницу и шикнул, возвращая ее в реальность. Та оглянулась и, проморгавшись, сделала вид, что сосредоточено слушает. «Какая-то Дия задумчивая сегодня и не разговорчивая. По пути сюда ни разу не заговорила. Потом расспрошу». — … сейчас кто-то из вас поможет мне и перепишет имена, — Тизиан посмотрел на троих учеников. — Я пойду за папирусом, — быстро сообразил Реймсс и ушел в сторону стеллажей. — А я за чернилами, — Дия кинулась к другой стене. Охотники и наставник посмотрели на Эву. «Какого...?! — девушка даже не успела понять, что от них требуется, — может, у Дии всё-таки, и неплохая реакция». — Эвтида и поможет тебе, Тизиан, — эпистат ухмыльнулся. Девушка исподлобья посмотрела на мужчину и села за стол, приготовившись писать. Рейм и Дия положили перед подругой письменные принадлежности, а та зло зыркнула на них. «Накажет вас Сет, злобные ахи». Тизиан, убедившись, что Эвтида готова к письму стал зачитывать имена: — Астиагей, Дорил, Кланий, Хро... — охотник остановился, чтобы проверить, успевает ли за ним девушка. Глаза мужчины округлились от удивления. — Что за..? — Амен с непониманием подошёл ближе и заметил, что Эва только заканчивала писать первое имя. — Только одно имя? — удивился Тизиан. — Ты просто быстро диктуешь, — Эва недовольно посмотрела на охотника. — Нет, это ты медленно пишешь, давай ещё раз, — Тизиан стал зачитывать имена заново. Амен внимательно смотрел за тем, как девушка мучительно медленно и криво заканчивает второе имя. — Стоп, — эпистат остановил эту пытку и посмотрел на наставника. — Что за учитель из тебя такой? — Они только начали учиться, я говорил, — уверенно ответил наставник, видимо, заранее готовясь к подобному. — Остальные тоже писать не умеют? — Амен недовольно нахмурился. — Умею я писать, — скрещивая руки на груди встряла Эвтида. — никто не спрашивал, умелая я или нет. Если не угодна, господин, то можешь... — Помолчи, Эва, — главный охотник хмуро глянул на девушку и перевел взгляд на Реммао, ожидая ответа. — Дия хорошо пишет, она из образованной семьи, Реймссу тоже бы практика не помешала. Амен кивнул. — Вы двое, — мужчина указал на Эвтиду и Рейма, — остаетесь сегодня и практикуетесь всю ночь. А это, — Амен ткнул пальцем на писанину Эвы, едва не задев ее по носу. — не иероглифы, а черти что. Переписывай. Девушка кипела от возмущения, но спорить не стала. Эпистат, кинув напоследок хмурый взгляд, с Тизианом направился к выходу. И тут Эва вспомнила. — Господин эпистат? Тот обернулся. — А что с наказанием делать? Все удивлённо уставились на девушку. От взгляда наставника Эвтида едва не расплавилась. — Приходи после заката, потом кто-нибудь из охотников отвезёт тебя обратно. Амен повернулся спиной и кинул через плечо: — Старайся, Эвтида, ты должна быть полезной отряду. И ушел. В секунду Рем оказался рядом. Схватив девушку за кисть, он резко развернул ее к себе. — Исфет, Эва, что ты уже успела натворить? Я слышал, что охота нашла в Гермополе маску шезму, он поэтому тебя вызывает? — Ничего я не творила и нет, не из-за маски, — девушка высвободила руку. — после заката на улице поймал. — Что ты там делала? — Вышла воздухом подышать, после колесницы меня всю трясло. Рем не был доволен ответом, но не стал развивать тему. — Вечером, чтобы оба практиковались. Дия, — Реммао перевел строгий взгляд на ученицу. — если будешь скарабеев считать, как сегодня, вместе с ними посажу на всю ночь. Поняла? — Да, наставник, — девушка виновато опустила глаза. Окинув учеников строгим взглядом мужчина ушел. Друзья стояли в тишине, которую скоро нарушила Эва: — Ну, чем займёмся до вечера, напарник? — последнее слово девушка выплюнула и сморщилась. Реймсс весело хмыкнул. — Я сяду за практику сейчас. Не хочется лишний раз с недовольством эпистата сталкиваться. — Сейчас? — Эвтида не поверила своим ушам. — ну нет. Если сказано «ночь», знать ночью и буду сидеть. Рейм пожал плечами, как бы говоря, что шишки в любом случае потом прилетят ей. — Давай сходим в баню, Эва? Попаримся, отдохнем, а потом к эпистату зайдешь и в храм приедешь, — предложила весьма толковую идею Дия. — Отлично! Так и поступим. Эва на прощание кинула пару колких шуток Реймссу, чтобы тот усердно учился и не смел гневить господина эпистата. После чего девушки отправились в поселение. Пар клубился в небольшом помещении, обволакивая обнаженные тела подруг. Все, что на них было-это полотенце, которое прикрывало бедра и длинные густые волосы, спадающие на грудь. Дия достала какие-то разноцветные бутыльки, и Эва с интересом стала их разглядывать. Она видела, как подруга постоянно чем-то мажется, натирается, изготавливает какие-то маски, но никогда не спрашивала об этом. Дия протянула Эве небольшую емкость, в которой находилась мазь приятного цвета и запаха. — Что это? — Эва принюхалась, — лаванда и… — Молоко, — подсказала подруга и стала наносить на лицо мазь такого же цвета. — Такие дорогие продукты и ты мажешь их на лицо? Зачем? — Эва искренне удивилась, она никогда не понимала тех женщин, готовых отдать целое состояние за бутыльки с ароматическим маслом и ступки с непонятными мазями. — Ты тоже мажь, — равнодушно ответила Дия. — эта маска отлично увлажняет и разглаживает кожу. — Надеюсь, увлажнит до конца моих дней, с ее себестоимостью то, — Эва не стала дальше возмущаться и принялась повторять за подругой. — Не надейся, в этом деле важна регулярность. — Бесполезные прихоти богачей. — Как сказать. Кстати, — Дия села поудобнее и посмотрела на подругу. — как так вышло, что эпистат тебя ночью поймал? Эва невесело хмыкнула и пересказала подруге про то, что к ней пришла Феоноя, но не стала рассказывать по какому вопросу. Эвтида умело перевела тему на встречу с охотником и его внешний вид, про то, как засмотрелась на его могучее телосложение, а после, как эпистат и сам загляделся на Эву. Дия не перебивала подругу, слушала очень внимательно с широко распахнутыми глазами. — И ты тоже щелкнула ему пальцами? — подруга не могла поверить в подобную дерзость. — ты ненормальная, Эва! Эпистат мужчина важный и невероятно красивый, но он-охотник, убивает таких, как мы, помнишь? — Помню, но…— девушка запнулась, — когда я нервничаю, тогда я сначала говорю или делаю, а потом думаю. Ничего не могу с собой поделать. Дия покачала головой. Она знала, что Эва остра на язык и бывает порой неразумной. Но чтобы так в открытую дерзить главному из охотников? Нет, Дия бы и взгляда своего не смогла бы поднять на него.  Эвтида предпочла не упоминать о том, как закончился их разговор с Аменом, и как девушка потом залетела в их хижину вся в слезах. Кстати. — Где ты была вчера ночью? Когда я пришла, твоя кровать была все еще пуста. В бане повисла тишина. — Я была с Исманом… Эве стало неловко. Они все уже давно выросли. Каждому немного за двадцать, и в это время большинство молодых людей создавали семьи и рожали детей, но девушке все равно было трудно представить, что Исман и Дия… «Я одна осталась, которая никогда не…» — Эвтида затрясла головой, прогоняя неудобные мысли и решила разбавить неловкую тишину шуткой, — сколько скарабеев сегодня насчитала в библиотеке? — девушка поймала на себе недовольный взгляд подруги и громко рассмеялась. — Я старалась слушать, но все никак не получалось сосредоточиться, — Дие почему-то было не весело. — Что такое? По тебе видно, что тебя тяготят какие-то мысли. — Эва искренне посмотрела на подругу. Они никогда не общались близко, не делились чем-то важным, но после приезда отряда в Гермополь все изменилось. Будто почувствовав опасность, их души стали тянуться друг к другу, чтобы скрыться от надвигающейся катастрофы. То же самое было и с Реймсом: вечные соперники, которые никогда не уступали друг другу, старались обскакать, оставить где-то позади. Теперь же Эва чувствовала что-то подобие заботы со стороны друга. Только наставник держался как-то поодаль. Он-старший, за всю жизнь ему, скорее всего, не в первой приходилось держаться одному, поэтому его не накрывал ужас от близости охотников. — Я… не знаю.. — подруга явно занервничала. — Дия, — Эва подсела ближе. — я знаю, что мы особо не были близки, но все ведь меняется. Ты дорога моему брату, а я всегда желаю ему только лучшего. Неужели это не повод довериться? Девушка неуверенно посмотрела на подругу, но все равно ответила: — Я хочу… оставить черную магию. У Эвы зазвенело в ушах. Она, знала, были случаи, когда шезму отходили от дел и продолжали жить обычной счастливой и, что главное, долгой жизнью. Но таких единицы. Сможет ли Дия? И почему Эва сама не задумывалась о подобном?   — Почему? — Из-за Исмана, я вижу, как он переживает за меня и за тебя тоже. Но если до тебя невозможно пробиться, то до меня ему удалось. Он хочет, чтобы я оставила магию, чтобы перестала жить в вечном страхе и жила как обычная девушка. Рядом с ним. Исман настаивает, чтобы я продолжила обучение травам. Эва знала, что Дия раньше занималась траволечением и почти закончила обучение, но не знала, почему решила оставить это безопасное и благодарное дело. — Почему ты пошла в шезму? Как так вышло? Дия помрачнела. — Я встретила… мужчину, он был значительно старше меня — начала неуверенно девушка. — он-то и разглядел во мне расположенность к черной магии. Был внимательным со мной и… заботливым. Он многому научил меня. Эва округлила глаза, догадалась, что этот мужчина мог быть любовником Дии. — Что стало потом? — Он оставил меня, просто испарился. — Чтобы пиво ему кислым молоко на вкус казалось, — Эве стало обидно за подругу. Она бросила безопасное ремесло, доверилась, возможно, полюбила взрослого черномага, который просто оставил ее. Несправедливо. — Это все прошлое. Сейчас я живу ради Исмана и ради нашего общего будущего. Эве было приятно слышать от Дии подобные слова, она не сомневалась, что и Исман искренен с возлюбленной и желал ей только блага. Девушки смыли маски, сполоснулись чистой водой и направились в хижину. Пока Дия натиралась ароматными маслами, Эва переоделась в легкое хлопковое платье и направилась к дому эпистата. По пути девушка обдумывала все возможные наказания, которые мог подготовить для нее охотник. «Как представлю, что он там задумал, так дрожь берет». Эва дошла до дома мужчины и, как оказалось, Амен уже ждал ее на пороге своего хет-ка. — Пришла. — Как и было велено. — Послушная все-таки значит. Эва остановилась перед мужчиной и невольно закатила глаза. Амен нахмурился. — Еще раз, неферут, и твои глаза увидят то, что им очень не понравится. Девушка сконфужено опустила взгляд. — Заходи. Эва постаралась войти в хижину, но охотник продолжил стоять на пороге, скрестив руки на груди. В проходе спокойно умещался эпистат, но вот для второго человека места там не было. Амен стоял не двигаясь, продолжая внимательно вглядываться в девушку. «Думает смутить меня? Или считает, что испугаюсь подойти к нему?» Эва уверено сделала шаг в проход и развернулась лицом к эпистату, чтобы протиснуться. Едва заметная ухмылка появилась на губах охотника. «Снова храбриться». Эвтида, прижавшись к стене, старалась не задеть Амена, ведь неаккуратное движение, и их тела бы соприкоснулись. — Господин.. Эва опустила взгляд на широкие плечи мужчины и тяжело сглотнула. Миновав проход девушка будто случайно мотнула головой. Ветер подхватил шелковистые волосы. Эвтида могла поклясться, что услышала, как Амен глубоко вдохнул. Зайдя в хижину девушка удивилась аскетической обстановке. Вопреки важному положению и достатку, дом Амена был обставлен без кричащей роскоши и богатства, все строго, но со вкусом. — Садись, — эпистат указал на ковер. «Неужели пороть будет?» — кожа девушки покрылась испариной от волнения. Амен направился в соседнюю комнату и через минуту вышел с небольшим ящичком, в котором гремели небольшие склянки. — Перемой все и хорошенько вытри, — мужчина положил перед девушкой небольшой таз с водой и тряпки. — И все? — Эвтида не поверила своим ушам. — Мне придумать что-то ещё? — хмуро выгнул бровь эпистат. — Нет, господин — девушка принялась за работу, Амен же сел за свой рабочий стол лицом к Эве и стал перебирать свитки. В комнате повисла тишина, нарушаемая плеском воды. Эвтида погрузилась в свои мысли и не заметила, как эпистат перестал заниматься своим делом и внимательно разглядывал девушку. Он смотрел на ее темные густые волосы, смуглую ровную кожу, сосредоточенное лицо. Ему нравилось наблюдать за ней, когда она чем-то занята, когда не пыталась закрыться. Отбросив мысли Амен поднялся и достал из ящика ёмкость с маслом. Обойдя стол, он встал напротив девушки и стал натирать кожу. Теперь Эва наблюдала за ним, за его руками, которые, скользя по сильному рельефному телу, оставляли влажный след от масла.  Мужчина видел, как внимательно она следила за каждым его движением. Усмехнулся. Размазывая масло по торсу, руки двинулись выше к груди, оттуда к шее. — Почему остановилась, неферут?  Эва встретилась с насмешливым взглядом мужчины и стушевались. Краска залила ее до ушей. Эвтида заработала руками быстрее, мечтая поскорее справиться со своим наказанием. «Ну сколько там еще?» Закончив, она заметила, что эпистат пытается намазать спину, но широкие плечи не позволяли это сделать. «Конечно, шкафы в храме Амона Ра и то меньше», — едко заметила девушка. — Помогу, господин? Сам-то не дотянешься, — Эва только потом поняла, что предложила и стала проклинать себя самыми бранными словами. — Уже закончила?  — Да, господин. — Хорошо, вытри руки на сухо. Эвтида сделала, как велел Амен и подошла к охотнику. — Сведи руки вместе, — мужчина капнул несколько капель, после того, как Эва выставила ладони, и повернулся. Девушка посмотрела на широкую спину мужчины. «Шкаф». Эвтида растеряла масло между ладоней и неуверенно прикоснулась к коже эпистата. Девушка с удивлением отметила, что та была мягкой на ощупь. Пройдясь по плечам и позвоночнику девичьи ладони спустилась ниже к пояснице. Неосознанно девушка начала массировать кожу охотника. Эва чувствовала каменные мышцы Амена и поняла, что тот был напряжён. «Почему интересно?» Задумавшись о шрамах эпистата, усеивавшие его спину, девушка перевела руки на бока мужчины и двинулась к торсу. Амен посмотрел на Эвтиду через плечо, но та этого не заметила. « ..интересно откуда у него столько...», — она не успела закончить мысль, как почувствовала, что ее кисти перехватили мужские руки. Эва с ужасом обнаружила, что стояла совсем вплотную к охотнику, а ее руки находились в паре сантиметров от резинки его штанов. «Пощади меня, Сет». — Увлеклась? — усмехнулся Амен. — И-извини, господин, задумалась. Эва высвободила руки и отошла от мужчины. Тот повернулся к Эве лицом. — Могу идти? — Эвтида от пристального взгляда мужчины стала заламывать руки. — Не терпится сбежать? — Так практика ведь, господин, сам на всю ночь посадил, — девушка недовольно нахмурилась, вспоминая, что всю ночь проведет за писаниной. — Твоя правда, — довольно хмыкнул эпистат. — но на минуту задержись, хочу тебе кое-что отдать. — Мне? — она с неподдельным интересом посмотрела на мужчину. — Тебе, Эвтида, — охотник направился к сундуку и начал там что-то искать. — повернись спиной. Эва запаниковала, но всё-таки повернулась. «Нож всадить хочет? Узнал, что та маска все-таки моя и решил так избавиться?» Кожа девушки покрылась испариной. Она слышала, медленную и тяжёлую поступь Амена. Несколько шагов и она ощущала, что эпистат стоял прямо за ее спиной. Зажмурилась. Вдруг, Эвтида почувствовала, как что-то холодное и увесистое обвило ее шею. «Незримый». Щелчок. Эва опустила взгляд и увидела уже знакомый усех, который она мерила у торговки. Девушка с округленными глазами от удивления резко развернулась к Амену. — Господин? — она смотрела на него, такого неприступного, вечно подозрительного, но такого красивого. В голове звучал вопрос «почему?». — Видел, как глаза твои горели, когда мерила его на рынке и как расстроилась, когда все деньги отдала мальчишке бедному. Хоть вида старалась и не подать. — Но…почему? — Эва не могла понять мотивов эпистата. — Добрая ты, Эва, захотелось и тебе добро сделать, — мужчина внимательно посмотрел на девушку и немного склонил голову на бок. — почему все деньги выигранные отдала, не часть? Девушка равнодушно пожала плечами. — То все равно не честная победа была, Рейм поддался. — Значит, любишь по-честному играть? — усмехнулся мужчина. — Люблю, — после этих слов, Эвтиде совестно стало, ведь с обмана и началось их знакомство. Смела ли она говорила про честность? Девушка еще раз посмотрела на усех и провела по нему пальцами. — Чем же мне отплатить тебе, господин, за доброту? Амен, внимательно вглядывавшийся в лицо девушки, опустился ниже: на ключицы, грудь, ее округлые бедра. Тяжело вздохнул. — Усердно учись, Эвтида, и не дерзи мне, — Амен вернул хмурый взгляд к глазам девушки. — Поняла, господин. Ты очень добр, спасибо, — Эва с благодарностью посмотрела на эпистата. Тот кивнул. — Ступай, неферут, у тебя много работы. Девушка тяжело вздохнула, еще раз поблагодарила охотника и вышла из хижины. Дия лежала на груди Исмана и мечтательно улыбалась. Парень перебирал мягкие и кудрявые волосы девушки. Расстелив покрывало на прохладном песке, пара смотрела в звёздное небо и мечтала о будущем. Их обнаженные и юные тела, на которых блестела испарина, были покрыты лёгкой простыню. — Когда ты понял, что я нравлюсь тебе? — Дия повернула голову к парню и нежно улыбнулась.  — Как только поступил на учебу в храм Тота, — не раздумывая ответил парень. — И так долго не давал знать? Парень немного помолчал. — Я старался полностью погрузиться в медицину, не хотел, чтобы что-то или кто-то отвлекал меня. — Это не честно, — Дия притворно обижено поджала губы. — Знаешь, как сказала однажды богиня Нут? «Только не говори мне о честности. Вот уже пять тысяч лет, как я разлучена со своим мужем Гебом»[1]. Дия кивнула. — Невыносимо каждый день видеть любимого, но не иметь возможности прикоснуться к нему. Самая настоящая пытка, — печально заметила девушка. — Пытка - не иметь возможности даже смотреть на того, кого любишь, потому что его забрал Анубис. — Не говори такие печальные вещи, Исман, — Дия нахмурилась. — Иди ко мне, — парень прижал к себе девушку крепче. — как только закончим в Фивах и вернёмся в Гермополь, ты выйдешь за меня? Дия резко приподнялась на локтях и с удивлением посмотрела на возлюбленного. — Хочешь, чтобы я стала твоей хемет[2]? — Я люблю тебя, Дия, больше всего на свете и хочу рука об руку с тобой пройти на суд Осириса. — Исман, — девушка прошептала имя парня и смахнула счастливые слезы, — я тоже люблю тебя, милый. Вместе в Дуат, — она прильнула губами к юноше, которому отдала свое сердце, ради которого решила оставить черную магию, за которого отдала бы жизнь.  Исман нежно приобнял за талию девушку и навис над ней. Такие юные, полные любви и надежд, они растворялись в этой ночи, растворялись друг в друге. Поцелуй становился требовательней, а тела горячее, эта ночь принадлежала им. Ночь и.…жизнь? [1] Согласно мифу, Геб ссорился со своей женой Нут из-за того, что она каждый день поедала своих детей — небесные светила, а затем вновь рожала их. Шу разъединил супругов, подняв Нут наверх (небо), а Геба оставил в горизонтальном положении (земля). [2] Жена, супруга