Корпрус

Арсений проснулся уже в привычном состоянии: в комнате царила полутьма, а чужая тонкая рука, покрытая старыми синяками, развалилась поперек его груди. Кожу шеи щекотало теплое дыхание паренька, воткнувшегося в него носом, как будто здесь места мало было. Попов вздохнул, протерев глаза. Как всегда, Шастун даже не думал о том, что пора вставать и отправляться в учебное учреждение, наоборот: сладко спал, иногда что-то бормоча во сне. -Приехали, — тихо буркнул Арс, обнаружив, что точно так же, как и в прошлый раз, держится за его талию, притягивая поближе. Для него совершенно не было открытием, что ему комфортно находиться в настолько близкой мужской компании. Он давно замечал за собой, что вполне нормально относится ко всем видам отношений, не испытывает отвращения, как Джей. И, вероятно, пару раз даже думал, что у него бы ничего не изменилось в мировоззрение, если бы однажды он представит, что рядом с ним не девушка. Но чтобы это был Тоша? -Ну бляха-муха, — выдохнул парень, зажмуриваясь. Это ведь Антон. Да, он бывает довольно женственным в своем поведении, да, мягкий и нежный, если знать, куда смотреть. Но это же не повод считать его кем-то большим, чем просто другом? Да, точно… Шастун, почувствовав, что его друг уже проснулся и что-то там бормотал, мешая нормально спать, недовольно фыркнул, уткнувшись в шею еще сильнее. Или не точно. Арс слегка запутался, что именно чувствует к этому мелкому. С одной стороны, он явно нуждается в защите и каком-никаком чувстве нужности, которое оперативник и дает ему последнее время. С другой… а с другой он красивый. Кто бы что ни говорил, а ему идет его этот хвостик небольшой, который тот постоянно завязывает на затылке, чтобы волосы не мешали. И вечно-уставшее выражение лица. И даже бесконечные синяки на нем выглядят, как-то… не так. Не хотелось бы влюбляться в него, но равнодушным оставаться тоже тяжело. Это не Эд, чтобы толпами вывозить неугодных Джею в лес, это не Анджей, грызущий глотки любому, кто не разделяет его (то есть, истинно правильную) точку зрения. Антон мягкий. Антон — не хаос, не каменная стена, не защита. Он, скорее, спокойствие, осторожность и уют. -Подъем, — оборвав свои же мысли громко сказал Арсений, поведя плечом, чтобы мелкий проснулся. -Мне на работу. -Суббота, — буркнул Шастун, перекатываясь на другой бок и натягивая одеяло повыше. -Какая суббота, Тоха? — усмехнулся Попов, принципиально стягивая с него теплое покрывало. -Среда в самом разгаре. -Почему я тогда сплю, — сонно, очень недовольно прохрипел мальчик, рукой пытаясь отыскать краешек, чтобы вернуть себе сон. -Потому что ты после школы пришел и завалился спать, — закатил глаза Арс, совершенно не упоминая того, что сделал абсолютно один в один. В конце концов, Антон приоткрыл один глаз, следя за тем, как сотрудник вытаскивает пистолет из-под подушки (плохая привычка), убирает его в кобуру, оставленную на рабочем столе, а затем потягивается, разминая плечи. Ему самому никуда не надо было — максимум, сделать чего-нибудь пожевать и завезти Лике какие-то там обязательные фрукты, которые еще утром купил отец. Но так не хотелось никуда ехать, если честно. Глубоко побоку на ту Лику и своего «брата», что должен вот-вот появиться на свет. Тоша в принципе не воспринимал эту женщину, как часть семьи. А уж ее ребенок — совсем не его забота. И пока Арсений собирался по своим ментовским делам, его телефон зазвонил, отвлекая от сборов. -Да, слушаю, — бросил в трубку парень, выставив связь на громкую. А то неудобно переодеваться. -Сенечка, привет, — раздался мягкий женский голос, а Попов остановился, успев просунуть только руки в рукава своей кофты. Черт. -Как у вас с Риточкой дела? Когда приедете к нам? Когда свадьба? -Э-э… — Арс замешкался, скривившись. Антон на всякий случай перестал дышать, чтобы не выдать своего присутствия. -Да, мам, нормально все, — уверенно произнес он, после небольшой заминки. -Сейчас работы много, пока не можем приехать. -А свадьба? Вы уже выбрали дату? — оживленно спрашивала его мать, явно находясь в полном неведении подробностей их отношений. -Да, конечно, — соврал Попов, чуть хмыкнув. -Там… не скоро, все забито, сама понимаешь… -Ой, а давай я папу попрошу, он как-нибудь вам выкроит денек? -Нет! — чуть ли не рявкнул молодой человек, но вовремя сдержался, прокашлявшись. -Нет, мам, все в порядке, — уже куда спокойнее повторил он, покосившись на Шастуна, приподнявшегося на локтях, чтобы лучше слышать и видеть. Чего это мелкий оживился? -Мы сами разберемся, дел много, у Риты тоже. Извини, я на работе. -Звони, пожалуйста, — чуть с грустинкой попросила женщина, но из ее голоса доброта никуда не делась. -Ты же знаешь, как я переживаю за вас с папой. -Знаю, знаю, — убедил ее Арс, удерживая палец над красной кнопкой завершения звонка. -Все нормально, не голодный, шапку ношу. Все, давай. Когда разговор закончился, парень задумчиво постучал пальцами по столу, собираясь с мыслями. И как им, вообще, рассказывать правду? Тоша сохранял молчание, еще не до конца проснувшись. Арсений же вдумчиво цыкнул, закидывая мобильник в карман джинс. -Ты им не сказал? — уточнил на всякий случай Тоша, хотя и без того все было понятно. -Не хочу, — отмахнулся Попов. -Не их это дело, — тише добавил он, поправляя свои любимые очки на голове. -Все, не скучай, один никуда не мотайся, звони, если куда-то надо. -Мне к Лике надо будет, — тут же вспомнил мальчик, слезая с кровати на пол, чтобы проводить друга до двери. -Ты заедешь? -Я отвезу, — пожал плечами Арс, захватывая из прихожей пакет со всеми витаминами. -И дверь не забудь закрыть. Он поймал себя на том, что протянул руку, чтобы приобнять школьника и, по привычке, сложившейся за все время жизни вместе с Ритой, поцеловать его в висок. Быстро сменив траекторию движения руки, он подцепил с полки ключи от машины, запихнув в карман. Не сказав больше ни слова, чтобы не зарыть себя в яму еще больше, парень быстро свалил за порог, захлопнув за собой дверь. Антон даже «пока» не успел сказать, только рот открыл. Но как открыл — так и закрыл, оставшись в пустом коридоре. Странный он какой-то, дерганый весь. Может, случилось чего, а рассказывать не хочет, а может, просто нервы дают о себе знать. Ну и ладно, пойдет лучше покурит и бутерброды себе сделает, чем-то же весь день нужно заниматься. Арсений же, упав за руль, закусил губу, постукивая пальцами по подлокотнику. Вот это он придумал: на малолетку запасть. Что-то совсем так себе идея. И дело не в том, что ему семнадцать, это все решается простым ожиданием, но все остальное — как-то пугало. Не хотелось снова думать о ком-то, когда пули свистят перед носом, не хотелось помнить, что дома ждут. Ну не его это жизнь, эти отношения, семья в конце концов. А если как с Ритой? Показалось, что любит, а на самом деле — симпатия, влюбленность, и на этом все. Глубоко втянув морозный воздух носом, оперативник завел двигатель, дожидаясь, когда машина прогреется. Надо пораскинуть мозгами и решить, как с этим быть. Ненормально относится к Антону, как к партнеру. Вот просто ненормально. Не потому что «общество», не потому что «гомофоб», а просто потому что это Шастун. Шастун, который молчит, но при этом умудряется орать о том, что ему одиноко и нужно чье-то крепкое плечо. Шастун, который ищет тепло, пока спит и не отпускает, даже если попытаться отодвинуть. Шастун, который… -Да блять, — выдохнул Попов, болезненно поморщившись. -Хрустальный, раздражаешь, — честно признался он, наблюдая за тем, как медленно падают обороты. Всем очевидно, что Антон тоже мечется и не понимает, что с ним такое. Видел его испуганные глаза, когда он поцеловал его тогда, в этой же машине, видел смущение, как только Арс появлялся в его поле зрения без футболки, выходя из душа. Сотрудник не тупой, а с логическим мышлением у него все просто великолепно, такая уж работа, где думать надо. Устроившись поудобнее в кресле, Арсений уперся взглядом в подъезд, из которого недавно вышел. Что ж делать-то… что ж делать… -Але, — быстро среагировал брюнет, как только мобильник снова затрезвонил. -Нет, Максимов, не в отделе. Что ты хочешь? — в следующую секунду Попов усмехнулся, все-таки трогаясь с места, хоть Гелик еще не успел прогреться до конца. -Сейчас приеду, заберу своего бешеного адвоката. Пальцы ему не суй — откусит. Уже? А, Дрозду… ну, не считается. То, что происходило на месте происшествия больше напоминало цирк на колесах. Анджей, будучи последним любителем подобных движух, расхаживал взад и вперед, убрав руки в карманы и комментируя каждое действие группы. То они отпечатки не так берут, то занимаются бесполезной ерундой, которая даже в суде не будет принята, как доказательство, то просто приставал к оперативникам, засыпая их теорией, по которой они обязаны работать. Он прекрасно знал, что на практике все их действия будут сильно отличаться от учебников, но нужно же чем-то заниматься, верно? К трупу Максимов его не подпускает, потому что Джей его успел довести до белого каления, а все остальные лишь тяжело вздыхали каждый раз, когда юрист подходил к ним, любезно щелкая удостоверением перед носом, и предъявлял очередную претензию о несоблюдении какой-то никому не нужной херни. На деле, адвокат лишь развлекал себя, не имея никакой нужды прокатывать каждого по протоколу и писать жалобы. Он этим и не занимался никогда, тупо мешался под ногами, да и все. Нравилось ему такое, а никто ничего против сказать не решался — все равно не переспорят этот сборник прав и обязанностей. -Опять жизни не даешь? — хмыкнул Арсений, пожав руку лучшему другу, оставившему свои придирки буквально на пару секунд ради приветствия. Тот ехидно кивнул, обводя рукой место общего сбора. -Пострадавший — Калинин Григорий, сорок восемь лет, был задушен и выброшен из окна, примерно… — адвокат козырьком прислонил ладонь ко лбу, задирая голову вверх. -У-у… ну, хрен знает, с высокого этажа, короче, — пожал плечами он, сделав свое экспертное заключение. -Прикол, — хмыкнул Попов, подныривая под ограждающую ленту и пожимая руки всем остальным знакомым. -А где твой цербер? — уточнил оперативник, присаживаясь на корточки рядом с телом, которое уже успели убрать в патологоанатомический мешок. -Болеет, — отозвался Анджей, с интересом наблюдая, как молния разъезжается и наконец снова показывает ему труп. -О, во, видишь? На шее следы, скорее всего от провода или жгута какого-то. -И он абсолютно прав, — встряла в разговор Рита, появившись из ниоткуда. -Привет, — кивнула она своему бывшему, протягивая бумаги. -Смерть наступила от механической асфиксии, вызванной сдавливанием органов шеи. Но нужно более детально исследовать, задушили его прижизненно или… -Да прижизненно, прижизненно, — отмахнулся Арс, не став дослушивать заключение эксперта, -Вон, синяки по всей глотке, — он надавил большим пальцем на фиолетовое пятно, убеждаясь, что оно никуда не исчезнет и не побледнеет. -Не, не мармелад. -Поняла, — кивнула со вздохом девушка, внося дополнительную информацию в свои заметки. -Ну, хорошо. Тело обнаружила соседка, из магазина возвращалась, а тут он лежит. Макс с ней сейчас говорит, — Варламова указала ручкой в сторону, где и проводился допрос. -Пусть говорит, — без особого интереса заявил Арсений, поднимаясь на ноги. Больше ничего полезного переломанное тело не могло сказать. -Ты сама как? -Все в порядке, — не вдаваясь в подробности новой личной жизни пробормотала Рита, укутываясь в пальто посильнее. -А ты?.. -Да тоже… -О! — воскликнул Джей, ткнув пальцем куда-то вверх. -Ни одного окна не открыто, все жопу заморозить боятся. Погнали к нему в хату, на ручке наверняка отпечатки остались, че вы мнетесь? -Да стерли их уже тысячу раз, — присоединился к разговору Демидов, опять же здороваясь за руку с коллегой. -Мы с Ритой в отдел собираемся, искать его родственников, знакомых. Вы с нами? -Не, — отрицательно мотнул головой Арс, вытирая руки о куртку. -Мы с Джеем реально в квартиру смотаемся, все-таки глянем, как там дела. Макс! — крикнул он, махнув бывшему другу рукой. -Какой номер квартиры? Получив нужную информацию, два человека нырнули в подъезд, как только оттуда вышел первый попавшийся человек. Анджей вытянул две сигареты из пачки, подкуривая их, пока они вместе шли по лестнице, так как «кардио для здоровья полезно», по словам Попова. Судя по всему, переть им еще этажей тринадцать вверх, чему Джей был не то, чтобы сильно счастлив. -Понятым бушь? — на всякий случай уточнил оперативник, довольно бодро взбегая на следующий пролет, пока адвокат неспешно плелся за ним, затягиваясь дымом. -Бушь, — согласился тот, стряхивая пепел на ступени. -Но у меня заседание через полтора часа, хотелось бы хоть на мою часть представления успеть. -Ну мы быстро посмотрим, ты с Максом до участка скатаешься и вали по своим судам, — согласился Арс, демонстративно отжимаясь на перилах, пока ждал, когда неторопливый юрист дойдет до него. Как гиперактивный ребенок, честное слово. -А ты че-то дохуя спортивный, — подметил парень, наблюдая за неадекватной активностью сотрудника, только на реакции успевшего поймать очки, слетевшие с головы. -Не ебался давно? Энергия распирает? -Хрустальку помнишь? — найдя, кому можно пожаловаться, спросил Попов, снова взлетая на пролет выше в несколько прыжков. -Фу, — с откровенным отвращением поморщились ему в ответ. -Заткнись, я и так тебя частенько за пидора принимаю. -Да не, ты че, — тут же исправился Попов, убедительно махнув на него рукой. Джей слабо верил в его отнекивания, потому что пару раз убеждался в том, что по пьяни этот человек не различает, кто к нему пристает. Сколько раз он его вытаскивал из-под внимания прилипчивых пареньков в клубе, когда тот был в дребедень — это еще вспоминать надо. -Просто… — Арс пожал плечами, на секунду остановив свои физические упражнения. -Просто, странно как-то с ним все. -Не продолжай, я сейчас блевану, — закатил темные глаза адвокат, поглядывая на номер этажа. Отлично, еще немного и пытка кардио-нагрузками закончится. -Мне одного пидораса под боком хватает, второго моя кристально-натуральная психика не выдержит. Поэтому завали хлебало и пиздуй, пока я не отказался таскаться с вами со всеми, мусора позорные. Антон скучающе водил пальцем по столу, дожидаясь, когда его кофе остынет. Отец уже вернулся домой, сидит рядом с ним на кухне, тоже потягивает горький напиток и листает новости. Они ни о чем не говорили, потому что общих тем у них, почему-то, не было. Шастун вздохнул, уперевшись взглядом в темную жидкость, отражающую свет от люстры на потолке. Интересно, где Арс? Уже около четырех часов его нет. Работа, наверное, закрутила… Встрепенувшись, Тоша напугал отца резким движением, но он всего лишь хотел перестать думать про оперативника. -Все нормально? — не особо заинтересованно спросил Андрей, чуть стукнув кружкой по столу. -Да, — подтвердил его сын, судорожно кивнув. -Просто задумался. Старший лишь внимательно оглядел своего ребенка, возвращаясь к чтению новостей. Привычная тишина снова накрыла их, как будто тут сидели два чужих человека, не способных найти тему для разговора. Антон задумчиво постукивал по деревянной поверхности, снова погрузившись в мысли, а его родитель перелистывал пост за постом, словно это являлось самым важным в его жизни. -Как в школе дела? — между делом спросил глава семейства, не отвлекаясь от чтения. -Нормально, — моментально соврал Тоша, даже не задумавшись. -Как всегда. -К экзаменам готовишься? -Да. -Хорошо. Вот и поговорили, в общем-то. Скрипт дал оборот, вернулся в начальную точку, диалог завершился. Теперь он будет зациклен до умопомрачения. Они никогда не были сильно близки и открыты друг с другом, но в последний год совсем отдалились, не находя даже повод собраться вместе на кухне и поговорить о чем-то нейтральном. Сложившаяся ситуация — скорее исключение, нежели правило. Антон просто вышел на кухню, чтобы пойти покурить на балкон, но примерно в это же время сюда выбрался и его папа. Пришлось делать вид, что школьник здесь лишь для того, чтобы поставить чайник. Теперь вот, сидят, тупят, каждый в себе. Вопросов, если честно, была тьма тьмущая — начиная от такого «кто такая эта твоя Лика?» и заканчивая простым «почему так?». Но ответов Шастун слышать не хотел. Он знал, что ему не понравится любой из вариантов, а расстраивать себя еще больше — совсем глупость, уже некуда. В один момент тишину разрезал звук пришедшего сообщения, хотя в этой семье есть некая традиция — ставить все на беззвучный режим и мастерски не замечать, когда кому-то что-то нужно. И тем не менее, звук был. А значит, это что-то очень… -Антон, твоя классная пишет. …важное. Ох, вот и прилетело, откуда не ждали. Нет, можно было догадаться, что рано или поздно судьба настигнет, просто слишком неожиданно. Вроде бы, уже отстали от него, а тут вдруг на тебе. Андрей принял вызов, чуть осуждающе покосившись на сына. А чего Антон-то сразу? Антон ничего, просто домашнее задание — для лохов придумали, а думать на контрольных — слишком запарно. Вот и прошел некий… казус. Разговор с нулевой секунды полетел в тартарары, судя по писклявому голосу Дарьи Владимировны, в красках вещающей о том, какой Тоша сякой. Его отец не перебивал, вдумчиво слушая претензии учительницы, но его взгляд становился все более осуждающим и недовольным. Что-то подсказывало, что пора закруглять чаепитие и сматывать удочки куда-нибудь, да побыстрее. Но только виновник сложившейся ситуации начал активно смываться из поле зрения отца, как тут же был пойман за шиворот и усажен обратно. Прикольно, проблема. -Я понял вас, Дарья Владимировна, — спокойно произнес старший, так и не выпустив капюшон худи сына из пальцев. -Поговорю с ним. Я понимаю, насколько важна успеваемость в выпускном классе. Я понимаю. Да. Да, Дарья Владимировна, я обязательно объясню Антону все в подробностях. Обещаю, все исправит. Да… Он еще долго соглашался и поддакивал неугомонной женщине, верещавшей в трубку хуже любой серены. Ну и голос у нее, как вообще ее муж терпит эти завывания. А, у нее же нет мужа. Почему-то не удивлен. Покорно сидя на одном месте и изредка шмыгая заложенным носом, школьник перекатывал мысли, как можно оправдать свое безалаберное отношение к учебе. Простое «не хочу» — не прокатит, есть железобетонное «надо» и тирада о том, что его единственная работа — это учеба, а он даже с ней не справляется как следует. Да и скинуть на то, что все так же учатся не выйдет — так хреново больше никто, кроме него, и не способен. Прийдя в тупик своих размышлений, паренек вздохнул, дожидаясь, когда настанет час расправы. Бить его, конечно же, никто не будет, но эти часовые лекции слушать тоже совсем не было желания. -Антон, — намного строже произнес его отец, наконец избавившись от визга в телефоне. -Ну и что? -Ну и все, — удрученно покачал головой мальчик, чуть пожав плечами. -Я не виноват. -А кто виноват? -Система образования, — довольно философски высказался Тоша, не в силах придумать отговорки лучше. -Это она придумала оценки за все подряд пихать, а не я. -Антон, это не серьезно, — не убавляя жесткости в голосе одернул его Андрей, но капюшон отпустил. -Неужели ты не понимаешь, что в современном мире, образование — то, к чему люди стремятся годами? Конечно, рабочих на заводах тоже не хватает, но я сомневаюсь, что ты сможешь работать за станком, — скептически вскинув бровь предположил он. -Будь так добр, не трепи мне нервы. Мне есть кому их мотать. Или ты собираешься и после школы на моей шее сидеть? Уж извини, но, если у тебя действительно такие планы — после восемнадцати, как предки завещали — чемодан, вокзал, в свободное плавание. Тебе нужно научиться быть самостоятельным и научиться нести ответственность за свои действия, я не всегда буду рядом и тем более… -Самостоятельным? — не понял претензии парень, удивившись такому раскладу. -Да я, вроде бы, с детства самостоятельный. Ты в командировках, мать ушла, я тут один живу. Это не «самостоятельный»? -Не приплетай сюда мою работу, — убедительно попросил Андрей, недовольно скривившись. -Ты ешь благодаря этой работе, живешь в прекрасном месте и ни в чем не нуждаешься. А пока ты сам себя не обеспечиваешь — нет, это, дружок, никакая не самостоятельность. А, то есть, еда и крыша над головой — все, что нужно человеку для счастья? А как же родительская любовь, там, например? Внимание? Воспитание? Не, для дебилов развлекуха? Тоша отвел взгляд, с трудом проглотив колючий ком, застрявший поперек горла. У всех нормальные семьи. У всех. Да, у многих неполные, но они не остаются одни на недели и месяцы постоянно, им всегда есть, с кем поговорить, к кому обратиться за помощью. У них родители есть не только в свидетельстве о рождении, но и в жизни. Чем Антон-то так провинился, что вместо отца в основном видит редкие облачка в мессенджере с текстом, а вместо матери — теплые воспоминания? Он уже даже почти не помнит ее голоса. В памяти остались только зеленые, как у него, глаза. -В общем, — чуть смягчился Андрей, почувствовав, что сказанул лишнего в адрес ребенка. -Давай ты возьмешься за ум и начнешь исправлять свое плачевное положение уже сейчас? Мы договорились? -Договорились, — выдавил Тоша, чувствуя, как глаза начинает неприятно покалывать. А когда ты возьмешься за ум, и вместо того, чтобы заводить себе второго ребенка, с первым разберешься до конца? Или уже все, забраковал? Конечно, зачем такой неудачный нужен. Отодвинув кружку с уже остывшим черным кофе, Антон поднялся на ноги, больше ничего не сказав. Потому что нет смысла о чем-то говорить, потому что все равно не поймут. Когда там уже Арс вернется, он хотя бы нотации не читает… А Арсений как раз в это время больно влетел плечом в бетонную стену, тяжело выдохнув. И черт его дернул сюда поехать в одиночку, как будто группу захвата для лохов создавали. Быстро пройдясь ладонью по поясу, Попов стиснул зубы, не обнаружив там кобуры. Да вашу-то мать, опять петля порвалась. Давно пора было заменить ее, и так не соплях держалась… -Менты уже оружием разбрасываются, — хмыкнул амбалистый мужик, в ширину составляющий двух Арсов сразу, поднимая с пола потерянный в честном бою пистолет и перебрасывая его товарищу. Местечко, конечно, не дай боже никому: цокольный этаж жилого дома, в котором царил такой запах, будто кто-то сдох, а его еще и растворителем залили. Воздух в этом помещении стоял настолько густой, что можно было ножом резать и на хлеб намазывать. Все стены оказались покрыты какими-то странными разводами и пятнами, происхождение которых узнавать не очень сильно хотелось. В центре мрачного помещения с вечно мигающей лампочкой стоял стол со всякой хренью: банки без опознавательных этикеток, пластиковые бутылки с мутной жижей, какие-то стеклянные колбы, которые точно стырили из чьей-то лаборатории. Здесь постоянно что-то булькало и бурлило. Его сюда, вообще-то, сюда никто не посылал, он сам информацию про это место надыбал и приперся, как дебил со словами «ага, попались, черти!». Попались. Втроем попались, еще и сдались почти сразу и без боя. Именно поэтому сейчас оперативник вытер выступившую кровь в уголке рта, чувствуя, как контроль над ситуацией ускользает сквозь пальцы. Каким бы профессионалом он ни был, против вот таких ребят — шансов, как бы так помягче выразиться… ну, их ноль. Ровно ноль, а может, даже меньше. -Калинина Георгия знаете? — не упустив момент провести хоть какой-нибудь допрос спросил парень, закатывая рукава куртки вместе с кофтой, словно действительно мог что-то противопоставить трем шкафам. -Знали когда-то, — отозвался со смешком один из мужиков, неспешно приближаясь к сотруднику. -Местная крыса, а че? -Да так, — на выдохе произнес Попов, уходя от очередного удара кулаком, больше похожим на кувалду в сторону. -Убили его, вот, расследую. -А, ну расследуй, — пожал плечами он, разворачиваясь и попытавшись схватить Арсения за шею, но тот вовремя нырнул вниз, тут же оказываясь ровно напротив второго такого же. Да господи, что за босс-файты тут? -Если ходить сможешь, — поддакнул тот, показательно с хрустом разминая шею. -А этого мы не гарантируем. Главная цель — забрать оружие. Как его вообще получить — вопрос еще более интересный, потому что сейчас табельное держал в руках третий мужик, без особого интереса вертя его перед собой. В зубах того тлела сигарета, давая Попову понять, что уровень интеллекта у этих ребят дальше третьего класса не ушел. Учитывая количество взрывоопасных штук в помещении, дымить тут — идея сопоставимая с выстрелом себе же в ногу. Понятно, почему тут нет даже тараканов, они все убежали отсюда с криком «ебаный рот» и побоялись вернуться. Вонища, конечно… Мужик даже не вмешивался в их потасовку, будучи уверенным, что с не особо внушительным ментом его друзья самостоятельно разберутся. -То есть, вы не были в курсе случившегося? — уточнил Арс, медленно отступая спиной к типу, не влезавшему в конфликт. -А кто его мог приговорить, не знаете? -Да кто угодно, — беспечно развел руками тот, что чуть выше, оттесняя Попова все ближе и ближе к вооруженному человеку. -Калина всегда крысой был, может, свои же и порешали. -А, понял, а свои — это кто? — не сдавался оперативник, оценивая оставшееся расстояние. Еще парочка метров и все, дело за малым. -Так вы, — усмехнулся мужик. -Он ведь был таким же, как и ты. -Ментом? -Живым. После этих слов огромный кулак впечатался в челюсть с такой силой, что кости захрустели. Мужчина захрипел от боли, выпуская оружие из рук и хватаясь за переломанную часть лица. Попов, вовремя ушедший от удара и подставивший под него напарника агрессора, подхватил пистолет с земли, выдергивая его из кобуры и направляя на того, кто был поближе. -Сука, — прорычал амбал, прищуриваясь от злости, но, как только начал движение в сторону оперативника, пуля с громким хлопком влетела в землю у его ног, заставив мужика замереть на месте. -Давайте мирно решать вопрос? — предложил Арсений, дулом указывая, куда им нужно отойти, чтобы свинец остался в магазине. -Рассказываете все, что знаете про Калинина, его врагов и друзей, а я делаю вид, что меня здесь никогда не было и я не видел, как вы варите мет? А? -Калина тоже обещал, что никто не узнает, — рыча заявил один из бандитов, отступая к стене, на которую указал сотрудник. -А в итоге че? За решеткой наши предшественники, вот че. -А вот с этого момента поподробнее, — попросил Арс, уже детальнее изучая окружение, но все также не сводя дуло с них. В углу валялся противогаз, с приклееным на лоб скотчем, на котором черным маркером было выведено «не трогать, мое». -Калинин вас крышевал? -Да, — признался самый разговорчивый, просто второй предпочитал сохранять молчание, а третьему челюсть снесли, он даже если и хотел что-то сказать, у него не особо получалось. -Я всех подробностей не знаю, шеф не рассказывал. Мы знаем только, что Калина потом кинул шефа. -Кто шеф? -Стреляй, не скажу. -Барыга, я на секунду, мне только… — Анджей замер в дверях, широко распахнув глаза. -Твою мать, — выдохнул он, уперевшись ладонью в стену, чтобы не потерять равновесие. Зная Выграновского с его нелюбовью оставаться в одиночестве без дел — можно ожидать что угодно: чей-то труп в ванной, безупречно организованный склад оружия, подпольный бордель под видом монастыря вместо спальни, но… -Выграновский! — рявкнул Джей, у которого уже глаз дергался. Он и забыл, что такое держать у себя дома бомбу замедленного действия. -М? — молодой человек в резиновых перчатках омерзительно-желтого цвета выглянул из-под стола, безразлично посмотрев на вернувшегося к себе домой хозяина. -Че? -Где? — тут же завелся тот, метаясь из одного конца кухни в другой. -Где, чучело ты депрессивное? -Что? — не понял Эд, облокачиваясь локтем на только что вымытую поверхность. -Тело, кровь, орудие, — начал перечислять адвокат, распахивая ящик за ящиком. С каждым открытым шкафчиком становилось все страшнее — все было разложено ровными рядочками, высыпавшейся крупы больше не было, а дно каждого тщательно выдрочено тряпкой до блеска. -Нет, да быть не может, — шептал Джей, уже представляя, как его подопечный уебал кого-то гречкой. -Легавый, ты че? — вскинул бровь Эдуард, продемонстрировав тем самым самый высокий уровень удивления, какой был доступен в спектре его немногочисленных эмоций. -Ты кого убил, скотина?! — рявкнул юрист, не веря, что у него дома может быть так чисто без всякой на то причины. Он даже успел схватить парня за шею, принявшись его трясти, как тряпичную куклу. Тот совершенно не сопротивлялся, продолжая смотреть в темные, бешеные глаза напротив. -Не знаю, может, в кружках и было что-то живое, — пожали плечами ему в ответ, указав большим пальцем на сушилку для посуды, где мирно покоилась та самая гора посуды, что раньше валялась в раковине. -Но не думаю, что оно бы написало заявление. Анджей перестал трясти бедолагу, недоверчиво обведя взглядом помещение еще раз. Чистый пол. Нет пустых бутылок. Холодильник без разводов на дверце. Протертые поверхности столешницы и остального. Он что… просто убрался? Отшатнувшись от Эда, как от прокаженного, Джей нервно отряхнул тренч, чертыхаясь на латинском. Выграновский лишь пожал плечами, стягивая перчатки и аккуратно убирая их на батарею. -Не смешно, наркоша, — хихикал на грани истерики адвокат, успевший поседеть от своих же домыслов. -Не делай так больше. -Что не делать? — уточнил на всякий случай татуированный, наконец закончивший драить весь этот ужас и получивший перерыв на чаепитие. -Не убираться? -Не пугать меня! — громко поправил его юрист, все еще подозревая, что где-то притаился какой-то подвох. Но нет, Эдуард действительно просто убрал весь его бедлам. Просто так, ему заняться нечем было, а на месте этот человек не привык сидеть, даже когда болеет. Вот и устроил генеральную уборку, чтобы занять себя хоть чем-нибудь и избавиться от вечных темных мыслей, годами дрейфующих в его голове. -Так, нахрен я сюда вообще пришел, — попытался вспомнить Анджей, мысленно возвращаясь в тот момент, когда еще не перешагнул порог. Зачем же он… господи, ну ведь что-то важное было, иначе не потащился бы через весь город… -За этим, — спокойно напомнил Эд, протягивая старшему потрепанную синюю папку. Иногда складывалось впечатление, что он умеет читать мысли своего опекуна. -И сигареты. Две пачки на подоконнике. -Еп, — выдохнул Вилюш, перелистывая полученные бумаги. Да, именно оно. Дело Кабардинского, подзащитного его коллеги, которого потом не нашли. Ну, или нашли, но по частям, Джей особо не интересовался. Витя никогда ему не нравился. -Ты откуда знаешь? -Секрет, — склонив голову набок совершенно серьезно ответил парень, не собираясь посвящать никого в свои методы работы. И неважно, что за все время присмотра за Максимовым, он успел распихать трекеры и прослушку по всем тем местам, где тот появлялся чаще всего. Кроме квартиры. Пусть хоть какие-то тайны в его жизни останутся. Эда совершенно не интересовали компроматы и прочее дерьмо, ему лишь бы знать, что с Максом все нормально. Остальное — не его дело. А раз уж там теперь и Джей, то подслушивание стало чем-то вроде подкаста. Нужно же знать, что именно с ним происходит, куда этот придурок в галстуке едет и на какой адрес вылетать в случае чего, верно? -Возьми, просто на всякий, — сменил тему юноша, вытянув из кармана штанов черный нож-бабочку, протягивая его другу. -Не вздумай, — предостерегающе непонятно от чего буркнул Анджей вместо прощания, выхватив холодное оружие. Резко развернувшись, из-за чего подол его плаща взметнулся, он тут же в сторону двери. Выграновский проследил за тем, как он хватает с подоконника заранее подготовленные для его величества сигареты, сует их в карман и выходит на улицу, матерясь себе под нос. Какой же идиот, но такой красивый. Эд вздохнул, потерев зачесавшуюся бровь с татуировкой «Not guilty» над ней. И за что ему такое наказание? Нельзя, что ли, было влюбиться в какую-нибудь милую скромную девочку, чуть достающую ему до плеча, с большими голубыми глазами и длинными кудрявыми волосами? Какого ляда он выбрал психованного адвоката дьявола чуть выше себя, с характером, как у поезда на мефедроне: несется, тормозов нет, машиниста тоже? Ну и проблема же. Вернувшись в свой подвал вместе с чаем, парень вывел ноут из спящего режима, ввел пароль и натянул наушники, расслабленно откинувшись на спинку убитого временем кожаного кресла на колесиках. Вот и все, продолжаем любимый подкаст. -Сердцу не прикажешь, — с зевком напомнил он сам себе, скучающе щелкая мышкой в ожидании, когда Максимов встретится с Джеем и они куда-нибудь вместе поедут. Простуда до сих пор била по состоянию, но после непродолжительного сна и парочки таблеток стало получше, хоть голова не так сильно раскалывалась. Только через минут сорок на фоне постоянных скучных разговоров Макса прорвался тот самый голос: полный претензии, презрения и язвительности. Это значит, адвокат замаячил на горизонте. Судя по всему, вскрылись новые подробности по делу Шахматиста, и Выграновский практически сразу взял телефон в руки, открывая переписку с Арсом. Да, отстранен, но и он не сотрудник, чтобы скрывать от друга детали. Первое время все было абсолютно спокойно. Они ехали, постоянно звучали дебильные шутки Джея, ничего сверхъестественного не происходило. Эд даже успел чуть задремать, но в один момент появилось странное шипение. Странно, ловит, что ли, плохо? Парень проверил штекер наушников, но тот был воткнут плотно. На всякий случай проверил оборудование, включив музыку. Нормально играла, без перебоев, значит, дело не в ушах. Шум становился сильнее с каждой минутой, вскоре невозможно было разобрать ни одного слова. -Да твою… — выдохнул татуированный, сворачивая диалог с Поповы и открывая переписку с Джеем.

Вы 21:47

Легавый, все хорошо?

Легавый 21:47 Че тебе надо Все заебись Едем кайфуем сейчас типа скрутим Я ему расскажу его права Все как я люблю

Вы 21:48

Пиши, если что.

Я серьезно.

Легавый 21:48 Ой ди наху Сука кочки Иди нахуй говорю Эд закатил глаза, выключил мобильник и продолжил вслушиваться в странный шум. Что-то ему это все не нравилось. Совсем не нравилось. Терпеливо просидев на месте еще максимум минут десять, в итоге не выдержал. Залпом выпив остатки чая со всеми необходимыми таблетками, парень скинул наушники, направившись к выходу. Адрес слышал, туда и поедет, чтобы лично убедиться, что все нормально. Тупая была идея отправлять Джея вместо себя, у него же даже валыны нет. Выцепив свой пистолет из-под подушки, Выграновский на ходу проверил магазин, заткнув оружие за пояс и прикрыв его темным тренчем сверху. Выбор, опять же, не велик: пришлось брать свой шлем и садиться на мотоцикл. Сцепления с дорогой ноль, все адекватные люди уже пересели на четыре шипованных колеса и бед не знают. Вот как раз из такого четырехколесного транспорта и вышли двое мужчин, осматривая двор, куда они заехали. -И че, куда? — уточнил Анджей, вертя головой. Вокруг высились довольно красивые многоэтажки с огромными стеклянными вставками. Как будто бюджетная пародия на Москва-сити, но выглядит очень презентабельно. Да и райончик престижным считается. -Третий подъезд, второй этаж, квартира номер 447, — проверив еще раз адрес уточнил Максимов, сверяясь с бумажкой. -Если мы не ошиблись, мы выходим на информатора Шахматиста. И все, считай, клубок закончился. -Чет мне кажется, слишком легко, — буркнул Джей, пропуская вперед себя какого-то мужика, открывшего подъезд магнитным ключом, но тут же отодвинул его назад, а на все возмущения лишь щелкнул удостоверением перед носом. -Адвокатура, тише будь, — нравоучительно заявил он, гордо перешагивая порог первым. Что-то подсказывало, что их снова обвели вокруг пальца, и они сейчас наткнуться только на новые неприятности, созданные одним единственным психом. -Слушай, Максимов, — позвал юрист, прислонившись ухом к нужной железной двери. -Там возня какая-то. -В плане? — не понял оперативник, пристроившись рядом с напарником. Действительно, из квартиры шел какой-то странный гул. Макс нахмурился, прислонив указательный палец к губам, чтобы адвокат не мешал. -Сука, это шредер, — раздраженно заметил он, тут же с силой постучав. Джей аж отшатнулся, прикладывая ладонь к уху. -Дегенерат, — прорычал парень, которому как будто по мозгам молотком настучали. Шум затих, но тут же сменился другим, более хаотичным и неоднородным. Будто человек по ту сторону в спешке метался по комнате, не зная, что ему делать. -Ну че мы сиськи мнем? — фыркнул Анджей, визуально оценивая, получится ли снести дверь с петель. Хорошая, крепкая, но ребята из ОМОН’а бы справились, конечно. -Ты опер или я? — отошел в сторонку юрист, предоставляя Максиму полную свободу действий. -Выбивай дверь. -Я тебе Попов, что ли, двери сносить? — удивленно спросил тот, покосившись на слишком импульсивного парня рядом. -За мной нет отца генерала, мне по шапке настучат, — фыркнул он, еще сильнее вдарив по двери с убедительной просьбой «открыть, полиция». -Выбивай дверь, а то я выбью, — с серьезным видом заявил Джей, уже примеряясь, куда тут шибануть, чтобы сбить петли. -Ну ты дур… Он не успел договорить, потому что адвокат — не рыбак, у моря погоды ждать не будет. Вломив ногой в район замка, но железяка только скрипнула, а Вилюш поморщился, запрыгав на второй ноге. -Сука, крепкая тварь, — прорычал он, аккуратно наступая на пол, чтобы проверить, не переломал ли себе все кости. Надо сказать, удар вышел сильным, и будь вместо этой преграды ее эконом-вариант с ДСП и картоном внутри — точно бы выбил. Макс уважительно покачал, головой, но все-таки не решился повторять трюк товарища, постучав еще разочек кулаком. К счастью, действительно ломать вдвоем не пришлось — на пороге появился человек в возрасте, поглядывая снизу вверх на двух мужчин, совсем не ожидавших, что приехали именно к такому человеку. Ну правда, сколько ему? Лет шестьдесят? Больше? Они ожидали увидеть какого-то типа бандюганского вида, лысого там или амбалистого. А тут просто щуплый мужичок. -Добрый день, — с миролюбивой улыбкой поприветствовал он неожиданных гостей, совсем не комментируя то, как они тут его жилище чуть ли не по кирпичикам начали разбирать. -Что-то произошло? -Да, — взял в свои руки переговоры Анджей, прихрамывая подходя ближе и привычным движением раскрывая ксиву. -Каштанов Леонид Викторович, это ты? -Я, — согласно кивнул Леонид. -А что, собственно, от меня требуется? -Видишь ли, Каштанка, — выдохнул Джей, обмахиваясь удостоверением, как веером, -тут такая тема, что у нас к тебе есть парочка вопросов, а у тебя, по всей видимости, есть на них ответы. Че, впустишь? -Если честно… -О, — прервал его Вилюш, нахально отодвинув мужичка в сторонку. Совсем не являясь вампиром, спокойно зашел в квартиру без всяких приглашений. -Честно — это под запись. Максимов, попиздовали, у нас допрос, — радостно заявил он, убрав руки в карманы и с интересом разглядывая окружение. Ух ты, тут и картинки какие-то на стенах и статуэтки… неплохо живет, неплохо. -Прошу прощения, — буркнул Макс, следуя за другом, несмотря на ошарашенный взгляд владельца жилплощади. Делая вид, что обои — просто невероятные, Анджей прошелся до первой комнаты, на всякий случай оглянувшись. Оперативник как раз что-то спрашивал у Леонида, отвлекая его внимание беседой. Убедившись, что про него частично забыли, Джей нажал на ручку, тихонько просачиваясь дальше. -Так, — потер он руки, готовясь проводить не совсем санкционированный обыск. -Шредер, шредер, шредер… — бормотал парень, взглядом пробегаясь по всем многочисленным полкам и шкафам. -Что же ты в этом шредере измельчал? — спросил сам себя юрист, присаживаясь на корточки и внимательно осматривая пространство под столом. Пока что ни намека на машину для уничтожения документов здесь не было. Странно. Очень странно. -Кашалот, — вздохнул задержанный, уже просто из-за нервозности дергая рукой, прикованной наручниками к столу. -Все, я свободен? -Не-а, — победоносно заявил Попов, пододвигая к мужику с огромным фингалом под глазом бумажку. -Полное имя Кашалота, его адрес, номер телефона. Давай, давай. Мужик, что еще пару часов назад прессовал сотрудника в подпольной лаборатории по производству метамфетамина, теперь с грустью выводил ручкой подробности, потому что ему пообещали уменьшить срок за помощь следствию. Помотавшись по комнате допроса из стороны в сторону, Арсений дождался, когда вся информация окажется у него на руках, а потом довольно хмыкнул, изучая каждое слово. -Ну, вот и все, — пожал плечами он, махнув в зеркало рукой, чтобы дежурный пришел и отвел преступника в СИЗО. -Спасибо за помощь, я обязательно упомяну об этом в отчете, — улыбнулся брюнет, складывая листочек четыре раза и убирая к себе в карман. -Если не забуду, — буркнул он тише, когда железная дверь с грохотом закрылась. -А я забуду. Нечего было кулаками махать, сука. Так, адрес на руках, все на месте… правда, время уже было позднее, его рабочий день давно закончился, вместо всей этой нервотрепки с допросами уже мог бы валяться с Шастуном и думать, как быть с ним. Но нет, такова уж работа: вместо теплой кровати с мелким под боком — разбитая губа, ушибленное плечо и рассеченная бровь. Опер вздохнул, постукивая пальцами по столу. Максимов сейчас непойми где, на задержание его не отправить. Дрозда — себе же хуже делать, он там снюхает все, что найдет, а потом будет говорить, что это была мука. Можно было бы поехать прямо сейчас самостоятельно, но черт… весь день мотается, как-то уже сил нет. Может, завтра с утреца скататься?.. Да и откладывать не хочется, зло должно быть за решеткой и как можно скорее. Ладно, сходит за кофе, звякнет Антону, а там уж разберется, как лучше поступить. -Але, хрусталь, — довольно бодро поздоровался Арс, проходя по длинному коридору. -Ну че ты, как? Чего грустный такой голос? — дождавшись, пока Тоша пожалуется на все распри со своим отцом, Попов переместился из одного корпуса в другой, закинул криво-косо составленный протокол допроса на стол к Демидову, а потом, позвякивая ключами, зашагал в сторону выхода, по пути кивая всем знакомым. -А, ну понял. Да не парься, подумаешь. Я, может, подъеду скоро, вместе разберемся, че там как тебе исправлять. Ага… да не жди лучше. Не знаю, может, придется еще кое-куда сгонять. Наберу позже, скажу точно. Давай, не скучай.