Корпрус

Джей уже минут десять просто смотрел на Выграновского, свернувшегося калачиком у двери. Вот же чудовище принципиальное. Сказали «спишь на коврике» — он и спит на коврике. И его, кажется, ничего не смущает в этой ситуации. А почему, вообще, Эд на полу в комнате своего адвоката спит? Потому что его подвал отошел Арсу, который среди всех самых безопасных мест на планете выбрал именно этот дом. Может быть, потому что тут живет сам Эдуард, у которого семь тайников с оружием, и не о всех даже Анджей в курсе. А может, их просто не жалко. В любом случае, сейчас матрас был занят, а теплый пол сделан только там и в комнате Джея. Вот, теперь смотрит, как его подопечный похрапывает, кое-как устроившись на подушке. -Слышишь, барыга, — наконец протянул парень, перекатываясь на спину и упираясь взглядом в темный потолок. -Удобно тебе там, да? -Просто прекрасно, — отозвался хриплый голос. Очевидно, что врет. Уже шея затекла, плечо болит, на бедре синяк наверняка. -Ну, рад за тебя, — хмыкнул адвокат, удобнее устраиваясь на мягком матрасе и блаженно выдыхая. Как-то даже приятно, когда страдают другие, а не ты. Прямо вот хорошо на душе его черной становилось. -Гондон. -Еще какой, — зевнув протянул юрист, полностью довольный собой и ситуацией в целом. -Не, ну если тебе вдруг захочется сменить свой прекрасный, шикарный, дорогущий, теплый ламинат на какую-то там уродскую, отвратительно-удобную, омерзительно-мягкую кровать… — он приоткрыл один глаз, переводя взгляд на ровно дышащего молодого человека, что все никак не мог устроиться так, чтобы ничего не болело. -То не пущу. -Двигайся, — не выдержав напора буркнул Выграновский, поднимаясь на ноги. -Я ж сказал: не пущу! — взбунтовался тут же Джей, моментально занимая собой настолько много места, сколько был в силах. -Да кому не похуй, — не скрывая правды пожали плечами ему в ответ, одним движением отодвигая распластавшееся тело к стеночке. Анджей раздраженно фыркнул, поворачиваясь к нему спиной. Вот еще, в одной кровати с мужиками он не спал. Главное — расстояние, чтобы гейские флюиды к нему случайно не просочились. Всем известно, что это заразно. Лучше вообще в противогазе ходить рядом с такими. Стоп! Вилюш очень быстро перевернулся. Опасно спиной к ним лежать, кто знает, что в их больную голову ударит. Ну вот, теперь слишком близко, прямо под носом. Какая мерзость эти ваши… голубые. Еще минут десять он просто крутился, выбирая ту позу, в которой будет защищен со всех сторон. -Я же всегда подрисовывал вагон, — бурчал парень, не в силах отыскать правильное положение. -Я же всегда радугу из семи цветов рисовал, что за дерьмо, почему это происходит… -Успокойся уже, — недовольно попросил Эдуард, когда с него в очередной раз стянули тот жалкий край одеяла, что изначально удалось отвоевать. -Меня твоя жопа мало интересует. -Мало?! — рявкнул Джей, подскакивая, будто его кипятком облили. -Мало-мало, — подтвердил Выграновский абсолютно спокойно. -Или ты хочешь, чтобы много? -Я от тебя ничего не хочу, петушня ты… -Тихо, — внезапно выдал совершенно трезвым, свободным от дремоты голосом молодой человек, приподнимаясь на локте. -Слышал? -Это голоса в твоей черепушке шизофренической, — ехидно захихикал юрист, потыкав пальцем в затылок настороженному Эду. -В дурку пора. Виу-виу. -Заткнись, — толкнул его локтем в ребра юноша, второй рукой дотягиваясь до тумбочки, резким движением выдвигая ящик и забирая оттуда свой пистолет. -Подъем, выспались. Из коридора действительно доносилось какое-то шуршание. Если бы это был Арсений, то он бы шумел, гремел и совершенно не заботился и качестве сна своих новых соседей. Но нет, это был явно кто-то чужой, кто-то, кто пришел сюда далеко не с намерениями подарить каждому по ромашке. Выграновский приложил указательный палец к губам, настаивая на тишине. После этого бесшумно соскользнул с кровати, тенью проплыв за дверь. Джей покачал головой, но предпочел на этот раз промолчать и последовать примеру товарища. Оба застыли в темном коридоре, вслушиваясь в окружение. Тихий звук шагов был уже не здесь, а в другом конце дома. Честно говоря, Вилюш ничерта не слышал, в отличие от Эда, крадущегося по стеночке. То ли уши чаще чистит, то ли привык быть всегда на чеку. Непонятно. Реально, как собака сторожевая: любой шорох чует. Дверь, ведущая к лестнице в подвал, скрипнула. -Сука, — выругались на пару парни, чуть ускорившись. Тихий щелчок магазина и больше ни звука. Как недоброжелатель сюда попал — не суть важно, важно лишь то, что Попов, скорее всего, спит. Теперь счет шел не на минуты, а на мгновения. Они уже почти спустились по лестнице, оставалась всего одна ступень и небольшой «предбанник», но тишину нарушил звук, от которого кровь в жилах застыла. Два четких выстрела. Да, не такие громкие, скорее всего, глушак стоял на стволе, но легче от этого не становилось никому. -Ебаный рот! — рыкнул Джей, в два рывка оказываясь около двери и распахивая ее настежь. Над матрасом, валявшемся на полу, стоял человек в капюшоне, держась за край одеяла, чтобы посмотреть в мертвенные глаза своей жертвы. Он не успел: Эд вполне спокойно нажал на спуск, а убийца даже не вскрикнул, свалившись на пол. Еще секунду парни просто стояли, не зная, что теперь делать. Карие глаза с испугом смотрели на не дышащий комок, накрытый одеялом с головой. Серые не выражали эмоций, но было заметно, что внутри у каменного Выграновского тоже что-то пошатнулось в этот момент. Кадык Анджея дернулся, когда он проглотил липкий ком в горле. -Ну уроды, ну кто ж вас просил, — внезапно послышался раздраженный, даже слегка разочарованный голос из темноты. -Наркош, я экстрасенсом стал, — прошептал адвокат, округлив глаза, а потом приблизился к уху друга и прикрыл рот рукой. Правильно, а то призраки по губам прочитают. -Я мертвых слышу. Они говорят, что ты урод. Я, кстати, того же мнения. -Мгм, некромант херов, — буркнул ему в ответ Арс. Живой Арс. -Ну вот правда, ребят, ну вы че творите? — на вздохе спросил он, присаживаясь на корточки возле тела убитого и стягивая с него капюшон. -А там? — Эд махнул дулом на то, что раньше считал Арсением. -Да подушки, Выграновский, не тупи, — цыкнул оперативник, недовольно поджав губы. -Сволочи, весь план заруинили. Он мне живым нужен был, блин. Как я вот теперь быстро на Шахматиста выйду, если он единственный за всю ночь сюда приперся? -Ну ты не психуй раньше времени, — попросил барыга, поднимая с пола ствол наемника и повертев его в руках. -Допустим, тебя убили, — он вытряхнул магазин, направляя дуло на Попова и показательно нажимая на курок. -Типа, вот. И допустим, что ты… умер. Для всех. Что будет делать Шахматист? Остановит охоту, добыча есть, а мне… ну, то есть, убийце, нужно просто принести ему твою голову в пакете. Голова есть, — хищно оскалился парень, пнув ногой безжизненное тело. -Убийца есть. Осталось забрать награду вместе с заказчиком под ручку. -Ты ебаный псих, — прохрипело Джей. -Я не дам тебе расчленять человека! -О, ты можешь закрыть глаза, — безразлично отозвался Эд, максимально детально изучая оружие, чтобы знать, с чем теперь будет работать вместо своего родного ЮСП’а. -Скажешь всем, что я сошел с ума, оказался предателем, повелся на деньги, что угодно можешь придумать, мне плевать. А мы с Арсом вдвоем на дно заляжем. Похороны только не надо устраивать, скидываться не буду. Ну… как сказать… смысл-то в его плане был. Другой вопрос в том, что убитый совсем на Арсения не похож. Хотя, если закрыть рукой голову, то, в целом, есть что-то общее. Руки, ноги — почти такие же. Везде по пять пальцев даже. Ну не отличишь. А если еще будущего всадника без головы в трупный мешок завернуть — так вообще одно лицо. Ха. Лицо, ага. Анджей потирал виски, даже не представляя себе, как обыграть всю эту ситуацию. Он должен одновременно «покрывать убийцу» и помогать следствию, которое на самом деле будет идти по следу фантомного преступления. Ну и бредятина. Но, если честно, сработать может. И Эдуард уже даже придумал, чем перерубить кости шеи, как вдруг по его затылку прилетел крепкий, отрезвляющий удар. Голова дернулась вперед, а парень непонимающе обернулся на адвоката. -Конченный, — пророкотал Анджей. -Голова на блюде — образное выражение, а надругательство над телом — реальная 244 статья уголовки, ты заебал все буквально воспринимать! В универе я тебя отмазывал, когда ты решил организовать поставки оружия с наркотой из Пакистана, хотя это просто была теоретическая задача, демонстрацию за легализацию травы проводил, я думал, ты учишься на ошибках! -Тихо, — поморщился Попов, прекрасно помня все эти перфомансы, когда они еще вместе учились. -Уверен, что менты тебя не поймают раньше времени? -Обидно сейчас было, — протянул Эд, обладатель какого-то необыкновенного таланта играть с полицией в догонялки и выигрывать. Кто уж, как не он, знает, что такое исчезать целиком и не отсвечивать хоть несколько лет подряд. Обсудив более детальный план действий, адвокату все же пришлось согласиться на эту авантюру. Пока Выграновский, как единственный человек в этом доме, кто транквилизаторы на завтрак, обед и ужин жрет, переодевал тело в одежду Арса и укладывал на матрас под одеяло, Анджей помогал «покойнику» собрать вещи и максимально качественно раствориться в городе. -Мобилу, паспорт, все оставляй, — советовал он, запихивая все его монатки в спортивную сумку. -Хрусталь… — брюнет кашлянул, исправляясь. -Тоху только не дергайте, ладно? Пусть хоть он не думает, что я теперь по облачкам прыгаю. -Чем больше людей будет думать, что ты встретился с прародителями, тем лучше для них же, — настойчиво сообщил Джей. -Но лично я говорить не буду. Чеб я делал, если б мне так про барыгу сказали… Он на секунду замолчал, но быстро мотнул головой, отгоняя какие-то слишком нежные мысли, раздражающие его до глубины души. Когда все было готово, Эд уже вернулся, беспечно крутя на пальце ключи от своего мотоцикла. Сейчас нужно было выждать пару часиков, чтобы у парней была возможность затеряться, а потом вызвать труповозку, ехать к Максимову, остальным… ну, и врать, врать, врать. -Наркош, — позвал Джей, остановившись в дверях своего дома. -Не дури. -Как будто первый день знакомы, — с легкой усмешкой, совсем несвойственной ему, отозвался парень, оглядываясь через плечо. -Главное ты играй убедительно. Анджей не сомневался, что Выграновский растворится, распадется на молекулы, если потребуется, будет везде и нигде сразу. Он больше переживал, что тот снова не вернется. Юрист еще минуту ждал, когда черный мотоцикл с рычанием покинет территорию частного дома, а потом слушал, как рокот мотора растворится в общей тишине ночного города. В подвале труп и ствол с отпечатками Эда, скоро против него возбудят уголовку, будут мотаться по всему городу, допрашивать, искать. И Джею нужно помогать. А не хочется. -Ц, — цыкнул он, раздраженно сложив руки на груди. -Ненавижу тебя, барыга ебучий. Соврал, конечно, но хуже от этого не стало. Сорока минут хватило, чтобы парни добрались до какой-то забытой богами окраины города, где у бывшего дилера раньше располагалась его святыня — небольшой сарайчик, в котором в свои не лучшие годы он хранил товар. Попасть в него было настоящим квестом. Для начала — залезть на крышу и отодвинуть ветхие, уже гнилые доски, закрывающие дыру в потолке, через которую они и забрались туда. -Не думал, что приведу сюда мусора добровольно, — буркнул Эдуард, отряхивая руки от пыли и грязи. Все, что нужно было сделать дальше — выкорчевать небольшую дощечку из стены, за которой прятался тайничок. -А вот этого ты не видел, — предупредил парень, когда оттуда совершенно случайно вывалился небольшой пакетик с травой. Во-первых, просто забыл утилизировать. Во-вторых, не появлялся тут больше пяти лет. В-третьих, подкинули. Никакой вины, обычная случайность. Арс и не собирался выпендриваться, просто оглядывался, представляя, как будет мерзнуть тут несколько дней, если Выграновский затянет с выходом на заказчика. А тот лишь натянул капюшон, выудил из любимого тренча сигареты и основной телефон, оставив в карманах только поддельную ксиву. Попов внимательно наблюдал за тем, как «преступники» скрываются в полевых условиях. Плащ полетел в схрон, а SIM-карта сломалась надвое. Выключенный мобильник отправился вслед за верхней одеждой, а на его смену пришла кнопочная, доисторическая Нокиа. Он делал все настолько четко, отточено и быстро, что Арсений совсем перестал удивляться, как ему удавалось так быстро испаряться ото всюду. -ЮСП жалко, — между делом сообщил татуированный, оглядывая свое новое оружие, забранное у наемника. -Любил его, вообще-то. Антон совершенно не понимал, почему все это происходит. Сегодня, как послушный мальчик, пришел в школу, хотел поздороваться с, как ему казалось, новыми знакомыми, но со вчерашнего дня те даже не подходили к нему. Его будто не стало. Дима виновато взглянул на него, полностью проигнорировав приветствие, а Серый прошел мимо, даже не остановившись. Да что за херня-то? Ладно, допустим эти никогда ему не нравились, а Ира? Кузнецова говорила со своими подругами в конце класса, а завидев парня в дверях, стушевалась, отводя глаза. Что это такое? -Ир, а че происходит? — не понял Шастун, проходя к подруге и ее компании, что быстро замолчала, когда он приблизился. -Че вы все… молчите? Ответом ему служило очередная порция игнора. Нет, ну это уже правда какая-то шутка. Вчера еще думал, что просто настроения у людей нет: куча контрольных была, все сами по себе ходили, как в воду опущенные. А сегодня, вроде как, лайтовый день, чего тогда такое? Тоша, так и не получив никакого ответа, сделал пару шагов назад, на всякий случай ощупав свое тело и потрогав край парты. Да нет, не умер, призраком не стал. Может, не понял чего? Но пролистывание беседы класса тоже плодов не принесло: никто ничего не писал. -Да какого хуя… — процедил мальчик, перескакивая взглядом с одного одноклассника на другого. Даже Рус не обращал на него никакого внимания. Зеленые глаза метались по помещению, отыскивая хоть кого-то, кто посмотрит на него, докажет, что он еще существует, что его видно, он не прозрачный. -Привет? — еще раз попробовал проявиться Антон, когда Лера, девочка в больших очках, проходила мимо него к своей парте. Ноль реакции. -Лер? Бля, Насть? Рома? Владос? Четыре выстрела, ни одного попадания. Даже не оглянулись. Паренек сглотнул, аккуратно присаживаясь на стул. А если все-таки умер, а это его личный ад? Как бы есть, но как бы и нет. Звонок на урок разогнал всех по местам, Шастун предусмотрительно убрал рюкзак со стула Кузнецовой, но та и не собиралась сюда садиться. Девушка разместилась на другом рядом с Викой, оставив своего бывшего соседа с отвисшей челюстью и страхом в глазах. Первым у них русский стоял, все рассчитывали узнать результаты сочинения, но Антону сейчас было интересней узнать, в какой момент он превратился в прозрачную оболочку. Сначала все было спокойно: Татьяна Викторовна ободряюще заявила, что по их школе результаты очень хорошие и не сдавших крайне мало. Надежда появилась, какая-никакая. Как выяснилось далее — в их классе не сдал только чувак, который в целом в школу не ходит, а только в списках почему-то присутствует. Даже у Антона набрались жалкие копейки, допускающие его дальше. Отлегло. Но совсем не радовало, что, говоря о его результатах, женщина не смотрела в нужную сторону. -Я так понимаю, Антон Шастун у нас сегодня отсутствует? -Уточнила она, проверяя список на компьютере. -Да тут я! — не выдержал Тоша, вскочив на ноги. Что-то совсем поплохело от таких заявлений. -Я тут, на месте. -Спокойней, молодой человек, — удивлено протянула Татьяна, поглядывая на расшумевшегося школьника. -Я без очков, не увидела вас так далеко. Присаживайтесь, не нервничайте. А мальчик аж выдохнул. Существует. Все-таки еще существует. Убедившись в этом, сел обратно, сразу же отписавшись Арсу, что он допущен к ЕГЭ. Попов не заходил в сеть уже второй день, что логично, ведь он сейчас немного занят выживанием. Но все равно, как-то успокаивало ему писать. Шастун старался совершенно не думать о том, что Арсений может уже никогда не ответить. Наверное, ему бы сказали, правда? Джей мог бы рассказать, Эд, коллеги оперативника. Хоть кто-то. Но больше всего мальчик боялся увидеть звонок или сообщение от кого-то из них. Каждый раз, когда приходило уведомление, его передергивало холодными мурашками по телу. Все, что сейчас мог сделать школьник — надеяться на лучшее и вздрагивать от каждого спамного сообщения. Если все складывается хорошо, то осталось дожить чуть больше… шести дней. Черт.

Вы 08:23

Я сдал сочинение

Ну плохо конечно, баллов мало, но хватает

А еще со мной никто не разговаривает, даже не подходят

Я не понимаю почему, уже второй день так

Надеюсь, у тебя все нормально

Напиши пожалуйста, когда сможешь

Следующее сообщение Антон написал, но стер набранный текст. Потом написал еще раз. Страшно было сказать «люблю тебя», как-то духу не хватало. Поэтому он просто заблокировал экран, так и не написав никакого продолжения. Урок шел своим чередом, они разбирали самые частые ошибки, разбирали спорные моменты и, в общем-то, занимались какой-то совершенно бесполезной ерундой. Уже все сдали, уже написали, зачем опять копаться в этом? Тоша и не пытался: рисовал на полях тетради, листал новости, смотрел ТикТоки. В общем-то, делал все, кроме учебы. Где-то ближе к концу урока на его телефон внезапно пришло сообщение. Первым делом Тоша перестал дышать, с тревогой читая имя отправителя. Потом выдохнул. Не про Арса. Владислав Леонов 08:37 После урока спустись к глобусу Мальчик перевел взгляд с экрана на Влада, но тот, кажется, не подавал никаких признаков заинтересованности. Как общался с Серым, так и общается, не оборачивается. Интересно, что за квесты такие. Последние три минуты сидел, как на иголках. Вот что с ним хотят сделать? Избить? Плохая идея, быстро откиснет. А какие еще варианты? Время, как назло, будто замедлилось. Прошла всего минута, а по ощущениям — уже все, пенсия наступила. Нога под партой непроизвольно дергалась, как будто по ней 220 вольт пропустили. Восемь тридцать девять, шестьдесят секунд до звонка. Руссичка уже перешла к объяснению домашнего задания на завтра, а большинство покидало вещи в рюкзаки. Поднимался привычный гам, как всегда бывает в самом конце урока. И как только трель пронеслась по помещению, ученики моментально повскакивали со свих мест, несмотря на требования Татьяны не шуметь до того момента, пока она не наговорится. Получив свободу действий, Антон сразу двинулся на этаж ниже. Туда, где между коридорами находился большой зал, из которого можно было попасть в актовый. Здесь же, около двойных дверей, ведущих в сторону корпуса младших классов, стоял тот самый громадный глобус. Он был где-то по живот двухметровому парню. Зачем такое большое надо — никто не мог сказать. Эта фигня просто стояла тут с того момента, как отстроили школу много-много лет назад. Мимо то и дело сновали другие учащиеся, кто-то громко смеялся, кто-то бежал, как угорелый, а младшие классы визжали и носились, играя в догонялки. Весело. Похоже, весело всем, кроме него самого. Влад появился в поле зрения только через некоторое время. То, что он один — хорошо, уже хоть не толпой отпинают. -Шаст, — подойдя к однокласснику произнес он, протягивая руку для приветствия. Ему ее не пожали, очевидно. -Короче… вот, почитай, — не откладывая дела в дальний ящик попросил Леонов, отдавай свой разблокированный телефон Шастуну. Тот недоверчиво развернул устройство к себе, перелистывая сообщения. Странно, беседа класса. Только у него такого не было. Или… -Беседа без меня? — усмехнулся мальчик, скорчив скептическое лицо, полное отвращения. -Серьезно? Прямо так? -Сорян, — пожал плечами Влад. -Прочитай. Тоша вздохнул, продолжая читать короткие облачка с текстом. С каждым сообщением его дорогих сокамерников язвительная ухмылка спадала, а вскоре лицо перестало выражать что-либо, кроме сосредоточенности и серьезности. -Во-от, — протянул Леонов, когда понял, что Шастун дошел до смысла. Оказывается, ему объявлена холодная война, всемирный бойкот, а кто будет его нарушать — станет врагом народа. Интересное кино. А все почему? Правильно, потому что каминг-аут не помог. Даже как-то наоборот. Теперь они переписывались только в этом чате, мигрировав из основного. -Отброс, — тихо произнес Антон, перелистнув дальше. -Чмо, — продолжил он, медленно, спокойно читая каждое сообщение. -Голубой, заразный, заднеприводный, мутант, пидорас, урод, изгой, — паренек мог бы продолжать до бесконечности, тут было столько оскорблений, что хватило бы на весь мир по одному. Просто не стал. -Я понял, — кивнул мальчик, выключив экран и вернув мобильник Владу. Почему-то зацепило. Вот правда. Просто тупо зацепило. Это такой идиотизм, так глупо, что просто сил нет никаких. Даже самые толерантные люди, такие как Ира, внезапно решили отвернуться совсем. То есть, как, «внезапно». Под давлением остальных. Никому не хотелось оказываться с ним в одной лодке, никому. -Ты-то че тогда хочешь? -Да просто решил, что… — Владислав неоднозначно пожал плечами, оглядываясь по сторонам на всякий случай. -Что ты просто должен знать, что происходит. -Круто, — без капли иронии протянул Шастун. -Круто, прикольно. И ты с ними, да? И Ира, Дима, Серый. Все, да? -Шаст, да, понимаешь… -О, нет, нихуя не понимаю, — перешел на чуть повышенные тона школьник, всплеснув руками от злости. -Не понимаю, какого хера вы все такие конченные, — выпалил он, чувствуя, как к горлу подкатывает ком. Но ты ведь хотел, чтобы отстали. Ты ведь хотел, чтобы все закончилось. Чтобы тебя оставили в покое, не трогали, не замечали. Вот, пожалуйста, как и заказывал. Так что такое, почему слезки на глазах? Почему тебя всегда все не устраивает, а? -Что я вам сделал, сука? Ну вот что?! -Успокойся, громко, — прошипел собеседник, пытаясь оттащить разбушевавшуюся шпалу куда-нибудь подальше. -Слишком громко, тут кабинет директора недалеко, на тон тише. -А, на тон тише?! — взвился с новой силой Антон. -А вы на извилину умнее не хотите? — срывающимся голосом спросил он, чувствуя, как начинает покалывать веки. -Че ты приперся тогда? Че ты говоришь со мной, че ты палишь всю контору? Че ты хочешь? -Да тише ты, Шастун, — сквозь зубы процедил Леонов, хватая его за воротник и притягивая к себе, чтобы тот сбавил обороты. -Хватит орать, придут обоим пизды дадут. Я просто пытаюсь извиниться, как умею, ясно? Тоша рвано вздохнул, посмотрев сначала на пальцы, крепко держащие его за кофту, потом в темные глаза напротив. Ух ты, а он врет. И это чувствовалось каждой фиброй души. Вроде говорил уверенно, четко, но это не было правдой. Антон еще секунду просто вглядывался в зрачки, прежде чем снова открыть рот. -И почему тогда врешь сейчас? — тихо, как его и просили, спросил школьник, на абсолютном серьезе. -Да не вру я, — чуть стушевался Влад. -Правда, просто пытаюсь извиниться. -У моего друга на допросах у людей так же зрачки дергаются, — сообщили ему тут же. -Ладони потеют, как у тебя кадык ходит. Совсем незаметно, если не смотреть. Даже если они очень уверено врут, даже если сами верят. Так почему ты опять врешь? -Еп твою мать, — убито выдохнул Леонов, наконец отпустив одноклассника и отряхнув действительно мокрые руки. -Клянись, что никому ни слова. Пожалуйста, Шаст. Я не прошу простить, я прошу просто молчать. -Я не ты, — коротко отрезал собеседник, расправляя на плечах кофту. -Я полгода с парнем встречался, — тихо признался Владислав на одном дыхании, отворачиваясь, чтобы не смотреть в глаза. -Мне неприятно, что они так относятся… ко мне, по большому счету. -Ты г… -Нет! — почти взвизгнул он, заткнув изумленного до глубины души Антона практически сразу. -Нет, би. Бляха, я не знаю, как тебе сказать, — раздраженно продолжил оправдываться паренек. -Просто ты мне нравился, я не мог, ну, понимаешь, ну я не мог никак иначе к тебе относиться, тогда началось бы то, что случилось с тобой. Понимаешь? Извини, Шаст, правда. Идиотизмом было издеваться над тобой. Но я тогда другого выхода не видел, не хотел оказаться на твоем месте. Шастун молчал. А что говорить-то? Это последнее, о чем вообще можно было подумать. Чтобы Влад, вот этот подкаченный чувак, у которого, вроде бы, все хорошо с девушками, есть подруги, друзья, чтобы он оказался не на той стороне баррикады? Какой сюр. И ему бы никто не поверил, но видно было, что нервничает. Видно, что ему самому от себя противно, больно и неприятно говорить об этом. И ладно бы просто признался в нетрадиционной ориентации, но сказал ведь, нравился. И это выбило из реальности лучше любого прихода. Звонок на урок прервал их диалог, но чувствовалось, что так просто все не закончится. После услышанного Антон не мог продолжить злиться на него, в мозгах впервые за столько лет появился ответ: за что. За то, что понравился. Почему-то он был вынужден страдать из-за того, что в седьмом классе в него влюбился одноклассник и мастерски прикрыл чувства буллингом. А теперь внезапно раскрыл все карты, оставив в полном смятении. Главное — что теперь делать-то с этой информацией?.. В кабинете оперов слышались тихие всхлипы, шмыганье носом и тяжелые вздохи. Никто не ожидал, что беда придет оттуда, откуда не ждали. Анджей, как и подобает истинному актеру, выкуривал уже пятую сигарету к ряду, нервно дергая ногой и то и дело протирая лицо ладонью. Пока что справлялся со своей ролью на пять с плюсом, все поверили. Рита с трудом сдерживалась от рыданий, уткнувшись в плечо Макса, а тот мог только успокаивающе обнимать его, потирая тонкое плечо. Дрозд раздавал команды Даве, что пытался аккуратно повесить портрет Арсения с черной ленточкой. То выше ему, то ниже. То правее, то левее, то в сторону Караганды. На просьбе быть внимательнее и двигать портрет в сторону Караганды, а не Уганды, Демидов психанул, воткнув фотографию на самый верх шкафа и пригрозив капитану кулаком. Тот в ответ на это возмутился, что с самого просил поставить именно так, просто Давид туповат оказался. -Как, Джей, — с протяжным всхлипом спросила Варламова, вытирая с щек потекшую тушь. -Как Эд мог? -Я сам не понял, — максимально упавшим голосом выдавил адвокат, старательно не переигрывая. -Ему как крышу сорвало. Сплю спокойно, а потом выстрел. И все. Я даже не успел ничего сделать, он уже сбежал, пока я в подвал к нему шел. -Ты же знаешь его, как себя, — прошептала Рита, принимая от Макса следующую салфетку. -Где он может быть, Джеюшка? Подумай, пожалуйста. -Не знаю, Рит, — зажмурился парень, падая лбом на ладони. -Не знаю. Я думал, что в курсе всех его приколов, всех… всех демонов в голове. Ой, слишком поэтично получилось. Надо бы исправиться, а то заподозрят чего неладное. -Ну, он же отбитый на голову, — объяснил юрист. -Я просто не представлял, насколько. -Да-а… — протянул с очень постановочной горечью Дроздов. –Ц, как живой на фотографии, как живой. А чего там с квартирой и машиной? Бедолага ж не успел детями обналичиться. Ни дитями, ни прадитями. Завещание-то хоть вынес? -Дрозд, имей совесть, — прорычал Давид. -Какая квартира? Нам убийцу друга искать надо, ты про квартиру. Между прочим, убийца нашего друга — наш же друг. Бывший. -Я всегда говорила, что Выграновский — это бомба замедленного действия, — срывающимся голосом заявила Маргарита, снова утыкаясь в плечо своего мужчины, сохранявшего полное молчание. -Столько раз я его предупреждала, что не надо, не надо с ним… ай… Анджей скрипнул зубами, но вместо закатывания глаз только понимающе кивнул, как бы признавая и свою ошибку. Вот бы Эд поторопился и вышел на Шахматиста как можно быстрее. Он долго не сможет серьезное лицо сохранять, ему и так кажется, что палится на каждой мелочи. То слишком страдает, то похер ему абсолютно. Не актер же, ну! Артем ничего не говорил, только трагично прижимал к груди чужую шапку, уперевшись взглядом в пол. Не на такую практику он рассчитывал. Не на такую. -Господи, — криминалистка снова растерла черные разводы туши по щекам, отстраняясь от Максимова. -П-пойду в морг, сама лично побуду на вскрытии, я так не могу. -Нет! — чуть не упал с дивана Джей, округлив глаза, но быстро нашел оправдание такой бурной реакции. -Нет, ты что?! Ты же беременная, куда тебе еще больше нервы трепать? Там работают люди, чего им мешать? Сделают заключение, посмотришь, все что тебе интересно. -Он прав, — впервые за долгое время старший оперуполномоченный сказал хоть что-то. -Не надо тебе. Мало ли. И пока в отделе царил траур, а Олег готовил пафосные речи для похорон своего лучшего сотрудника, Эд рыскал по городу. Проблема заключалась в том, что так просто к Шахматисту не попасть. Для начала с ним надо было связаться. А для этого нужно как-то сообщить о том, что цель мертва. Вот таким образом, подключив все свои связи из прошлого, парень обивал пороги притонов, подпольных клубов и прочего дерьма, откуда раньше сутками мог не вылезать. Люди давно сменились, те, для кого раньше некий Ви был авторитетом и надежным коллегой стали теми, кто впервые его видел. Это и хорошо, меньше подозрений будет. Сейчас атака на Шахматиста шла с двух сторон: маньяком каким-то образом остается в курсе всего, что происходит в отделе. А там сейчас Анджей спектакли играет. Здесь он носится по всем местам и разговаривает о том, что мент мертв. Должно сработать, информация любыми путями обязана дойти до главной фигуры на доске. Попов же сидел в холодном сарае, зевая от усталости и безделия. Мог бы сам своим киллером прикинуться, только сложнее было бы в разы. А так, есть Эдуард. Стремный тип, на короткой ноге с преступностью, такому легко поверить. Арс даже не знал, сколько времени прошло с того момента, как они сюда перебрались. Внутренние часы сбились, а никаких с собой больше и не было. Ближе к вечеру, когда «убийца» уже валился с ног, а его жертва мирно дремала, наконец информатор поддался уговорам. Таймер на сайтах застыл, а на фотографии Попова появился жирный красный крест. Об этом Выграновский узнал случайно: просто сидел в клубе по интересам, где на большом экране транслировалось это объявление. Да, барыгам тоже нужны деньги. А за десять лямов они не то, что убить, они сожрать готовы. Все присутствующие торговцы повернули головы, начиная переговариваться. Эд слабо улыбнулся, почувствовав, что скоро ниточки приведут к нему. Нужно только чуть-чуть помочь. -Реально ты завалил? — недоверчиво покосился на него местный житель, не совсем веря в рассказы новенького. В ответ на это юноша молча вытянул ствол из-за пояса, положив его на стол перед собой. Вопросы отпали, больше парень ничего не спрашивал, аккуратно отодвинувшись от киллера. Все это время «наемник» маску с капюшоном не снимал, двигался аккуратно и только там, где нет камер. Это сложно, в современном мире видеонаблюдение почти везде. Но, если знать маршруты — можно перемещаться призраком из одной точки города в другую, не засветившись ни на одной. Все, основной пункт плана выполнен. Шахматист поверил. Теперь остается только ждать обратной связи. Прекрасно, все идет так гладко, что аж самому от себя жутко становится. Всегда ведь говорил Джею, что гений. Только вот не слушал адвокат никогда. Теперь поверит. -Ну я ж… — Вилюш поморщился, отворачиваясь к окну. Обещал не говорить Шастуну, но информация — штука быстрая. Узнал отдел, узнал и Тоша. Кто ему сказал? Да кто угодно. Его номер был у Риты, Демидова, у всех сотрудников. Арс настаивал на том, чтобы тот мог набрать им в любой момент. Сейчас он позвонил именно Джею. И черт возьми, как же больно слышать этот надрывающийся, сломанный голос. -Тох, ну я ж сказал. Я не знаю. Клянусь, малой… Вызов оборвался, а адвокат выдохнул сквозь зубы, протянув купюру Дрозду, активно собирающему на похороны. Ясно дело, что не вернет потом. Да и плевать. Антон не знал, куда себя деть. Руки тряслись, живот скручивало резкой болью. Он правда надеялся, что Арсений вернется. Правда верил в то, что все обойдется. А теперь сидит у себя в комнате и не может понять, это планета Земля начала крутиться с бешеной скоростью или его голова. В глазах то темнело, то пелена слез размывала все в непонятное пятно. Он даже нормально разрыдаться не мог: запаса эмоций не хватало. Его всего колошматило хуже, чем помидор в блендере. Паренек вцепился зубами в костяшку среднего пальца в попытках хотя бы болью вернуть себя в реальность. Это не помогло: стало больно не только морально, но и физически. Невозможно поверить в то, что Эд, который казался ему несбыточной мечтой, стал предателем. Он просто не мог переварить это, мозг отказывался верить в происходящее. Завалившись на спину, мальчик крепко зажмурился, закусив губу. Холодный пот пробивал его насквозь, а потом сменялся жаром, плавящим кости. Ну почему? Почему на его долю выпало все это дерьмище? Издевательства, резкая перестройка всего мировоззрения и первая, настоящая любовь, которую убил человек, на которого было желание ровняться. Почему он? За что, сука? Утонув в слезах и ненависти ко всему живому, Шастун уткнулся в подушку, тихо завывая и всхлипывая. Он свернулся в один большой комок скорби, уперевшись лбом в колени. На кухне гремела посуда, наверное, Лика ужин готовила. В соседней комнате пищал Егор, оставшийся со своим отцом. Хотелось просто распасться на части и не чувствовать, как старые рваные раны на душе снова трещат по швам. Как снова становится больно, как веки разъедает солеными, горячими каплями. Стоило на мгновение почувствовать, что стал кому-то нужен по-настоящему, как моментально отобрали кислород и будто ногами забили до полусмерти. Это не более, чем какая-то шутка вселенной над ним. Тупая шутка. Этот мир просто не хочет, чтобы он был счастлив. И делает для этот все. Не добился в своей жизни ничего, остался никем, умрет никем, наверное. Был шанс вылезти из этой гробовой ямы, но теперь — все коту под хвост. Страшно думать, что будет завтра, страшно даже представить, какого ему будет стоять на похоронах, смотреть, как гроб опускают в землю. Да от одной этой мысли разрывает с новой силой. Если бы Попов знал, что мелкий сейчас там так страдает, то обязательно плюнул бы на весь этот план и приехал. Просто чтобы доказать, что живой. Но Арсений не был в курсе, поэтому сидел с Эдом в их схроне, тихо переговариваясь с ним. -Мне, как менту, пиздец интересно, каким образом ты так легко уходишь от нас, — сообщил он, откусывая сэндвич, который Выграновский притащил с собой, когда вернулся. Будет слишком смешно, если оперативник тут от голода ласты склеит. -Очень просто, — отозвался парень. -Вы мыслите иначе. Не говорю, что тупые… наебал, говорю. Просто вы ищете всегда не там. Вы думаете, что я прячусь, трясусь и боюсь вас, а я уже в подворотне рядом с вашей тачкой, продаю новый рай в пакетике, — объяснил, как смог, татуированный, потягивая из трубочки колу. -Короче, слишком много о себе думаете. Вас за нос водить — как у ребенка конфету отобрать. Легко и совесть не мучает. -Почему тогда из города сбежал тогда? — язвительно уточнил Арсений, уложив подбородок на руку. -Если такой крутой и можешь прятаться прямо под носом. -Потому что легавый искал, — коротко ответил Эдуард. -А он — не вы. Он костьми ляжет, всех на уши поставит, будет искать там, где вы — нет. А еще… — Выграновский горестно вздохнул, будто признавая нелепую, нежеланную правду. -А еще он слишком хорошо меня знает. В Москве для него не составило бы труда отыскать мою дилерскую морду. Вот и пришлось усложнить задачу. Ладно, раз уж по душам говорим. Че у тебя с мелким? -С хрусталькой? — с теплой улыбкой переспросил Попов, подняв глаза на собеседника. -У-у, брат, — протянул тот, откидываясь на стену за собой и вытягивая ноги вперед. -Не отвечай, я вижу. -Да ниче такого, — поспешил образумить его брюнет, замотав головой. -Не как ты подумал. Просто встречаемся. Я сам не уверен, что это такое. Вроде бы нравится, прикольный такой, с ним спокойно. А вроде и… парень же, мелкий, как будто не особо хорошее решение. -Решение — полная залупа, — без раздумий кивнул Эд. Вот чем хороши разговоры с ним, так это тем, что этот человек не фильтрует свою речь и говорит ровно то, что хочет сам, а не то, что хотят слышать от него. -Но это лучше, чем любить кого-то вроде легавого, — дополнил тише он, понуро опуская от бессилия плечи. -Твой хоть взаимностью отвечает и не плюется ядом от каждого лишнего вдоха. Да и похер, что ему семнадцать. Себя в это время вспомни, че, с телками постарше не трахался? -Та конечно, — отмахнулся Арс. -Не в возрасте дело. Я боюсь, как бы это все не оказалось обычной дуростью. -Тебе хорошо с ним? — внезапно спросил Выграновский, вскинув серые, пустые глаза на друга. Тот молча, но уверенно кивнул. -Вот и все. Остальное — хуйня, приложится потом. -Ты, если честно, самый душевный убийца, с которым я разговаривал. -А ты самый болтливый труп из всех, каких я только видел. Оба криво усмехнулись, завершая эту ветку диалога. Надоело отсиживаться, хотелось уже перейти к делу. Арсений доел свой скудный ужин, кое-как устраиваясь на неудобном подобии лавочке. Спать тут — то еще испытание. Холодно, твердо, еще и есть шанс, что с потолка какая-нибудь дрянь на лицо капнет. Вот так вот растешь в особняке на Рублевке, потом живешь в теплой, классной квартире в элитном ЖК, а поток БУМ и… сарай. Интересно, необычно, можно трактовать, как историю неуспеха. -Да ложись, — без капли сомнения предложил Эд, хлопнув по колену. -Я ж не Джей, потерплю тебя. -Ну ты ваще кент, — благодарно протянул Попов, пересаживаясь к нему и укладывая голову на колено товарища. -Молчи об этом. -Пф, — насмешливо фыркнул барыга. -Это ты рот не открывай, хрусталь приревнует, не хватало мне еще и от малолеток бегать. Они бы и дальше продолжали перебрасываться фразочками в этом духе, но старая Нокиа внезапно ожила. Оба повернулись на звук, затаив дыхание. Этот номер был буквально у избранных. У тех, с кем были какие-то деловые отношения больше пяти лет назад. Арсений моментально подскочил, а Выграновский посмотрел на неизвестный номер, приняв вызов и выставив связь на громкую. -Слушаю, — его тон поменялся со снисходительного и безразличного на стальной, холодный и отстраненный. -Эдуард Александрович, не ожидал, — заговорил из трубки роботизированный голос. Арс сразу признал в нем бас Шахматиста. -Вы были в списке моих марионеток, но… решили выбрать собственный путь. Похвально, молодой человек, очень похвально. Не каждому дано также искусно управлять своей судьбой, как это делаете вы. -К делу, — перебил его парень. -Где забрать деньги? Мне нужно уезжать и как можно быстрее. -О, я понимаю, полиция на ушах стоит, — его голос, довольный, тягучий, лился мягким, измененным программой, низким, рокочущим тембром. -Мой информатор в скором времени вышлет вам координаты. Встретимся ровно в пять утра, постарайтесь не опаздывать, я люблю пунктуальность. И смотрите внимательно по сторонам, это вам… дружеский совет. Вызов закончился также резко, как и начался. Парни довольно переглянулись. Осталось каких-то несчастных восемь часов, а потом ад наконец закончится. Теперь нужно как-то незаметно связаться с Джеем, чтобы тот каким-то чудом вытащил оперов и группу захвата на место. Непросто реализуется, но наживка у них есть — Эд. А значит, манипулировать их передвижением очень просто. Выйдя на финишную прямую, не верилось, что пришел конец вечным нервам, переживаниям и догонялкам со смертью. Теперь дуо принялось разрабатывать план захвата. Нужно было сделать так, чтобы все сработало идеально. Любая оплошность — и им конец. Права на ошибку не было, все должно сработать идеально точно, без погрешностей вообще. Именно поэтому ближайшие несколько часов они будут мусолить одну и ту же тему, обсасывая ее детально, терпеливо и с каждой стороны. План капкан вот-вот захлопнется и нужно быть готовым к тому, что в противном случае, он откусит голову всем.