Lovesick Girl/Страдающая любовью

      Камелия стояла в полутени коридора, не решаясь сдвинуться с места. В груди нарастало напряжение, привычная уверенность уступала место тревоге и растерянности: ведь никто из посторонних не должен был узнать о её существовании.       Незнакомая девушка — блондинка с лиловыми глазами — по-прежнему стояла неподалёку, и её присутствие уже само по себе выбивало принцессу из равновесия.       Мозг лихорадочно искал объяснения: кто она? Почему вышла из покоев Томуры? Что происходит?       Камелия чувствовала, как напряглись плечи, даже дыхание стало осторожным.       И вдруг в проёме появился сам Томура. Он вернулся — но никто во дворце не говорил о его возвращении, не было ни единого слуха.       Принц, кажется, не заметил Камелию: он вышел быстро, с явным волнением в движениях, повернулся к девушке и с нажимом спросил: — Ты уверена?       Блондинка остановилась, повернула к нему спокойное, но твёрдое лицо и коротко бросила: — Вполне.       Камелия нахмурилась, попытавшись собрать мысли воедино. Была ли эта девушка причастна к той лжи Томуры — к его обману, когда он объявил о поездке в Южное королевство, а на самом деле направился в Хиро? В голове пронеслась цепь вопросов, на которые не было ответов.       Однако принцесса не сдвинулась с места, не желая раскрывать себя и своё присутствие.       Тем временем те двое стояли молча, словно временная пауза исходила именно от них. Незнакомка неспешно махнула рукой, словно отмахиваясь от всего, и произнесла беззаботно, что ей уже пора уходить. Её движение было легким и свободным, будто перед ней стоял не сам наследный принц, а жалкий прислуга.       Камелия почувствовала, как руки её непроизвольно сжались в кулаки. Как смела эта девушка так вести себя с Неудачником? Такое не позволялось никому… кроме неё самой.       Девушка спокойно шла в сторону выхода из внутреннего дворца, словно была здесь не в первый раз, её движения были уверенными и непринуждёнными. Камелия следила за ней глазами, напряжение не покидало её, но незнакомка постепенно исчезала из виду. Томура молчаливо стоял рядом, смотря ей вслед, но принцесса едва могла различить его выражение — рука, закрывавшая часть лица, скрывала эмоции.       Внезапно он тяжело вздохнул и произнёс тихим, но твёрдым голосом: — Неудачница, я знаю, что ты здесь.       Камелия опешила от этих слов, понимая, что обращение было именно к ней.       Принцесса неловко покашляла, осознавая, что дальше скрываться не получится. Она сделала несколько шагов вперёд и, наконец, показалась из тени. Теперь они стояли друг напротив друга, и их взгляды встретились.       На самом деле Камелии было непривычно оказаться в таком положении. Совсем недавно она узнала о прошлом Томуры. В любой другой день она бы непременно попыталась поиздеваться над ним, выплеснуть всё раздражение словами, слегка язвить и даже обидеть, чтобы показать свою силу.       Но сегодня что-то мешало ей сделать это. — Кто это был? — пытаясь звучать раздражённо, спросила принцесса.       Томура замялся на мгновение, глядя куда-то в сторону, словно подбирая слова. Потом, тяжело вздохнув, ответил: — Никто.       Он уже повернулся и направился обратно в свою комнату, но Камелия решилась заговорить ещё раз, сжав кулаки от напряжения: — Почему ты всех обманул, сказав, что поедешь в Южное королевство, хотя был в Хиро? И что это за внезапный мотив избавиться от Всемогущего?       Томура не сразу ответил. Тон его был не раздражённым, как обычно, а усталым, с тяжестью, которую сложно было скрыть. Это вселяло в Камелию смешанные чувства — и тревогу, и непонимание, и интерес к тому, что таится за его поступками. — Я никого не обманывал. Я правда был в Южном королевстве. Но перед этим поехал в Хиро. Чтобы… увидеть наследника Тошинори.       Последние слова он произнёс с явным презрением, будто вспоминал о ком-то, кто не заслуживал уважения. — Учитель об этом знает, — добавил принц тихо.       Камелия настороженно посмотрела на него и спросила: — А почему ты не рассказал Курогири?       Томура на миг задумался, затем ответил с едва заметной тяжестью в голосе: — Я собирался ему рассказать сегодня.       Слова повисли в воздухе — между ними затаилась неразрешённая напряжённость и ожидание.       Камелия снова спросила, пытаясь услышать хоть какой-то ответ: — Кто была та девушка? И почему она спокойно нахождилась здесь, во внутреннем дворце?       Томура снова не ответил, лишь молча отвёл глаза в сторону.       Её сердце сжалось от растерянности и тревоги. В голове закрутились мысли — возможно, именно эта девушка и связана с необычным, непривычным поведением Томуры в последнее время.       В мыслях Камелии словно складывались пазлы — та незнакомка действительно вышла из комнаты Томуры, и её поведение говорило о том, что она не в первый раз здесь, во внутреннем дворце. Она свободно перемещалась по дворцу, не боясь быть замеченной, и, что ещё важнее, общалась с Томурой абсолютно неофициально, как с равным.       И вдруг осознание прорезало её ум — это могла быть его девушка.       Эта мысль заставила Камелию резко отшатнуться назад, словно неожиданно столкнулась с чем-то, чего была не готова принять.       Томура наконец ответил, не спеша и с оттенком скрытой усталости в голосе: — Она одна из моих подчинённых.       Камелия нахмурилась и не успокоилась: — Тогда почему она была в твоих покоях?       Томура вновь замолчал, и в этой паузе повисла тяжелая неловкость. Тогда принцесса, словно не выдержав, резко продолжила: — Ты что, завёл себе подружку?       В воздухе повисла напряжённая пауза. Глаза Томуры медленно расширились, словно он не сразу осознал сказанное. — Чего? — пробормотал он спустя минуту, голос был тих и немного растерян. ~~~~~ *десять лет назад, Хиро*       Светловолосый мальчик мчался босиком по лесу, преодолевая мягкий, но неровный грунт, укрытый слоем травы, листьев и влажной земли. Его ноги царапала колючая трава, временами он наступал на мокрые кусочки мха, чувствуя, как холодок пробегает по ступням. Ветки, обвивавшиеся вокруг деревьев, туго натягивали паутину, и мальчик не раз отмахивался от них руками, чтобы не попались в глаза.       Его дыхание учащалось, резкие вздохи сочетались с тяжелыми шагами, когда он пытался догнать убегающего кабаненка.       Лицо мальчика — пятна грязи сливались с зелёными мазками травы, на щеках блестели пот и капли росы. Руки и колени покрывались царапинами, но он упорно гнался за зверьком, чувствуя, как каждый погоня становится всё тяжелее.       В последний момент, когда казалось, что он уже почти дотронется до кабанёнка, тот визгливо рванул в сторону и углубился в чащу. Мальчик, споткнувшись о корень, не удержался и рухнул лицом в мягкую землю. Тишину леса пронзил его тихий вздох: — Черт… — произнёс он не с раздражением, а с горечью и отчаянием.       Мальчик вернулся к своему импровизированному дому, небольшой хижине, что стояла на опушке леса. Возле костра, чуть ближе к теплу огня, лежало аккуратное гнездо, сделанное из мягкой травы и шерсти. В самом центре, среди покровов, покоился крошечный дракончик ярко-красного цвета. Его маленькие глазки еле-еле приоткрывались, светясь слабым огоньком жизни.       Почувствовав приближение мальчика, дракончик издал едва слышный пищащий звук, как будто узнавая своего хозяина.       Мальчик с едва заметным раздражением, почти как обычно, пробормотал: — Не сегодня, мелкий придурок. Мясо убежало от меня к чертям.       Взамен ожидаемой добычи парень снова принёс ягоды — яркие, сочные, собранные в лесу, и аккуратно положил их рядом с гнездом, словно заботливо подкармливал маленького друга.       Дракончик снова запищал, на этот раз отчаянно, пронзительно и настойчиво. Его маленькое тело дрожало от голода, будто он пытался сказать, что ягоды — это далеко не то, что ему действительно нужно.       Мальчик цокнул языком, будучи уже немного раздражённым привычным упорством маленького дракончика: — Ешь то, что дают, идиот, — сказал он строго, но с лёгкой теплотой в голосе. — Ты и так тут отсиживаешь свой маленький зад целыми днями.       Спустя некоторое время дракончик всё же осторожно переступил через свою гордость и начал есть ягоды, хотя внешний вид показывал, что он явно предпочёл бы мясо. Мальчик наблюдал за ним и, чуть смягчив тон, добавил: — Я… обязательно добуду мясо завтра.       Он напоминал себе и малышу, что пока придётся потерпеть и питаться тем, что есть, но в его голосе звучала твёрдая решимость — завтра он постарается исправить ситуацию и принести то, что действительно нужно дракончику для роста и силы. ~~~~~       Мальчик спрятался в густых зарослях, стараясь быть как можно тише. Вокруг царила густая тишина леса: высоченные деревья отбрасывали тёмные тени на мягкую землю, покрытую опавшей листвой и мхом. Лёгкий ветер колыхал ветви, и где-то вдалеке доносился треск под ногами зверя.       Мальчик задумчиво всматривался сквозь листья, готовясь к решительному броску. Вдруг у него за спиной раздался шум стремительного бега. Сердце забилось ещё быстрее. Он не раздумывал и рванулся вперёд, вырываясь из укрытия, чтобы схватить добычу.       Но вместо привычного зверя под ногами он услышал испуганный крик, а спустя мгновение почувствовал, что упал на что-то мягкое и живое. Открыв глаза, мальчик обнаружил перед собой испуганную девочку, с широко раскрытыми глазами, полными страха и непонимания. Её руки дрожали, а дыхание было учащённым.       Он ошарашенно отпрянул, сердце колотилось от неожиданности — он ожидал поймать животное, а столкнулся с такой неожиданной находкой.       Мальчик был весь перепачкан в грязи и траве, его плечи и руки поцарапаны, а одежда давно порвана и изношена, словно он жил не в доме, а в чаще леса. Его волосы, светлые и взъерошенные, липли к лицу потными прядями, а широкие, настороженные глаза внимательно смотрели на девочку перед ним. — Какого…? Ты не кабан.       Девочка, уставшая и испуганная, всматривалась в его грязное, уставшее лицо, пытаясь понять, кто он такой на самом деле. — Не кабан, — тихо промямлила она, словно повторяя услышанное и пытаясь осознать всю странность их встречи.       Блондин почувствовал как разочарование скапливается в его груди. Опять. Опять не получилось добыть нормальной еды.       Он резко выпрямился и отстранился, раздражённо фыркнув. — Идиотка, какого черта ты здесь делаешь, а?! — громко спросил мальчик, из-за чего та вздрогнула, не успев даже подняться с места.       Её розовое платье испачкалось в грязи, порвалось на коленях, но она старалась сохранить достоинство в глазах мальчика. — Я просто гуляла, — тихо ответила она, опуская взгляд, — а потом заблудилась.       Мальчик презрительно фыркнул и сказал: — Ты тупая.       Он уже начал разворачиваться, собираясь уйти, но вдруг почувствовал, что кто-то идёт за ним. Оглянувшись, он увидел, что девочка медленно следует за ним.       Мальчик остановился и с раздражённым взглядом обернулся к девочке, задавая резкий вопрос: — Какого черта ты идёшь за мной?       Девочка, находясь немного позади, тихо ответила, не поднимая глаз: — Я… не знаю, где мой дом.       Её голос был смущённым и немного дрожал, словно она боялась неожиданной реакции, но ещё больше — потеряться и остаться одной в лесу. — А я тут причём?! — Ну… ты тоже потерялся? Мы могли бы вместе…       Мальчик резко оборвал её, перебивая: — Я не потерялся!       Он сгорбился и замолчал на мгновение, стараясь подавить раздражение и слабость, которые поднимались внутри него.       Девочка снова тихо произнесла: — Тогда почему ты один?       Он замолчал на мгновение, тяжело вздохнув. Затем, с грубостью, ответил: — Это не твоё дело.       Но в глубине мыслей будто застряло одно слово — «один». Его сердце непривычно сжалось, вспоминая всю тяжесть своего одиночества, которое он так тщательно скрывал за колючей оболочкой.       Мальчик развернулся и уверенной походкой направился вперёд, решив, что сегодня он обязательно должен поймать хоть какое-то мясо. Его мысли были сосредоточены на охоте, на поисках добычи в этой бескрайней чаще леса.       Однако она снова шла за ним, тихо ступая по мягкой земле, стараясь не отставать. Он услышал её шаги позади, но не оборачивался, словно надеясь, что она отстанет.       Девочка осторожно спросила: — А как тебя зовут?       Мальчик молчал, не отвечая, лишь стиснул зубы.       Она продолжила, тихо и внимательно: — А ты здесь живёшь? Почему ты так выглядишь? Где твои родители? Тебе разрешают гулять одному в лесу?       Её вопросы начинали подбешивать мальчика, его терпение иссякало. Наконец, он резко ответил, прерывая разговор: — Заткнись!       Он ускорил шаг, стараясь отдалиться от настырной девочки, чьи вопросы проникали глубже, чем он хотел допустить.       Девочка шла следом за мальчиком, стараясь не отставать, когда внезапно её нога зацепилась за корень дерева, покрытый мхом, и она неожиданно упала на землю. Земля была холодной и влажной, а платье испачкалось ещё больше. Её руки дрожали от неожиданного падения, и на миг она осталась сидеть, отдышавшись и пытаясь собраться с духом.       Мальчик услышал этот звук и резко остановился, повернувшись к ней, чувствуя внутреннее смешанное чувство раздражения и какой-то странной тревоги. Он молчал, наблюдая за ней, пока она не поднялась снова, хоть и с болью в коленях.       Мальчик раздражённо цокнул языком, наблюдая, как девочка снова идёт к нему. Его внутренний конфликт был глубок — несмотря на всю свою грубость и упрямство, после двух лет одиночества в лесу он осознавал, как сильно нуждается в чьей-то компании, хоть и не хотел в этом признаться.       Он не уходил, а стоял на месте с напряжённым выражением лица, словно борясь с самим собой.       Мальчик раздражённо подошёл к девочке, которая хромала, и приказал: — Сядь.       Она растерянно опустилась на землю, глядя на него своими большими, любопытными карими глазами.       Он достал из маленькой сумки на поясе несколько трав: листья подорожника, ромашку и немного календулы — растения, широко используемые для лечения царапин и ран.       Мальчик аккуратно начал прикладывать травы к царапинам на её колене, стараясь сделать это без боли. Его действия были строгими, но в них чувствовалась забота, хоть и скрытая за каплей раздражения.       Девочка удивлённо наблюдала за его действиями. Её пухлые щёчки слегка порозовели, что мальчику показалось невероятно милым, хоть он и старался отрицать это внутри себя.       На её губах появилась нежная улыбка, которая озарила всё её лицо. — Ты добрый, — тихо промолвила она, глядя прямо в его глаза. — Я не добрый, идиотка, — фыркнул он, продолжая возиться с травами.       Девочка внимательно смотрела на его лицо, пытаясь понять, где скрывается эта жесткость и злость. Затем тихо спросила: — Тогда почему ты мне помогаешь?       Он задумался на мгновение, собираясь с мыслями, а потом с злобной насмешкой ответил: — Потому что… я собираюсь скормить тебя своему питомцу. Ты помешала моей охоте, и мне как раз нужно было мясо. А ты отлично подходишь.       Его слова прозвучали колко и даже жестоко, но в них ощущалась скрытая игра, возможно, чтобы скрыть растущее беспокойство и смущение. В то же время его руки осторожно прикладывали слой измельчённой календулы и ромашки на царапины.       Разумеется, это была лишь злая шутка — драконы не едят людей. И это он отлично знал. Если бы его дракончик ел людей, то давно бы съел и своего хозяина, ни разу не пожалев.       Девочка вздрогнула от его слов, а затем тихо пробормотала, глядя на него с легкой растерянностью и смешанным чувством стыда: — Не надо… я не вкусная.       Её голос был слабым и немного дрожащим, словно она не совсем до конца понимала, как реагировать на такую жёсткую шутку, но в то же время пыталась сохранить лёгкую нотку юмора и невинности в ответ на его колкости.       Он закончил перевязывать её колено, аккуратно приподнялся и отстранился, словно пытаясь вернуть себе привычную дистанцию и спокойствие. Девочка с трудом, на дрожащих коленках, встала рядом, медленно выпрямляясь.       Её лицо было слегка бледным, но глаза светились искренней благодарностью. — Спасибо, — тихо сказала она, стараясь удержать свой голос ровным.       Она сделала небольшой шаг вперёд и предложила: — Я могу помочь тебе… Ну, вместо того, чтобы скормить меня своему питомцу, ты можешь принять мою помощь поймать добычу.       Он на мгновение задумался, не ожидая такого предложения, видел в её взгляде решимость и желание быть полезной. — Вот ещё. Не нужна мне твоя помощь, — раздражённо огрызнулся парнишка, а затем кивнул в сторону, — Иди прямо, а когда увидишь старый дуб, сверни налево — там выход из леса.       Он развернулся, собираясь уйти, желая избавиться от этой компании.       Но девочка, не сдаваясь, тихо, но твёрдо произнесла: — Мой папа увлекается охотой! Я немного знаю, как это делается.       Он остановился, растерянный и в замешательстве. Глаза его метались, мысли путались — ему действительно очень нужно было мясо, чтобы накормить дракончика и выжить самому. Всё это время он привык полагаться только на себя, но сейчас обстоятельства менялись.       Едва заметно вздохнув, он с трудом, почти пряча смущение и внутреннюю слабость, наконец сказал: — Ладно… Показывай, что знаешь. ~~~~~       Мальчик и девочка крались по мягкой подстилке леса, почти не издавая ни звука. Листья под ногами были влажными, и каждый шаг требовал особой осторожности. Девочка шепотом объяснила, как её отец охотится без оружия — как находить следы, выбирать правильные места для ловушек.       Она показала мальчику, как выкопать неглубокую яму, потом аккуратно замаскировала её свежей листвой и ветками. В неглубокую ямку положила немного зерна — приманку для куропатки. Сложность была в том, чтобы поставить ловушку так, чтобы жердочка с веткой прикасалась к петле и сработала моментально, как только птица наступит на нужное место.       Мальчик наблюдал, не спеша хмыкая, словно не желая слишком явно показывать свои эмоции. Внутри, однако, он чувствовал тихую радость — они сделали это вместе, и ему понравилось, что её знания помогли.       Они устроились в засаде за кустом, глаза мальчика внимательно следили за каждым движением в траве. Лес вокруг наполнился тихим шорохом, в котором слышались только ветер и их дыхание.       Вскоре, из-за кустов мелькнула пёстрая куропатка — птица осторожно ступала по тропинке, внимательно оглядываясь.       Девочка напряглась, готовясь сработать ловушку в нужный момент.       И вот, когда куропатка наступила прямо на сладкое зерно у ямки, жердочка с веткой практически молниеносно опустилась, поймав птицу.       Мальчик хмыкнул, сдерживая улыбку, но тут его глаза широко раскрылись от удивления — ловушка сработала идеально, превзойдя все его ожидания. — Неплохо. — сказал он тихо, подходя ближе к пойманной птице.       В душе у него был настоящий триумф. Наконец-то… мясо.       Девочка улыбнулась и слегка поддразнила его: — Теперь ты меня не скормишь своему питомцу?       Мальчик ехидно ответил, не скрывая лёгкой насмешки: — Ладно. Можешь проваливать.       На мгновение между ними повисла лёгкая тишина, и вдруг девочка, словно забыв про всё, внезапно спросила: — Кстати, а что у тебя за питомец?       Мальчик застыл. Внутри что-то сжалось — он не мог рассказать ей про дракона. — Щенок, — сухо ответил он, отворачиваясь, стараясь скрыть в голосе всю ту сложность, которую испытывал. — А как его зовут? — настойчиво спросила девочка, глазами и голосом не позволяя уклониться от ответа.       Мальчик замолчал, задумавшись. Внезапно осознал, что никогда толком не называл питомца именем. За все это время, проведённое рядом с драконом, он так и не решился на это — словно боялся слишком сильно привязаться. — У него нет имени. — Нет имени? — удивлённо переспросила девочка, глядя на него широко раскрытыми глазами.       Наступило молчание, наполненное лёгкой неловкостью и ожиданием.       Вдруг она улыбнулась и внезапно предложила: — Давай тогда придумаем!       Мальчик удивлённо посмотрел на неё, глаза расширились от неожиданности. — А тебе разве не пора? — попытался звучать грубо он, стараясь скрыть смущение в голосе.       Но девочка лишь улыбнулась и спокойно проигнорировала его слова. — А какой твой щенок? — мягко спросила она, глядя прямо в глаза, будто пытаясь проникнуть в его секреты.       Он фыркнул, пытаясь сохранить равнодушие, но слова сами потекли из него: — Маленький… и слишком много жрёт.       Потом он невольно начал рассказывать всё больше — про то, как дракончик постоянно всё исследует, любит согреваться у огня, и как иногда его выходки заставляют мальчика одновременно смеяться и злиться.       Когда рассказ подходил к концу, его голос потеплел, и в глазах появилась искорка привязанности.       Тогда девочка мягко спросила: — Значит, у него должно быть имя. Как думаешь, какое?       Мальчик задумался. — Может… Искра? — пробормотал он, словно впервые вслух произнося имя, которое давно чувствовал внутри.       Девочка улыбнулась, повторяя имя «Искра» несколько раз, словно это было не просто слово, а настоящий подарок, который она только что получила. Каждый раз, произнося его, её лицо светилось радостью и лёгкостью, словно ей самой дарили часть тепла и света. Она смотрела на мальчика с таким восхищением и искренним восторгом, что он сам не заметил, как уголки его губ приподнялись в лёгкой улыбке — той самой, что долго не появлялась на его лице.       В этом мгновении время словно замедлилось: лес вокруг перестал шуметь, птицы стихли, и всё существо мальчика наполнилось непривычным спокойствием и лёгкой радостью. Он почувствовал, как внутри нарастает тепло — словно маленький огонёк.       Когда девочка, наконец, начала собираться, чтобы уйти, она сделала несколько неуверенных шагов, словно не решаясь расстаться с этим мгновением. Но вдруг резко остановилась и обернулась, глаза её загорелись любопытством. — А тебя как зовут? — спросила она прямо, не скрывая любопытства.       Мальчик гордо выпрямился и сказал с твердостью: — Не твоё дело.       Девочка лишь пожала плечами, не обидевшись, и мягко ответила: — Тогда я скажу своё. Меня зовут Очако… Очако Урарака.       Её улыбка была широкой и открытой — как утреннее солнце, она казалась настоящей и искренней. Она махнула рукой в прощальном жесте, словно желая унести с собой это светлое чувство, которое только что возникло между ними.       В этот самый момент мальчик ощутил внутри себя что-то тёплое и непривычное — не просто тепло, а внутреннее пробуждение, тихий огонёк надежды, который медленно разгорался в груди. Это было чувство, которое трудно было описать словами, но оно было настоящим и сильным.       Он остался стоять посреди леса, наблюдая, как девочка медленно уходит, и внезапно осознал, что мир вокруг кажется чуть ярче, а сердце — немного легче. ~~~~~       Бакуго сидел в уютном саду общежития. Небольшое пространство было обрамлено зелёными кустами и старыми деревьями, которые в шуме лёгкого ветра тихо шептались между собой. Скамейка под его спиной казалась простой, но в этот момент — единственным островком покоя в его бурном мире.       Он опустил голову вниз, глаза были полузакрыты, а мысли уносили его далеко в прошлое — к тому дню, когда он впервые встретил Очако.       Очако… Это было словно дверь в другой мир, первая тёплая искра, которая осветила его долгие часы одиночества и наглого разочарования во всём, что его окружало. Те пару часов, проведённые вместе, казались ему вечностью, ведь несмотря на всю краткость, он чувствовал, что знаком с ней уже давно, будто их души нашли друг друга задолго до этой случайной встречи.       Она была для него тем легким облегчением, с которым можно было вдохнуть после долгого похода по пустыне. Её открытость, простота и искренность разгоняли тяжёлые тени, нависшие над его сердцем.       Однако слова Деку, сказанные вчера, словно камень упали ему на сердце: «Она мне нравится…» Эти простые фразы погрузили Бакуго в ступор и замешательство. Его мысли путались, и он не знал, что делать дальше.       То, что его друг — человек, которого он не всегда мог назвать близким в таких чувствах — влюбился в ту, кого он сам… любит, стало для него неожиданным ударом. Чувство ревности, непонимания и растерянности смешалось в его душе.       Он перебирал в голове разные варианты: стоит ли говорить с Деку об этом, утаить свои чувства, отступить и       отпустить или же бороться за то, что принадлежит ему сердцем.       С одной стороны, они ведь с Очако поцеловались — это было доказательством того, что его чувства взаимны, что между ними есть что-то настоящее и глубокое. Но что тогда с Деку? Что значат теперь слова друга, который тоже открыл своё сердце?       В голове Бакуго закружилась буря из сомнений и вопросов. Его мысль цеплялась за невозможное — как разделить чувства, как оставить место для всех? Возможно, он слишком хочет верить в простые решения, тогда как всё вокруг становится крайне сложным. — Чёрт! — прошипел он сквозь стиснутые зубы, чувствуя, как отчаяние сжимает его грудь, словно железная хватка. Снаружи он пытался казаться сильным и спокойным, но внутри бушевал настоящий шторм эмоций.       Внезапно в тишине сада послышались шаги — быстрые, уверенные, учащённые. Через мгновение раздался воодушевлённый восклик: — Кацуки!       Парень моментально замер, сердце на миг сжалось от неожиданности. Знакомый голос был как удар в самую грудь, прерывая его мучительные мысли.       Он повернул голову и увидел Камелию, которая шла к нему, её лицо светилось радостью. — Только её здесь не хватало! — прорычал он, пытаясь скрыть смешанные чувства раздражения и какой-то неотступной тревоги.       Она подошла ближе, совершенно не замечая его насквозь холодного взгляда, и села рядом, ободряюще улыбаясь, словно готовая разогнать тучи, что сгущались над его душой.       Он нахмурился ещё больше, ощущая, как в груди нарастает раздражение. Его взгляд бросился на Камелию, и он заметил, как её улыбка слегка дрогнула, словно внутренне колебалась, но он не придал этому особого значения. — Чего тебе надо? — грубо и прямо спросил он, стараясь не показывать своей слабости и не поддаваться растерянности.       Камелия опустила глаза, её голос стал необычайно тихим и немного смущённым: — Я… хотела поговорить.       Кацуки раздражённо фыркнул и резко поднялся со скамейки, предчувствуя, что она снова начнёт свою, по его мнению, пустую болтовню. — О чём говорить? — прохрипел он, стиснув зубы. — У меня нет времени на твою чушь.       Он уже собирался отвернуться, но внезапно слова Камелии заставили его замереть на месте. — Я… насчёт… п-поцелуя! — проговорила она совершенно нехарактерным для себя заикающимся голосом, сама тоже поднявшись со скамейки.       Кацуки резко остановился, глаза его широко раскрылись.