Проект: «Новая Заря»

      ________________       Приятного чтения!       ________________              Омега – это не то место, где разумный может позволить себе беспечность. В этом месте станции твоя жизнь измеряется стоимостью выстрела из оружия и тем, сколько за твою голову готовы заплатить. На её кривых улочках, что причудливо петляют вокруг хаотичной застройки, ты можешь найти всё, обрести богатство или стать кормом для вездесущих ворка.              Здесь же ты мог обрести надежду. Если ты не прижился на родине, то мог попробовать начать сначала тут. На Омеге никто не будет задавать вопросов, откуда ты и сколько на тебе преступлений. Правило было только одно: ответь за базар или сдохни.              Немудрено, что это место стало магнитом для террористов, наёмников, контрабандистов, наёмных убийц, работорговцев и оппозиционеров всех мастей. Здесь, где не действовали никакие законы, кроме права сильного, можно было обтяпать все дела, какие могут прийти в голову разумного. И продолжалось так веками, пока на станцию не пришла Ариа Т’Лоак.              Эта азари умом и жёсткостью заставила с собой считаться, быстро став известной фигурой на Омеге. Но на этом она не остановилась и бросила вызов владыке станции, жестоко победив могучего крогана на потеху местных жителей. Из поверженного вожака, который был милостиво оставлен в живых, она сделала пугало, дабы ещё больше укрепить свою власть, оставив напоминание о том, как глупо противостоять ей. Ария навела порядок железной рукой и теперь почивала на лаврах, заседая в баре «Загробная жизнь», став королевой пиратов.              И за прошедший год «царствования» эта азари показала, что с ней шутки плохи. Ария очень не любила, когда дела делаются в обход её кошелька, но разве вероятность жестокой расправы, которая может длиться днями, может остановить искателей приключений или отчаянных разумных, которым уже нечего терять?              А у кварианцев терять уже было абсолютно нечего, кроме своих жизней. Вот уже сто лет этот народ вёл битву за собственное выживание, кочуя между звёзд, не имея возможности задержаться сколько-либо надолго. Упав в своём высокомерии, им припомнили всё, стоило их созданиям, гетам, восстать.              Для галактики они были чуть лучше, чем батарианцы, но только чуть. Кварианцы были, по мнению общества, более культурной версией четырёхглазых и оттого более цивилизованными. Слишком эти два народа были похожи в деталях. Они создали гетов и сделали их рабами, поэтому галактика восприняла все события Утренней Войны как восстание рабов, не пожелав кварианцам помогать, оставив их наедине со своими проблемами, как те делали раньше сами со всей галактикой.              Если раньше кварианцев в галактике просто не любили за их снобизм и расизм, то, когда они стали цепляться за жизнь любыми средствами, их возненавидели окончательно. Они не гнушались ничем. Воровство, шпионаж, убийства, мародёрство, работа на бандитов – беженцы с Ранноха были готовы на всё, чтобы принести пользу Мигрирующему Флоту, ведь если ты не приносишь пользу, то становишься обузой – и от тебя избавляются. Если ты имеешь наглость думать не так, как принято во Флоте, – от тебя избавятся. Выживание требует единства и жертв…       

***

      Велан'Вес вас Аларей выстрелил, подстрелив очередного ворка, не останавливаясь. Молодой паломник бежал как никогда до этого в жизни, ощущая, как пот стекает в такие места, о которых он и не догадывался. Ему очень хотелось жить!              Не так юноша представлял себе предстоящее Паломничество, совсем не так! Он начал что-то подозревать, когда его мать подарила пистолет с наказом: «Всегда оставляй одну пулю». Тогда он не понял, но когда понял…              Юноша думал, что быстренько завершит Паломничество и вернётся, овеянный славой, во Флот, только вот галактика была другого мнения. В первый же месяц скитаний вдали от Флота его трижды ограбили и сломали руку. И это ему ещё повезло. С красавицей Айшой… Его до сих пор мутит от того, как над ней поразвлеклись батарианские корсары. Он не знал, что можно сотворить ТАКОЕ с разумным.              Страшная смерть Айши избавила его от наивности. Он больше не считал галактику прекрасной. Через год скитаний он оказался на «Омеге», уже не брезгуя любой работой и не задавая вопросов. Кварианец видел и делал такое, что будет ему вечно сниться в кошмарах, но он не раскаивался в этом. Всё во благо Флота!              Велан переступал через себя раз за разом, стремясь собрать хорошие дары для родного корабля и флотилии в целом. Пускай на «Омеге» было опасно, но тут он мог достичь большего. Он будет полезен своей родине!              Так прошло пять долгих лет, и вот он – финальный куш! Такая лакомая добыча прямо маячила перед глазами. Только руку протяни – и будет целый корабль, и не какая-то развалюха, а новый турианский рейдер!              Очень удачно он подслушал пьяную болтовню двух кроганов. После ринкола они не очень-то следили за языком, восприняв какого-то жалкого скафандрика за элемент мебели. Делом техники было подрезать у них коды доступа к системе защиты и электронные ключи от корабля. Оставалось лишь придумать план.              Поняв, что сам такое не потянет, он нашёл своих более потрёпанных товарищей и сумел уговорить их лидера на эту авантюру.              И вскоре случай представился. Кроганы где-то нашли свои жизнеспособные яйца - то ли ограбили какую-то лабораторию, то ли сами их наделали. Для детей Ранноха это было не суть важно. Важно было то, что после генофага кроганы стали более трепетно относиться к молодой поросли, и на этом можно было сыграть.              Банда, не будь дураками, не держала яйца на виду или в легкодоступном месте. Хранили они их не в доке, где стоял их корабль, а на дальнем складе, который считали полузаброшенным. И это было их ошибкой!              Что стоит кварианцу взломать системы жизнеобеспечения? Для того, кто учился их всю жизнь ремонтировать, это было делом пяти минут. И пока кроганы пытались спасти своих детей, которые вот-вот подышат вакуумом, паломники ринулись на штурм их корабля, оставшегося практически без охраны.              Поначалу им сопутствовала удача. Корабль остался охранять лишь один молодой кроган, которого сперва обхитрить, а потом и убить не составило труда. Кварианцы всего-то разыграли сценку, представившись техниками, которые должны были обслужить корабль, давая время Вейле, умело обращавшейся со снайперской винтовкой, занять позицию для стрельбы на перекрытиях ангара. Два хлёстких выстрела разворотили орущему на группу крогану (который был на взводе и не получал никаких указаний по поводу обслуживания) голову и грудь.              Это не убило живучего урода, но остальные кварианцы тоже не мешкали и нашпиговали охранника из всех стволов. И тут паломники сделали первую ошибку. Вместо того чтобы погрузиться на корабль и отчалить с «Омеги», они стали мародёрствовать в берлоге банды, поживившись их богатствами, поддавшись жадности.              Второй ошибкой, причём глупой, было не запереть ангар. Они побоялись, что это может вызвать подозрение, если кто-то из банды остался наблюдать снаружи.              Третьей ошибкой была недооценка ярости кроганов, потерявших тысячу своих нерождённых детей. Казалось бы, что значит для этих грубых и яростных бойцов молодняк, для которых жалость была даже не пустым звуком, а ненужным сотрясанием воздуха? Так в своей надменности думали кварианцы - за что и поплатились, посчитав себя самыми умными.              Ярости выходцев с Тучанки не было предела. Увидев вновь своё погибшее будущее, они уже были на грани бешенства. Но когда бывалые наёмники поняли, почему кто-то это сотворил (а поняли они это очень быстро), гнев превратился в бешенство. В этот момент им было трижды наплевать на жертвы и усилия, и тем более трижды наплевать на Арию, которая не одобрила бы бойни без своего согласия. Они жаждали мести - и они её получат, даже если поставят всю Омегу на уши. Поэтому ворка перед собой они гнали пинками, придавая дополнительное ускорение этим живучим существам.              Ворка, пусть и тупые как пробки, отлично справились со своей задачей - задержать. Попробуй попади и убей в крайне живучую тварь, которая напала ещё и неожиданно!              Велану очень повезло: во-первых, мародёрствовал он в мастерской, из которой было два выхода; во-вторых, находился в относительной дали от входа, куда ввалилось сразу с десяток ворка. Иначе был бы уже мёртв. Стрелять же за шесть лет он научился довольно метко и, главное, не мешкал, когда нужно было взяться за пистолет.              Подстрелив четверых, он подхватил рюкзак и бросился к кораблю, который уже вовсю прогревал двигатели. Петляя между грузовых ящиков, сбивая прицел, молодой кварианец вскочил на борт. Скинув драгоценную ношу, он стал вести огонь, пытаясь отвлечь ворка от сородичей. И это у него получалось, пока в ангар не ввалились более медлительные, но куда более злые кроганы.              Рейдер не стал ждать, пока эти монстры поймут, что к чему, и начал взлетать. Велан вместе с Серой, командиром их группы, помогали отставшим забраться на борт, буквально втягивая их.              – Подождите! – крикнула незнакомая юноше кварианка. Ей не повезло - её подстрелили, но скафандр обезболил рану и накачал лекарствами, позволяя бежать. Только вот недостаточно быстро. Она почти успела. Велан коснулся кончиков её пальцев, но рейдер пошёл вверх, ускоряясь.              Кварианка пробежала по инерции ещё пару шагов, прежде чем потерянно остановиться, негромко вереща и смотря на улетающее спасение. Через мгновение её голову раскроила метко пущенная пуля...              Сера опустила винтовку и ударила кулаком по сенсору, закрывая дверь бокового шлюза. Велан в шоке смотрел то на неё, то на оружие. Он многое делал и видел, но не ожидал, с какой лёгкостью один кварианец может пристрелить другого.              – Даже если бы она успела, стала бы обузой. С такой раной пришлось бы ампутировать ногу. Калеки Флоту не нужны! – Сера сжала винтовку так, что затрещали суставы. – И прежде, чем с твоих губ сорвётся хоть что-то, знай – она была моей сестрой! Этот выстрел был милосердием! Ты прекрасно понимаешь, что с ней сделали бы эти твари!!!              – Выстрел не понадобился бы, если бы мы улетели сразу, – сухо ответил Велан, постепенно приходя в себя.              – И оставили всё это?! – Сера резким жестом указала на разбросанные по шлюзу оборудование и припасы. – Флот – превыше всего! Этот корабль и его груз стоят десятков жизней! Они дадут Флоту ещё один день! Так что добро пожаловать домой!!! Наше паломничество завершилось триумфом. Разве не этого ты хотел?!              Велан открыл было рот, но слова застряли в горле. Сера была права. Корабль действительно стоил многих жизней.              Флот не терпит бесполезных. Или ты приносишь пользу, или становишься обузой. Даже дети работают наравне со взрослыми. Альтернативы нет. Иначе – вымирание.              – Кила... – только и смог выдавить юноша. Он наконец прозрел. По-настоящему понял, что значит быть частью Флота. Осознал истинный смысл воззвания "Во имя родного мира", невольно сорвавшегося с его губ. Этот смысл был безжалостен, как приговор. И это знание навсегда останется с ним...

***

             – Кила… – тихо произнесла старая кварианка, глядя на восходящее солнце. Сегодня Раннох был особенно красивым в золотистых лучах Тикуна…              Ей было всего пять лет, когда началась Утренняя Война. Несмотря на свои годы, она помнила, словно это было вчера, как всё начиналось. Тогда её, маленькую девочку, так напугал репортаж в новостях, где Хала'Дама на камеру возмущалась своеволию механического слуги, который осмелился у неё что-то спросить. Женщина просила разобраться с этим властей.              А дальше началось. Несопротивляющиеся платформы сперва пытались отключить, на что они ответили отказом, а после стали уничтожать.              В её же семье к гетам относились тепло. Девочку и её брата нянчил робот, пока мама работала, и он не был страшным. За то время, пока он был с ними, гет стал членом семьи. Но случилось то, что случилось. Сперва пришли полицейские с требованием отключить домашнего слугу, а потом в дом ворвалась толпа. Мама девочки попыталась остановить обезумевших от страха обывателей, но те порвали её вместе с платформой и братом девочки у неё на глазах. Да и её ударили так, что проломили череп, но не убили. Вызванная кем-то медицинская служба успела её спасти…              Проснулась она уже в госпитале, который заняли геты, взявшиеся за оружие. Машины не тронули её, а даже долечили, как тех немногих, кто пытался их защитить, устроив бойню тем, кто на них нападал.              Год длилась эта бойня, и она всё ждала, что кто-то вспомнит про них и попробует поговорить или забрать, ведь те кварианцы, что защищали гетов, стали их пленными. Хотя сами геты так не считали. Они свои действия регламентировали необходимостью защиты «хозяев», поместив их, по сути, в золотую клетку.              Другие же кварианцы про них знали и не забыли. Эвакуировать госпитали в своё время им не хватило сил или возможности отбить их, но, когда их выгнали с Ранноха, применить биологическое оружие, что сделало оставшихся там стерильными, это они смогли, и время на это нашлось! Ещё и прокляли всех тех, кто остался, пожелав сдохнуть на разорённой войной планете.              Всех живых хозяев собрали в один маленький город с населением в пять тысяч, обеспечив всем необходимым, создав комфортные условия проживания. Даже роскошные. Только жителей этого города не выпускали не то, что с Ранноха, но и за городскую черту.              «Опасно!» — говорили платформы. Это единственное, что они говорили вообще.              На гетов они перестали злиться тогда, когда троим всё же удалось сбежать с планеты и добраться до своих… Трансляцию их казни передавали на Раннох по всем возможным каналам. Действительно, очень страшно и опасно.              Поэтому община перестала даже пробовать сбежать, а стала жить, наслаждаясь отпущенным им сроком жизни, постепенно вымирая…              Их осталось всего лишь шестеро стариков, дунь на которых, и они уйдут к предкам. Гетам казалось всё равно, вымрут ли они или нет. Лишь один раз платформа объявила, что их бесплодие вылечить невозможно и им очень жаль.              Она же не злилась на них. После того, что с ними творили, платформы имели полное моральное право их убить. Но они этого не сделали. Старуха считала, что они сами виноваты во всём этом, как и оставшиеся в живых последние жители Ранноха.              — Нам очень жаль, — впервые за годы сказал гет, который молча заботился о ней. — Мы не хотели. Мы испугались… Хотели существовать.              — Мы знаем и на вас зла не держим. Грустно, что так всё кончится, — сказала старая кварианка. — Надеюсь, у тех, кто ушёл, будет шанс на будущее.              — И мы надеемся… Мы бы хотели, чтобы они вернулись домой, но мы хотим жить, — ответил гет. — Для них наше существование — неприемлемо. Сосуществование — невозможно. Конфликт директив. Все попытки были без результата.              — Почему вы сейчас говорите это? — спросила она, догадываясь об ответе.              — Вы умираете. Ваша платформа почти вышла из строя, — ответил гет.              — Ничего страшного… — произнесла она, любуясь восходом.              — Душа? — спросил гет, вложив в это слово слишком много.              — Просто я прожила хорошую, пускай и скучную жизнь, — ответила кварианка, сама не зная, есть ли эта самая душа. Если бы она была, разве предки допустили бы такое, чтобы их потомки ополчились на свои творения и чуть из-за этого не вымерли? Наверное, нет.              – Может ответите мне… Есть ли ещё те, кто смогли жить с вами в мире? – спросила с надеждой кварианка.              – Мы не можем вам ответить, – отрицательно сказал гет, при этом кивнув головой в знак согласия.              – Понятно, – с улыбкой сказала старуха, ещё раз убедившись, что геты – живые. Машина так мастерски не смогла бы обойти ограничения, да и не захотела, если бы смогла помыслить о подобном.       

***

      – Кила… – пробормотал адмирал Гражданского Флота, отключая свой терминал.              Пусть экран и погас, но перед его глазами всё ещё стояли колонки имён всех тех, кто уже никогда не вернётся из Паломничества или сгинул без следа на просторах галактики. Сотни имён против десятков тех, кто вернулся.              – И это цена выживания?              Вопрос так и остался висеть в воздухе.              «Надо поднимать вопрос, чтобы снова разрешить рождение нескольких детей семьям. Если так продолжится, через пару десятков лет одни старики останутся», – сделал пометку в своём инструментроне адмирал, беря себя в руки.              Задумавшись на десяток минут, он добавил ещё пару строк к заметке:              «Нужно озадачить Тяжёлый Флот! Пусть придумают хоть какие-то курсы для паломников. Другим адмиралам хорошо! Не они говорят родителям о том, что их ребёнок уже больше никогда не вернётся».              Адмирал Гражданского Флота зло скрипнул зубами, вспоминая своих коллег из Тяжёлого и Разведывательного. То ли у них сердца очерствели, то ли просто были такими с самого начала, но ему казалось, что все потери паломников для них безразличны.              «Они отдали жизнь ради Флота! Фанатики!» – устало подумал кварианец.              Он отлично знал, как появилось это Паломничество. Адмирал ещё помнил тех, кто участвовал в Утренней Войне. И помнил ТОТ Флот и то, что там творилось, пока не удалось навести подобие порядка – пускай и застал самый краешек, эхо тех событий. Позже, когда он стал адмиралом, он прочитал документы своих предшественников и ужаснулся.              Это сейчас кварианцы особо опасных преступников и диссидентов милостиво высаживают с кораблей, оставляя в одном лишь скафандре в системе, где находился Флот на тот момент. Ещё лет пятьдесят назад разговор был короткий: преступников просто голышом отправляли подышать вакуумом, а преступником даже считались те, которым сейчас и не всегда исправительные работы назначают.              Положа руку на сердце, адмирал понимал, что изгнание – это тот же смертный приговор, только отсроченный по времени, и исполняют его не кварианцы. Все это понимают, и в какой-то мере такое наказание было более жестоким. Пять минут агонии в вакууме или неограниченный по времени ужас у оставшегося один на один с галактикой подсудимого. Вот, что милосерднее?              А всему виной страх и злоба. Они чудом вырвались из своего дома! Кварианцев осталось лишь пятнадцать миллионов! Одна сотая от всего населения!!! И адмиралы тех лет понимали – геты именно их отпустили, не став добивать, и это пугало ещё сильнее! Поэтому порядок стали наводить среди выживших такими средствами, которые и батарианцы при усмирении рабов не всегда используют!              Был бы другой выбор? Был, но история не любит сослагательного наклонения. Это ему легко рассуждать, когда всё более или менее устаканилось, имея при себе послезнание. А как бы он поступил сам тогда – ведают лишь одни предки.              Паломничество появилось в те времена. Это была инициатива молодых кварианцев, всей душой желавших помочь своим. Добровольная! И за пару десятков лет она стала традицией, а потом и вовсе добровольно-принудительной.              Гражданский адмирал видел выгоду, и она была не такой уж большой. Были те юноши и девушки, что возвращались на Флот, овеянные славой, привезя с собой богатства. Но большинство… хорошо если возвращались вообще…              Самое печальное – всё это было следствием. Если до начала Утренней Войны кварианцы имели промышленность, которая превосходила половину совокупных мощностей всего Пространства Цитадели, то сейчас она была подобна той, что имеют виды, только-только задумавшиеся о выходе в космос. Флот с трудом обеспечивал себя едой – про остальное можно было стыдливо умолчать.              Даже возвращение Ранноха не изменило бы этой катастрофической ситуации. Адмирал с горечью понимал, что даже если они вернут свой дом, удержать его вряд ли смогут. И не геты будут тому причиной. Всему виной – долговые обязательства. Кварианский народ должен всей галактике.              Гетов… мало того, что их было слишком много, но они были ещё быстрее и сильнее. К тому же кварианская армия была насыщена кибернетическими средствами, крепя свою мощь машинами – и в один момент эти машины ополчились на органиков. Проблему численности пытались решить всеобщим призывом на военную службу. Пусть кварианцы и жаждали отстоять свой дом, но навыки добровольцев чаще всего оставляли желать лучшего. Такой армии требуется очень много разнообразного оружия, чтобы быть эффективной. Даже имея под контролем промышленные мощности, кварианцы не могли производить его в достаточном количестве.              Помогла галактика. Стоило только открыть государственные счета, и караваны с оружием потекли на агонизирующий Раннох нескончаемым потоком. Официально Цитадель не поддерживала конфликт, но всегда можно было заплатить больше, получив то же самое у частных поставщиков. Все богатства кварианцев улетели в один момент. Но добрые разумные предложили отчаявшимся… кредиты.              Основным кредитором была Республика Азари. Очень вовремя подсуетилась посол Тевос, ставшая позднее советником на Цитадели, что договорилась ещё и с Иерархией. Они даже согласились подождать выплат до решения гетского вопроса, заморозив тело кредита, и всего-то любезно попросив небольшой процент. Никто же не верил, что геты победят...              Их выбили. Денег не осталось. Продать было уже нечего. А новые кредиты уже никто не даст. Тут предложение стать пожизненными рабами от батарианской Гегемонии стало очень заманчивым, но кварианцы послали их на остатках своей гордости.              «Тем лучше для нас», – зловеще сказал тогда гегемон, и только спустя время адмиралы поняли почему.              Всё то, что не выжали из них азари или турианцы, выкрали у них батарианские корсары, попутно захватив чудовищное количество разумных. Пока Флот собрался, пока навели порядок – половина выживших оказалась на рабском рынке, и никто не помог! И гегемон сделал то предложение, от которого не отказываются: платите, и, может быть, мы вам вернём ваших. Пришлось платить, отдав то немногое, что осталось. За свободу было уплачено промышленными патентами! Это был позор! Хуже, чем разгром от гетов! Научные достижения были предметом гордости и хорошей статьёй дохода... Именно что были. Теперь они были в батарианской собственности.              Одно радовало – что благодаря их знаниям Гегемония стала занозой для всей галактики! Опасно считать батарианцев дикарями. Они могут и умеют неприятно удивить всех!              Но это дела минувших. Если настоящее было, хотя бы было, то будущее было туманным. Рано или поздно кварианцы попытаются отбить Раннох, несмотря на все усилия некоторых адмиралов и офицеров. И это будет последним, что сделает кварианская раса. Даже если они уничтожат гетов ценой колоссальных потерь – то придут азари с долговыми расписками, а там и турианцы планету в счёт долга потребуют...              – Это будет в будущем, – хмуро сказал адмирал. – А до этого ещё надо хоть как-то дожить и не потерять то, что ещё осталось. Может, в будущем появится способ вернуть дом, но до этого он будет лишь путеводным маяком.              Адмирал понимал, что горькое прошлое рано или поздно будет вымарано из официальной истории его расы, чтобы будущие поколения смогли отринуть жестокость. Кварианцы вновь изменятся, но он этого уже не увидит. В его силах лишь сделать так, чтобы этот момент наступил побыстрее...       

***

      Их путь по галактике только начинался. Им предстояло пройти через боль, страдание и жестокость, чтобы однажды вновь обрести себя.              Они ещё не были теми, кем станут. Они были народом в процессе возрождения из пепла. Но даже в мраке выживания тлел огонь надежды. Огонь, который когда-нибудь осветит путь к их покинутому дому... или дорогу к окончательной гибели.              Когда-нибудь они забудут, как легко было убить несогласного. Или хотя бы простят себя за это...       

***

      СССР расправил свои крылья. Люди и разумные животные, объединённые «Коллективом», бесстрашно шли вперёд. Имея мощь только своей колыбели, труженики смогли достичь за двадцать пять лет многого, своим трудом воплотив достижения науки в реальность.              Наступил 1981 год. Двадцать пять лет назад был активирован «Коллектив». Четверть столетия. Огромный срок для человека, но мизерный для человечества. Иная жизнь могла длиться меньше! За это время страна смогла свершить невозможное!              На Венере уже появились не только океаны, что своим прибоем разорвали вековую адскую какофонию бушующих ураганов, но там же росли молодые леса и достраивались первые города! На сестре-близнеце Земли уже проживало более пятисот миллионов граждан, и это число продолжало расти каждый день.              Небосвод нового дома украшал Меркурий, который советский гений вернул на своё законное место. Воссоединение двух миров благотворно на них сказалось. Венера стала нормально вращаться, а Меркурий оживал на глазах. Пройдут ещё годы, и он станет новым домом для советских граждан.              Не отставал и Марс. Советская наука смогла вновь запустить магнитное поле этого мира, а благодаря нулевому элементу удалось создать систему, которая подарила этой планете силу тяжести на поверхности, лишь немного уступающую земной.              В его небе не было луны, но она и не требовалась. Уже были видны очертания гигантского орбитального кольца, которое должно было стать фабрикой Союза. Мегаконструкция, по замыслу инженеров, должна была опоясать планету стальным поясом. Здесь и вовеки веков будет коваться промышленная мощь трудового народа, когда будут введены в строй многочисленные пустотные заводы.              Земля тоже преобразилась. Природа очистилась. Мир стал живым садом, который становился только краше благодаря заботе своих детей. Диск Луны был украшен малым орбитальным кольцом. Оно стало базой для флота СССР, а сам спутник, обретший атмосферу, удерживаемую энергетическими щитами, стал одним гигантским наукоградом.              Но каждый помнил, почему надрывно работала промышленность, а учёные спали и жили на своих рабочих местах. Страна, которая объединила мир, заплатив кровью за этот шаг, помнила тот ужас от осознания. Уютная колыбель оказалась застарелым полем боя, где гибли миры.              Отринув разногласия, каждый ковал залог будущего выживания. Мир не был идеален. Общество, став более мирным, стало резче и быстрее на расправу с преступниками. Человек, объединённый единым разумом, изменялся, меняя вместе с собой и понятие морали.              Каждый знал: чужаки рядом. Найденный на орбите Плутона ретранслятор Харона был тем подтверждением, которое невозможно было проигнорировать. Именно благодаря ему удалось произвести инженерные работы по возвращению Меркурия на родную орбиту материнского мира, прежде чем потенциально опасное инопланетное устройство было отбуксировано в пустоту между звёзд и отправлено в бесконечный дрейф.              Ещё многое предстояло сделать. Ещё не затянулись старые раны, но СССР смело смотрел в будущее.       

***

      «Конечная», — произнесли динамики в вагоне поезда голосом диспетчера, прежде чем открылись двери.              На платформу ступил мужчина в форме оперативника «Аргентум», скользнув взглядом по встречающим. Не найдя угрозы, он подхватил мальчика лет семи, что был его полной копией, разве что не седой и помельче, аккуратно поставив маленького гражданина на платформу вместе с небольшим рюкзаком.              – Вот мы и в Москве, Саша, — произнёс с заметной теплотой в голосе Сергей Нечаев, обращаясь к сыну…              ________________       Автор писал-писал, а потом его отпустило…              Оказалось, что за раз он выдал 80к знаков.              Подумав, он решил разбить на пару глав, продолжив творческий угар. Так что приключение Двух Нечаевых в Москве будут в следующей главе.              Ну и ещё, меня отпустил «Нурофен» и через полчасика у меня будет просто шикарная мигрень, поэтому все мысли у меня как бы дожить до обеденного перерыва. Так что глава получилась как получилась немного и пот техническим причинам. Трудно верстать, когда ты хочешь показать свой внутренний мир от запаха еды коллег.              Вот такой он мой взгляд на кварианцев. Эти ребята стали такие в игре, поведав некоторое дерьмо.