Rock out loud

На пороге стоял блондин. Улыбка мягкая, веснушки россыпью по скулам, а в глубине — что-то спокойное и при этом хищное. Когда он сказал «Привет», у Хёнджина внутри будто обрушился потолок. Голос у парня оказался низкий, хрипловатый, будто из чужого тела. — Я Ли Феликс, — представился он. — Мне сказали, у вас тут группа собирается. Чан поднял бровь, отступая в сторону: — Кто сказал? — Друг. — Феликс пожал плечами. — Сказал, что у вас тут коты и музыка. Ну… я не ожидал, что котов будет столько. Взгляд скользнул по подвалу: по диванам, столу и даже колонке расселись пушистые. Белка демонстративно жевала провод. — Сколько их у вас? Двадцать? — Тринадцать, — спокойно сказал Чан. — Я считал. — Пиздец, — хмыкнул Феликс, и коты как будто согласились, мяукнув вразнобой. Хёнджин всё это время просто смотрел. Уловил, как блеснула в улыбке блондина серёжка на языке, и внезапно представил вещи, о которых лучше не думать. Сжал барабанную палочку так, что костяшки побелели. «Остановись. Ты дурак». Минхо, чтобы разрядить паузу, криво усмехнулся: — Ну раз уж пришёл, показывай, что умеешь. Тут не детский сад. Феликс кивнул, будто этого и ждал. Взял у Чанбина тетрадь с текстом и прочитал пару строчек — низко, грубо, так, что даже попугай в углу заткнулся. Чанбин оживился. — Ого. Вот это тембр. — И ритм держит, — добавил Чан, сразу мысленно прикидывая партии. — Нам это нужно. Феликс смущённо улыбнулся, но в глазах всё равно мелькнул вызов: «Ну? Берёте?» Хёнджин сглотнул и пробормотал: — Чёрт… — Что? — повернулся Минхо. — Ничего! — отмахнулся Хёнджин и ткнул палочками в барабан. — Давайте уже репетировать. ---Чан раскрыл ноутбук с эскизом аранжировки. — Берём куплет Чанбина, потом Феликс подхватывает. Джисон и Минхо — гитары, я на клавишах, Хёнджин, ты сам знаешь. — Я знаю, — буркнул тот и крутанул палочки. Начали. Звук барабанов, жёсткий рэп Чанбина, низ Феликса, который вибрировал где-то внутри груди. Джисон подхватил мелодию, Минхо вплёл перебор — и подвал ожил. Коты с интересом расселись вокруг, будто на концерт. Белка юркнула под колонку, Мыдра заняла подоконник, а Бастард, всё ещё в воротнике, величественно улёгся на усилитель. Остальные десять расселись кто где, создавая ощущение, что у группы своя пушистая фан-база. — Бля, звучит, как будто мы реально что-то умеем, — выдохнул Хёнджин после проигрыша. — Потому что умеем, — сказал Чан. — Но теперь придётся пахать. — Пахать я могу, — отозвался Феликс. — Только кормите, и чтоб коты не ели мои кроссовки. Белка в этот момент как раз вцепилась в его шнурок. — Поздно, — ухмыльнулся Минхо. ..... На следующий день пошли в магазин. Списки продуктов, мешки с кормом, наполнитель для лотков — тележка скрипела, как старая лодка. — Я музыкант, а не грузчик, — ныл Хёнджин, таща упаковку корма. — Хочешь, чтоб тринадцать котов сожрали тебя? — Минхо шёл рядом. — Выбирай. Феликс шагал позади, уткнувшись в список. — А почему у вас «пять куриц» и «два пакета лапши» в одной строке? — Потому что у нас нет системы, — ответил Джисон. — Есть только хаос. Минхо усмехнулся и толкнул его плечом. — Но хаос вкусный. Джисон покраснел, но ничего не сказал. На кассе Чан пересчитал деньги, вздохнул и пробормотал: — Если коты не начнут приносить прибыль, мы разоримся. — Можно сделать их инстаграм, — предложил Феликс. — Господи, ещё один, — простонал Минхо. — Мы и так как ситком живём. ---Через неделю Феликс уже тащил коробки в подвал. — Это мой микрофон, стойка, пара кабелей… ну и колонки. Дома пылились. — Ты серьёзно переехал? — удивился Чан. — Ну да. У вас тут, конечно, зоопарк, но… весело. Коты немедленно облазили коробки. Бастард важно уселся сверху, словно проверял качество. — Куда тебя поселить? — спросил Джисон, хотя ответ он знал. — Да я к тебе кину вещи, — просто сказал Феликс. У Джисона в груди что-то дёрнулось. Он уже хотел возразить, но Минхо неожиданно вмешался: — Отлично. А я, значит, буду мучиться с Хёнджином, который ночью крутится, как вентилятор. — Иди нахуй, — буркнул Хёнджин. — Это я мучаюсь, потому что ты храпишь. Феликс рассмеялся — низко, сипло. Хёнджин на секунду снова потерял контроль над мыслями и резко отвернулся, будто заметил что-то интересное в углу. — Ладно, — сказал Чан. — Состав комнат утверждён. Кто жалуется — тому кормить всех тринадцать котов. Все промолчали. Коты зловеще замурлыкали. ---Минхо и Джисон сидели на кухне. На столе — разделочная доска, нож, курица. — Не уронишь? — поддел Джисон. — Нет, — отрезал Минхо, но глаза смеялись. Они работали рядом, и на этот раз не ругались. Иногда плечи касались друг друга. Минхо вдруг тихо сказал: — Ты знаешь… иногда я думаю, что если бы не ты, я бы давно с ума сошёл. Джисон замер, потом откашлялся и пробормотал: — Просто режь чеснок, ладно? Минхо усмехнулся и подчинился. Хёнджин пытался настраивать барабаны, но Белка уселась прямо на тарелку. Феликс подключал микрофон, и Бастард с размаху прыгнул на стойку, едва не уронив её. Чан ругался на всех, Чанбин читал очередной куплет, а Джисон носился с половником. Тринадцать котов расселись по углам, создавая впечатление, что они тоже часть группы. Жизнь в подвале текла шумно и беспорядочно. Но теперь с ними был Феликс — со своим голосом, улыбкой и веснушками. И каждый понимал: это только начало. ... Подвал гудел: Чан ковырялся в синтезаторе, Феликс подключал микрофон, Хёнджин пытался прогнать Белку с барабанов, а Джисон накрывал на стол. Тринадцать котов носились, как маленькая армия хаоса: кто-то крутился под ногами, кто-то орал в пустоту, а Бастард снова пытался боднуть кастрюлю. Минхо вдруг сел на край дивана и загнул палец. — Так. Чтобы вы не путались, слушайте сюда. У нас тут не просто зоопарк, а целая мафия. — Опять твои лекции, — простонал Хёнджин, но сел поближе. — Первая — Мыдра, — продолжил Минхо. — Королева. Всё это её дворец, а мы тут слуги. Мыдра как назло взгромоздилась на колонку и посмотрела сверху вниз, подтверждая слова. — Второй — Бастард. Его все знают. Злой дух подвала. Феликс прыснул, а Бастард надулся и шлёпнулся прямо на гитарный чехол. — Белка — шальная, но безобидная. Если начнёт бегать по стенам, не трогайте, сама остановится. — Это хрень ненормальная, а не кошка, — вставил Чанбин, когда Белка промчалась у него над головой. — Пухляш — имя говорит само за себя. Жрёт и спит. Пухляш в этот момент как раз рухнул в коробку из-под аппаратуры. — Чиж — маленький, чёрный и орёт, будто ему пять микрофонов в пасть вставили. Откуда-то из тени раздалось истошное «МЯУУУУУ», все заулыбались. — Кнопа — белая, воображает себя принцессой. Её нельзя ругать, она обидится. Кнопа изящно прошла по столу и ткнулась носом в тарелку Джисона. — Гарпун — помните, как притащил домой железяку, больше себя? Так вот, это был он. — До сих пор не понял, откуда он её вытащил, — пробормотал Чан. — Ракета — разгоняется за секунду и сносит всё к хуям. Ракета в этот момент действительно врезалась в пакет с лапшой, и он разорвался. — Пельмень — серый ком, который думает, что миска — его трон. — Сука, так и есть, — проворчал Джисон, убирая его из кастрюли. — Шарпей — он кот, но морда у него как будто собачья. Феликс посмотрел и не удержался: — Бля, реально. — Лиса — ворует еду и делает вид, что это случайность. — Я её однажды поймал на батоне, — вставил Чанбин. — В зубах держала. — Ворон — чёрный и смотрит так, будто знает, что ты делал в три ночи. Все невольно обернулись: Ворон сидел на полке и сверлил их взглядом. Минхо загнул последний палец. — И, наконец, Белладона. Полосатая, тихая, но если заденешь её гордость — получишь царапину. Она вообще как яд с лапками. Белладона в этот момент как раз скользнула мимо, села у ног Феликса и уставилась на него так, что у того по спине пробежал холодок. — Ну вот, — заключил Минхо. — Добро пожаловать в наше королевство. Феликс рассмеялся, глядя на всех тринадцать хвостов. — Пацаны, я пришёл в группу. А попал в приют, где коты управляют людьми. — Ты быстро вкурил систему, — хмыкнул Чан.