Меж звезд

Глава 1: пролог

Джон оглядывал небольшое пространство, которое было его мастерской и их маленьким домом еще двенадцать часов назад. Власти объявили пожар возгоранием масла, вызванным неисправностью электропроводки, но он умел читать между строк. Они считали, что это была его вина: дерьмовый ремонт еще одного грузовика из всех тех, что он чинил. В конце концов, никто больше не видел закутанную в плащ фигуру с желтыми глазами. Мэри не стало. Он все еще не мог заставить эти слова обрести смысл. Она говорила о плохих предзнаменованиях и чувствовала жар в течение нескольких дней, и умерла в огне. Образ ее, поднятой в воздух и кричащей, когда кровь вспыхнула изнутри нее, вставал перед его глазами каждый раз, когда он их закрывал. Он видел ее: белое платье и красную кровь. — Ох, мне так жаль. Он поднял взгляд; женщина, гуманоид, кожа всего на несколько оттенков темнее, чем это бывает у человека. Тон подчеркивали прозрачные серебристые глаза и длинные белые волосы, завязанные сзади — скорее ради практичности, чем ради стиля. На ней под длинным плащом было мягкое серое многослойное одеяние. — Простите, — запнулся Джон, не уверенный в том, что вообще говорит. — Мы закрыты. Я больше не беру заказы. — Пожар, да, я знаю, дорогой. — Она взяла его за руку и покачала головой. — Мне так жаль. — Это не я. Никто этого не говорит, но я знаю, что они все думают, что это моя вина. "Лучший механик в секторе"... Они думают, я убил свою жену, но это не моя вина, это был он, человек с желтыми глазами. — Он понимал, что говорит бессвязно, что его несет, но остановиться не мог. Внезапно стало так важно, чтобы она ему поверила: хоть кто-то должен был поверить. — Она встала, чтобы проверить Сэма, и не вернулась. Я велел Дину вынести Сэмми наружу. О боже, мальчики, они еще не знают. Как я должен им сказать? Джон повернулся и пересек ангарчик, споткнувшись на короткой рампе скромного звездолета, который был единственным, что пережило пожар. Его мальчики все еще спали, свернувшись в один калачик на койке. Он порывисто вздохнул, увидев, что они в безопасности. Только тогда он заметил, что женщина молча последовала за ним. Он попытался взять себя в руки. Было легче, когда следов огня не было видно; и его мальчики спали перед ним, на глазах. — Простите. Я не хотел вас втягивать. Это не ваше дело. Я могу порекомендовать другого механика для всего, что нужно. Она бросила на него ровный взгляд, которым гордилась бы любая мать, столкнувшаяся с непослушным ребенком: — Сынок, тебе не за что извиняться. Кто угодно со здоровыми глазами увидит, что это не твоя вина. И, раз мы об этом говорим, ты не втягиваешь меня. Боюсь, я виновата больше, чем ты когда-либо будешь виноват. — Она снова подошла к нему и взяла его за обе руки. — Мне очень жаль, что я не смогла прийти вовремя. Джон попытался что-то сказать. Открыл рот, затем закрыл, не произнеся ни слова. Женщина подвела его к стулу и помогла ему сесть. — Меня зовут Ми'ззу Ри. Или просто Миссури. Я джедай. Человек, которого ты видел, — сильный воин Силы, погрузившийся в темной сторону. У меня было предчувствие смерти твоей жены, но, я думаю, он скрывал свое присутствие. Я не смогла найти его вовремя, чтобы спасти ее, и за это мне очень жаль. — Почему? Почему мы? Почему она? — удалось выговорить ему, хрипло и спутанно. Миссури слегка покачала головой: — Боюсь, я не знаю. Видение не показало мне, что он задумал. — Она наклонила голову набок. — Но оно показало мне твоих мальчиков. Печаль Джона обратилась в страх. — Сэма и Дина? Она посмотрела на спящих детей. Шагнула вперед, опустилась на колени возле койки. Нежнейшим прикосновением она откинула волосы со лба младшего. Закрыла глаза и тихо мыкнула. — Оба твоих мальчика связаны. У Силы есть для них какая-то великая цель. Особенно для младшего. — Она повернулась к Джону, одну руку удерживая над спящими мальчиками, не касаясь их. Она шептала тихо и аккуратно, чтобы не разбудить их. — Я считаю, что человек, который напал на вас, искал их, чтобы использовать эту связь в своих целях. Он бы забрал их и испортил их связь ради собственной цели. Джон сжал челюсти. Он, как наяву, увидел человека с улыбкой на лице. Ему пришлось приложить усилия, чтобы открыть рот, но, когда он попытался заговорить, единственное, что вышло, это стонущий хрип. Он сглотнул. Попытался снова. — Испортил их? Он? Миссури посмотрела на детей: — Да. Даже отрицая умом, Джон видел печаль и решимость в ее глазах. — Он не смог закончить. Я считаю, что жертва твоей жены, возможно, не была напрасной. Она прервала его, прежде чем он успел сделать что-то большее, чем отметить их. Джон отвернулся. Он не знал, что делать. После всего, что произошло, это было слишком. — Что это значит? — Простым языком: он узнает их, если снова найдет, и если найдет, ему будет легче напасть на их разум. — Она увидела, как Джон опустил плечи, увидела, как он провел рукой по волосам, по глазам. — Я знаю, тебе сейчас тяжело, и, если бы у нас было больше времени, я бы не просила тебя принимать такое решение, но вот что я могу предложить. Твой младший, Сэм, имеет сильную связь с Силой. Я могу отвезти его обратно на Корусант, в храм. Его обучат как джедая. У него будет хорошая жизнь, он будет там в безопасности, пока не обретет навыки для самообороны. Ты больше никогда его не увидишь, но он будет в безопасности. Я бы предложила забрать их обоих, но Дин слишком стар. С такой меткой на нем Совет никогда не примет его. — Миссури постаралась встретиться с Джоном взглядом. — Это твой выбор. Я не заберу Сэма против твоей воли. Джон посмотрел на своих мальчиков. Она была права. Это было слишком. — Хорошо, — шепот был едва слышен, но ему удалось сказать это вслух. Она кивнула. Только малая часть той печали, которую он чувствовал, отразилась на ее лице. Одним плавным движением она сняла с плеч длинный плащ. Руки спящего Дина не хотели отпускать брата, но настойчивой Миссури удалось забрать младшего ребенка, завернув его в мягкую ткань. — Джон Винчестер, от имени Совета джедаев я беру под опеку этого ребенка, Сэма Винчестера. Я даю клятву заботиться о его безопасности, здоровье и обучении до тех пор, пока он не выберет свой собственный путь в мире. Слова были ритуально торжественны. Из подсумка она достала квитанцию ​​на десять тысяч кредитов: — Чтобы облегчить тебе путь. Он уронил взгляд на листок, не видя, как она повернулась к двери. — Подожди. Она повернулась. — Сэм Кэмпбелл. — Он сглотнул, прочистил горло. — Дай ему имя его матери. Тот человек все еще ищет его, и... — Джон посмотрел на своего старшего сына, все еще спящего на постели. — Дин не поймет. Будет легче позволить ему думать, что теперь Сэмми с мамой. "Мертв" осталось невысказанным. Миссури кивнула: — Как пожелаешь, отныне Сэм Кэмпбелл.  

Глава 2: 18 лет спустя

Падаван Сэм Кэмпбелл сидел у двери в комнату своего учителя в больничном крыле храма. За рыцарем Ми'ззу Ри ухаживали лучшие целители, каких только могла предложить планета, но все знали, что этого будет недостаточно. Она была сильна, но продолжительность жизни ее расы была меньше, чем у людей. Когда она нашла Сэма после пожара, в котором погибла его семья, то уже прошла через свой расцвет, Теперь ей оставалось совсем немного. Сэм пытался медитировать, собраться с мыслями. Отвлекающие нити видений дергали за края его разум. Он отталкивал их. Не было ни сил, ни умственной стойкости, чтобы разобраться в золотых глазах, огне и ухмылке самоуверенного человека со светло-каштановыми волосами и поразительно зелеными глазами. Обладание самым сильным даром предвидения будущего, который кто-либо видел в храме за по крайней мере два столетия, было в лучшем случае благословением неоднозначным. Чужая рука мягким касанием вернула его в настоящее. — Она зовет тебя, — с акцентом сказал на стандарте врач. Сэм кивнул. Миззу удалось поднять руку, когда он сел на край кровати. Он снова поразился тому, сколько морщин, казалось, никогда не замечал, сколь бумажной стала текстура ее кожи, как медленно ее глаза меняли цвет с серебристого на дымчато-серый. Он взял ее за руку и нежно погладил большим пальцем. — Ты не спал, — она говорила медленнее, но в голосе ее было столько же тепла, сколько он всегда получал. Сэм просто пожал плечами в ответ. Это было правдой, — видения всю жизнь делали его сон в лучшем случае беспокойным. Он привык. — Мой падаван, всегда такой стойкий. Однажды кто-нибудь сможет убедить тебя, что не нужно нести весь мир в одиночку, даже если мне это никогда не удавалось. — Не так уж все и плохо. Она тихо рассмеялась, позволяя звуку раствориться, пока оглядывала его. — Ты станешь прекрасным рыцарем, когда меня не станет. Сэм посмотрел вниз, туда, где он все еще держал ее за руку. — Однажды. — Я подала просьбу в Совет, чтобы ты прошел испытания. Он снова поднял глаза и, удивленный, встретился с ней взглядом: — Я слишком молод, по крайней мере еще три года. Я не сосредоточен, и Мастер Джим говорит, что я все еще слишком эмоционален. Я... я не готов. Миззу подняла руку к его лицу и улыбнулась: — Ты сильнее, чем думаешь. Ты узнал все, чему я могла тебя научить. Новый мастер не сможет научить тебя тому, чему не смогло бы научить все время в мире. Когда придет момент, ты столкнешься с испытаниями, и Совет не будет иметь большого влияния в этом вопросе. Он наклонился к ее ладони. Взгляд Миззу стал мягким и далеким. — Доверяй своим видениям. Доверяй Силе. Что бы ни приготовило будущее, я знаю, ты сможешь это встретить. — И ее рука снова соскользнула на постель. Сэм молча сидел рядом с ней, пока не вернулся врач и не сказал ему, что ей нужен отдых.

Глава 3

Насчет испытаний Совет с ним согласился. Мастер Джим, отведя его в сторону, осторожно объяснил, что это не его вина, но у него еще нет необходимых опыта и сосредоточенности, чтобы встретиться с ними. Его время придет. Пока он не будет готов, ему будут поручать задания здесь, на Корусанте, которые обычно даются молодым рыцарям; потому что по крайней мере в этом Миззу была права: не было ничего такого, чему мог бы его научить другой рыцарь, с чем не справились бы время и медитации. В любом случае, попытка создать ​​учебную связь с новым мастером так скоро после ее смерти была обречена на провал с самого начала. Это было так близко к тому, что Сэм себе представлял, что он задался вопросом, не предсказал ли он это. Это новое поручение он принял торжественно, замуровываясь в своих покоях или в зале для медитаций, когда не требовался где-то еще. Такой отклик был ожидаем, и большинство оставило его тихо скорбеть. Сэм был доволен в уединении своего собственного разума. У них с учителем было время подготовиться к ее смерти. Теперь он чувствовал ее как часть Живой Силы. Он знал, что она ни о чем не жалела. Вместо этого им завладевали видения. Высокая фигура, закутанная в черное, две болезненно-желтые точки вместо глаз. Фигура наклоняется над плачущим ребенком, пока его кто-то не вырывает из рук; ребенок больше не плачет, он поет. Колыбельную, которая не была колыбельной, эй, Джуд, смени аккорд, эй, Джуд, смелей вперёд, эй, Джуд, эй, Джуд… Рука тянет его за плечо, затем скользит вниз, на пояс. Он оборачивается, чтобы увидеть уверенную улыбку. Там человек, которого он никогда не видел за пределами своих видений, но который был ему знаком и привычен, как никто другой. Незнакомец раскрывает вторую ладонь, и теперь в ней корабль, — гладкие линии и черная полировка, чтобы сливаться с темнотой меж звезд. Всегда предлагающая, эта улыбка каждый раз соблазняет на то, чего Сэм не должен хотеть. Зеленые глаза так сияют от радости, будто этот человек не желает ничего больше, чем преподнести на блюдечке Сэму всю галактику. Он дует на корабль в ладони, словно на перышко, и тот плывет в золотистые облака рассвета, создавая замки, водопады, струящиеся в небо, белые колонны, возвышающиеся, как некое древнее изображение царства небесного. Черный корабль — как рана на небе, разрывает воздух. Крылья, сломанные черные перья, брошенные на ветер и унесенные прочь. Над землей гремит гром, и ветер становится резким, а облака обращаются в красный. Сэм отворачивается, поднимая руку, чтобы защитить лицо. Он взглядом ловит лицо своего спутника. Улыбка исчезла, сменившись сжатой челюстью, решимостью, гневом. Незнакомец тянется всем телом к Сэму, закрывая его собой, как может, не сводя глаз с далекой силы, которую Сэм не видит. Он бросает на Сэма взгляд, и Сэм замечает страх за решимостью в чужих глазах. Руки, защищавшие его, внезапно толкают прочь и назад. Сэм упал с кровати, приземлившись на четвереньки с колотящимся сердцем. Осмотрел комнату всеми имеющимися у него чувствами, затем медленно опустил лоб на пол. Никого здесь нет. Безопасно; его собственная постель, его собственная комната. Так почему же он не мог перестать дрожать. Три или четыре часа он пытался медитировать. Когда стали созывать на утренние обряды, и эхо разнесло голоса по храму, Сэм сдался. Отправился на пробежку по саду. Затем присоединился к команде молодых джедаев для тренировок в паре. Снова удалился в свои комнаты. Физических усилий было достаточно, чтобы успокоить его разум, по крайней мере временно. Ритуал омовения и бритья добавил еще один слой спокойствия. Когда Сэм наконец вернулся к медитации, он мог смотреть на видение, не затуманивая разум эмоциями. Обдумывал его, пытаясь раскрыть метафору и символизм, как учили. Началась и окончилась полуденная трапеза; стук в дверь вернул Сэма в мир. Падаван  провел его по коридорам — туда, где мастер Сингер ждал в своем кабинете. Из всех членов совета Сэм был наиболее близок с ним, с Бобби, как его ласково называли в храме. Старый мастер казался грубым, но опыта у него было больше, чем у любых других двух рыцарей, и, как управляющему делами, все джедаи научились доверять ему безоговорочно. Он никогда не давал никому задания, с которым тот не смог бы справиться. Если ситуация менялась, он доверял суждению своих подопечных. Вдобавок ко всему, мастер Сингер обладал удивительным даром устанавливать и поддерживать связи через целые галактики. Если что-то случалось на окраинах республики, Бобби узнавал об этом задолго до того, как корабль или передатчик доставляли новости. Кабинет его больше был похож на кабинет бюрократа, чем на комнату мастера-джедая: четыре станции для голо-связи, разбросанные по углам и мерцающие ожидающими огоньками, тарелки с недоеденными и забытыми обедами, отодвинутые в сторону, чтобы в конце концов с ними разобрался какой-нибудь падаван. Вокруг экранов были стопками сложены датапады, и — чудо из чудес — на полках рядами стояли настоящие бумажные книги. Сам мастер был сед с зарождавшейся на затылке лысиной, медленно растущим животом и словарный запасом прямиком с верфей Мос-Эспы. Когда Сэм зашёл, Бобби ещё заканчивал сеанс связи. Сэм постоял, наблюдая, как гуманоид с золотыми глазами и тремя парами крыльев заканчивает свой отчёт. Вспомнив сон, он задрожал. Человек с жёлтыми глазами преследовал его с тех пор, как начались видения, но Сэм так и не смог избавиться от дрожи, которую они ему посылали. Это был не первый раз, когда что-то из его видения появлялось в реальной жизни; но обычно оно было гораздо более смутным. Он сглотнул своё опасение и выдавил из себя вопрос: — Где это? Бобби поднял взгляд, заметил выражение лица Сэма и ответил без предисловий: — Официальное обозначение: ЭД-3М. На местном языке — Сад. Ирония: для растительности пригодно менее десяти процентов поверхности, вот название и прилипло. — Голографическая картинка отключилась, но Сэм по-прежнему ничего не говорил, поэтому Бобби продолжил. — Еще примерно пятьдесят лет назад планета считалась непригодной для жизни, но также и — богатым источником некоторых очень редких минералов. Когда Республика стала посылать дроидов-шахтеров, местные жители подняли много шума. Они на самом деле довольно продвинуты, если говорить философски... Сэм? Ты в порядке? Есть что-нибудь, что я должен знать? Сэм медленно перевёл дыхание и сосредоточился на настоящем: — Я в порядке. Видения остаются неясными. Для меня есть задание? Бобби оглядел его с ног до головы, затем откинулся в кресле назад, позволив сменить тему: — Посол Ридарриана запросил сопровождение и телохранителя для своей дочери, с завтрашнего дня. — Он порылся в датападах, и, в конце концов найдя нужный, передал его Сэму. Тот забрал пад и, кивнув, вышел.

Глава 4

Дочери было 17 лет, и даже выросший в храме джедаев Сэм понимал, что будет не в своей тарелке. Ридаррианцы были млекопитающими с планеты бесконечных равнин травы и широких медленных рек. Они были сложены по образцу кентавров из земных легенд и теперь обеспечивали существенный процент стадных животных для планет центральной Республики. Дочь посла звали Ре'нна. У нее была темно-коричневая кожа, плавно переходившая в такую же темно-коричневую шерсть. Волосы ее досветла выгорели на солнце и спадали за спину свободной косой, и в тон прическе был заплетен хвост. Наряд ее был весь из оттенков желтого и золотого. Девушка разглядывала его минут десять, перебрасываясь фразами с помощницей на родном языке и хихикая в ладошку. Сэм не понимал, о чем они говорят; он не брал с собой переводчика с тех пор, как ему сказали, что они свободно говорят на стандарте. Нетрудно было догадаться, о чем. Сэм надел маску доброго нейтралитета и ждал, пока они закончат. К этому он привык. Он знал, что по человеческим меркам выглядит неплохо, да и многие другие расы имели схожие стандарты. Как джедай, он избрал отстраниться от искушения, которое давали эмоции. Они знали это и вскоре отказались от любых попыток флирта. Сэма не интересовало в Ре'нне ничего, кроме ее защиты. Он знал, что у других его одногодок были проблемы с этой концепцией, но у него их не было никогда. Не то чтобы он не чувствовал влечения, он просто имел над ним твердый контроль. Он никогда не видел никого достаточно привлекательного, чтобы подумать о нарушении своей клятвы. Наконец, Ре шагнула вперед и протянула ему руку. Он пожал ее и ответил на официальное приветствие, даже более ласково, чем того требовал этикет. Помощница представила ему копию расписания Ре и ее отца, включая события и достопримечательности, которые она хотела бы увидеть во время своего двухнедельного визита на планету, а также файл о возможных угрозах. Сэма просили предоставить свои услуги на все время ее пребывания здесь. Он будет сопровождать ее до самых дверей апартаментов посла. Не то чтобы сложное задание, но и не такое, где можно позволить своим мыслям блуждать. Угрозы были достаточно существенными, чтобы просьба о помощи джедаев была разумным поступком, однако большинство из угроз были направлены на самого сенатора. Во время медитации, обмысливая эту тему, Сэм только смутно почувствовал гнев, после чего видения вернулись к его зеленоглазой музе. Тот казался несоизмеримо самодовольным, особенно потому, что был впечатляюще бесполезен. После первого дня ему пришлось переосмыслить, что же его ждет. Очевидно, Ре привыкла к очень активному образу жизни. Когда Сэму впервые вручили расписание, он предположил, что половина дел в нем будет отброшена, когда Ре станет скучно или когда она отвлечется. Тот факт, что у нее было четыре копыта на его две ноги, совсем делу не помогал. Охранять ее было настолько изнурительно, что он мог спать без сновидений до самого раннего утра.  

Глава 5

Когда это случилось, Сэм следил за Ре уже неделю. Они возвращались в посольство, только что закончив с утренним шоппингом, в результате которого было закуплено столько одежды и украшений, что они заняли половину спидера. По расписанию Ре должна была за обедом встретиться с отцом, а затем провести день, осматривая исторические западные башни и сады — перед ранним ужином в каком-то модном ресторане, название которого было задумано так, чтобы его нельзя было произнести на восьми из десяти распространенных языков, и походом в театр. Воздушная трасса была почти свободна, так как у них было разрешение использовать верхние полосы, обычно зарезервированные для шаттлов экстренных служб. Сэм посмотрел вверх, когда облако поплыло по небу. Климатические системы контролировали погоду, но с таким количеством прибывающих и убывающих кораблей конденсат накапливался быстрее, чем его можно было собрать. Облако было, как темная тень, похожая на расправленные крылья, и внезапно на их спидер обрушился зловещий натиск. Сэм махнул рукой Ре и пилоту, чтобы они легли на пол, и перелез на водительское место, одной рукой потянувшись к световому мечу. Скайбайк выскочил из потока машин под ними. Он проскочил мимо, но затем развернулся. На месте пилота сидел дроид, и, как только они поравнялись, человек за ним открыл огонь из бластера. Сэм уже вытащил меч и отразил все угрожающие им выстрелы, но, когда их двигатель начал дымиться, пилот закричал, Сэм потянулся к Силе, направляя ветер, чтобы смягчить их падение, пока пилот пытался найти посадочную площадку. Однако его глаза все еще были прикованы к скайбайку и человеку, перезаряжающему бластер, приближающимся для второго захода. С одной стороны, своей безрассудной стрельбой нападавший угрожал не только его подопечной, но и бесчисленным гражданским в спидерах рядом. С другой стороны, Сэм не мог просто использовать толчок Силы, чтобы сбить его с машины, потому что он не только погибнет, но и снова станет угрозой для тех, кто находился в воздушных полосах под ними. Вместо этого, когда нападающий выстрелил второй раз, Сэм отразил выстрел в дроида. Голова, затем и туловище дроида заискрились, и он забился в конвульсиях. Стрелок выругался и столкнул дроида за борт, хватая руль. К этому моменту их собственному пилоту удалось с содрогающимся грохотом посадить их на площадку. Ре что-то кричала, но Сэм махнул ей рукой, чтобы она затихла: — Лежите! — и выпрыгнул, чтобы иметь большее поле зрения, когда стрелок вернется. Поскольку тот не мог теперь стрелять в них во время полета, он разогнал скайбайк и послал его вперед, туда, где стоял Сэм, загораживая ему цель. Но Сэм не отступил, вытянув перед собой руку. Разум автоматически производил расчеты. Скорость, угол снижения, ускорение. Из облаков шумно выпрыгнул черный корабль. Он был в четыре или пять раз длиннее скайбайка, и, когда он устремился к байку, то был похож на хищную птицу, пикирующую на мышь. Серебряные буквы на борту корабля провозглашали — «Импала». Это вынудило байк прижаться к посадочной платформе, вдобавок реактивные двигатели черного корабля отправили байк вместе с пилотом кувыркаться в воздухе. Сэм поймал и пилота, и байк, прежде чем они успели упасть с платформы, захваченные нисходящим потоком воздуха. Пилот был настолько же безрассуден, насколько знал свое дело. Черный корабль развернулся в воздухе, и в нужный момент двигатели отключились, чтобы "Импала" замерла на соседней площадке, ничего не повредив, или, по крайней мере, ничего еще. И байку, и пилоту требовалась помощь профессоналов. Двигатели на "Импале" были выключены, и Сэм впервые смог хорошо разглядеть корабль. Потрясение пробежало по спине, когда он понял, что уже видел его раньше. Гладкие линии и черная полировка, крылья, спроектированные так, чтобы складываться при посадке вперед, обрамляя кабину. Открылся люк. Не грузовой, — круглая дверь, предназначенная для дроидов. На посадочную платформу спрыгнула фигура, и Сэм предположил бы, что это был пилот, — кто еще это мог быть? Но он узнал и фигуру. Темно-русые волосы, загар на светлой человеческой коже. Сэм знал, что у него будут зеленые глаза, прежде чем он приземлился на ноги. Это была его муза. Его проводник. Человек, о котором все его учителя говорили ему снова и снова, что он был всего лишь проявлением его способности видеть будущее, ментальной уловкой, чтобы он не сошел с ума. Он знал этого человека, знал его с тех пор, как в возрасте пяти лет у него случилось первое видение во сне. Он не мог стоять здесь. Не мог, но стоял. Незнакомец оглядел его. Сэм ожидал, что он усмехнется, как в его видениях, самоуверенно и нахально, но вместо этого он оценил Сэма взглядом на возможность угрозы, после чего, подняв бровь, кивнул на его все еще обнаженный световой меч. Зеленые глаза скользнули по Ре, пилоту и их аэроспидеру — с повреждениями, не подлежащими ремонту, — а затем обратились к байку и стрелку. — Спасибо, что поймал, — бросил он через плечо. Сэм был удивлен, осознав, что это были первые слова, которые этот человек за все время сказал ему. В его видениях он всегда был немым. — Было бы по-свински просить за него награду, если б он в лепешку разбился. — Награду? — Сэм наконец сумел взять себя в руки и, выключив меч, сделал неосознанный шаг ближе к своей музе. — Да, я гнался за ним через три системы. Дрег подумал, что потерял меня в облаке, а? — Он ударил стонущего стрелка по голове. — Но я слишком хорош. Ты ведь не собираешься так уж заламывать свою долю, м? — Он бросил на Сэма еще один пытливый взгляд. — А, нет. Я... — Сэм был честно не уверен, как закончить предложение, так что, вероятно, хорошо, что власти выбрали именно этот момент, чтобы появиться. — Черт, это будет больно, — выдохнула себе под нос его муза. Офицеры окружили платформу. Офицеры уже начали задавать Ре вопросы, и Сэм вернулся к ней. — Это дочь посла Ридарриана, — объяснил он им, борясь с желанием применить Силу и покончить со всем этим, чтобы наконец узнать имя того человека. — А я джедай Сэм Кэмпбелл, ее телохранитель. Соответствующие документы были извлечены и отсканированы, затем переданы тому, у кого были реальные полномочия, и отсканированы снова. — Что значит, меня арестовывают! Я преследовал этого парня, он угроза и все такое. Я спасаю людей! Сэм поднял глаза на крик своей музы, но зеленоглазого человека уже заковали в наручники и под дулами бластеров на оглушении вели к катеру. Сэм сделал было шаг, чтобы последовать за ним, но пилот Ре что-то спросил его, и он ничего не мог сделать. Остальную часть допроса Сэм провел, заставляя себя быть спокойным. Он проводил Ре обратно в посольство, затем немедленно позвонил Бобби. — Сэм? Слышал, случилась заварушка. Все в порядке? — Да, Ре'нна в порядке. Вернулась в посольство, но кое-что случилось. Мне понадобится кто-то, кто присмотрит за ней до конца недели, — его голос дрожал, и он знал, что Бобби это слышит. Он мог слышать, как Бобби колебался. — Пожалуйста. — Ладно, да, я найду кого-нибудь. Дай мне час-два. Достаточно? — Да, спасибо, Бобби, я твой должник. Он сообщил Ре эту новость, когда прибыл Гарт. Гарт был посвящен в рыцари два года назад и умел поладить с кем угодно. Сэм был уверен, что он завоюет Ре, несмотря на перестановку в расписании. Когда он вернулся в храм, то принял душ, смыл с себя дым и грязь крушения, после чего направился прямиком в медитационный зал. Нужно было привести мысли в порядок.