Будни ведьмы и вампира

Она возвращается домой затемно, ранним утром. Прощается у двери со спутником. Запирается. Бросает плащ на вешалку — и лишь тогда торжественно берется за Книгу. Из-за размера ее невозможно воспринимать с маленькой буквы. Громадная тисненая обложка вмещает в себя несколько сотен страниц. Пачками предыдущие ведьмы вшивали новые листы, да и она добавила пару внутренностей от общих тетрадок — но, кажется, в старую переплетную кожу можно вместить еще и еще. Это не справочник в привычном смысле. Скорее, дневник. Впечатления, быт, иногда — рецепты не только зелий и оберегов, но и вкусных ужинов. Прочесть все за один присест невозможно: не позволяет не объем, ни концентрация жизни в строках. И порою ведьме кажется, что это — своего рода продолжение существования каждой из предшественниц. Последние чары. Ведь с советами из прошлого она будто бы впустила в себя частицу каждой из них. Она пролистывает Книгу быстро, не читая, стремясь поскорее выплыть на пустое пространство. Перед глазами мелькают чернила. Они здесь разные. От разбрызганных плохо очиненным пером — до чуть размазанных из шариковой ручки. И все свежие, точно вчерашние. Конечно, чары. Чтобы незаметная мудрость передавалась дальше и дальше, а ее авторы жили вечно. Она добирается до чистого разворота и записывает очередной день. Помечает мысли о дожде, как очередной текущей воде для вампиров. Кусает ручку. Улыбается в пространство. И с привычным озорством, тревожащим кончики пальцев, делает быстрый росчерк одной линией. Это не его профиль, далеко нет. Рисовать она не умеет. Но испорченную сбоку страницу теперь просто необходимо чем-то заклеить. Его портретом, например. И пускай ее наследницы знают, что жизнь ведьмы даже полнее, чем им представлялось, пока они были простыми смертными. Даже веселее, чем у ее предшественниц. Ведь именно этого требует жар ведьмы внутри.