Нарисуй мне море

Чтож.Этот день ничем не отличался от предыдущих, за исключением дня недели и следующей цифрой медленно уходящего лета.Открытое окно впускало в комнату подростка тихий шум внешнего мира.Маленькие птички пытались разбудить спящего жителя внешнего мира с помощью песен, но этот способ был непрактичным.Тёплые лучики солнечного света также приняли участие в этом соревновании, но попытали поражение, благодаря способности художника отвернуться на другую сторону кровати.Крепко спящий художник, пробудился лишь только по повелению внутреннего будильника, называемого среди обыкновенных граждан биологическими часами организма.Хотя, быть может его пробуждение являлось следствием выработанной привычки подъёма к определённому времени. Микелио проснулся в девять часов утра.Идеальное время для начала нового беззаботного дня, способного преподнести неожиданные сюрпризы.С протяжным мычанием, выражающим недовольство столь ранним подъёмом, Микелио протёр обеими кистями своë лицо, сохраняя закрытое положение век.«Ты не забыл что мы вчера обсуждали?»—мягко спросил внутренний голос, напоминая о событиях прошедшего дня, мимолетно проследовавших перед закрытыми очами.«Да помню я, помню всë, хватит уже.»—с проскальзывающими нотками агрессии фыркнул лис.Черепная коробка была полностью пуста и свободна от мыслей, однако туманная тяжесть свидетельствовала о противоположном.Казалось, будто бы мокрые, разбухшие от влаги опилки были перемещены в черепную коробку и в последствии утрамбованны, не позволяя ни единой мысли проникнуть внутрь.Всеобщая слабость мягко окутала тело подростка, пробуждая появление сладостной лени, объявшей каждое начинание хозяина тела.Оставшиеся оттенки усталости пронизывали каждую клеточку тела, склоняя к продолжению сладких сновидений.Казалось, будто бы Микелио вовсе не спал, а лишь просто прикрыл веки на определëнный отрезок времени.«Может не идти никуда? Я так хорошо спал в тëплой кроватке, а тут куда-то ещё подниматься и идти.Давай лучше поспим?»—размышлял лис, последовав соблазнительным уговорам.Предвещая крепкие и насыщенные сны, с преисполненным запасом внутренней энергии и отменного самочувствия, художник лëг животом вниз, наслаждëнно вздохнув.Вот только, обещанное погружение в царство Морфея не наступало.Глухой звук внешнего мира казался громче, а появляющаяся ясность ума самостоятельно раскрывала веки Микелио.Кажется, поспать подольше к сожалению не получится. Подняв веки и вернувшись в изначальную позу, художник поднялся в сидячее положение, также приподнимая для бóльшего комфорта перьевую подушку.Микелио взирал пустым взглядом на закрытую дверь, пытаясь окончательно проснуться.Сновидения полу-лиса были наполнены безграничной тьмой и таинственной пустотой.Бодрое состояние полностью отсутствовало, заменяясь разбитостью и всеобщей тяжестью, прослеживающейся в каждом движении.«Эхх, ну ладно, пора вставать.»—с тяжким вздохом подумал он, вяло стягивая одеяло и поднявшись с постели, шаркая ступнями, направился к ванной комнате, пылая твëрдой уверенностью о значительном улучшении состояния.Наверное, всему виной слишком позднее засыпание и слишком ранний подъём. Контрастный душ действительно помог избавиться от сковавшей весь организм тяжести.Остатки усталости отступили, позволяя бодрости наполнить всë тело юнца.Тщательно намыливая разными шампунями рыжие локоны волос до состояния скрипа, экспериментально используя несколько гелей для душа одновременно, не пропуская ни единого участка кожи.Жидкая и скользкая основа гелей вызвали слабую усмешку Микелио, вскользь подумавшего об отличной смазке, способной стать идеальным сопровождением развратных утех.Шаловливые пальчики правой кисти аккуратно прикоснулись к сжавшемуся кольцу мышц.Микелио попытался расслабиться, приподнимаясь на верхнюю часть ступней, пока один из пальцев ловко проник внутрь.«Сейчас…сейчас вроде бы не так узко или это от того что я сейчас в душе? Ладно и чего я только творю вообще?!».Прекратив стыдливые деяния, полу-лис продолжил принимать ванные процедуры, продлившиеся ещё около часа.Теперь, от сонного подростка с пустым взглядом ничего не осталось.Приятное ощущение зубной пасты оставшейся на некоторых участках желтоватых зубов освежало. Покинув ванную комнату, полу-лис направился на территорию кухни, где в очередной раз наполнив железный чайник холодной водой, поставив кипятится на предварительно включëнную большую комфорку.Почему подросток продолжает употреблять чай, даже не притрагиваясь к приготовленной пище? Увы, но Микелио отказывается об этом рассказывать, ссылаясь на обыкновенное отсутствие голода.Быть может за двухдневное отсутствие пищи организм начал привыкать к этому прелестному напитку, раскрывая все утончённые вкусы? Или причиной такового является вчерашние статьи про подготовку к анальному половому акту? Наверное, приготовленная пища достанется Эдварду.«Ц, ой какой кошмар я действительно это делал?! Серьёзно?»—именно эта реакция предельно точно описывала случайно затронутые воспоминания предыдущего дня, вернее его окончания.Однако, у Микелио не появлялось отвращения от мыслей о большом количестве гомосексуального порно, способного быть весьма изощрённым.Вместо этого, художнику было поистине интересно продолжать исследовать этот запретный сайт, глубже погружаясь в заманивающий омут разврата и похоти.Микелио испытывал приятное ощущение каких-то ноток родства, не одинокости и нормальности таковых отношений, по неизвестным причинам высмеивающимся в социальном мире и некоторых социальных площадках интернета.Чайник сообщил о закипании с помощью громкого свиста.Выключив подачу газа, Микелио ловкими движениями обеих рук принялся готовить пакетированный, фруктовый чай с добавлением холодной воды и нескольких чайных ложек сахара.Сходив в свою комнату за заряжающимся смартфоном, Микелио сел за обеднённый стол, став испивать тёплый напиток, пролистывая ленты социальных сетей. Закончив со своеобразным завтраком, Микелио направился в свою комнату.Включив танцевальный плейлист с музыкой, прослушивая нудный голос о преимуществах платной подписки, художник слабо бросил гаджет на кровать, тихо плюхнувшийся возле окончания постели.Нетерпеливое желание важной встречи с жителем иного мира рьяно боролось с полностью продуманным вплоть до мельчайших деталей последовательным планом скорой встречи, выстроенным прошлой ночью.Снова это воздушное, изворотливое ощущение власти и превосходства над жителем иного мира слабо проскальзывало по границам разума, доставляя странное удовольствие.Микелио нравилось чувствовать полный контроль над последовательностью дальнейших событий, полностью зависящих от одного существа.Художник также желал скорейшего воссоединения с личностью Эдварда, чувствуя полностью восстановившийся запас невидимой социальной батереи.Осталось лишь только выбрать одежду и отправиться в путь. Подойдя к платяному шкафу и раскрыв обе дверцы в стороны, Микелио беглым взглядом окинул большое количество разной одежды, аккуратно сложенных на полках, а также идеально развешанных по цветовой гамме на вещалках.Разум предоставил несколько стильных образов, способных подойти для такого знаменательного дня.Вот только классический вариант со строгим чёрным смокингом, накрахмаленной рубашкой, ровными штанами и поблескивающими туфлями полностью отпадал из-за отсутствия столь некоторых видов одежды.«Чтож, значит будем экспериментировать.»—с интузиазмом подумал Микелио, мысленно составляя возможный образ из присутствующих вещей.«Может быть надеть это? Ага, чёрную водолазку летом? Может быть сразу пуховик зимний? Хмм~Или лучше просто официально попытаться одеться? Да, официальный стиль с кроссовками же самое то!»—вëл активную беседу с внутренним голосом лис.Мятая белая рубашка, скрытая под лёгкую кофту тëмного цвета с маленьким логотипом довольно известного бренда отлично сочетались с серыми джинсами, идеально облегающих талию с нижней частью тела и идентичного цвета лëгкими кедами.Столь банальный, но очень простой и стильный образ пришёлся по нраву Микелио, перемерившего достаточно большое количество вещей из платяного шкафа.«Всë! Теперь я полностью готов!»—обрадовано воскликнул художник.Взяв лëгкий портфель, Микелио поспешно удалился в прихожую, дабы надеть последний элемент идеального образа и покинуть пределы квартиры.«А комнату ты убрал? Думаешь, у тебя будет лишнее время на подготовку? Или ты скажешь Эдварду подождать в прихожей?»—с претензионной интонацией спросил голос разума.С тяжким вздохом, хозяин тела вернулся в свои владения, обведя хмурым взглядом всë помещение.Комната временного хозяина была чиста, за исключением творческого беспорядка на письменном столе, но он был своевременно убран.Светло-карий взгляд очей задержался на маленьком бутыльке парфюма, пока в черепной коробке решался важный вопрос о необходимости их использования.Взяв с верхней полки письменного стола необходимый бутылëк, художник плавно приподнял крышку, втягивая ноздрями прохладный воздух.Насыщенный запах природной свежести, тесно переплетался с тонкими нотками цитрусовых, скрывающихся под броским запахом спирта, смягчающего крепкость при попадании в окружающий мир.Этот парфюм был приятен для обоняния лиса, однако для повседневного использования они явно не подходили, иби художник попросту забывал об этом тонком дополнении.«Попшикаюсь ими чуть-чуть, чтобы он почувствовал этот ароматный запах.Да, думаю он будет в восторге, всë-таки он ни разу не чувствовал ничего подобного от меня, а тут такое».Воспользовавшись парфюмом, Микелио уверенной походкой направился в прихожую, где надев лёгкие кеды, покинул пределы квартиры, направившись к дикому пляжу. На протяжении всего непродолжительного пути, каждый новый шаг хозяина тела приобретал бóльшую уверенность, плечи самостоятельно расправлялись, позволяя полностью выпрямить спину, а корпус головы слегка приподнялся вверх, создавая прочное ощущение высокомерного взгляда.Транслируемая уверенность скрывала за плотной мантией шарма и привлекательности тревожное беспокойство за жителя иного мира и яркое чувство вины, окутавшее весь хрупкий сосуд души.Множество безответных вопросов наполняли черепную коробку Микелио, обороняющегося лишь предположительными ответами.Пожалуй, сильнее всего, творческую личность пугали шальные мысли о полном покидании русалом прозрачных вод этого моря, однако такие мысли, случайно проникающие в черепную коробку, художник пытался рьяно гнать прочь, не оставляя ни единой возможности к развитию.Верующий в способность к материальности своих мыслей художник, особенно боялся такого исхода почти недельного отсутствия.Морально подготавливаясь к ярким вспышкам гнева или хладного игнорирования, Микелио остановился возле острых скал, преграждающих путь.«Ну ладно, пошли.»—с взволнованным вздохом подумал Микелио, вступая на территорию Дикого пляжа. Осторожно ступая на зыбкий песок, художник слегка сжался, будто бы это действие позволит остаться незамеченным.Лисьи уши пригнулись к локонам волос, внимательно прислушиваясь к каждому источнику звука.Морской ветерок чудачно игрался с прозрачным морем, подгоняя спокойные волны.Кружащие в небесах чайки, противно переговаривались друг с другом, искав важное пропитание.С осторожностью выглядывая из-за твёрдой скалы, полу-лис заметил сидевшего на берегу моря Эдварда, облачëнного в человеческую одежду.Прохладный ветерок игрался с его волосами, создавая неопрятную причёску.Вот только Эдвард не поддавался играм морского ветра, безучастно что-то рисуя тонкой палочкой средней величины на мокром песке.Спокойные волны нехотя стирали его старания, но Эдвард начинал сначала.Его выражение лица было грустным, а взгляд наполнен печалью и пустотой.Сейчас, эти туманные, серые очи вовсе не согревали, а только отталкивали.Прежняя счастливая улыбка некогда озаряющая уста сменилась единой, тонкой линией с опущенными вниз уголками губ.