Пепел и Ветер

Тишина у озера оказалась недолгой. Уже на следующее утро, едва они свернули лагерь, воздух снова загудел знакомым, зловещим образом. Но на этот раз это была не разведка и не засада. Это был прямой, оглушительный вызов. Они шли по каменистому плато, когда земля перед ними вздыбилась. Не духи, не фанатики. Из-под земли поднялись шесть фигур в тёмных одеяниях, но их ауры были несравнимо мощнее, чем у тех, с кем они сталкивались ранее. Это были не просто последователи. Это были Избранные Хао — Лучшие. В центре группы стоял человек с лицом, скрытым в тени капюшона, но от него исходила волна такой концентрированной ненависти и силы, что даже Рен непроизвольно сжал рукоять меча. — Йо Асакура, — прогремел его голос, эхом раскатившись по плато. — И его… свита. Господин Хао устал ждать. Он шлёт тебе подарок. Человек поднял руку, и в небе над ними разверзлась огненная печать. Из неё, словно адский метеор, выпал огромный, скованный цепями дух. Он был похож на исполинского горгулья, высеченного из базальта и лавы, его глаза пылали зелёным огнём, а из пасти капала жидкая сера. Цепи на нём лопнули с оглушительным грохотом. — Это… Дух Разрушения низшего порядка, — сдавленно произнёс Фауст. — Он не подчиняется приказам. Он лишь уничтожает всё на своём пути, пока его не остановят или пока не кончится подпитывающая его энергия. — Мило, — скрипя зубами, проговорил Хорохоро. — Он просто выпустил на нас бешеного пса! У них не было времени на обсуждение. Дух с рёвом обрушился на них. Его первый удар был направлен в центр их построения — туда, где стояли Манта и Анна. Йо среагировал мгновенно. — Амидамару! Парируй! Молния духа Йо встретила коготь чудовища с ослепительной вспышкой. Силы были неравны — Амидамару отбросило назад, но он выстоял. — Он слишком силён для лобовой атаки! — крикнул Рен, его мозг уже анализировал ситуацию со скоростью компьютера. — Нужно искать ядро! Источник его энергии! — Хорохоро, Рю! — скомандовал Йо, отскакивая от нового удара. — Фланги! Отвлекайте! Фауст, попробуй найти уязвимость! Ледяные атаки Короро и огненные шары Токагэро обрушились на горгулья, заставляя его реветь от ярости и отвлекаться. Но его броня была почти непробиваемой. Йо и Рен снова оказались в центре бури. Но на этот раз их синхронность была отточена до блеска. Они не сговаривались, не обменивались взглядами. Они просто двигались, как два полюса одного магнита. Когда дух занёс хвост, чтобы ударить Йо сзади, Рен был уже там, его меч отвёл удар, создав просвет для контратаки Амидамару. Когда когтистая лапа обрушилась на Рена, молния Йо ударила точно в сустав, заставив чудовище отшатнуться. — Его ядро — в груди! — крикнул Фауст, едва уворачиваясь от летящих обломков скалы. — Но оно защищено барьером! Нужно пробить его одновременно с двух сторон с противоположной полярностью энергии! Йо и Рен переглянулись. Всё было понятно без слов. — Амидамару! Всё, что есть! — Йо собрал свою фурёку в ослепительный сгусток чистой, светлой энергии. — Басон! — голос Рена прозвучал как удар хлыста. — На острие! Его дух сконцентрировался в тонкий, невероятно острый луч тёмной, сфокусированной силы. — Сейчас! — скомандовали они оба, словно один человек. Золотая молния Амидамару и чёрный луч Басона устремились к цели. Они не сливались. Они были противоположностями, которые, сталкиваясь, рождали абсолютное разрушение. Два луча ударили в барьер на груди духа одновременно. Раздался звук, похожий на треск лопающейся планеты. Барьер рассыпался на миллионы сверкающих осколков. Ядро, маленький тлеющий шар, обнажилось. — Последний удар! — крикнул Йо. Но дух, чувствуя угрозу, в последнем отчаянном порыве бросился на Рена, его пасть разинулась, чтобы поглотить его целиком. Йо не думал. Он действовал на чистом инстинкте. Он рванулся вперёд, отталкивая Рена в сторону, и подставил себя под удар. — Йо! Крик Рена был полон такого ужаса и ярости, что, казалось, само пространство содрогнулось. В его глазах вспыхнуло золото, тёмное, яростное. Время замедлилось. Йо, падая, видел, как Рен вскакивает. Видел, как его фурёку взмывает до невиданных высот, окрашиваясь в багровые тона. Видел, как Басон не просто атакует, а становится воплощением чистой, безраздельной ненависти. Меч духа Рена пронзил ядро горгулья, но не остановился. Он прошёл насквозь, пронзил и самого духа, и продолжил свой путь, обрушившись на группу Избранных Хао. Те, кто не успел среагировать, были сметены этой волной испепеляющей энергии. Дух Разрушения застыл, затем с тихим шипением начал рассыпаться в чёрный пепел. Наступила тишина. На плато стояли только они, тяжёло дыша. Рен стоял, всё ещё сжимая свой меч, его грудь вздымалась, а глаза горели не угасающим золотым огнём. Он смотрел на Йо, который медленно поднимался с земли. — Ты… идиот, — прошипел Рен, его голос дрожал от сдерживаемых эмоций. — Ты мог погибнуть. — А ты — нет? — тихо ответил Йо. Они смотрели друг на друга — один, всё ещё полный ярости за чужие жизни, другой — потрясённый силой собственных эмоций. В этом взгляде не было места для Хао, для Анны, для сомнений. Была только реальность: он готов был умереть за него. А он — уничтожить весь мир ради него. Вызов был брошен. И они ответили на него не как союзники, а как одно целое. И этот ответ прозвучал громче любого заклинания.