Клякса - это...

У детей много друзей. Они легко находят людей с теми же интересами и желаниями. Играть, кушать, спать, расти - это главные их цели. Никто не спорит, что в указанных темах много подвидов, например, играть в куклы или машинки? Однако, эти желания не столь разнообразны, чтобы дети чувствовали бесконечное одиночество. Чем старше человек становится, тем больше людей теряет. Это неизбежно, ведь он растет и развивается, его вкусы меняются, а точек соприкосновения все меньше и меньше.Не редко взрослый человек становится одиноким, не сумев отыскать подобных, не смотря на огромное население планеты. Его книга жизни зачастую исписана горечью от невозможности почувствовать тепло других людей, а в зеркале они видят единственного собеседника. Жизнь человека проходит, никому не интересная и в конце его никто не провожает. Очередная звезда, светившая так тускло, что никто ее не заметил, и угасшая, не оставив после себя ничего. Но если человек прожил так жизнь, можно ли его действительно винить? Кто знает, был ли это его выбор, или так сложились обстоятельства? А может это был его собственный... Выбор? *** Ей холодно. В груди пробирающая до костей пустота, в голове тяжесть, озноб сотрясает ее жалкое тело. Она хочет сжаться в комочек, как эмбрион, которым однажды был каждый человек во вселенной и вернуться под сердце своей матери, видя грезы под успокаивающий стук ее души. Никогда не одна, никогда не одинока. Но это невозможно, не так ли? Любой птенец однажды взлетает, даже если только для того, чтобы разбиться. Звезда должна зажечься, чтобы однажды потухнуть. - Пора просыпаться. И она открывает глаза. В ее груди зияет дыра. В голове раскаленная магма. В душе... - Кто... - бессильно шепчут ее сухие губы. Она пытается сглотнуть, но вместо этого закашливается. Ледяная рука женщины с волосами цвета алой сливы гладит ее по голове, даря успокоение, после чего отстраняется, но леди даже не смотрит на нее. Ей смутно знаком этот человек, и она тянется за чужой рукой, но резкая боль в голове останавливает ее. Она стонет и чувствует, как ее глаза наполняются слезами. - Кафка? - смутно слышит она до боли знакомый и незнакомый юношеский голос над собой, столь же растерянный, какой ощущает она себя. Она пытается открыть зажмуренные глаза, посмотреть вверх, на его источник, но это тяжело настолько, что она вынуждена признать поражение. Ее сознание медленно уплывает, и только титаническими усилиями она все еще не провалилась в небытие. - О? Так ты меня помнишь? - грудной голос "Кафки" проникает в ее душу, будто желая там закрепиться. - В ваших головах сейчас хаос. Вы не понимаете, кто вы, что вы здесь делаете и что произойдет дальше. Я выгляжу знакомо, но вы все равно не знаете, можно ли мне доверять... Правда ли это? Может ли она ощущать такие чувства? Смутное узнавание, сомнения, недоверие? - Ничего из этого не имеет значения. Вам нужно лишь знать, что я ухожу и вы останетесь одни на космической станции, - Где? - Так что отныне вы не будете думать о своем прошлом или... Шум в голове нарастал, и чужие слова будто падали мимо ее головы, не позволяя их расслышать. - ... с опасностями... но и приятных... станут для вас семьей и вы вместе отправитесь в такие приключения, что тебе и не снилось, - она прислушивалась, она пыталась, но неизбежно часть слов знакомой незнакомки осознать не получилось. Она попыталась почувствовать, что с ее телом. Она лежала на боку, голова на чем-то мягком и теплом, и она ощущала позади звезду, яркую и горячую, пытающуюся согреть ее мерзлую душу. Она все равно прижалась ближе к источнику тепла и открыла слезящиеся глаза из последних сил. - Келус, в конце твоего пути все, что тебя тревожит, разрешится. Стелла, - женщина перевела взгляд на нее. - а ты найдешь то, чего больше всего хотела. Это то будущее, которое предвидел для вас Элио. Оно вам нравится? То, чего она хотела больше всего... Что же это? Она не знает, или не помнит? И эта леди назвала ее Стеллой, значит так ее зовут? Ощущая дискомфорт от имени, она растерянно посмотрела в пурпурные глаза напротив и постаралась кивнуть, однако вместо этого щекой потерлась о ткань под ее головой. Над собой она услышала звук, похожий на вздох и почувствовала какое-то движение. Может это Келус, как его назвали, позади нее. Он тоже кивнул, или он помотал головой, отказываясь верить в сладкие слова? А может, не сделал ни того, ни этого? Тем не менее, женщина довольно улыбнулась и отстранилась от них. - Прекрасно. Вы оба, запомните, что чувствуете сейчас. Пока вы знаете в своем сердце, куда направляетесь и держитесь вместе, то гарантированно увидите конец вашей истории. Именно это мне в вас и нравится. Со стороны послышался возмущенный дерзкий девичий голос, Стелла не смогла разобрать, что говорил серебряный ребенок рядом с Кафкой. Ее глаза вновь сомкнулись, а шум в ушах нарастал. - Я знаю... - смутно она еще могла разобрать часть слов Кафки. - ...минутку... пора... - Не волнуйтесь, - наконец голос стал четче, и она вслушалась. - Очень скоро вас найдут, вам лишь нужно пойти с ними. Вы ничего не вспомните, кроме меня. И может быть, еще одного человека, - почему-то Стелле показалось, что это было адресовано ей, а не тому, кто находится позади нее. - Кафка... - хриплый голос юноши вновь попытался пробиться в чужую речь, но женщина не дала ему продолжить. Она уже не могла ощущать ни ткани под лицом, ни жесткого пола под телом. - Когда наступит момент сделать выбор, сделайте тот, о котором вы точно не будете жалеть... Только тепло позади нее, и раздирающую душу пустоту внутри. А потом и это исчезло. Первое, что она почувствовала вновь, это онемение. Второе - положение ее тела в пространстве менялось, вызывая неприятное покалывание, будто тысячи микро иголок проникли в нее. Это то ужасное чувство, когда ты двигаешь затекшей ногой, а потом шипишь от этого неописуемо раздражающего ощущения, застыв и надеясь, что скоро все пройдет. Однако, при этом, ей было уже не так холодно, как раньше, что не могло не успокаивать. Стелла нахмурилась. Третье, что вернулось, это слух. - ...пришли не с космической станции? - услышала она мягкий юношеский тембр. - Да какая разница? - более высокий женский голос ответил. И оба, кажется, не принадлежали Келусу, ее... знакомому. Где он? - Они здесь, и они живы. Или тебе кажется, что это куклы? Стелла вовсе не кукла, даже если она все еще в смятении, а в голове пусто. Она мыслит, а значит она человек. И Келус тоже живой, ведь иначе зачем бы с ними разговаривала Кафка? И зачем бы тогда ей оставлять их тут? Хотя, честно говоря, разве она может поручиться за то, что они оба живы? Холод вновь проникал в нее, а ее теплая звезда больше не согревала ее жалкое тело. Может быть, Келус умер, и скоро она последует за ним, не выдержав озноба. Ее голова гудела, а мысли проносились, не давая возможности в них задержаться и осознать. Руку Стеллы кто-то приподнял, крепко, но осторожно держа на весу. Спустя секунду все тот же спокойный тембр вновь прозвучал: - Слабое сердцебиение и пульс... Март, попробуй сделать искусственное дыхание парню рядом с тобой, а я помогу этой девушке. Искусственное дыхание? Подождите-ка... - Что?! Но ведь я не умею! Дань Хэн, лучше ты! - испуганно вскрикнула та. Подождите... Подождите! Стелла не хочет терять свой первый поцелуй вот так! Нет, нет, нет! Разве можно без разрешения прикасаться к людям таким образом? Тяжелыми усилиями девушка смогла приоткрыть неподъемные веки, но она совсем не чувствовала своего тела, чтобы оттолкнуть вторженца, так что же ей делать? Губы приближались, и она слышала, как он вдохнул побольше воздуха, она почти чувствовала чужое тепло на своих устах. Стелла уже была готова удариться в панику, как чужое лицо что-то отодвинуло в сторону, а его место заняла другая особа. - Стой, погоди! Они очнулись! Лицо перед ней было... Яркое? Будто перед ней оказался лучик света. Незнакомка переливалась нежными розовыми и голубыми цветами с яркими вкрапинками, напоминая блеск от солнца на свежевыпавшем снеге. Парень рядом с ней, тот, который хотел украсть ее первый поцелуй, наоборот, имел спокойный цветоколор, смешение темных и светлых оттенков в его одежде создавали строгое впечатление. Этот юноша не смотрел на нее, и это после пережитого Стеллой ужаса, вместо этого он повернул голову вниз и в сторону от нее. Она проследила за его взглядом и увидела странную картину: ее запястье в обхвате у спокойного незнакомца в осторожной хватке, а вот за его руку грубо схватилась чужая, в минетках. Она явно могла видеть, что эта рука была против того, что к ней прикасался этот человек. Стелла проследила взглядом до плеча все еще не увиденного ею, к счастью живого, соседа, отмечая серые и желтые тона одежды, смутно ощущая, как это ей знакомо. Это могла быть только ее теплая звезда. Она встретилась с золотыми зрачками, что пытливо смотрели в ее собственные. Время как будто застыло на месте. Девушка не могла оторвать глаз от знакомого до боли лица, такого родного, но такого неизвестного. Губы Келуса зашевелились: - Ты... - она встрепенулась в ответ на голос, дернувшись, и тут же все пришло в движение. Спокойный парень высвободил руку из чужой хватки, поморщившись, и осторожно опустил ее запястье, вынуждая их обратить внимание на него. Внутри головы будто взорвались фейерверки, заставляя девушку схватиться за виски в попытке прийти в себя. Она застонала от боли и сбоку услышала такой же скулеж. Стелла пожалела своего соседа, который явно чувствовал себя не лучше нее. Одной рукой она потянулась к нему, ища успокоение в его тепле, что согрело ее ранее. Она смогла нащупать чужую руку и сжала ее, и в ответ почувствовала ответное сжатие. Это вернуло ей некоторый покой и заставило отступить холод на затворки ее души. Незнакомцы напротив них не мешали им приходить в себя, ведя себя деликатно. Если бы Стелле дали оценочный лист по этим людям, она бы указала оценку 5 в блоке "Чуткость". Хотя, возможно юноше она бы снизила балл за попытку поцелуя без согласия, даже если это было сделано под видом искусственного дыхания. Ох, что это за глупости в ее голове? Сбоку девушка ощутила движение и поняла, что ее сосед смог встать. Но она все еще не могла совершить тот же подвиг, потому что все перед ней кружилось. В этот же момент она почувствовала, как ее сбоку обнимают за талию и помогают подняться. Но даже оказавшись на ногах, ей пришлось опереться всем телом на своего помощника. Она подняла голову, посмотрев на него и вновь встретилась глазами с теплым золотом напротив. - Спасибо... - прошептала Стелла, пытаясь передать, насколько она благодарна. К счастью, она смогла сказать это достаточно четко, пусть голос и сорвался в конце. Золото напротив, будто расплавленная драгоценность, переливалась в чужих очах, и девушка каким-то чувством смогла понять, что ему было приятно это услышать, даже если он растерян также, как и она. Тактичное покашливание со стороны отвлекло их и они обернулись на незнакомцев. - С вами все в порядке? Слышите меня? Вы помните свое имя? - взволнованно спросила спасительница первых поцелуев, взмахнув рукой, возможно желая взять кого-то из них за руку или плечо, но одумавшись. - Я... Ничего не помню, - наконец Стелла услышала отчетливый голос своего коллеги по проблеме, а не тяжелые хрипы. Она тут же взволнованно обернулась, пытливо разглядывая его. Нет, как же так? - Ке... Кх, - она закашлялась, ее рот сух, а язык вял, но она не сдалась. Она помнит свое имя, и она хочет, что бы он тоже знал свое. - Келус... - Келус, - медленно повторил парень, будто перекатывая звучание на языке. Он медленно кивнул. - Келус... Меня зовут Келус. А ты... Селла?.. - Стелла, - поправила она его. Несмотря на то, что во рту будто наждачкой провели, говорить стало легче. Девушка почувствовала радость от того, что ее имя, пусть и не совсем верно, но все же помнили. Келус ее помнил, и она его тоже, пусть и совсем чуть-чуть, пусть даже не видела его до этого момента, пусть их прошлое кануло в забытие, но она помнит тепло за своей спиной, ее звезду. Парень виновато улыбнулся и прошептал ее имя, словно отпечатывая его в своей душе. Незнакомцы неловко переглянулись, вероятно не уверенные, что им делать, или не желая нарушать этот хрупкий момент. - Вы двойняшки? - спросила их милая девушка. Все тут же посмотрели на нее, отчего она смутилась. - Вы просто похожи, как капля воды, и дажа ваша одежда в одном стиле, вот я и подумала. Или, возможно, возлюбленные? - НЕТ! - синхронно вскрикнули они и тут же застонали от боли. Мир качнулся, и Стелла чуть не упала от головокружения, но Келус поддержал ее. - Келус и Стелла, - спокойный парень кивнул им. - Приятно познакомиться. Меня зовут Дань Хен, а это Март Семь. При этом он указал на встревоженную светлую девушку, которая явно волновалась о своих предыдущих словах, но быстро пришла в себя и расплылась в дружелюбной улыбке. Они оба выглядели безопасно, а Стелла наконец ощутила себя более устойчивой, поэтому отстранилась от Келуса. Тот же, не глядя, тут же взял ее за руку, и она не стала освобождаться, чувствуя заземляющее тепло в своей ладони. Она постаралась ответно улыбнуться розоволосой девушке, названной Март Семь и по ее восторженному взгляду поняла, что сделала это не зря. Тем временем парень, Дань Хен, продолжил: - На эту космическую станцию напал Легион Антиматерии. Мы пришли помочь по просьбе ведущего исследователя Асты, - Стелла в смятении посмотрела на него, не зная, что ответить. Она не знала, о ком он говорит, и о нападавших тоже. Даже о том, что они на космической станции, девушка узнала только от него(или нет?). На самом деле, само понятие слов космоса и станции вызывало смятение, будто сложно представить, что она могла оказаться в таком месте. К счастью, Келус спросил их нового знакомого, кто такие Легион Антиматерии. Правда, ответила на этот вопрос уже Март, сказав, что это враги, находящиеся под управлением Разрушения. Она также успокоила их, заявив, что со слабыми приспешниками скоро разберутся и переживать не о чем. Вероятно, она попыталась поддержать их, сочувствуя их потерянным лицам. Также Стелла смогла узнать, что Аста, по-видимому, кто-то вроде заместителя начальника, и что новые знакомые считают их сотрудниками на станции. Она тут же переглянулась с Келусом, и тот пожал плечами. Могли ли они быть сотрудниками? Чем они могли заниматься? Исследовали технологии, космос? Или может они были обсуживающим персоналом? Она попыталась представить Келуса поваром, уборщиком, а после и ученым, и ей показалось это забавным, но невозможным. Вероятно, они не были. По итогу эти ребята сообщили, что нужно двигаться к Главной контрольной зоне, так как там должно быть безопасно для потеряшек. Очень мило, что при этом Март пообещала, что они защитят их от опасностей. Стелла не ожидала столько доблести в этой яркой девочке, напоминавшей ей школьницу. - Кто вы такие? - вновь подал голос Келус. А ведь действительно, почему при нападении эти двое тут разгуливали? - Мы с Дань Хеном члены экипажа Звездного экспресса, - охотно сообщила девушка. Ее друг добавил, что у них со станцией свои взаимосвязи, поэтому они здесь и оказались. Март смущенно откашлялась и, поглядывая на него, сказала, что они еще и герои. Язык Стеллы зачесался, и она едва удержалась от вопроса, где же их трико, иначе какие они герои. Она сама не поняла связи между этими фактами, неужели по ее мнению все герои извращенцы? - Звездный экспресс? - вместо этого спросила она. - Эээ, да, неужели ты никогда его не видела? Экспресс приезжает сюда время от времени, - В снежных переливах чужих глаз проявилось явное недоверие, но увы, ее голова пуста. После непродолжительного молчания Дань Хен решил объяснить им, что же это за поезд. И описание заставило Стеллу распахнуть глаза и сжать руку своего собрата по несчастью. Поезд, который может путешествовать благодаря силе Освоения между звездами. Это звучало... Странно? Разве поезда не должны ездить по рельсам? Или в бескрайнем космосе люди построили эти пути? А как они строили в невесомости? Март Семь хихикнула, а девушка поняла, что произнесла все это вслух. - Нет, сила освоения и есть наше топливо и наши рельсы, глупышка! Хотя было бы забавно посмотреть, как строят рельсы в космосе! Дань Хен вздохнул. - Возвращайтесь с Март. Связь с Арланом из Отдела безопасности оборвалась где-то рядом. Мне нужно сначала найти его. - А, ну хорошо. Береги себя, - мягко напутствовала та, помахав ему на прощанье. Келус тоже помахал, что показалось Стелле немного забавным из-за его неловких движений. Дань Хен кивнул им, а потом посмотрел и на нее, поэтому она решила тоже поднять руку на прощанье. Словно завершив ритуал, юноша отвернулся от них и ушел. Тем временем Март немного взволнованно оглянулась вокруг. Что-то отыскав глазами, она указала на биту, лежавшую неподалеку. - Наверное, вам стоит взять оружие для самообороны на всякий случай. Хотя бита только одна... - девушка подперла подбородок, задумчиво нахмурившись. Келус, не задумываясь, двинулся вперед, потащив за собой и Стеллу. Он уверенно обхватил рукоятку свободной рукой и поднял ее. Март кивнула, словно не сомневалась, кто возьмет в руки дубинку, и осмотрелась еще раз, но ее взгляд ни за что не зацепился. - Что ж, видимо тут больше нет ничего, похожего на оружие, поэтому... - она посмотрела на Стеллу, из-за чего у той засосало под ложечкой. Она - обуза. - Я... Я... - заикнулась она, лихорадочно пытаясь что-то придумать, но Келус тут же прикрыл ее плечом, будто ограждая от мира. - Я защищу Стеллу, ей не нужно сражаться. - Ой, я не хотела никого обидеть! Прости, Стелла, я просто беспокоюсь, - Март тут же всполошилась, подняв руки в знак примирения. - Я думаю, теперь я точно знаю, что вы брат и сестра. Хотя Келус сказал, что ничего не помнит, он уже так оберегает тебя, это очень мило! Парень оглянулся на нее, осмотрел ее и себя и кивнул. Он явно согласился со своей ролью брата, отчего в ее груди немного потеплело. Стелла улыбнулась ему, а потом и девушке, чувствуя себя немного смущенной обретенной в моменте семейной связи. Наконец, они готовы сделать свои первые шаги в этом неизвестном мире. И они не одиноки в своем непростом пути, пока их руки соединены, а их сердца связаны. А потому, все точно будет хорошо, даже если их души терзают бесконечные вопросы.