Пробуждение Древних

Орден Феникса стоял на ушах, ведь наступил судьбоносный день встречи с главой дома Дамори. Молли Уизли, пылая энтузиазмом, настаивала на том, чтобы все были одеты по традициям и соблюдали их, дабы не навлечь на себя гнев волшебника. С самого раннего утра в штабе царило оживление. Римус Люпин, Артур Уизли и Гарри Поттер уже были готовы в назначенный час. Они нетерпеливо ждали появления кузины Сириуса, Андромеды. Точно в указанное время она появилась, поразив их своим преображением. Она собрала свои волнистые светло-каштановые волосы в высокий пучок, и изумрудные глаза, как у кошки, окинули присутствующих. Гарри отметил, что она была невероятно высокой и красивой, но, как ни странно, его не покидало её сходство с Беллатрисой. Он привык видите её более в обыденной одежде, даже немного неряшливой, но сейчас она была во все оружия Андромеда была одета в роскошное бархатное платье изумрудного цвета, доходящее до самого пола. Сверху она накинула темно-зеленую мантию, которая подчеркивала её царственную осанку. Сириус поспешил к ней и заключил в крепкие объятия. — Меда, ты выглядишь как всегда прекрасно, — воскликнул он. Сириус и Андромеда были похожи внешне, но их характеры совершенно не совпадали. Мужчина был вспыльчив и эмоционален, что даже сейчас все его мысли можно было прочитать по лицу, а вот женщина всегда держала марку и не давала никому догадаться, что именно скрывается за её улыбкой. Для Гарри, это было странно, эти люди выросли в одной семье по одной модели поведения, но все такие разные.  — Сириус, Ричард — старомодный волшебник, так что веди себя прилично, умоляю, — ответила Андромеда, бросив в своего кузена строгое предупреждение. Сириус не удержался от того, чтобы надуться как индюк в ответ на её замечание. Всех в комнате это позабавило.     Затем она повернулась к Гарри:   — Гарри, что касается тебя, то не говори ничего, пока тебя не спросят. А если уж Ричард решит с тобой заговорить, подумай очень хорошо, прежде чем что-то сказать. Он умеет из всего извлекать выгоду. —  Гарри поразился проницательности Андромеды, и он поклялся себе следовать её совету. Он не хотел подвести своих друзей и всех, кто готов был сражаться. Артур Уизли, всегда готовый разрядить обстановку, вмешался в разговор: — Не волнуйтесь, ребята. Я уверен, что все пройдет гладко. Ричард Дамори может быть и старомодным, но он не кусается. По крайней мере, я надеюсь на это. Сириус фыркнул: — Не льсти себе, Артур. Он кусается, если ему это выгодно. Римус Люпин, как всегда, был голосом разума: — Давайте не будем делать поспешных выводов. Мы должны быть уважительны, независимо от его характера. В конце концов, он является главой могущественного дома в магическом мире. Андромеда кивнула в знак согласия: — Римус прав. Нам нужно быть осторожными и вежливыми. Не стоит давать Ричарду никаких причин для того, чтобы составить о нас негативное мнение. Гарри внимательно слушал, впитывая каждое слово. Он знал, что встреча будет иметь огромное значение для будущего Ордена Феникса. Парень был готов доказать, что Орден сражается не зря.  — Я готов, — произнес Гарри, его голос был твердым и уверенным. Андромеда улыбнулась ему: — Вот и хорошо, Гарри. Помни, мы все в одной лодке и независимо от итога вечера будем готовы идти дальше.  Когда члены Ордена Феникса прибыли в поместье Малфоев, их встретил сам Люциус в роскошной гостиной. Мужчина, как всегда был одет в безупречный черный костюм, а его лицо было лишено всякого выражения. — Гости из Ордена Феникса, — произнес он холодным тоном. — Прошу за мной. Не говоря ни слова, он повел их по длинному и извилистому коридору, украшенному гобеленами и портретами разнообразных волшебников. Коридор привел их в зал для переговоров, просторное помещение с высокими сводами и огромными окнами. В центре комнаты стоял длинный стол из темного дуба, окруженный стульями с высокой спинкой. Орден сел за стол, а Люциус Малфой удалился, оставив их в одиночестве. Сириус расстроился, он ожидал увидеться с Нарциссой, но видимо у судьбы были не много другие планы.  Поместье Малфоев было воплощением роскоши и богатства, что для Поттера было необычным. Он привык к дому Уизли, где хоть всё стоит друг на друге, но пропитано любовью, а тут себя ощущаешь, как в музее. Каждая деталь интерьера была продумана до мелочей, от позолоченных канделябров до инкрустированного драгоценными камнями паркета. Гарри поскорее хотел отсюда сбежать. — Это место меня пугает, — прошептал он своему крестному. — Да уж, не самое уютное гнездышко, — согласился мужчина. Остальные члены Ордена молчали, размышляя о предстоящей встрече. Наконец, дверь в зал переговоров открылась, и вошел Ричард. Мужчина вошел в комнату и все присутствующие невольно затаили дыхание. Он был крупным и высоким мужчиной, выглядевшим на лет сорок, с широкими плечами и прямой осанкой. Его медные волосы были уложены в аккуратную прическу, а во внешности чувствовалось что-то возвышенное. В руке он держал красивую резную трость с головой дракона на конце. Трость была сделана из темного дерева и инкрустирована драгоценными камнями.  От Ричарда исходила аура величия и силы, которая внушала всем присутствующим трепет и уважение перед ним.  Сириус был поражен тем, насколько сильным казался этот мужчина. Он знал, что Ричард — опытный и умелый волшебник, но его личное присутствие было еще более внушительным, чем он себе представлял. Ричард Дамори сел во главе стола и оглядел присутствующих. — Я Ричард Дамори, Глава дома Дамори, — произнес он своим громовым голосом. — Я думаю мы отложил все формальности и сразу прейдём к делу.  Сириус Блэк встал и склонил голову в знак приветсвия. — Мы пришли просить о вашей помощи, лорд Дамори, — сказал он. — Мы представляем Орден Феникса, организацию, выступающую против Лорда Волан-де-Морта. Ричард Дамори поднял бровь. — Орден Феникса? Я слышал многое о вас. Ходят слухи, что вы представляете собой кучку самозванцев и авантюристов. Какой мне толк от вас? — Это неправда! — воскликнул Артур. — Мы сражаемся за правое дело, лорд Дамори. Мы хотим защитить мир от зла. — Действительно ли это так? — спросил Ричард Дамори. — Или же вы просто ищете власти, как все остальные? Сириус открыл рот, чтобы возразить, но Андромеда жестом остановил его. — Мы не ищем власти, лорд Дамори, — сказал Гарри. — Мы просто хотим жить в мире, где нет места тирании и угнетению. Чтобы каждый волшебник мог дышать спокойно без оглядки на страх.  Ричард Дамори пристально посмотрел на женщину. — Вы, как я полагаю, Андромеда Тонкс? — спросил он. — Да, — ответила кратко та. — Я слышал о вас от жены моего крестника, — сказал мужчина. — На сколько я помню вы закончили слизерин с отличием и имели большую популярность, многие двери были для ас открыты. Как жаль, что такой талант пропадает. Неважно, насколько хорош алмаз, без огранки это всего лишь обычный камень, коих очень много в мире. Очень прискорбно, что вы от всего отказались и стали лишь тенью своего мужа.  — Я польщена, то вы высокого обо мне мнения, но всё мы тут собрались не для того, чтобы обсуждать меня. — ответила женщина, делая вид, что слова мужчина её не задели. На самом деле они пронзили её, как как острые кинжалы, которые расковыряли глубокий и кровоточащий шрам в ее сердце. Она всегда мечтала стать независимой и достичь чего-то в жизни сама, но после быстрого замужества и отречения от семьи она стала никому больше не нужна.  Мужчина помолчал, обдумывая свои следующие слова. Наконец он заговорил: — Я согласен рассмотреть возможность помощи Ордену Феникса. Но есть одно условие. — Какое? — настрижено спросил Римус для него казалось странным, что всё идёт так гладко.  — Вы должны покориться мне, — сказал Ричард Дамори. — Я буду вам содействовать, а вы будете следовать за мной.  Римус заколебался. Он обвёл всех в зале, все были в затруднение ответить мужчине.  — Мы не можем просто так отказаться от нашей независимости, — первым решил ответить Сириус. — У вас нет выбора, — сказал Ричард Дамори. — Либо вы принимаете мои условия, либо я отказываю вам в помощи. Для меня не имеет разницы, кто будет у власти, вы должны это понимать. Я — всё таки не простой маг и любая из сторон будет готова меня переманить к себе, поэтому я буду играть на моих условиях.  Сириус взглянул на остальных членов Ордена. Они переглянулись, понимая, что это невыполнимое условие для них. — Мы не можем принять такое решение без остальных участников ордена. — дальше отвечал Сириус, мужчине, что пронзал его взглядом.  Ричард кивнул. — Разумно, но у меня мало времени. Не я обратился к вам за помощью, а вы. Прошу, не забывайте об этом. Я и мой род можем дать вам поддержку и верных союзников, но также можем обратить свой гнев против вас. Членам Ордена очень не нравилось, куда привёл их разговор.  — Мы понимаем, но это решение слишком неожиданно для нас, — Андромеда решила взять инициативу в свои руки и попытаться договориться с мужчиной на более выгодных для них условиях. — Ричард, я осознаю, насколько опасно отказываться от вашей помощи. Вы, как умный человек, понимаете, что мы никогда не примем это условие, пока Альбус жив и стоит во главе нас. Он — создал орден и объединил его и просто так бежать по первому зову других мы не будем, это низко и недостойно.   После слов женщины в комнате воцарилась тишина, и все внимательно посмотрели на мужчину, который погрузился в раздумья. — Конечно, я всё понимаю и не ожидал, что вы согласитесь. Если бы вы сразу приняли моё решение, я бы в вас разочаровался. На данный момент могу гарантировать вам, что не примкну к Пожирателям и не буду рассматривать его предложения. Я буду внимательно наблюдать за тем, как вы будете пытаться защитить себя от его натасканных псов, — произнес мужчина с улыбкой, словно был доволен собой. — Но и вам я не окажу большей помощи, пока вы не передумаете.  — Мы благодарны вам за ваш ответ. Это большее, на что мы рассчитывали сегодня, — произнес Артур, откинувшись на спинку стула и выдыхая с облегчением. Все уже были готовы закончить встречу и попрощаться, но Гарри решил задать один вопрос, что волновал его с самого начала.  — Прошу прощения, сэр, но почему вы позвали нас? Мы ведь не верхушка Ордена, — поинтересовался Гарри, — Вам было лучше встретиться с Дамблдором, Грозным Глазом и другими более опытными и известными волшебниками.  Ричард перевел на него взгляд и долго молчал. — Ты, видимо, тот самый известный Гарри Поттер? — мужчине тяжело было смотреть на этого мальчика, он был его внуком, кровью и плотью, но сейчас они незнакомцы друг для другу. На него смотрели её глаза, он видел в нём, то что давно потерял.  — Да, сэр, — смущенно ответил парень. — Я поражён твоими заслугами о тебе уже в семнадцать лет многие подражают и завидуют, — продолжил Ричард. — Ты очень одаренный волшебник, Гарри.  — Спасибо, сэр, — сказал Гарри. — Но вы не ответили на мой вопрос. — Понимаешь, Гарри, мне не нужно видеться с другими ленами вашей организации. С Альбусом у нас всегда были непростые отношения, Аластор всё же больше охотник и пала нежили тот с кем можно вести спокойную беседу. Я выбрал тех с кем можно спокойно всё обсудить, да и к тому же никто не отменял простой любопытство. Вас я вижу впервые и  мне интересно было с вами познакомится. Думаю, я ответил на твой вопрос, а теперь мне пора. — с этими словами Ричард встал и направился к двери. Он остановился на пороге и обернулся к Ордену. — Если вы передумаете, дайте знать через Люциуса. Затем Ричард вышел из зала, оставив Орден Феникса в задумчивом молчании. — Я не могу поверить, что он не стал на сторону Пожирателей. Было слишком легко. — прошептал Уизли. — Я тоже, — согласился Гарри. — Но всё же он дал слово нам. В этот момент в комнату ворвался Люциус. Он подошел к столу, за которым сидели ошарашенные люди. — Как я понимаю, вы закончили. Прошу вас покинуть мой дом, — произнес мужчина, указывая на камин. Члены ордена покорно повиновались и покинули дом за считанные минуты. Люциус был взволнован. Вновь это был Ричард Дамори — старик, как всегда, что-то задумал. Ему не было равных в интригах; даже Дамблдор не смог бы его обыграть. Ричард перед встречей попросил его, а точнее, приказал собрать все древние семейства в поместье Малфоев с началом нового учебного года. Люциус понимал, что всем им предстоит сделать выбор, и теперь сторон стало не три, а четыре. Первая — подчиниться Тёмному Лорду и стать его верными псами. Вторая, самая разумная — отсидеться в своих поместьях и попытаться выжить. Третья — встать на сторону добра, что означало подчинение не Лорду, а Дамблдору и его шайке грязнокровок. И четвертая — встать плечом к плечу с великим родом Дамори и играть по своим правилам. По рассуждениям Малфоя, то, что затеял этот старик, было верной смертью, но это же заводило его и приводило в некий экстаз. Подумав еще некоторое время, он направился в свой кабинет, чтобы написать письма многим семьям с приглашениями. Люциус закрыл за собой дверь и уселся за массивный дубовый стол, покрытый пылью от давно не использованных свитков. Он достал перо и чернила, и, погрузившись в размышления, начал писать. Каждое слово давалось ему с трудом, но знал, что нужно написать послание очень осторожно и не вызывать подозрений.  «Дорогие члены древних семейств», — начал он, — «С радостью приглашаю вас на встречу, которая состоится в моём поместье в начале нового учебного года. Время требует от нас единства и решительности. Мы стоим на пороге новой эры, и только вместе мы сможем определить наше будущее». Он остановился, задумавшись о том, как отреагируют его гости. Некоторые из них, возможно, будут колебаться, но он знал, что среди них есть и те, кто жаждет власти и влияния. Люциус продолжил: «В свете последних событий, мы должны обсудить наши дальнейшие шаги и выбрать сторону, которая обеспечит нам выживание и процветание. Я надеюсь на ваше присутствие и поддержку. Также хочу вас уведомить, что на это письмо будут наложены чары неразглашения. Как только вы его вскроете, вы не сможете никому и никак рассказать о его существовании и о содержании в нём. В целях безопасности». Закончив письмо, он подписал его изящной подписью и положил в конверт, запечатав сургучом с гербом Малфоев. В его голове уже крутились мысли о том, какие будут лица у этих лордов после прочтения.  Люциус знал, что Ричард Дамори не просто так собрал их всех. У него был план, и этот план мог изменить расстановку сил в волшебном мире. Это была игра, в которой он не мог позволить себе проиграть.  Собрав все письма, он вызвал домового эльфа, чтобы тот разослал их по адресам. Время интриг и манипуляций возвращалось, и он был готов к этому.

***

Сириус Блэк лежал на холодном полу своей комнаты, усталый и погруженный в раздумья. Стены вокруг него были обиты темным деревом, а единственный свет, пробивавшийся сквозь занавески, создавал полумрак, в котором его мысли блуждали без цели. Он закрыл глаза, пытаясь избавиться от тягостных воспоминаний, но они вновь и вновь возвращались к нему. В его памяти возникли образы Талии — её яркие волосы, и её смеющиеся глаза, полные жизни. Она была как луч солнца в его мрачной жизни, и теперь, когда её не было рядом, Сириус чувствовал себя потерянным. Он вспоминал, как нежно касался её губ, ощущая их сладкий вкус, который оставлял на его душе неизгладимый след. Каждый поцелуй был как обещание чего-то большего — надежды и понимания. Сириус вздохнул, его грудь сжалась от боли. Он помнил, как они лежали в объятьях друг друга. Теперь же он оставался один, и тишина комнаты казалась оглушающей. Он повернулся на бок, прижимая голову к холодному деревянному полу, словно искал утешение в его жесткости. Мысли о ней не давали ему покоя уже много дней. Каждый миг без неё ощущался как вечность. Он хотел бы вернуть время назад, чтобы сказать ей всё то, что не успел. Слова благодарности застряли в горле, и он не знал, как их произнести. Сириус поднял руку и провел пальцами по полу, будто искал ускользнувший момент счастья. В его сердце росло чувство вины — он не смог защитить её, не смог быть рядом в нужный момент. Он знал, что жизнь продолжалась, но внутри него царил хаос. Словно мир вокруг него потерял цвет и смысл. С этими мыслями он закрыл глаза и попытался представить её снова — её улыбку, её смех, её нежные прикосновения. Но даже в своих мечтах он чувствовал, что этого больше нет. Сириус остался наедине с тёмными тенями своего разума, охваченный тоской по той, кто изменила его жизнь, пусть и на миг. Его мысли прервались резким открыванием двери. Он даже не открывая глаз, понял, кто вошёл. В этом доме так хозяйничать могла только его кузина — Андромеда. Вошедшая женщина окинула взглядом комнату и зацепилась глазами за мужчину, лежащего на полу. — Ты нисколько не изменилась с детства, Сириус, — нежно произнесла Андромеда. — Меда, а ты всё та же. Такая строгая, воспитанная и мудрая. Ты была на высоте на встрече с Ричардом. — Цисси завтра будет здесь вместе с Люциусом, — кратко и по делу сказала женщина. Сириус резко вскочил с пола и уставился на неё. — Да, ты не ослышался. Они прибудут сюда по вопросу вступления в Орден. — Мерлин, я не видел её со своего выпуска из Хогвартса. Я не думал, что когда-либо ещё мы сможем встретиться, кроме как на поле боя. По разные стороны, — недоверчиво произнёс Блэк. — Я тоже рада. Она моя сестра, и мне хочется, чтобы мы смогли быть вместе как семья. Сириус вздохнул и провёл рукой по волосам, пытаясь осмыслить информацию. — Семья… — произнёс он с горечью. — Мы с тобой знаем, что это слово стало чем-то искажённым для нас. Как можно говорить о семье, когда её члены готовы перерезать друг другу глотки? Андромеда сжала губы, но в её глазах блеснула решимость. — Я понимаю, что ты чувствуешь. Но Цисси и Люциус изменились. Они не те, кем были раньше. Я верю, что они пришли с добрыми намерениями. Нам нужно объединиться против настоящей угрозы. — Объединиться? — усмехнулся Сириус. — И что, по-твоему, изменится? Они всё ещё часть этой мрачной истории. Люциус не оставит свои идеалы просто так, а Нарцисса всегда будет следовать за мужем. Её так воспитали. — Может быть, но я вижу в них искру надежды. Мы должны попробовать. Если мы не будем пытаться наладить отношения, то потеряем друг друга навсегда, — ответила Андромеда, её голос стал более настойчивым. Сириус посмотрел на неё с недоверием. — Ты действительно веришь, что они могут измениться? Что они могут стать частью нашего мира, где мы боремся за свободу и равенство? — Я надеюсь на это. В противном случае мы останемся в этом бесконечном цикле ненависти и предательства. Я хочу, чтобы у нас была возможность восстановить связь, даже если это будет сложно. Я хочу, чтобы наши дети могли свободно общаться и имели большую и дружную семью. Сириус тяжело вздохнул и посмотрел в окно, где закат окрасил небо в огненные цвета. — Хорошо, Меда. Я дам им шанс. Но если они попытаются сыграть со мной в свои игры, я не буду медлить с ответом. Андромеда улыбнулась, и в её глазах засияла надежда. — Это всё, о чём я прошу. Давай сделаем это вместе. Возможно мы сможем возродить нашу связь, как в детстве.    Как только дверь закрылась за Андромедой, он остался один в тишине, которая напоминала о давно ушедших временах. В его сознании всплыли воспоминания о беззаботном детстве, когда они все собирались вместе в большом доме у кузин. Он вспомнил, как они с Регулусом, Белатрисой, Нарциссой и Андромедой играли в саду, разгоняя пыльные облака и смеясь до слёз. Их смех разносился по всему дому, смешиваясь с ароматом роз, что росли у них в саду.  Сириус вспомнил, как они прятались за кустами, разыгрывая друг друга в «охоту на волшебников», и как Регулус всегда пытался быть серьёзным, но в конце концов не мог удержаться от смеха. Белатриса с её яркими глазами всегда была в центре внимания, а Нарцисса, тихая и задумчивая, следила за всем с лёгкой улыбкой. Андромеда всегда была немного другой — более независимой и свободолюбивой. Она часто уводила их на приключения, заставляя забыть о правилах и ожиданиях семьи. Сириус вспомнил, как однажды они забрались на крышу, чтобы смотреть на звёзды, и как она говорила о своих мечтах о свободе и мире без предрассудков. Но эти дни были давно позади. Время и обстоятельства изменили их всех. Сириус почувствовал горечь: не только утрату близости с кузинами, но и потерю той невинности, которая когда-то объединяла их.  Он тихо вздохнул, осознавая, что теперь они стоят по разные стороны баррикад. Каждый из них выбрал свой путь, и этот выбор разделил их навсегда. Сириус посмотрел в окно на темнеющее небо и понял: несмотря на все различия и предательства, он всё ещё надеется на то, что когда-нибудь они смогут вернуть ту связь, которая когда-то была между ними.

***

Вечер был тихим и спокойным, когда члены Ордена Феникса собрались в штаб-квартире на Гриммо двенадцать. В воздухе витала атмосфера ожидания. Все знали, что сегодня состоится важная встреча — Люциус и Нарцисса Малфой собирались официально вступить в Орден. Это решение стало неожиданным поворотом событий, и многие из членов Ордена были полны сомнений относительно намерений данной семьи. Гарри, Рон и Гермиона сидели за столом, обсуждая предстоящую встречу. — Ты уверен, что это хорошая идея? — спросил Рон, глядя на Гарри. — Люциус всегда был одним из самых преданных последователей Воландеморта. — Я тоже переживаю, — добавила Гермиона. — Но если они действительно хотят помочь, мы должны дать им шанс. В это время в комнату вошёл Альбус Дамблдор. Он был спокоен и уверенно подошёл к столу. — Друзья, я понимаю ваши опасения, но мы должны быть открытыми к изменениям. Люциус и Нарцисса сделали выбор, который может изменить многое. Мы должны выслушать их и принять. Вскоре раздался стук в дверь, и к ним присоединился Сириус, его лицо было серьёзным. — Они здесь, — произнёс он, указывая на дверь. В воздухе повисло напряжение. Когда дверь открылась, в комнату вошли Люциус и Нарцисса. Их лица были лишены эмоций. Люциус выглядел так же гордо, как и всегда, но теперь в его взгляде было что-то новое — осознание того, что он стоит на другой стороне баррикад. — Добрый вечер, — произнёс Люциус, его голос звучал уверенно. — Мы пришли сюда не как враги, а как союзники. Нарцисса стояла рядом с ним. Она оглядела комнату и встретилась взглядом с несколькими членами Ордена, которые явно не доверяли им. — Мы понимаем ваши сомнения, — продолжила она. — Но мы не можем больше оставаться в тени и жить в страхе. Мы хотим бороться за будущее в котором не будет страданий. В будущем в котором наши дети смогут дышать полной грудью, а мы сможем и дальше жить спокойно не мешая друг другу.  Дамблдор кивнул, его глаза светились удовлетворением. — Спасибо вам за ваше мужество прийти сюда и открыто говорить о своих намерениях. Давайте обсудим ваши мотивы и то, как вы планируете действовать в рамках Ордена, что бы все понимали вашу роль в войне.  Люциус вздохнул и начал объяснять: — Мы осознали, что следование за Волдемортом привело лишь к разрушению. Мы потеряли слишком много: друзей, статус и влияние. Мы хотим использовать свои ресурсы и связи, чтобы изменить недоразумение и вернуться к прежний жизни, а без активных действий мы не сможем — это исправить.  Некоторые члены Ордена переглянулись с недоверием. В это время Рон не удержался и вмешался: — Почему мы должны вам верить? Вы ведь были частью этого кошмара! — Я понимаю ваше недоверие, — ответил Люциус, но в его взгляде было явное пренебрежение. Он злился, что должен оправдываться пред этим отпрыском семьи Уизли. — Но я готов взять на себя ответственность за свои действия. Я хочу исправить свои ошибки. Нарцисса добавила: — Мы знаем о многих планах Тёмного Лорда, знаем волшебников, что ему служат, а также их слабые места. У нас есть информация, которая может быть вам полезна. Но нам нужно от вас доверие. Мы не просим забыть, то что было в прошлом и тем более не будем просить прощение, но сейчас нам необходимо отбросить свои предрассудки и бороться слажено. После того, как всё уляжется мы все снова станем теми, кем были до    Дамблдор посмотрел на Гарри и других членов Ордена. — Это важный момент для нас всех. Давайте отложим наши предвзятости и на время отбросим прошлое.  Собравшиеся начали обсуждать возможные шаги вперед. Гарри чувствовал внутреннюю борьбу: он хотел верить в искренность Малфоев, но прошлое мешало ему это сделать. Наконец, после долгих обсуждений было решено дать Малфоям шанс. Они согласились пройти испытательный срок в Ордена и предоставить информацию о действиях Пожирателей Смерти. Когда встреча завершилась, Гарри подошёл к Нарциссе. — Если вы действительно хотите помочь, нам нужно знать всё. Каждая деталь важна. Нарцисса встретила его взгляд с пониманием. — Я обещаю, что сделаю всё возможное. Мы все должны объединиться против общего врага. Гарри кивнул, чувствуя лёгкое облегчение. Сириус Блэк стоял в тени гостиной, его сердце колотилось от волнения. Он знал, что встреча с Нарциссой будет непростой. После долгих лет разлуки, после всего, что произошло, он не был уверен, как она отреагирует на него. Но сейчас, когда их пути пересеклись вновь, он чувствовал, что должен это сделать. Когда Нарцисса вышла из комнаты, её лицо было напряжённым. Она явно переживала, но в её глазах читалось что-то ещё — надежда. Сириус сделал шаг навстречу, и в этот момент они оба замерли, словно время остановилось. — Нарцисса, — произнёс он тихо, его голос дрожал от эмоций. Она обернулась, и их взгляды встретились. В этот миг все воспоминания о прошлом, о дружбе и предательстве, о семье и боли нахлынули на них обоих. — Сириус, — ответила она, её голос был полон удивления. — Я… я не ожидала увидеть тебя здесь. Сириус шагнул ближе, его сердце наполнилось теплом. Он вспомнил те дни, когда они были молоды и беззаботны, когда их дружба была крепче любых уз. — Я тоже не ожидал. Но сейчас, когда мы здесь, я хочу поговорить. О нашей семье, мы же не чужие друг другу. О том, что произошло. Нарцисса вздохнула, её взгляд потускнел. — Мы потеряли так много… Я никогда не думала, что окажусь на этой стороне. Всё так изменилось. — Я знаю, — сказал Сириус, его голос стал более решительным. — Но мы можем попытаться всё исправить. Мы можем начать заново. Я, ты и Меда, как раньше.  Нарцисса посмотрела на него с надеждой и страхом одновременно. — Ты понимаешь, что я была частью этого мира? Я была рядом с Люциусом и всеми остальными. Я не могу просто забыть об этом. И ты должен понимать, я всегда буду со своей семьёй. Сейчас, я — леди Малфой и моя обязанность быть подле мужа и защашаить своего сына. Я тут только из-за Драко, он должен жить в мире без боли и страданий, которые мы допустили.   — Но ты сделала выбор. Ты пришла сюда, чтобы помочь. Это уже что-то. — Сириус шагнул ещё ближе и взял её за руку. — Я помню ту девушку, которая всегда была готова бороться за свою семью. Не позволяй прошлому определять твоё будущее. Всегда можно всё исправить.  Она остановилась, глядя ему в глаза. — Ты прав. Всё можно изменить, но ничего не будет, как прежде Сириус. Ты провёл в Азкабане 13 лет и был для всех предателем, Меда бросила семью и вышла замуж за этого Теда Тонкса, Белла помешалась на Тёмном Лорде, а Регулус... — женщина замолчала вспоминая своего кузена, что погиб много лет назад и её глаза наполнились слезами, — Регулус мёртв. Это невозможно изменить и это будет всегда с нами. Мы не станем снова детьми, что весело бегали по дому в поисках приключений, всё это в нашем прошлом. Сейчас мы взрослые люди и каждые со своей судьбой, после войны мы снова станем врагами, я - Малфой, ты Блэк и друг тех, с кем я никогда бы не села за один стол в простое время. Так что прошу не надо Сириус. Не давай мне надежду, которую потом сам отберёшь у меня.  — Цисси, я правда хочу снова быть семьёй. Да, я прошёл через многое, как и все мы, но мы семья, кто бы что не говорим мы связаны кровью, — признался Сириус, указывая на гобелен, что висел на стене,  — Но вместе мы сможем справиться с этим. Ты не одна и я тебя не брошу, не отберу надежду. Поверь мне, сестра.  Нарцисса кивнула. Они стояли так несколько мгновений, погруженные в собственные мысли. — Спасибо тебе, Сириус. За то, что ты всё тот же, что был раньше, всё также веришь в добро и справедливость, но мой ответ не измениться. Прости меня, но я не могу эгоистично поступать, сейчас я — жена и мать и это для меня важнее, той семьи, что была до. Вы с Медой, бросили меня и ушли навсегда из моей жизни. Вы сами приняли это решение и теперь живите с его последствиями. Для меня наша кровная связь разорвалась навсегда, когда ты и она хлопнули дверью уйдя из дома.  Сириус был сломлен словами женщины, он и подумать не мог, что так сильно её ранил. Он не мог ничего лучше придумать, как обнять её. Этим жестом мужчины пытался выразить свою любовь и вымолить прощение перед Нарциссой. Он шептал ей на ухо, как был неправ и молил о прощении.  Внезапно из-за открывшейся двери появился Люциус Малфой. Его лицо было искажено презрением. Он остановился в нескольких шагах от них, его холодный взгляд пронзил атмосферу, наполненную нежностью. — Что здесь происходит? — произнес он с ледяным спокойствием, но в голосе звучала угроза. Сириус почувствовал, как напряжение в воздухе возросло. Он отпустил Нарциссу и шагнул вперёд, готовый защитить её. — Мы просто разговариваем, Люциус. Это не твоё дело, — сказал он, стараясь сохранить спокойствие. Люциус усмехнулся, его губы изогнулись в презрительной улыбке. — Разговариваете? Или ты пытаешься снова запутать её в своих безумных идеях о свободе и дружбе? Нарцисса, ты ведь знаешь, что это всё лишь иллюзия. Мы согласились им помогать, только ради защиты нашей семьи. После войны всё вернётся на свои места. Нарцисса, ощутив на себе гнев мужа, сделала шаг назад, её сердце колотилось. Она знала, что сейчас ей нужно сделать выбор.  — Люциус, я… — начала она, но он перебил её. — Не трать время на пустые слова. Ты должна понимать, с кем ты имеешь дело. Этот человек — предатель. Он не сможет защитить тебя, как я. Однажды он уже тебя бросил ради своих дружков, так что сделает это ещё раз.  Сириус посмотрел на Нарциссу, и в её глазах он увидел только, пренебрежение к нему. Он понял, что она никогда не выберет их с Медой, если выбор будет между ними и Люциусом.  — Я не предатель, — произнёс Сириус печально, это было единственное, что он мог сделать. — Я борюсь за то, чтобы ты могла быть собой. Ты заслуживаешь лучшего. Люциус шагнул ближе, его голос стал угрожающе низким: — Ты не имеешь права вмешиваться в нашу жизнь, Блэк. Убирайся, пока я не заставил тебя это сделать. Нарцисса почувствовала, как внутри неё разгорается злость. Она сделала шаг вперёд и встала между ними. — Хватит! Я устала от этого. Я не хочу больше учувствовать в вашей перепалке! — её голос дрожал от эмоций. Люциус замер от неожиданности. В его взгляде мелькнуло недоумение. — Вылитая представительница своей семьи. — Люциус медленно усмехнулся. — Мы уходим. Он взял женщину за руку и вместе они начали уходить, оставляя позади, растерянного мужчину. 

***

Остаток каникул пролетел незаметно, словно яркая вспышка света, оставив после себя только тёплые воспоминания и лёгкую грусть. Гарри сидел на краю своей кровати, оглядываясь вокруг. Этот дом стал для него настоящим убежищем, местом, где он чувствовал себя в безопасности и любимым. Сириус вошёл в комнату, его лицо было слегка озабоченным. Он присел рядом с Гарри и, глядя в глаза своему крестнику, произнёс: — Ну что ж, Гарри, время прощаться. Ты готов? Гарри кивнул, хотя в его сердце раздавался глухой стук тоски. Он не хотел покидать это место, где так много значило для него. Здесь он чувствовал себя частью семьи, а не просто мальчиком, который потерял своих родителей.  — Я не хочу уезжать, — тихо произнёс он. — Здесь так хорошо. Сириус улыбнулся, но в его глазах была печаль.  — Я понимаю, — сказал он. — Но Хогвартс ждёт тебя. Там у тебя друзья, новые приключения. Ты ведь не забыл, как мы с твоими родителями проводили время в школе? Это было лучшее время в нашей жизни. Гарри вспомнил рассказы Сириуса о том, как его родители учились в Хогвартсе, о смехе и шалостях, о дружбе и верности. Он знал, что Сириус прав: Хогвартс был его домом, но он не мог избавиться от чувства утраты. — Я буду скучать по тебе, — признался Гарри. Сириус положил руку на плечо крестника и крепко сжал его. — Я тоже буду скучать. Но помни: я всегда рядом. Если тебе понадобится помощь или просто поговорить, ты знаешь, где меня найти.  Гарри почувствовал тепло от этих слов, но всё равно не мог избавиться от грусти. Он встал и подошёл к окну, глядя на сад, который был полон жизни и света. В этот момент он понял, что этот дом навсегда останется в его сердце. Вскоре пришли Рон и Гермиона. Они выглядели взволнованными. Рон первым заметил атмосферу и подошёл к Гарри. — Эй, Гарри! Не переживай так! Мы скоро увидимся в Хогвартсе с нашими друзьями!  Гарри улыбнулся, хотя внутри него всё ещё было тяжело. — Да, ты прав. Мы снова будем вместе. Гермиона обняла Гарри и сказала: — Мы все пройдём через это вместе. И помни: если тебе станет тяжело, просто скажи Сириусу или нам. Сириус наблюдал за этой сценой с теплотой в сердце. Он знал, что его крестник не одинок; у него есть друзья, которые поддержат его в трудные времена. После нескольких минут разговоров и обмена шутками они начали собирать свои вещи. Сириус помогал Гарри упаковать его вещи, а затем вместе с друзьями они вышли на улицу. Воздух был свежим и прохладным, а небо над головой уже начинало темнеть. Собравшись у двери, Гарри обернулся к Сириусу. — Спасибо за всё, Сириус. За эти каникулы… за всё. Сириус наклонился и обнял его крепко. — Береги себя, Гарри. И помни: ты всегда будешь для меня главным человеком в этой жизни. Гарри кивнул, чувствуя слёзы на глазах. Он знал, что это прощание не навсегда. Когда они с Роном и Гермионой вышли за ворота, Гарри оглянулся на Сириуса. Тот стоял на пороге с лёгкой улыбкой на лице, но в глазах читалась печаль.  — Увидимся на каникулах! — крикнул Рон с энтузиазмом. Гарри сделал шаг вперёд, чувствуя поддержку своих друзей рядом. Они направились к станции Кингс-Кросс.

***

Талия Дамори стояла на пороге старинного дома своего дедушки, ощущая, как волнение и беспокойство переплетаются в её сердце. Утреннее солнце пробивалось сквозь листву деревьев, отбрасывая мягкие тени на землю. Она обернулась и взглянула на родные стены, которые хранили множество воспоминаний о детстве.  Её дедушка, с доброй улыбкой на лице и гордостью в глазах, стоял рядом, поддерживая её чемодан. Он всегда был для неё опорой, и сейчас она чувствовала, что покидает часть себя.  — Ты готова, Талия? — спросил он, его голос был полон нежности и заботы. — Да, дедушка, — ответила она, стараясь не выдать своего волнения. — Но я буду скучать по вам. Дедушка наклонился и обнял её. Талия почувствовала его тепло и силу, которые всегда вдохновляли её.  — Мы будем ждать тебя, — сказал он с лёгкой улыбкой. — Друмстранг — это лишь начало. Ты сможешь добиться всего, чего захочешь. Затем Талия подошла к бабушке, которая стояла у окна с трепетным выражением на лице. — Бабушка… — начала Талия, но бабушка прервала её. — Я горжусь тобой, моя дорогая. Ты отправляешься в великую школу, не опозорь семью. Помни, что ты всегда будешь частью нашей семьи, где бы ты ни была, — произнесла она с лёгкой улыбкой. Талия почувствовала, как её сердце наполнилось теплом. Она обняла бабушку так крепко, как только могла. — Я буду скучать по вам всем! — прошептала она. — И мы будем скучать по тебе. Но ты должна идти Это важно для тебя и для нас всех, — ответила бабушка. Собравшись с силами, Талия сделала шаг назад и посмотрела на своих близких. Они были её опорой и поддержкой, и эта мысль придавала ей уверенности.  Собрав свои вещи и сделав последний глубокий вдох, Талия направилась к выходу из дома. — Я вас люблю! — крикнула она. Ричард Дамори медленно обернулся, его взгляд встретился с глазами жены. В её взгляде читалось нежность к мужу. — Письмо от Люциуса пришло? — спросил он, стараясь скрыть волну любопытства, которая поднималась в груди. Она кивнула, её лицо озарилось лёгкой улыбкой.  — Да, завтра в после полудня он ждёт тебя у себя, — ответила она. 

***

Талия сидела в уютном купе поезда, который мчался в Дурмстранг, и смотрела в окно на мимо проносящиеся пейзажи. За окном мелькали уже пожелтевшие поля и леса, но её мысли были далеко от этих осенних красот. В голове крутились воспоминания о Сириусе Блэке — о том, как они встретились, о том, как искры между ними вспыхнули с такой силой, что казалось, мир вокруг них перестал существовать. Она вспомнила его улыбку — озорную и обворожительную, его смех, который напоминал звук колокольчиков в ясный день. Их маленькие тайные встречи, когда они прятались от глаз окружающих. Как же она тогда была счастлива, когда он нежно обнимал её, и как сжималось сердце от нежности, когда он шептал ей на ухо слова, полные страсти. Но с каждым мгновением, проведённым в воспоминаниях, Талия чувствовала, как реальность, в которой она сейчас находилась, накрывает её как туман. Она не могла поверить, что всё это действительно произошло. Их история казалась такой далёкой, почти сказочной, и в то же время такой близкой, что её сердце замирало от тоски. Вдруг её мысли вернулись к настоящему. Она вспомнила о своём деде, о его строгом взгляде и традициях, которые он придерживался. Талия ждала его ответа, нервно перебирая пальцами письма, которое отправила ему несколько дней назад. Она предлагала рассмотреть кандидатуру Сириуса в роли её будущего избранника. В голове её звучали его слова о том, что любовь — это не просто чувство, а разумный и выгодный выбор. Талия вздохнула, глядя на деревья. Её сердце переполняло ожидание и надежда. Как бы ни сложились обстоятельства, она верила, что их история любви не закончится на этом. Она была готова бороться за своё счастье, даже если ей предстояло столкнуться с непониманием и сомнениями. Сириус был тем, кто сделал её настоящей, и она была готова сделать всё, чтобы сохранить эти чувства.