Мозаика

Год как Джейс жил у Спайка. Прошлое, тёмное и липкое, осталось в прошлом. У Джеймса уже больше года не было секса, и его это даже радовало. Спайк был богатым, заботливым, но строгим. А сегодня утром Джейс пытался найти в интернете запрещённые вещества. Откуда Спайк узнал, Джейс не понял. Но стоило только скачать на свой ноутбук браузер Тор, как тем же вечером Спайк позвал его в свой кабинет. — Джейс, что произошло? Как так вышло, что после года чистоты ты опять близок к тому, чтобы сорваться? Джейс тяжело вздохнул. — Я не знаю. Я просто искал информацию про травку и случайно наткнулся на... Он не стал продолжать. Спайк понял. Спайк нахмурился. — Ты искал не траву! Никто не будет искать её в даркнете, когда она продаётся в любой табачке! Джейс стиснул зубы, глаза блестели — от злости или слёз, не понять. — Я просто... хотел убедиться, что могу сказать нет, если захочу. Что я сильнее этого, — голос дрогнул: — А ты мне сразу ремень — будто я уже употребил весь даркнет целиком! Ремень ещё лежал на столике перед Спайком. — Ну, я же не бил тебя. Просто очень переживаю. Джейс не хотел признавать, но слова задели его сильнее, чем ремень. Он отвернулся, сжимая губы, чтобы не расплакаться. Слёзы были глупостью, а он ненавидел себя за слабость. Спайк вздохнул. — Иди сюда, обниму, — сказал он ласково. Джейс не хотел идти, но тело двигалось раньше, чем разум успел бы возразить. Он заполз к Спайку на колени, уткнувшись лицом ему в грудь. — Тихо, тихо, малыш. Ты прекрасно знаешь, что трогать тебя без спроса я не буду. Выпорю, если ты сам решишь, что тебе так будет лучше. Я не нарушу наш договор. — Я знаю. Знаю... — голос почти потерялся в хрипе. — Просто устал. Мне так сложно сопротивляться своим желаниям. — Хочешь, найду тебе клинику, там помогут. Джейс помолчал, вслушиваясь в биение сердца Спайка. — Я не хочу в клинику, — ответил он едва слышно. — Боишься покидать дом? Джейс чуть отстранился, глядя на Спайка. — Нет... Я просто не хочу уходить от тебя. Спайк улыбнулся. Когда он улыбался, его лицо, вечно хмурое, напряжённое, становилось красивым. Спайку было тридцать два, он был статным бледным шатеном с идеальной прической и правильным лицом. Они с Джейсом не были любовниками. Джейс не знал, почему Спайк избегает тем секса. Но Джейс, переживший много насилия в борделе, избегал его тоже, поэтому они были странной, но неплохой парой, если было уместно их так назвать. — Что ты предлагаешь, Джейс? — Я не знаю, — Джейс покусал губу. Он старался не смотреть в глаза Спайку, но и отводить взгляд было трудно. — Может быть, ты смог бы меня отвлечь? — Порка неплохо тебя отвлечёт. Но если не хочешь, можно подумать... — Хочу, — прошептал Джейс, и сам не сразу осознал, как это прозвучало. Он зажмурился: сердце колотилось в груди, как пойманный в клетку дрожащий заяц. И Спайк это чувствовал, конечно. — Я остановлюсь, когда ты попросишь. Любой вариант слова "нет" и я тебя больше не ударю. Хорошо? Чуть помедлив, Джейс кивнул, стараясь делать глубокие вдохи, чтобы успокоиться. Но сердце не слушалось - колотилось, как в последний раз. Он неуверенно лег поперёк колен Спайка, головой вниз. — Уверен? — спросил Спайк, беря ремень в руки. — Да, — ответил он, не поднимая голову. Ремень на руках Спайка казался вдохновительно устрашающим. Джейс прикусил губу, следя за каждым движением Спайка и затаив дыхание. Спайк нанёс первый удар сложенным ремнём сквозь домашние штаны. Замер, ожидая реакции. Тело Джейса не отреагировало, и только глаза расширились, а пальцы вцепились в штанину Спайка. Второй удар пришёлся чуть сильнее. Джейс всё ещё молчал, только губы стали краснее от того, как он их кусал. Спайк остановился: — Всё хорошо, Джейс? Мы одни дома. Можешь издавать звуки. Джейс резко выдохнул, сжав кулаки. — Ударь ещё раз... — прошептал он так тихо, что это было почти неслышно. Его тело дрожало не от боли — а от странного облегчения: Спайк дал ему право быть слабым. Ещё один удар. Сильнее предыдущего, либо просто больнее от того, что пришёлся по тому же месту. Джейс всхлипнул и тихо выдохнул сквозь стиснутые зубы. Рука сама потянулась к Спайку, хватаясь за одежду. — Ещё... — едва слышно попросил он, чуть повернув голову, чтобы посмотреть Спайку в лицо. Спайк одобрительно улыбнулся и ещё раз ударил. — Ах! — Джейс резко вздрогнул, но не отпрянул. Слёзы накатились сами собой, и он уже не мог их сдержать. Его руки всё ещё цеплялись за Спайка — он будто боялся упасть... или надеялся, что тот его поднимет. Спайк убрал ремень, помог Джейсу сесть. Ягодицы болели, но боль успокаивала. Джейс уткнулся лицом ему в грудь, всё ещё всхлипывая, прижался носом в ткань бледной рубашки. Он всё никак не мог успокоиться, а руки продолжали хвататься за Спайка, не желая отпускать. — Как ты? — спросил тот встревоженно. Джейс ничего не ответил и только сильнее вцепился в Спайка. Всхлипывать он почти перестал, а руки медленно заскользили под края рубашки, касаясь кожи. Спайк вздрогнул, мягко убрал его руки. — Не нужно, Джейс. Только через ткань. Джейс вздрогнул и помолчал, стараясь успокоить дыхание. Он понимал, что Спайк прав, но руки продолжали тянуться к нему. Джейсу хотелось касаться — горячей кожи, ткани, контура ключиц. На пару секунд он зажмурился, борясь с искушением, а затем со всхлипом спросил: — Почему? Спайк рвано выдохнул, видимо колеблясь, отвечать или нет. Джейс почувствовал, как напряглось тело Спайка под его пальцами. Он не хотел давить — просто прижался к нему сильнее, закрыв глаза: — Я... я же спрашиваю по-честному. Не уходи от ответа... — голос звучал хрипло и неуверенно. — Да... Ты имеешь право знать, раз я знаю твою историю... — проговорил Спайк грустно.— Сейчас, расскажу. Джейс молча кивнул, стараясь успокоиться и не плакать. Он всё ещё сидел у Спайка на коленях, уткнувшись лицом ему в грудь, а пальцы медленно перебирали ткань на его рубашке. Казалось, это единственное, что удерживало Джейса в реальности. Спайк погладил его по волосам. Выдохнул тихо на одном дыхании, будто боялся, что силы кончатся и он не договорит: — Я пережил изнасилование. Не как ты: только одно. Но это слишком сильно меня поломало. Я слабый, Джейс, очень слабый, — добавил он виновато. Джейс замер на пару секунд, а затем чуть сдвинул голову, стараясь посмотреть на Спайка исподлобья. Глаза уже подсохли, хотя щёки всё ещё были влажными от слёз. Спайк казался таким сильным, надёжным, даже хладнокровным порой — но в его словах нельзя было усомниться. — Ты не слабый, — едва слышно ответил Джейс. — Слабый. Я пережил это почти семь лет назад, и до сих пор не нашёл в себе силы идти дальше. Джейс медленно развернул голову, упираясь подбородком Спайку в грудь, стараясь успокоиться. Ему хотелось говорить много, но слова не шли, а эмоции всё ещё бушевали. Спайк говорил слишком серьёзно, слишком честно — будто открывал собственную рану. Это было даже больнее, чем ремнем по заднице. Джейсу хотелось его успокаивать, говорить мягкие слова, но язык отказывался. Спайк вздохнул. — Можешь задавать любые вопросы, чтобы потом нам не приходилось возвращаться к этой теме. Джейс на секунду замер, потом резко приподнял голову и уставился на Спайка. Его глаза — широко распахнутые, почти испуганные. — Ты... боишься меня? — голос сорвался в хрип. Он тут же осознал, как это прозвучало: словно Джейс намеренно хотел причинить ему боль. Спайк на секунду задумался. — Нет. Не боюсь. Ты сейчас так близко ко мне, как никто за эти семь лет не был. И мне хорошо. Несмотря на страхи, мне не хватало человеческого тепла. Джейс резко втянул воздух, его пальцы сжались на рубашке Спайка. — Тогда... тогда почему ты не даёшь мне прикоснуться к тебе? — голос дрогнул, но теперь от обиды: он ведь тоже боялся быть отброшенным. Джейс так и не научился доверять — даже сейчас ему казалось, что это испытание или игра. Но в следующее мгновение он пожалел о своих словах: с такой виной и болью посмотрел на него Спайк. — Мне страшно. Очень некомфортно. Не из-за тебя, Джейс. Из-за самого факта прикосновения к коже, если только это не руки. Джейс резко отпрянул, как будто его ударили снова. Он зажмурился и сглотнул ком в горле — слишком много эмоций за один вечер. — Я... я не хотел... — прошептал он, съёжившись на коленях Спайка и пряча лицо в ладонях. Теперь он чувствовал себя последним подлецом: ведь он пытался подвинуть границы того, кто защищал его, оберегал, содержал первое время, когда Джейс только сбежал из борделя. Но Спайк, казалось, вернул себе спокойствие, и снова сконцентрировался на Джейсе. — Ты прости... Как ты, Джейс? Я переживаю. Почему ты опять подумал о наркотиках? Что я могу сделать, чтобы ты легче пережил эту тягу? Джейс сжался сильнее, стараясь успокаивать дыхание. Было стыдно быть настолько уязвимым перед кем-то, но Спайк видел его боль. И ещё больнее казалось то, что от его нежелания прикасаться к коже у Джейса в груди будто что-то оборвалось. — Просто держи меня... просто не отталкивай, — почти неразборчиво ответил он. Спайк прижал его сильнее к себе и вдруг всхлипнул. Джейс много раз плакал на руках у Спайка, но Спайк никогда не показывал слёз. — Прости... — выдохнул Спайк. — Я... Я не... Джейс резко вздрогнул. Он отстранился, вглядываясь в лицо Спайка. Тот выглядел испуганно, будто сам от себя не ожидал реакции. — Ты плачешь?.. — спросил Джейс, едва осмелившись дотронуться до щеки Спайка, пытаясь найти на ней слезу. Спайк кивнул. Слеза покатилась: блестящая и чистая. Джейс осторожно стёр эту слезу пальцем, будто она была стеклянной. Он впервые видел Спайка таким: сильный, властный — обычно такой спокойный и надёждный, он казался сейчас совсем хрупким. Сердце Джейса сжалось. — Почему? — спросил он, стараясь держать свой тон спокойным. — Я сделал тебе больно? Спайк замотал головой. — Нет... Не ты. Мне сделали больно семь лет назад. А сейчас я делаю больно тебе, не подпуская ближе. Если ты найдёшь кого-то... Кого-то сильного, кого-то, кто не боится секса... Кого-то нормального. Я пойму. Я не буду держать на тебя зла, Джейс. Джейс резко отпрянул, как будто его ударили. Глаза расширились в ужасе. — Ты... ты хочешь меня выгнать? — голос сорвался на визг. Он схватился за рубашку Спайка так сильно, что костяшки побелели: — Почему? Спайк возмущённо фыркнул, но в его взгляде было облегчение. — Я никуда и никогда тебя не прогоню. Я не хочу, чтобы ты терпел отношения, которые тебя не устраивают. — Я не терплю тебя. Мне с тобой хорошо, — ответил Джейс не задумываясь. — Даже так. Спайк облегчённо выдохнул. Улыбнулся, немного грустно, погладил Джейса по красной щеке. — Я тебя люблю, Джейс. И никого никогда я так сильно не любил. Джейс замер. Его дыхание перехватило, а глаза — широко распахнутые, будто он не поверил своим ушам. — ...Повтори, — прошептал он хрипло и тут же прикусил губу: чёрт, звучало так жалобно... Но пальцы на рубашке Спайка дрожали всё сильнее: ему было страшно надеяться, что это правда... — Я тебя люблю, мой милый Джейс, — повторил Спайк, улыбаясь шире. — И я счастлив слышать, что ты не собираешься от меня уходить. Джейс вдруг резко вжался лбом в грудь Спайка, пряча лицо. Он не мог сдержать рыдания — слишком много эмоций за один вечер: боль от ударов, испуг из-за слёз Спайка и теперь... это. — Я тоже тебя люблю!.. — И знаешь... Я хочу победить этот страх. Я хочу быть с тобой нормальной парой. Я хочу секса. Но сейчас страх гораздо сильнее желания. Для меня огромный прогресс, что я могу тебя вот так прижимать и гладить, понимаешь? Джейс на несколько секунд зажмурился, пытаясь успокоиться. Руки сильнее сжали ткань Спайка, словно он пытался убедиться, что тот — рядом и рядом останется. — Я подожду, — ответил он глухо. — Сколько нужно времени, столько я и подожду. Спайк радостно улыбнулся и впервые поцеловал Джейса: неуверенно, легко, одними губами.