Пак и Хан

Все, чего хотелось Тэсану, это, проснувшись, осознать, что все произошедшее было лишь сном, кошмаром, вызванным стрессом, лишь плодом его неспокойного воображения, но нет. Стоило Хану открыть глаза, как в голове пролетает мысль «это не сон». Это действительно был не сон. Джейк мертв по-настоящему. Почему это произошло? За что? Джейк был близким другом его брата, и первая мысль Тэсана была — кто-то начал охоту на голову Сонхуна. Но ведь это же бред. Его брат наемный убийца. Он прекрасно чувствует такие вещи. Он бы ни за что не стал подвергать Джейка смертельной опасности. Пазл никак не хочет складываться. Кому могло понадобиться убивать ни в чем неповинного парня? За что? Что вообще происходит? Сонхун не спал. Вообще или просто проснулся раньше — Тэсан не знает. И не рискует спрашивать. Сонхун всегда ему говорил «не задавай вопросы, ответы на которые тебя не устраивают». Тэсана не устроил бы любой из предложенных ему ответом. Поэтому он просто просит брата отвести его в школу. И игнорирует заряженный револьвер, который хен убирает в скрытую за пиджаком кобуру. Они молчат всю дорогу. Молчит и магнитола. У Сонхуна до странного уставший, разбитый вид. Тэсан никогда не видел своего брата таким. Его лицо посерело, а глаза будто впали, но, если не вглядываться, может показаться, что Пак просто слегка напряжен. Это не напряжение. Это боль, которую Сонхун просто не в состоянии контролировать, и которую ему приходится сдерживать, чтобы не сорваться. Если он сорвется, пострадает не один десяток людей и им придется переезжать. За все семь лет, что они знакомы, Сонхун сорвался всего раз. Он прострелил череп женщине за стойкой, когда она отказалась принимать его заявление на вписывание Тэсана в его семейный реестр. Тэсан был за дверью, но прекрасно слышал ее слова о том, что у Сонхуна слишком сильно выделяются родительские гены. А после уши заложило от громкого выстрела. «Если пойдешь со мной, я тебя не трону» — Тэсан тупо уставливается в протянутую ладонь и не понимает, как голос его хена может быть настолько спокойным. А тем временем за его спиной кровавая лужа становилась все больше. «А если не пойду?» — нерешительно вопрошает Тэсан, тогда еще не знавший о том, что ему не стоит задавать такие вопросы. Ему было четырнадцать. Он многое повидал, но никогда не сталкивался с такими людьми, как Пак Сонхун. Они росли практически бок о бок, но Тэсан не может сказать, что хорошо знает своего хена. «Тогда я убью тебя», — холодно отвечает Пак, но оружие все равно опускает и убирает за пояс, накрывая пиджаком, — «К чему эти вопросы? Тебе некуда идти». «Хен», — Сонхун опускает руку, — «ты научишь меня стрелять?». Сонхун не ответил ему тогда. Он сам схватил Тэсана, закинул его несопротивляющееся тело на плечо и вынес из приюта, в котором они прожили все свое детство. У Тэсана хорошая память. Но он был готов лишиться ее и не видеть кровавое месиво, в которое превратилась голова тетушки, которая всегда припасывала для него конфеты. — Позвони, когда нужно будет тебя забрать, — отвлекшись от собственных мыслей, Тэсан даже не замечает, как они подъехали к школе. Он коротко угукает, отстегивает ремень безопасности и тянется на заднее сиденье, чтобы забрать сумку, в которой лежат учебники. Продев ту через плечо, Тэсан уже вот-вот надавливает на ручку, чтобы выйти из машины, как Сонхун неожиданно продолжает, — не треплись обо мне, — Хан застывает, — сам знаешь перед кем, — снова кивок, — хорошего дня. — И тебе, хен. Парковка возле школы маленькая, но машина Сонхуна, хоть и была черной, исчезла с нее за долю секунды. Тэсан еще какое-то время пялился на медленно закрывающиеся ворота, пока в голове гулял ветер, а сердце билось так медленно и тяжело, будто чувствовало всю неправильность сложившейся ситуации. Сонхуну бы поплакать как следует. Или хотя бы выпустить хоть толику эмоций. Но ему нельзя. Если он так сделает, он станет чудовищем. В чем-то та женщина все-таки оказалась права. Гены его хена и правда страшные. Может и хорошо, что он ничего не знает о настоящих родителях Сонхуна. Что-то ему подсказывает, что это знание ни к чему хорошему все равно не приведет. Вся школа стояла на ушах. Несмотря на то, что Сонхун и Джейк дружили, последний все же был младше Пака. Их с Тэсаном разница в возрасте составляла всего два года, и они учились в одной школе. Поэтому, когда Хан ступил в коридор, не было ничего удивительного в том, что взгляды учащихся тут же обратились на него. Сочувствующие, непонимающие, презрительные и обвиняющие — Тэсан различал каждую эмоцию, но игнорировал их, потому что знал, что, чтобы он не сделал, это все может повлиять на его хена. Не хватало еще, чтобы его вызывали в школу, когда он и так в подвешенном состоянии. Он не хочет кровавой бойни там, где ему нравится учиться и где у него есть друзья. Кстати о них. Сону как раз вышел из гардеробной, когда Тэсан заметил его светловолосую макушку среди остального скопище народа. Прорвавшись через тихое, но тяжелое осуждение, Тэсан легонько хлопает друга по плечу и тот вытаскивает наушник из уха, наконец замечая его. — Йо, — Сону широко улыбается, игнорируя тот факт, что весь коридор чуть ли не замер от того, насколько эмоции Кима отличались от их собственных, — ты как? — Нормально, — сухо проговаривает Хан, сжимая лямку сумки и кивая на лестницу, ведущую на второй этаж, — тяжелая ночь. — Представляю, — беззаботно тянет Сону, — я думал сегодня прогулять, но решил, что тебе потребуется хоть какая-то поддержка. — Я бы справился, — бурчит Тэсан. — Ну конечно, — хмыкает Ким, ни капли не веря ему. Пропустив второй этаж, парни поднимаются на третий и заходят в коридор, в котором ситуация как на первом этаже полностью повторяется. Тэсан старается не обращать внимание на взгляды, но ему все равно становится до жути неуютно. Все знали, что Джейк хорошо общается с его старшим братом, но они слишком трусливы, чтобы высказывать все свои мысли в лицо Сонхуну, поэтому нацеливаются на жертву слабее. Тэсан не Сонхун, это правда. Он не очень хорошо стреляет и временами его охватывает паника от всех тех зверств, что происходят в его жизни, но он крепкий. В плане, его нервная система расшатана вдоль и поперек, но Хан вполне в состоянии справиться с тем, что о нем говорят. Чей он брат в конце концов? Это основа выживания рядом с Пак Сонхуном. — Ники все еще болеет? — Сону удивляется, поскольку, видимо, не думал, что Тэсан захочет продолжать их диалог ни о чем. Тем не менее, раз уж вопрос был задан, на него все-таки стоило ответить. — Угу, но когда я звонил ему утром, его голос звучал намного лучше, — Тэсан кивает, — зайдем к нему после уроков? — Не знаю, — вздохнув, Тэсан опускается на небольшой диван в коридоре, мельком глядя за спину Сону на настенные часы. До начала урока осталось семь минут. Это хорошо. Взгляды начинают по-настоящему злить Тэсана, — я думал зайти к Джэхену после уроков. — До сих пор? — удивленно восклицает Сону, садясь на диван рядом с другом, — Разве он не сказал тебе не приближаться к нему? — не понимает Ким. — Нет, — Тэсан качает головой, секундно улыбаясь, — он просто запретил мне разговаривать с ним, когда рядом его друзья, — пауза, — и все. — Иногда мне кажется, что ты дурак, — невесело усмехнувшись, Тэсан кивает. Возможно, он и есть дурак. Некая правда в словах друга определенно присутствует, — но… — вдруг тянет Ким, — ты думаешь, хен тебе разрешит? — улыбка тут же спадает с лица Хана. Он не спрашивал об этом у Сонхуна. Да и сам брат ничего не говорил ему насчет Джэхена. Лишь попросил позвонить, когда его нужно будет забрать. Он не уточнял откуда и не ставил временные рамки. — Он ничего не говорил, так что, наверное, он не против, — пожимает плечами Хан. — Хм, — Сону задумывается, — как он, кстати? Держится? Вот об этом Сонхун и говорил. Не трепаться о нем перед Сону. Если честно, Тэсан не очень понимает своего брата. Когда он спросил у хена, встречается ли тот с его другом, Сонхун ничего ему не ответил, но, когда он спросил у Сону, тот сказал твердое «конечно». Тэсан не знает, кому верить. И не знает, стоит ли прислушиваться к словам брата, раз уж у них с Сону что-то вроде романа. — Я не знаю, — Сону тут же наигранно дуется, — честно, он не разговаривал со мной после, — это ложь, но пусть будет так. Даже если они с Сону дружат, Сонхун для Тэсана все-таки важнее. — Они с Джейком дружили, да? — Тэсан на это ничего не отвечает, — Наверное, ему грустно. — Грустно? — Сону угукает, не замечая каплю возмущения в голосе друга, — Сону-я, у тебя проблемы с описанием чувств? — В плане? — не понимает Ким. — Джейк для хена был все равно, что Ники для тебя. Если бы Ники убили, тебе было бы грустно? Лишь грустно? — вопрос повисает в воздухе. Сону недобро щурится, глядя на то, как уголки глаз Тэсана чуть краснеют, а дыхание сбивается. Что-то было не так с этим вопросом. Но Сону не решился начинать спор насчет «описания чувств». Кажется, они просто не так поняли друг друга. — Я не имел в виду, что Сонхуну все равно, — медленно произносит Ким, пытаясь объяснить, — я просто хотел узнать, нужна ли ему поддержка? — Вы встречаетесь. Почему ты спрашиваешь у меня? — Потому что Сонхун не разговаривает со мной о таких вещах. — С чего ты взял, что со мной он об этом говорит? — Вы братья, разве нет? Напряженную перепалку прерывает звонок на урок. Вскочив с дивана, Тэсан трясет головой и шумно выдыхает, произнося «прости, я вспылил на ровном месте». Сону отрицательно мычит, говоря, что понимает и не сердится на друга, потому что в сложившейся ситуации нормально иногда бросаться из крайности в крайность. Два урока прошли относительно спокойно, если считать тот факт, что Тэсан прослушал темы и все полтора часа просто-напросто витал в облаках. Его и правда нехило напрягал тот факт, что одноклассники шушукаются между собой, посматривая на него. Неужели всех действительно так разозлило то, что Тэсан пришел в школу с совершенно обычным настроением, а не устроил брату истерику на парковке, заставив отвезти его домой? Тэсан не был близок с Джейком, поэтому вполне понятно, почему он не горюет так, как остальные. Все, что он знал о Джейке было со слов Сонхуна. Конечно это шок, когда твоего знакомого находят мертвым непонятно где, но Тэсан не может заставить себя убиваться по тому, кого плохо знал. Он больше переживает за брата. Переживать за Джейка смысла нет. Он уже мертв. Как бы страшно это не звучало даже в мыслях. На перемене после второго урока они с Сону договорились встретиться в коридоре и дойти до буфета, чтобы перекусить, но стоило Хану только выйти из класса, как его тут же окружила толпа негодующих старшеклассников. У Тэсана брат убийца, поэтому он прекрасно распознал угрожающую ауру, идущую от парней, так нагло образовавших круг вокруг Хана. Тэсан даже не дернулся. Ему не нужны проблемы. Его брату эти проблемы не нужны еще больше. — Мне надо пройти, — Тэсан лишь говорит, он не делает даже попытки выйти из западни, но кольцо вокруг него все равно сужается. — Моя мама сказала, что это твой брат убил Джеюна! — восклицает один из парней, явно самый рассерженный и задетый. Кажется, они с Джейком были одноклассниками. — Мой хен не убийца, — это ложь, несомненно, но в то же время и правда. Сонхун не убивал Джейка. Они были друзьями. Его хен никогда не идет наперекор своим принципам. — Ты можешь это доказать?! — слышится откуда-то из-за спины, а затем следует толчок и несколько парней расступаются, когда Тэсан теряет равновесие и падает на деревянный пол, успевая упереться в тот руками, чтобы не расшибить голову. Сонхун бы похвалил его за такую реакцию. Редкие тренировки все-таки не прошли зря, — Весь город уверен, что это сделал твой тупой брат! Тэсан не отвечает. Он лишь стискивает ладони в кулаки и сжимает челюсть, что бы опрометчивые слова не сорвались с губ. Нельзя реагировать на такое. Сонхун бы не одобрил. — Полиция…занимается расследованием, — Тэсан пытается встать, но его вновь пинают, заставляя окончательно оказаться на полу. Черт возьми. Если Тэсан не придумает что-то, вся эта заварушка закончится избиением его бренного тела. — Каким, к черту, расследованием?! И так ясно как день, кто убийца! Даже по телеку сказали, что все улики указывают на него! Сонхун бы никогда не тронул Джейка. Он был ему семьей. Всегда, после встреч с ним, Пак выглядел спокойным и умиротворенным. Он бы ни за что не направил пистолет на того, кого считал практически братом. Сонхун не настолько тупой, почему все вокруг никак не могут этого понять?! — Закрой свой рот, — цедит Тэсан, поворачиваясь к толпе старшеклассников и в секунду хватая одного за ногу, которая уже была готова вновь пнуть его в живот. Жуткий грохот сотрясает чуть ли не весь этаж. Поднявшись, Тэсан поправляет лямку от сумки и продолжает, — не смей говорить гадости в адрес моего хена, — увернувшись от удара, Тэсан бьет локтем нападавшего в спину и делает шаг назад, когда кулак другого пролетает в сантиметре от его лица, — только и можете, что кудахтать мне в лицо. Попробуй сказать так моему хену, — шикнув, когда его резко прижимают к стене и надавливают на гортань, шипит Хан, — только трусы выбирают жертву для нападок слабее себя. — Тэсан! — упомянутый не слышит этого громкого вскрика, потому что в этот самый момент ему прилетает по лицу. Хорошо, что он дал слишком слабый отпор. Это даже дракой нельзя назвать. Так, небольшой инцидент с избиением. Сону приводит учителя и тот разгоняет старшеклассников, прося Кима сопроводить Тэсана в медицинский кабинет, чтобы его осмотрели. Хан пытался сказать, что все в порядке, но его губа была разбита и чуть припухла, а глаз слегка заплыл. Хен будет в бешенстве, если увидит его таким. Медсестры в кабинете не оказалось, поэтому Сону самостоятельно промывает ему раны и наклеивает пластырь на ссадину на щеке. Тэсан просит друга не слишком заморачиваться с его внешним видом, потому что Сонхун все равно заметит его состояние. Ким ворчит, что ему плевать и что это все нельзя оставлять безнаказанным. «Это просто шок, я могу понять» — произносит Тэсан, на что Сону давит ему смоченным перекисью ватным диском на рану, из-за чего Хан болезненно шипит. «Мне все равно, шок у них или нет, нельзя просто так набрасываться на людей из-за каких-то своих предубеждений» — хмыкает Сону, продолжая обрабатывать ему полученные раны. Сону хороший друг. Тэсан все еще не может понять, почему его хен напрочь отказывается перекидываться с ним хотя бы парочкой слов о Сону. Это ведь так нелогично. С последнего урока Тэсана отпускают, но он все равно не спешит звонить Сонхуну. Мысль о том, чтобы увидеть Джэхена после занятий никак не отпускает его. Тэсан просто надеется, что, если он увидит Мена хотя бы пару минут, все его разбредшиеся мысли соберутся воедино и на душе перестанет быть так тяжело. Хотя бы пару минут, честно. Просто увидеть его. Это все, чего Тэсан сейчас желает. Сону вновь называет его дураком, но соглашается прогулять с ним третий урок. Они сидят в буфете, едят кремовые булочки и переписываются с Ники, пока не звенит звонок, означающий окончание учебного дня. Друзья первые оказываются возле гардероба, забирают куртку Сону и, выйдя из школы, прощаются, расходясь в разные стороны. Напоследок Сону просит Тэсана не обращать внимание на всяких идиотов и зачем-то говорит, что верит в то, что его брат не убийца. Тэсан говорит ему «спасибо», но не вкладывает в это слово ровным счетом ничего. Потому что он и так знает, что Джейка убил не Сонхун. Идя по тротуару, Тэсан замедляет шаг, когда перед глазами начинает вырисовываться громадное учебное здание школы, в которой учится Джэхен. Это элитная школа и таким, как Тэсан, там делать просто-напросто нечего. Но он все равно каждый раз порывается поговорить с Джэхеном хотя бы секунду. Даже простое «отвали от меня» от Мена кажется Тэсану лучшим моментом за целый день. На самом деле, Джэхен не ненавидит Тэсана. Он просто слишком смущен тем, что Хан увидел его в разбитом состоянии и сказал глупость по типу «мне кажется, когда ты улыбаешься, а не плачешь, ты выглядишь красивее». Может быть, Тэсану не стоило этого говорить. Но то смущенное лицо, которое сделал Джэхен, когда услышал его слова, никак не хочет выходить из головы. Даже если это не любовь, Тэсан рад испытывать хотя бы симпатию. По крайней мере, она чувствуется приятнее, чем страх, ужас или бессилие. Тэсан останавливается возле высокого забора из светлого камня и принимается ждать. Он не знает, зачем каждый раз приходит сюда. Просто Джэхен напрочь отказывается давать ему свой номер, а Тэсану слишком неловко просить брата узнавать хоть что-либо о своем предмете воздыхания. К тому же, хен не одобряет его тягу к этому «зазнавшемуся засранцу». Впрочем, Тэсану все равно. Сонхун разрешил ему жить обычной жизнью, так что он будет наслаждаться ею столько, сколько ему позволено. Несколько школьников в светлой форме выходят из ворот и обращают внимание на Тэсана, но среди них нет Джэхена, поэтому Хан даже не поворачивает голову в их сторону. Проходит около пятнадцати минут, когда до ушей Тэсана доносится звонкий голос Мена, смеющегося с какой-то, очевидно, дурацкой шутки. Он вздыхает, отходя за ворота, а когда Джэхен прощается со своими друзьями, выходит из укрытия и перекрывает парню путь домой. — Опять ты, — устало вздыхает Мен. — Ты просил не появляться, когда ты с друзьями, поэтому я подождал, — пожимая плечами, произносит Тэсан, отводя взгляд куда-то в сторону, чтобы Джэхен не подумал, что он пялится на него. Хотя хотелось бы. — Ясно, — Джэхен цыкает, — дай пройти, мне домой надо. — Прям сразу? — удивляется Хан. — Угу, — Джэхен кивает, — из-за того, что в вашей школе кого-то убили, в нашей приняли экстренные меры. Мне нужно оказаться дома через двадцать минут, чтобы мои родители написали учителям, что я жив и со мной все в порядке. — О, — только и может выдать Тэсан, чувствуя странное угрызение совести за то, что он все еще стоит посреди дороги и не дает Джэхену пройти, — понятно. Могу я про… Тэсан собирался спросить, может ли он проводить его и даже был готов на компромисс в виде того, что между ними будет несколько метров и они не будут разговаривать, но не успевает. За забором слышится крик и свист, от которого у Тэсана внутри все падает. Кто-то из ребят голосит, что его друга ранили, а Тэсан не успевает отреагировать, и следующая пуля пролетает в нескольких миллиметров от Джэхена, чудом не задевая ни единого волоска на его голове. Отшатнувшись, Мен в ужасе хватается за Тэсана и, видимо, сбитый с толку, даже не может сообразить, что сейчас ему лучше бы оказаться в укрытии, а не просто хвататься за стоящего рядом парня. Тэсан напрягается и на свой страх и риск, взяв Джэхена за плечо, заслоняет его собой как раз в тот момент, когда раздается следующий выстрел и тот прилетает прямиком Хану в плечо. Пуля проходит насквозь, но боль просто адская. Сжав зубы, Тэсан оседает на асфальт и тянет за собой Джэхена, продолжая прикрывать его. Тело охватывает крупная дрожь, а сердце бьется так яростно, что, кажется, вот-вот и разорвется вовсе. К горлу подступает тошнота, а в глазах все плывет, когда Джэхен неожиданно бьет его по щеке и одними губами вопрошает «ты дойдешь до школы?». Кое-как кивнув, Тэсан позволяет Джэхену дернуть его в сторону ворот и тут его ушей настигает еще один свистящий выстрел. На этот раз он промазывает, потому что Джэхен успевает вовремя опустить голову Тэсана и на негнущихся ногах затащить его в двери учебного заведения. Осев на пол, Тэсан принимается шумно и часто дышать, чувствуя, как от каждого вздоха дыра в его плече становится то больше, то сокращается. Сняв с себя белоснежный пиджак, Джэхен прижимает тот к ране Тэсана и, побледнев от ужаса, просит его не умирать. — Можешь достать мой телефон? — хрипло произносит Хан, злясь на себя за то, что его взгляд никак не хочет фокусироваться на Джэхене, — Нажми экстренный вызов, — Джэхен следует инструкции, — сядь рядом и не высовывайся через окна, блять, — шипит парень, когда его накрывает очередная волна боли, — Джэхен, прости. — Заткнись, дебил, — шипит Мен, — надо позвонить в полицию, — Тэсан останавливает его, накрыв ладонь Джэхена с его телефоном своей. — Не надо, — усмешка, — мой хен сейчас приедет. Он все решит. — Твою мать, — ругается парень, — лучше бы ты сюда не приходил, — и уже через секунду, перепугавшись не на шутку, — Тэсан? Эй! Не отключайся, слышишь меня?! Тэсан!