You, Have Always Wanted a Place to Call Home

      Шэнь Юань, затуманенный, прижался к твёрдой кровати под его щекой, и та слегка затряслась. Он похлопал её, чтобы остановить движение, но дрожь лишь усилилась. В тумане сознания он не осознавал, что кровать — это человек, и этим человеком был Ло Бинхэ.       Бинхэ посмотрел на спящего, помятого А-Юаня, чьи веки начали трепетать. Взгляд Шэнь Юаня был рассеянным, он смотрел на Ло Бинхэ, не видя его.       Переместившись к прикроватному столику, Ло Бинхэ схватил очки Шэнь Юаня и положил их рядом с руками А-Юаня. Шэнь Юань, несмотря на это, не сразу их надел. Прикрыв рот, чтобы скрыть зевок, Шэнь Юань скрестил руки на груди Бинхэ и положил на них подбородок. — Ты Ло Бинхэ, — пробормотал он.       Ло Бинхэ нежно улыбнулся и откинул волосы Шэнь Юаня назад. — Я Ло Бинхэ, — повторил он. — Почему ты здесь? — спросил Шэнь Юань. Ночью ему приснился Путь Гордого Бессмертного Демона. Его разум наполнился видениями странных моментов сянься. Он всё ещё не мог отделаться от мысли, что мир — странное и волшебное место. — Я… я думаю, что мне не очень нравился мой мир, — ответил Бинхэ.       Шэнь Юань остановился, чтобы обдумать услышанное. Ло Бинхэ из романа… если бы он был реальным человеком… каким бы он был? Тот человек, о котором он читал, был…       Перед ним. Смотрит на него сверху вниз, нахмурив брови и нежно поглаживая. Он думает, что ему стоит паниковать ещё сильнее. Он не может бояться Бинхэ, даже если он… Бинхэ. В голове невольно проносится дерьмовая порнографическая картинка: Бинхэ на оргии, Бинхэ трахает Нин Инъин в поле… гарем женщин, мужчина, который казался счастливым в своём королевстве. Мужчина, который казался потерянным в доме Шэнь Юаня. Когда-то Шэнь Юань списывал это на амнезию, теперь нет. — Бинхэ ушёл намеренно? — спросил Шэнь Юань.       Ло Бинхэ кивнул.       Такой большой мужчина, такой нервный. Что, он думал, Шэнь Юань собирается сделать?.. Сожрёт его? — Ваши жены? — спрашивает он.       Бинхэ нахмурился: — Я инсценировал свою смерть. Я не… я не думаю, что любил их. Нет… по-настоящему. Я просто хотел… сделать для них.       Объективно Шэнь Юань знает, что положение Ло Бинхэ не говорит о нём в хорошем свете. Все эти жёны в пустом дворце, вакуум власти, мужчина, собирающий «цветы» для своего «сада», причём каждый день в году — новый, и многое другое. Бинхэ в его доме был… не жестоким, не намеренно, по крайней мере, по отношению к нему, но то, что сделал Бинхэ, было жестоким поступком. Он знает, что за политикой гарема и браком в условиях сянься скрывается нечто большее… но, честно говоря, ему было страшно спросить. — Как вы думаете, с вашими жёнами всё в порядке? — спросил Шэнь Юань, потому что ему пришлось это сделать. Он не мог не спросить. Бинхэ нахмурился: — Не знаю. Я оставил им дворец, финансирование и власть. Не знаю, что с ними стало в моё отсутствие. Однако я могу проверить, что с ними стало, если А-Юань предпочтёт увидеть, кем они стали за моё отсутствие. Я не буду скрывать это от тебя. Я бросил их. Это не тот поступок, который заставит меня гордиться.       Шэнь Юань слушал и думал, что он слишком похож на свою мать. Его мать вышла замуж за мужчину, у которого был ребенок от другой женщины, и, несмотря на это, осталась несчастливо замужем. Он тоже склонен доверять неверным мужчинам. Он думает, что Бинхэ не причинит ему боли, верит в это, когда больше не может поверить в реальность, в которой живет. Он не знает, откуда берется такая уверенность, но она, тем не менее, есть. Он думает, что, возможно, придумывает оправдания, потому что ему нравится Бинхэ, но он понимает, откуда берется этот мужчина. Он видит возможные пробелы, где жены могли бы что-то получить от обмена, и как эта динамика могла затормозить эмоциональное развитие. Он задается вопросом, не вырос ли Ло Бинхэ из романа, тот, которого порой читали как неуверенного в себе маленького мальчика.       Позже он попросит Бинхэ проверить своих бывших жён, хотя бы для того, чтобы убедиться, что у них всё в порядке. В мире «Пути гордого бессмертного демона» большая часть ресурсов хлынула во Дворец демонов. Он не знает, как обстоят дела в других регионах. Он также не доверяет характеру некоторых жён, которые могли и действительно саботировали друг друга на разных этапах. Он надеется, что с ними всё хорошо. — Чего ты хочешь? — спросил Шэнь Юань, пиная ногами.       Бинхэ выглядел сбитым с толку, прежде чем ответить: — Я думаю… я хотел бы… быть счастливым, я не уверен, как это сделать.       Шэнь Юань подумал о человеке, который любил готовить и, казалось, расслаблялся, когда делал это. О человеке, который испытывал странную привязанность к домашним обязанностям и с уважением относился ко всему, что требовало мастерства и ручной работы. Он задумался, были ли у Ло Бинхэ, Повелителя демонов, хобби, помимо захвата земель и выживания. — Ну, я думаю, быть счастливым — это прежде всего заниматься тем, что тебе нравится, и чувствовать… удовлетворение тем, где ты сейчас. Я думаю, быть счастливым — это выбор, действие, а не чувство. Что любит делать Бинхэ? — У Шэнь Юаня, конечно, было мало причин для радости, хроническая боль в теле и постоянный звон в глубине души были невыносимы, но он справлялся и находил удовольствие там, где мог, всегда, когда мог.       Бинхэ застыл, словно его никогда об этом не спрашивали, и, по правде говоря, его никогда об этом не спрашивали. Никто за все годы не спрашивал о его счастье. От этого его щеки горели. От этого он нервничал. — Я… я люблю сражаться? — пробормотал Бинхэ, язык его дрожал. Он знал только самосовершенствование и не знал, что ещё ему доставляет удовольствие, кроме как возможность остаться с А-Юанем. В его жизни не так уж много времени на подобные размышления. — Ты любишь готовить? — спросил Шэнь Юань, зная, что ответ должен быть «да». — Это неважно, — ответил Бинхэ. Сначала он начал готовить, чтобы почтить память матери, затем это стало инструментом, а теперь и удовольствием. Он полагал, что это успокаивает, но редко бывает… важным. Необходимым. Это никогда не было решающим фактором между жизнью и смертью.       Шэнь Юань фыркнул, похлопав его по груди, у него было такое ощущение, будто его мял маленький котенок или будто на него прыгнул кролик, чтобы отдохнуть, пока он лежал в поле. — Я не спрашивал, важно ли это, я спросил, нравится ли вам это, — сказал Шэнь Юань. — Мгм, — согласился Бинхэ, потянувшись рукой, чтобы погладить шелковистые волосы.       Шэнь Юань оттолкнул его ладони: — Послушай, похоже, тебе нравится готовить, и тебе нравится узнавать что-то новое. Интернет отлично подходит для этого. Давай найдём тебе хобби. Это так же хорошо, как и любое другое, чтобы начать… и нет, драки — это не хобби.       Бинхэ полагал, что время, проведённое под руководством Шэнь Цинцю, изначального учителя, представляло обучение как мучительный процесс, но… он вспоминал прилив удовлетворения, который испытывал, осваивая сложную форму, или рост своего совершенствования. Он видел, где ему доставляло удовольствие узнавать больше. Учитель был учителем в каждом теле. Возможно, А-Юань был прав, говоря, что ему стоит попробовать сделать ещё несколько дел. Однажды, в детстве, он мечтал построить дом для своей матери.       Бинхэ помолчал, чтобы уточнить: — А Юань уверен, что хочет, чтобы я был здесь? Я нехороший человек. Не буду утверждать, что это так, но клянусь словом и жизнью, что не подниму на тебя руку, пока я здесь.       Шэнь Юань подождал немного, прежде чем ударить Повелителя демонов пальцем по носу, забавляясь, наблюдая, как скрещиваются глаза главного героя: — Бинхэ может оставаться здесь столько, сколько захочет. Ему больше не нужно ни с кем сражаться. Теперь он может отдохнуть.       Может быть, он придавал этому слишком большое значение или провёл лишнюю ночь на форумах, но он был уверен, что Ло Бинхэ устал от всех этих сражений, завоеваний и странных фантазий о мужском плейбое, в которые не верил даже исполнитель главной роли. Если он так всё и представлял, ему почти не хотелось давать пощёчину.       Он также предположил, что ситуация серьезнее, чем он знал, и отдал должное своему повелителю демонов.       Бинхэ нахмурился: — А-Юань, правда. Не разговаривай с незнакомцами и не подбирай мужчин на улице, это нехорошо. Ты же знаешь…       Шэнь Юань прервал Бинхэ, закрыв ему рот рукой. Он уже сказал, что не хочет слышать этого от Ло Бинхэ, который был странным человеком в его доме. — Я очень осторожен, — сказал он, и Ло Бинхэ кивнул ему, прежде чем укусить Шэнь Юаня за кончики пальцев. Это не столько причинило боль, сколько заставило его испугаться и отдернуть руку. — На всякий случай, я был бы признателен, если бы А-Юань теперь носил это с собой, — попросил Бинхэ, материализуя неизвестно откуда, возможно, из какого-то магического пространства, и это всегда было бы круто, — кулон. На красном шнуре висели два кусочка нефрита. Один был в форме демонической метки Ло Бинхэ, а другой представлял собой чуть более длинный прямоугольный кусок нефрита с зелёной прожилкой. — Что это? — спросил Шэнь Юань. — Это амулет. Он сообщит мне, если ты в беде. Зелёный следит за твоим здоровьем. Красный сделан из моей крови. Если ты наденешь его, я всегда буду знать, где ты и в опасности ли ты. В них также вплетены несколько защитных заклинаний, — Бинхэ сделал один, сгустив свою кровь, вместе с паразитами, в твёрдую форму. Другой был найден в тайном мире — инструмент, сделанный известным медиком, имя которого он забыл, для наблюдения за её больной сестрой.       Шэнь Юань, местный идиот, надел кулон на шею, ничуть не беспокоясь о том, что Ло Бинхэ всегда будет знать его местонахождение.       Ло Бинхэ смотрел на мужа с тревогой и радостью одновременно. Ему придётся присматривать за А-Юанем, чтобы тот не ускользнул. Его милый муж был слишком чист для окружающего мира… каким бы он ни был. Он почти сочувствовал этому плаксивому ребёнку. Он тоже оберегал Шэнь Юаня, а тот, похоже, ничего не замечал. …       Шэнь Юань свернулся калачиком в ванне, вода хлестала его, и он запаниковал. Он беззвучно кричал, раскачиваясь взад-вперёд, хватаясь за мокрые волосы. Чёрт возьми, чёрт возьми, чёрт возьми. Это же Ло Бинхэ. Он жил с Ло Бинхэ! Это было так круто… это было так страшно!       Святой. Чёрт.       А у него был меч? Неужели он уже до этого додумался? Как он мог остановиться, Синьмо был таким крутым… как он выглядел… разве он мог летать без него? Что он ещё мог делать? Кроме как создавать огненный шар… огненный шар?! Он мог создавать огненный шар, в «Пути гордого бессмертного демона» были стихийные атаки и всё такое. В одной из глав Лю Минъянь создала ледяную стену в форме дракона, и как бы банально это ни было читать, в реальной жизни это, должно быть, было потрясающе. Одиннадцатилетний мальчишка в душе Шэнь Юаня вспомнил все свои детски-притворные игры и тут же потерял голову. Запишите его как немного испуганного, но также и очень взволнованного.       Он так сильно махал рукой, что вода выплеснулась, и это было просто замечательно. Он спокойно переживёт свою панику, связанную с купанием, и всё будет хорошо после этого. …       Ло Бинхэ сердито смотрел на ингредиенты перед собой. Он экспериментировал с приготовлением блюд из разных уголков света. Обилие продуктов и знаний облегчало ему процесс. В его собственном мире рецепты ревностно охранялись, повара конкурировали за клиентов, не желая делиться новым способом приготовления своих блюд, хотя этот способ или специи были их основным источником дохода. С помощью интернета он проводил время, впитывая кулинарные знания из Франции, Испании, Индии, Японии, из всех регионов Китая, которые мог найти, причем стили различались в зависимости от местности. Ему не приходилось гадать о вкусе или способе приготовления, ведь теперь он получал множество инструкций, которые можно было использовать или выбросить по желанию.       Он познакомился со стандартами и стилями кулинарии, уделив особое внимание десертам, поскольку А-Юань был сладкоежкой. Нежная итальянская выпечка и замысловатые японские вагаси заняли центральное место в его памяти. Мысль о том, как А-Юань поедает нэрикири из коробки, доставляла ему удовольствие.       Единственной проблемой было приготовить блюда, соответствующие вкусу А-Юаня. Вертя в пальцах кухонный нож, он отложил это на потом.       Однако сегодняшним блюдом был не десерт, а карри. Он никогда не слышал о карри, ближайшим эквивалентом которого было рагу или тот странный жёлтый суп из восточных провинций, который ему никогда не нравился. Казалось, вариантов было бесконечное множество, но он слышал, как Шэнь Юань жаловался на невозможность есть тайское карри, поэтому выбор пал на регион и блюдо. Бинхэ предстояло сделать его съедобным.       Засучив рукава, он принялся за дело, бросая чеснок и имбирь в кипящее арахисовое масло. Ему нужно было, чтобы оно было ароматным, но достаточно мягким, чтобы не вызывать раздражения. Это означало, что чили не подходил, как и зелёный перец, который вызывал несварение желудка, сильнее, чем его красные или оранжевые аналоги. Снежный горошек, который у него был, вполне подошёл. Он очистил его утром, купив свежий и пухлый на рынке.       Может быть, заменить кокосовое молоко каким-нибудь «молоком», полученным из лекарственного цветка, безопасного для употребления смертными? Обычно орхидею «Белая ива» заваривали в чай ​​для стабилизации медитаций, но Бинхэ вольно распоряжался ею, и ему было приятно отдать её А-Юаню, смертному. Он решил, что лёгкой остроты от щепотки имбиря и порции перечной пасты будет достаточно. Остальные специи он измельчал из свежих продуктов, тщательно отмеряя по вкусу, чтобы сохранить мягкость вкуса.       Поставив миски, отложив кокосовый рис в сторону, он наблюдал, как Шэнь Юань осторожно откусывает несколько кусочков, прежде чем приступить к еде. Когда ночь прошла и ничего не произошло, Бинхэ в знак ликования погладил Шэнь Юаня по спине, проведя пальцем по узлам на его позвоночнике через рубашку, которую А-Юань у него одолжил. …       Шэнь Юань уже привыкал к кулинарным шоу и кулинарным стримам, которые они начали смотреть. Они были весёлыми и часто лёгкими, даже когда носили скорее соревновательный, чем обучающий характер. Бинхэ всегда с жадностью впитывал техники и применял их к их повседневным блюдам, за чем было очень интересно наблюдать. На днях он приготовил для Шэнь Юаня консоме, прозрачное, как вода, и невероятно ароматное, в качестве альтернативы жидким супам, которые он готовил раньше. Вот он, наверное, и есть главный герой. Он гораздо быстрее схватывал всё, чем А-Юань.       Однако текущей темой на экране ноутбука было строительство домов… и сантехника… что было немного странно, но что же делало Бинхэ счастливым? — Зачем ты смотришь видео о строительстве? — спросил Шэнь Юань, любопытство которого взяло верх над желанием оставить всё как есть.       Бинхэ ответил: — Я сам построил четверть Дворца Демонов. Резьбу добавили позже мастера, но само сооружение построил я. Оно было… приятным. Думаю, мне хотелось бы узнать больше.       Ладно. Шэнь Юань не ожидал увидеть Строителя-Бинхэ, но это было… просто потрясающе. Он добавил это к своему пониманию Ло Бинхэ как личности, наряду с Шеф-поваром Бинхэ и Демоном-Повелителем Бинхэ.       Подтянув стул, он спросил: — Расскажи мне об этом?       И Бинхэ так и сделал. Он жестикулировал, рассказывая, как подбирал материалы и разрушал мешок цянькунь, вес которого был сравним с весом дерева, сравнимого с железом. Это была дикая ситуация, которую Шэнь Юань совершенно не ожидал. Глаза Бинхэ загорелись от волнения, и Шэнь Юань не упускал возможности подбодрить его. Он был рад, что, возможно, только возможно, Ло Бинхэ тоже узнавал, что делает его счастливым.       Шэнь Юань, демонический-терапевт. Сертифицированный. Или, по крайней мере, ему нравилось считать себя хорошим другом. Он старался им быть, когда мог. …       Бинхэ сгорбился над Шэнь Юанем, не перегружая его более хрупкое телосложение. Это скорее свидетельствовало о его физической силе, чем о способности Шэнь Юаня служить тростью. Прижавшись носом к шее Шэнь Юаня, Бинхэ промурлыкал: — Я голоден.       Возможно, Шэнь Юань немного разбаловался стряпней Бинхэ, он нахмурился и подошёл: — Пойду что-нибудь приготовлю. Думаю, можно что-нибудь пожарить… Правда, не знаю, что…       Бинхэ оттянул его назад так, что Шэнь Юань ударился спиной о его торс: — Я не это имел в виду, но А-Юаню всё равно больше нравится моя готовка, так что позволь мне. А-Юань может посидеть… хотя… я готовлю клубничный торт на десерт, А-Юань хочет подойти и облизать ложку?       Лицо Шэнь Юаня выражало недоумение, и Ло Бинхэ хотелось смеяться. Он спал в постели А-Юаня, каждый день готовил ему еду, они проводили много времени, обнявшись, вне кровати, на диванах и в общественном транспорте. Шэнь Юань расчесывал ему волосы перед и после каждого душа. Бинхэ прижимал А-Юаня к себе, когда тот болел, а его маленький зайчик, казалось, не понимал, что, возможно, они ухаживают друг за другом. Бинхэ знал, что ухаживания в этом мире происходят по-другому, но каждое телешоу и наблюдение за публикой говорили ему, что это действительно так. В его собственном мире они считались бы женатыми.       Милый мой, Бинхэ хотел его погубить. …       Впиваясь вытянутыми когтями в нефрит, Бинхэ наблюдал, как А-Юань смотрит на него сияющими глазами, впечатлённый мастерством Бинхэ. Он гордо гордился этим вниманием.       Бинхэ было приятно проводить время, созидая, а не разрушая. Он потратил бесчисленные годы своей жизни на то, чтобы всё разбирать, и теперь ему было более чем достаточно времени, чтобы всё собрать воедино.       Он никак не мог решить, кого сделать — кролика или котёнка. Оба варианта подошли его мужу и были благоприятными. Может быть, по одному экземпляру каждого? Сначала кролик. Мягкий и белый. …       Взгляд Шэнь Юаня был прикован к Ло Бинхэ, который дремал, развалившись на кровати. Он лежал на животе, подложив одну руку под подушку, а другую вытянув в сторону. Ло Бинхэ не спал сам. Бинхэ дремал только вместе с Шэнь Юанем, что не считалось.       Шэнь Юань ушёл только за почтой, а после они собирались вместе посмотреть кулинарные шоу или, может, какое-нибудь дрянное реалити-шоу. Как Бинхэ посмел заснуть без него? Надувшись, Шэнь Юань подошёл и поправил руку Ло Бинхэ, чтобы тот мог скользнуть под неё и прижаться к ней, сдерживая зевок. Бинхэ был таким тёплым, что он не мог сдержаться. Прижавшись к нему, он закрыл глаза — всё было в порядке, хоть ненадолго. Бинхэ разбудит его, когда придёт время.       Ло Бинхэ, притворившись спящим, уткнулся лицом в подушки, пытаясь удержаться от прыжка на невинного мужа. Прикрыв рот рукой, он прикусил его, стараясь не поцарапать кожу. Он не ожидал, что А-Юань проявит такую ​​настойчивость, предположив, что его разбудят тонкие руки, похлопывающие его по спине или лицу. Возможно, обтягивающая рубашка позволит А-Юаню рассмотреть его тело. Он не ожидал, что А-Юань будет чувствовать себя совершенно комфортно, подкравшись к нему вплотную. Стоило бы.       Шэнь Юань любил, когда его обнимали, и он имел полное право требовать внимания или принимать его, когда хотел. Бинхэ просто нужно было продолжать практиковать сдержанность. Глубоко вздохнув, он решил, что будет повторять про себя мантру и заставит себя заснуть.       Щека Шэнь Юаня, прижавшаяся к плечу Бинхэ, была горячей на ощупь, и это заставило Бинхэ сосредоточиться. У А-Юаня снова поднялась температура.       Бинхэ тихо выдохнул. Ему скоро понадобится холодный компресс. Лихорадка у А-Юаня поднималась всё чаще. …       Сюлань ворвалась в комнату с запасным ключом, Шэнь Юань услышал хлопок двери и взглядом показал Ло Бинхэ, что тому нужно немедленно убираться.       Ло Бинхэ кивнул и волшебным образом исчез. Единственными следами его присутствия были еда в холодильнике Шэнь Юаня, куда Сюлань никогда не заглядывала, полагая, что там пусто, и шкаф Шэнь Юаня, где хранилась одежда Бинхэ. Его обувь стояла в шкафу у двери, а Бинхэ всегда мыл посуду сразу, из-за чего две чашки и тарелки не были выставлены на стол.       Идеально. Зимние каникулы давно прошли, весна уже не за горами. Он не знал, как объяснить появление своего гостя, но, к счастью для него, гость мог исчезать и появляться по собственному желанию. Иначе семья его бы убила, их тревога обрушилась на него, как цунами. — Гэгэ, как дела? — крикнула Сю Лань, её волосы, собранные в хвост, развевались за спиной. Всё ещё в школьной форме, она выглядела молодой и свежей, и совсем не походила на того тайного следователя, которым она была в душе.       Она была рада, что Ло Бинхэ ушёл, но её насторожила вновь обретённая чистота в квартире Гэгэ… Гэгэ утверждал, что горничную заменили на лучшую, и она… поверила ему. Как будто этот мускулистый извращенец придёт сюда убирать за Гэгэ? Ага, конечно. Он, наверное, думал только о том, как бы сходить в спортзал, чтобы поддерживать свою физическую форму, и увести её брата.       Осмотрев каждую комнату, Сюлань с облегчением выдохнула. Ничего не видно. Никаких туфель у двери. Это хорошо. Позже она позвонит Юй-гэ и Да-гэ, чтобы рассказать им о ситуации. Они сказали, что она, вероятно, преувеличивает, но при этом задали много вопросов, а значит, очень хотели, чтобы она присматривала за А-Юанем. Да-гэ также сказал, что может вернуться домой, если она что-то заподозрит. Пока всё идёт хорошо. — У меня все хорошо, Мэймэй, как дела в школе? — спросил Шэнь Юань. — Всё хорошо, у меня всё хорошо. Хочешь, сходим сегодня со мной в кино? Сегодня пятница, можем погулять допоздна, а потом, может, съедим десерт? — спросила она. Гэгэ никогда не возражал против того, чтобы провести с ней время, и всегда позволял ей самой выбирать фильм. — Конечно, только дайте мне взять пальто, — сказал Шэнь Юань, когда они выскользнули из комнаты. Как только дверь закрылась, Ло Бинхэ появился снова. Он улыбнулся, вспомнив о тревоге Мэймэй. Он же не собирался есть А-Юаня… в худшем случае он мог бы укусить. Облизывая кончик одного из клыков, он представлял себе бледную кожу и чернильно-чёрные волосы. Тает ли А-Юань во рту, как он ожидал? Какие звуки он бы издал?       Пользуясь свободным временем и пустым домом, он лёг на кровать и, лениво думая о Шэнь Юане, кончил. Прижавшись лицом к подушке Шэнь Юаня, он глубоко вздохнул. …       Ухмыляясь, Бинхэ собрал корзину для пикника. Вернее, он просто положил в неё запасной пакет и упаковал его. Корзина предназначалась для возможного наблюдения, а не для хранения. Пакет сохранит свежесть еды и не доставит хлопот во время транспортировки. Он бережно поместил туда лакированную коробку. Погода менялась, дни становились теплее, и немногочисленные уголки природы в сером городе начинали зеленеть. Они собирались отправиться в парк Цзиньшань. Пейзаж был не идеальным, но сойдет.       Он старательно готовил нерикири к предстоящему сезону, формируя из моти и каштановой пасты четыре цветка: нарцисс, ирис, цветки вишни и… вполне намеренно — хризантему. Потребовалось несколько попыток, создание треугольного деревянного инструмента и разумное использование когтей, чтобы придать им правильные формы. Нежная рисовая паста была мягкой и податливой в его руках, пока он добавлял порошкообразные красители и формировал цветы. В конце концов, он был доволен их изящной красотой, разложив каждый цветок в отдельном отсеке коробки. Отправив в рот ещё один цветок, он убедился, что вкус достаточно хорош, чтобы подавать.       Он проснулся рано, стараясь не сдвинуть мужа, который сонно цеплялся за его рубашку, пытаясь собрать сюрприз. Ему пришлось осторожно положить А-Юаня на спину и принести ему подушку, чтобы Ло Бинхэ мог уйти. Он подумал, что А-Юань понравится нерикири вместе с чаем, который он взял с собой. Их главная еда уже была внутри, приготовленная накануне и замороженная.       Придя в парк, Ло Бинхэ расстелил большое одеяло и несколько подушек, сетуя на то, что не может найти себе удобного места для сидения, ведь земля под ними была твёрдой. Придётся обойтись без него. Шэнь Юань удобно устроился, и Бинхэ сел рядом.       Достав термос, он налил себе и А-Юаню немного мясного консоме. Крышка термоса передавалась друг другу, пока они медленно пили суп и смотрели, как стекает вода. Ло Бинхэ намеренно прижался губами к тому месту, где только что был рот А-Юаня, и обменялся с ним непрямым поцелуем.       Достав приготовленный маньтоу, он снова поделился кусочками с Шэнь Юанем, передавая друг другу сытную булочку с мясной начинкой. Сок брызнул из уголка рта А-Юаня, и Бинхэ, воспользовавшись случаем, наклонился и вытер его большим пальцем, а затем слизнул остатки. — А-Юаню следует быть осторожнее, — протянул он с соблазнительным мурлыканьем.       Шэнь Юань моргнул, словно сова, и слегка покраснел, кивнув, ответил: — Спасибо, Бинхэ. Иногда я немного неряшлив. Ах, становится холодно… — А-Юань понял это, потянувшись к губам Ло Бинхэ, чтобы взять булочку, не видя в этом ничего предосудительного. В конце концов, они просто по-дружески поздоровались.       Бинхэ хотелось рассмеяться, но он вместо этого откусил кусочек и с радостью разделил трапезу. Эти ясные чёрные глаза были бы для него смертельными. Откинувшись назад, он проверил границы дозволенного Шэнь Юанем, протянув руку и прижав его к своим ногам. Они много раз сидели так дома, в уединении. Однако публика была совсем другим пространством. — Так будет проще, — солгал Бинхэ сквозь зубы.       Шэнь Юань кивнул, доел последний кусочек булочки и, схватив ещё один, снова прижал его к губам Бинхэ. Одна рука держала булочку, другая лежала на груди Бинхэ, чтобы удержать равновесие, пока Шэнь Юань изворачивался, принимая нужное положение. — Бинхэ прав, — согласился А-Юань. Ло Бинхэ рассмеялся, стиснув губы в маньтоу, а глаза его сияли от радости. Когда-нибудь А-Юань действительно влипнет в неприятности. Собственнически обняв мужа, Бинхэ наслаждался пикником, несмотря на шум транспорта, доносившийся, пока они делили еду.       Когда они доели маньтоу, Шэнь Юань остановился на двух, разделив их между собой и Бинхэ, Ло Бинхэ достал лакированную шкатулку, чайник и несколько чашек. Шэнь Юань ахнул, увидев сладости. Каждая из них была словно прекрасный цветок, искусно вылепленный. Когда Бинхэ передал ему розовый цветок сакуры, лежавший на обёртке из рисовой бумаги, цветок показался ему крошечным в его руках. В руках Шэнь Юаня он сидел идеально. — Они восхитительны, это Бинхэ их приготовил? — спросил Шэнь Юань, и его глаза засияли. — Мгм, — признался Бинхэ с ухмылкой, наблюдая, как А-Юань откусывает кусочек нерикири, сдерживая ворчание от вкуса.       Протянув руки и прижав Шэнь Юаня к своей груди, он наблюдал, как его возлюбленный наслаждается плодами его трудов.       Шэнь Юань фыркнул от давления и начал жаловаться так, что Ло Бинхэ слегка ослабил хватку. Он не позволит себе потерять это, подумал Ло Бинхэ. Счастье Шэнь Юаня было для него превыше всего, и он радовался таким простым вещам. Безопасной жизни, дому, вкусной еде и хорошей компании. Бинхэ забыл, что он радуется почти тому же.       Когда-то, когда у него не было за душой ни гроша, он знал, что это не так. Поцеловав А-Юаня в лоб, он снова рассмеялся, увидев его ошеломлённые глаза. …       Ло Бинхэ пристально смотрел на Шэнь Юаня, лежавшего в постели. — Я люблю тебя, — сказал он.       Шэнь Юань недоумённо посмотрел на него и захлопал густыми ресницами: — Я тоже тебя люблю. Ты хороший друг.       Шэнь Юань зевнул и уснул, прижавшись к Бинхэ. Видимо, платонически.       Может быть, Ло Бинхэ стоило потереться своей эрекцией о зад А-Юаня? Это было бы грубо, но теоретически эффективно. Тихо вздохнув, Бинхэ уснул. Ладно, он мог подождать, пока муж не поймёт, что нужно, и пока он может поесть тофу А-Юаня.