Звёздная Ночь

Все мы хотим любить, все мы хотим мечтать Из слов кроваво-красной брани это смело признать: Мы никогда не поймём, что такое любовь – Тайлер уточнил место? – спросила Кали, залпом допивая остатки сока в стакане. Вместо ответа Энид показала ей сообщение, где Галпин указал дом прошлого шерифа местом встречи. – Пока. Она буднично махнула друзьям рукой, проверяя наличие телефона в кармане и разворачиваясь к выходу из квадратного двора. Бьянка окликнула её, заставив остановиться и повернуться к столу. – Ты куда собралась? – поинтересовалась Барклай, глядя своими морскими глазами прямо в душу. Стар пожала плечами, склонив голову к одному из них, прежде чем ответить: – Загляну к Тайлеру и узнаю ответы на парочку вопросов, ничего криминального, обещаю, – Каллима подошла ближе к столу, чтобы оставить разговор секретным, хотя учитывая наличие здесь изгоев со сверхслухом, это практически невозможно. – Ладно, один раз, но на второй, ты правда думаешь, что он тебя не убьёт? – напряжённо прошептала Бьянка, которая знала о случившемся в охотничьем доме Галпина-старшего, но понятия не имела о том, что Хайд и его дядя оставались в Неверморе этой ночью. – А если не убьёт? Нужно давать людям шанс, – парировала Кали, настроенная добиться своего.        – Людям, но не сумасшедшим изгоям, – прошипела сирена. Стремительно раздражаясь, Кали наклонилась к Бьянке, чувствуя, как закипает внутри. Энид аккуратно схватила Стар за плечо, потянув на себя, тем самым увеличивая расстояние между подругами. Дракон медленно вдохнула, и, усмирив гнев, обернулась на обеспокоенную Синклер. – Иди, Уэнсдей нельзя оставлять одну, – сказала оборотень, положив обе ладони на плечи Каллимы, крепко сжимая. – Мы прикроем, и поможем, если понадобится. Кали благодарно кивнула, рукой быстро сжав ладонь Энид и отстранилась, уверенно направляясь к воротам. На пути возник профессор Орлофф, так некстати решив поинтересоваться самочувствием Стар. На здоровье дракон не жаловалась и потому не совсем поняла, к чему этот разговор, но ответить пришлось. – Я в порядке, спасибо, профессор, – она бросила быстрый взгляд за его спину, точнее за его «аквариум», думая, как побыстрее уйти. Орлофф, видимо, заметил её нетерпение и поднял бровь. – Куда-то торопитесь, мисс Стар? – спросил тот, своим гулким голосом, колыша воду под стеклом. Кали сглотнула слюну, пару раз моргнув, и мысленно поругала себя за такую нервозность. Она ведь даже не опоздывала. – Да нет, прогуляться хочу, – оправдание на все сто. Частично правда, просто не до конца. Её глаза сфокусировались на лице профессора, который подозрительно щурился, будто высматривая в ней обман. – Ну, иди, – моторчик слегка зажжужал и Орлофф откатился в сторону, пропуская студентку. Кивнув в благодарность, она шустро умчала через арку. Кали пробежала трусцой некоторое расстояние по лесу, прежде чем раскрыть крылья, которыми больно врезалась в рядом стоящие деревья. Зашипев от неприятных ощущений, Стар мотнула головой и осторожно взмыла в воздух, пролетая меж деревьев. Воспарив над высокими ёлками, глазами Кали нашла направление, где находились жилые дома нормисов. Стальные мышцы перекатывались под чёрными чешуйками, которые переливались под солнечными лучами словно жемчужины, и дракон полетела прямиком к дому Галпина. Насколько это возможно, она держалась ближе к верхушкам деревьев, дабы не привлекать внимания. Пришлось сделать крюк над полицейским патрулём, иначе служебные собаки учуяли бы запах. Приятная эйфория от ощущения ветра, обволакивающего всё тело, теплилась внутри, и на мгновение Стар отдалась этому чувству. Веки закрыли обзор на секунды дольше, чем нужно, а носом она вдохнула свежий аромат, чутким нюхом улавливая лишь запахи природы. Никаких примесей бензина, отходов и химикатов. Каллима любила это чувство, и любила Джерико за него. Свобода, ветер, и природа, абсолютно чистая. Отпустив момент наслаждения, Кали сконцентрировалась на своём маршруте. Ей не хотелось повторить случай, который произошёл с ней раньше, ведь влететь в колючую ель на полной скорости – не самое лучшее ощущение на свете. В поле зрения уже показалась крыша двухэтажного дома, и дракон приземлилась, решив дойти оставшуюся пару сотен метров пешком. Вес крыльев за спиной исчез, заставляя Стар потратить пару минут на то, чтобы освоиться с человеческим центром тяжести и наличием лишь четырёх конечностей. Совладав с собственным телом, и убедившись в том, что она не упадёт в лужу, Каллима зашагала в сторону дома, выглядевшего жутко. Даже с расстояния заметно, как сильно здание изуродовано и потрёпанно. Подойдя ближе, она смогла прочесть надписи, оставленные на стенах краской из баллончиков: «Зло живёт здесь» «Отец Хайда» «Остерегайтесь Хайда» Когда она вышла на поляну перед домом, стали чётко видны менее крупные слова. «Изгой-неудачник» Вряд ли Тайлеру было приятно вернуться в родной дом. Над террасой висел выцветший американский флаг, а на парковке стоял красный пикап, видимо, оставшийся от Донована, и не забранный полицией. Ступая по рыжим листьям, Кали подошла к деревянным ступенькам, в пару шагов поднимаясь на платформу перед дверью. Не сразу решив, стучать или нет, дракон потопталась на месте, стуча ботинками. Когда её кулак всё же коснулся стеклянной поверхности, сразу после первого стука дверь отворилась вовнутрь. Рука Кали невольно последовала за ней, замирая перед предплечьем Тайлера, который, скорее всего, услышал её ещё до того, как она решилась постучать. – Здравствуй, – произнесла Стар, пряча ладони в карманы куртки. Взгляд серых глаз коротко пробежался по виду, который открывался за спиной Галпина, подмечая, что состояние дома снаружи полностью соответствует тому, что находится внутри. Разве что надписей не хватает. – Привет, – сухо ответил Тайлер, пропуская Каллиму в дом. С порога в нос ударил острый запах, чётко отдающий чем-то вроде протухшего мяса. И Кали догадывалась аромат чего, или кого, не выветрился из-за заколоченных окон. – Поднимайся на второй этаж, на первом всё ещё воняет трупниной. Стар сморщилась, получив подтверждение своих догадок, и закрыла нос ладонью, покрытой тонкой перчаткой, которая не скрывала пальцы. Хайд задержался, чтобы убедиться в отсутствии слежки или хвоста, когда как Кали поспешила оказаться наверху. Оглядываясь по сторонам, она подошла к лестнице, которая вела на второй этаж, и поднялась по скрипящим ступеням. Дракон оказалась в небольшом коридоре, где находилось всего три двери, одна из которых была приоткрыта, подсказывая, куда идти. В небольшой комнате, которая, судя по оформлению, являлась заброшенной спальней Тайлера, обнаружились скучающий Айзек и Уэнсдей, как всегда непроницаемая. Атмосфера висела тягостная, как слишком сильно затянутый узел. Найт сидел на краю кровати, когда как Аддамс стояла у окна, скрестив руки. Оба одновременно повернулись к вошедшей Кали, каждый со своей реакцией. – Энид тебе рассказала? – нахмурилась Уэнсдей. – Да, и мне интересно, почему не ты, – Стар прошла вглубь комнаты, оглядывая заросший пылью интерьер. Подойдя к Айзеку она тихо произнесла: ‐ Привет. В ответ парень кивнул ей, и одними губами поприветствовал, улыбнувшись на одну сторону. Его тёмные кудри слегка дрожали, движемые холодным ветром из окна, с которого явно недавно сорвали доски, теперь лежавшие на полу. Кали быстро оторвала взгляд от чёрных вихрей, не позволяя себе на них задерживаться, и вернула внимание Уэнсдей. – Не успела, – коротко отрезала брюнетка, дёрнув бровью. На ответ Аддамс Каллима хмыкнула, размышляя, почему подруга не могла потратить пару минут перед уходом. Тем более в сообщении Тайлер говорил о них обоих. – Так торопилась к своему бариста? – фыркнула Кали, опираясь спиной о серую стену напротив Уэнсдей. В этот момент в комнату зашёл Тайлер, никак не колышимый последней фразой, которую точно слышал. Аддамс на слова Каллимы едва заметно наклонила голову, но отвечать не стала. – Зачем ты меня звал? Теперь Стар обращалась к Галпину, остановившемуся в дверном проёме. Хайд молча кивнул на дядю, всё также расслабленно сидевшего на постели. На вопросительный взгляд Айзек поднялся с кровати и объяснил: – Хотел отдать тебе это, – он подхватил с рабочего стола шахматную фигуру, слегка потёртую и явно старую. Найт протянул её Каллиме, раскрыв ладонь в перчатке. – Осталось из моего прошлого, единственная интересная находка в доме этого нормиса. Раньше эта фигура стояла у меня в комнате Невермора, похоже, Франсуаза сохранила её после моей смерти. Кали с интересом взглянула на чёрного ферзя, аккуратно забирая его в свою руку. На плоском дне резьбой выведены буквы «I.N.», подчеркивая, кому именно принадлежала эта вещь. Она повертела подарок в пальцах, осматривая все изящно вырезанные изгибы и формы. Приятная тяжесть добавляла ферзю ценности, он явно был создан качественно и с душой. – Спасибо, – улыбнулась Стар, подняв взгляд на Айзека, чья улыбка стала заметнее. Найт вернулся на постель, сев ближе к месту, где стояла Кали. Когда как Тайлер успел подойти к окну, за которым шумела листьями рыжая осень. Рядом с Хайдом зашевелилась ранее неподвижная Уэнсдей, буравя его нечитаемым взглядом. – Хватит дуться, – выдохнул Галпин, наклоняя голову, дабы быть ближе к росту готки. Их странные взаимоотношения не казались натянутыми, хотя сейчас, похоже, подростков настигло разногласие. Кали не знала, что успело произойти между ними до её прихода, и потому решила поинтересоваться у единственного, кто обращал на неё внимание. Пере-друзья, недо-влюблённые были слишком увлечены своими гляделками, чтобы даже взглянуть в сторону посторонних в комнате. – Что у них случилось? – шёпотом спросила Каллима, наклонившись к Айзеку. Тот со вздохом поднялся, и встал рядом с ней, таким же тихим тоном объяснив: – Тайлер хочет остаться ради подружки, а она – чтобы он уехал из города ради своей безопасности, – Найт склонил голову к Кали, но его взгляд был сосредоточен на племяннике и Аддамс. Дракон кивнула, задумываясь, чья сторона ей больше импонирует. Преданность своей влюблённости, если её можно так назвать, впечатляла, но Тайлер может действительно напороться на собственную смерть, оставаясь в Джерико. Многим в Неверморе известно, что Уэнсдей готова на всё ради близких – даже Хайда, который почти стал причиной её гибели несколько раз. Галпин первым не выдержал и разорвал зрительный контакт, фыркнув и отвернувшись к окну. Довольная маленькой победой, Уэнсдей посмотрела на Тайлера с лёгким ликованием в глазах и намёком на улыбку. Этот парень, пожалуй, был единственным кто мог так легко вызвать эмоции у холодной девушки, прячущейся за маской безразличия. Кали даже удивилась тому, как сильно оживала рядом с ним её подруга, которую Стар привыкла видеть абсолютно отстранённой. – Давай оставим их, может решат наконец, что такое любовь, – шепнул ей на ухо Айзек, медленно ретируясь через дверь. В след за ним проскочила Кали, абсолютно незамечанная, хотя, конечно, и Тайлер, и Уэнсдей наверняка услышали её шаги. Закрыв за собой дверь, дракон пошагала за Найтом, который спускался по лестнице. Вместе они покинули дом, выйдя на террасу. Время всё ещё утреннее, и ветерок приятно холодил открытые участки кожи, не напирая достаточно, чтобы пробраться под одежду. – Который раз, за последние двое суток, мы видимся? – Четвёртый, – немного подумав ответила Кали. Только утром разошлись, этим же утром снова стоят вместе. Странности быстро стали неотъемлимой частью жизни. Даже слишком быстро. Стар наклонилась вперёд, уперевшись предплечьями в перила и сцепив ладони в замок, и окинула взглядом нескончаемый лес. Дом Галпина навевал неприятной энергией, морально практически сдавливая своей жуткостью, но природа вокруг заметно ослабляла ощущение здешнего ужаса. Айзек хмыкнул, и тоже уперся руками в перила террасы. Точнее рукой, ведь правую он, по неизвестной для Кали причине, никогда не использовал для подобных вещей. Дракон посмотрела на ладонь, скрытую перчаткой, и подняла вопросительный взгляд на Айзека, который проследил за движением её глаз. – Это? – риторически спросил тот, подняв перед своим лицом правую руку. Ожидая ответа на свой немой вопрос, Каллима пристально наблюдала за его действиями. Найт немного вытянул руки перед собой так, что они оказались над холодной землёй, а не половицами, и одним движением стянул перчатку с правой. Вид сухой земли, пылью рассыпающейся и сталкивающейся с такой же бледной почвой, удивил Кали. Её брови сначала взметнулись вверх, после чего нахмурились, в её неутолимом разуме зародилось множество новых вопросов. Стряхнув остатки песковатого грунта, Айзек покрутил перед собой кистью, причём которая заканчивалась не культёй, как это обычно бывает при отсутствии ладони, а плоским… срезом? Да, будто одним махом отрезали. – У меня много вопросов, и я не знаю с какого начать, – Стар проморгалась, слегка взъерошив собственные волосы рукой. Она взглянула на лицо Айзека, замечая его весёлую улыбку и искорку в глазах. – У нас есть время, так что спрашивай всё, что пожелаешь, – промурчал Айзек, склоняясь чуть ближе к Кали, но быстро отстраняясь на прежнее расстояние. – Ну… Это произошло до, или после смерти? – начала с самого смелого вопроса Каллима, решив не медлить. Найт, видимо ожидавший, что она начнёт издалека, приятно удивился. – Незадолго до, – коротко и информативно. Дальше Кали задумалась, решая, что спросить следующим, бегая взглядом от лица Айзека к его руке и обратно. – Как это случилось? – определилась она, сосредотачиваясь на чужих глазах. С ответом Найт помедлил, решая, что именно сказать. Кали прищурилась, вглядываясь в очи, радужки которых, казались куда более насыщенными и яркими, чем холодная осенняя земля вокруг. – Не думаю, что готов рассказать всю правду, но и лгать тебе не хочу, – объяснил своё молчание Айзек. – Причиной потери моей драгоценной правой руки, стал один из Аддамсов. Серые глаза Каллимы распахнулись, ведь это явно не то, что она ожидала услышать. Сразу вспоминаются собственные слова во вчерашнем дне: «Как проблемы, так сразу Аддамсы». Только теперь виновником была не именитая Уэнсдей, а кто-то из старшего поколения семьи. В голове сразу выстраивается представление временных рамок, и тех, кто учился в Неверморе в одни годы с Айзеком. Круг вариантов быстро сузился, и самыми высоко вероятными стали неразлучные Гомес и Мортиша. Однако стоило учитывать, что Мортиша не была Аддамс в школьные годы. Она решила оставить это расследование на потом, возращаясь к первоначальной теме. Сейчас Кали поняла, почему Найт ни разу не использовал правую руку за всё это время, и не снял перчатку даже ночью в комнате Каллимы. Также понимая, что большей ясности в вопросе инцидента не получит, дракон вспомнила о даре, которым владел Айзек. – Да Винчи используют исключительно правую руку, то есть, твои способности… – Теперь бесполезны, – закончил вместо неё Найт. Его улыбка потеряла прежний азарт, а взгляд потух как факел в зимней пустоши. Сожаление проросло в её сердце, и она мягко сжала его плечо, ощущая острую необходимость поддержать. Айзек благодарно взглянул на Кали, надевая перчатку обратно. Левой ладонью он обхватил предплечье Каллимы, погладив большим пальцем сквозь ткань её куртки. Улыбка дракона смягчилась, и губы Найта изогнулись, отзеркаливая её эмоцию. Их подобие дружбы и сформировавшаяся привязанность будто… углубилась в этот момент, став теплее и значимее. Разделённый на двоих момент согрел обоих, укрепив их связь. Кали горела своим солнечным светом, а Айзек принимал и отражал его, как луна. Дать этому подобающее название не удавалось, да и Каллима не стала забивать голову мыслями, наслаждаясь приятной компанией. Когда уютное молчание начало становиться неловким и касание – казаться слишком долгим, Кали отступила назад. Её взгляд взметнулся к навесу над террасой. Интересно, что там у Уэнсдей и Тайлера? Айзек, поняв её мысли, предложил: – Проверим наших ворона и подбитого голубка? Каллима кивнула, и они вместе вошли в дом. Максимально, насколько это возможно с таким старым деревом, тихо поднявшись по лестнице, Айзек первый заглянул в спальню. Внутри было подозрительно бесшумно, и Стар засомневалась, было ли хорошей идеей оставлять их без присмотра. Но то, как Найт обернулся к ней с довольной ухмылкой, заставило её передумать. Она хотела спросить, что он увидел, однако вместо этого Айзек отступил от двери, молча предлагая взглянуть самой. Сквозь щель Кали не сразу заметила Тайлера, который словно пёс устроился головой на коленях Уэнсдей, наслаждаясь поглаживаниями её рук в светлых кудрях. Они вместе расположились на кровати и выглядели спокойно, так что Стар облегчённо выдохнула. Закрыв дверь, Кали обернулась и увидела поднятую Айзеком руку, в жесте «дай пять». Незадумываясь, она хлопнула своей рукой по ладони Найта. Поняв, что никакой ладони там нет, только после того, как сбила его перчатку. Они в унисон засмеялись, тут же замолчав, побоявшись спугнуть двоих за дверью. Айзек поднял с пола перчатку, и спустился по лестнице вслед за Каллимой, которая поспешила исчезнуть прежде, чем их присутствие рассекретят. Тихо хихикая она вышла из дома, на этот раз не задерживаясь на террасе и спускаясь на поляну заваленную листвой. Жёлтые и оранжевые листья засыхали, и приятно хрустели под подошвой, рассыпаясь на мелкие осколки. Вдохнув холодного воздуха, Кали перестала смеяться и взглянула на Айзека, на чьих губах цвела улыбка, а вокруг глаз образовались морщинки. Вместе они отошли от дома, бок о бок ступая по лесной тропе. Не проронив ни слова, оба наслаждались выглянувшим солнцем, одаривающим теплом. Октябрьский пейзаж засиял красками под светлыми лучами, рыжие листья на деревьях будто горели огнём, а тропа сияла золотом. Бесконечное чувство спокойствия грело изнутри, согревая снаружи, и заставляя улыбку ярчеть. Кали подняла голову к Айзеку, глазами гуляя по его профилю, который так хотелось изобразить на бумаге. Резкие черты лица, обрамлённые бледной кожей и освещаемые тёплыми лучами солнца, не это ли живое представление красоты? С поправкой на то, что не совсем живое. Кали не сразу заметила, что Айзек тоже изучает её взглядом, сверкая карими глазами. – А… – Стар раскрыла рот, как рыба, но подходящих слов не нашла и сомкнула губы, пройдясь языком по пересохшей коже. Это не осталось незамеченным, и взгляд Айзека на секунду скользнул к её губам, в следующий миг вернувшись к глазам. Тишина, быстро ставшая неловкой, продлилась ещё некоторое время, пока Кали всё же не решилась нарушить молчание: – Тебе, наверное, сложно в эт… – правда договорить она не успела, прерванная корнём дерева, который сбил её с ног. Драконья реакция позволила ей быстро осознать ситуацию, но о грации речи не шло. Поэтому падение было неизбежно, если бы не Найт, схвативший её за талию левой рукой, второй, как мог, придерживая за плечо. – Спасибо. – Пожалуйста, неуклюжий дракон, – с улыбкой произнёс Айзек, убирая с её талии ладонь, которая задержалась там чуть дольше нужного. – Я думал, ваш вид грациознее.        – Если ты считаешь, что огромные чудища с крыльями отличаются грацией – то ошибаешься, – фыркнула Кали, но улыбнулась. – Даже в человеческой форме сложно быть аккуратным. Найт кивнул, подняв руки в мирном жесте и продолжил шагать по тропинке. Они почти замкнули свой путь вокруг дома, подходя к точке где начали. Их темп был непринуждённо медленный, и, так как они отошли на приличное расстояние, такой круг занял минут пятнадцать, если верить внутренним часам. – Кстати о чудищах, – начал Айзек, разглядывая деревья вокруг. Кали вновь подняла голову, обратив свой взор к нему. – Во время моего обучения в Неверморе не было драконов, последний выпустился в тот же год, когда я поступил. И теперь мне интересно, как живёшь ты? – М… обычно, – Стар не сразу поняла, что именно хотел спросить Найт. – А, ты об этом. Кроме чешуйчатых крыльев я немногим отличаюсь от других студентов. Например те же оборотни, у нас похожий набор способностей, и они часто принимают меня за свою. Рука Кали поднялась на уровень её груди и она выпустила когти, плавно темнеющие на острых кончиках, хотя никакого лака на ногтях небыло. Айзек с неподдельным интересом посмотрел на чужие когти, вглядываясь в них и невольно обхватывая её ладонь своей, дабы рассмотреть поближе. – Красивые, – промурчал Айзек, заставив Каллиму смутиться, но руку она не отняла. Наоборот, коготком легко провела по его указательному пальцу, скрытому плотной перчаткой. – А что насчёт звериной формы? – Тут отличий больше, – Кали кивнула скорее сама себе, отводя взгляд и вспоминая информацию. Ей нравилось вести этот диалог, и искренне хотелось рассказать интересные факты. – Драконы теплокровные, и любят солнце, под луной не могут обратиться ни в человека, ни в зверя. Из особенностей, моё любимое, не у всех есть передние лапы. У каждого дракона есть задние ноги и крылья, но передние не всегда, хотя это частое явление. – У тебя есть? – Айзек отпустил её ладонь, спрятав свою руку в карман, взглядом изучая лицо Кали. Они уже прошли половину второго круга и, похоже, Стар вернётся домой побив отметку десять тысяч шагов. Каллима втянула когти, и отрицательно покачала головой. – Нет, я виверна, – веточка под тяжёлой подошвой хрустнула, и Каллима взглянула на неё так, будто раздавила чью-то жизнь. – При обращении руки сливаются с крыльями, не самый приятный процесс. Она хмыкнула и мотнула головой, отгоняя воспоминания о том, как проходит трансформация. Взгляд Каллимы скользнул по Айзеку снизу вверх, задержавшись на правом предплечье. Найт вопросительно поднял бровь, заметив направление её взора. – У меня есть идея, дай руку, – Кали раскрыла ладонь, и фыркнула, когда Айзек протянул ей левую кисть. – Правую. Они остановились у большого дуба, по которому бегала белка с орехами. Обхватив запястье Айзека, Кали осмотрела его, в голове отмечая примерный размер обхвата. Её глаза буквально горели, сверкая серебром, которое питалось нахлынувшим вдохновением и идеей, требовавшей немедленного исполнения. Подняв взгляд на недоумевающего Найта, она воодушевлённо произнесла: – Думаю, мы можем вернуть тебе руку.

☆