IPD: сборник миников

Когда отдельные вспышки эпидемии еще не расползлись по городу, приметившие характерные симптомы болезни врачи созвали консилиум. К разработке вакцины привлекли лучших специалистов Иакона, те, кто проживал в отдаленных или изолированных местах либо не мог оставить работу, поддерживали связь дистанционно. Как только непонятная чума свалила с ног десятую часть города, мэр дал указание привлечь к консилиуму инженеров. Возникла срочная необходимость предотвратить распространение болезни, в том числе, — это уже обсуждалось непублично — путем изготовления ловушек и подобных устройств, которые могли быстро и эффективно убивать не до конца умерших. Ведь, как показала аналитика напавшей на них всех беды, люди, пораженные болезнью, жизнь которых уже подошла к концу, не умирали. Они словно перевоплощались. «Зомби» — вот самое подходящее слово, известное культуре, чтобы описать это явление. С тем лишь различием, что мертвецами эти перевоплощения были не до конца. Рассудок, а с ним, может, и душа (но второе — лишь предположение) умерли, органы функционировали вне рамок любой установленной медициной нормы. Такой организм не мог существовать, тем более что смерть мозга всегда неотъемлемо сопровождала смерть тела. Но в каком-то смысле, все они продолжали существовать. — Познакомьтесь с нашими новыми специалистами в областе инженерии. — Представитель консилиума махнул рукой двум вошедшим мужчинам. — Брейнсторм, блестящий механик и химик, вы все слышали о его научной работе касательно молекулярных нанотехнологий. Вперед шагнул высокий, растрепанный мужчина в длинном рабочем халате. Он был тучно кудряв и долговяз, немного сгорблен, руки держал в карманах. — И Персептор, электрик и конструктор. Столь же талантлив, как и Брейнсторм, но в других отраслях. — Теперь вперед сделал неуверенный шаг мужчина чуть менее высокий, в очках и с небольшой небритостью. Он был в повседневной одежде, слегка мешковатой. Организатор кивком пригласил обоих занять свои места в аудитории. Свободны были два стула в крайнем левом ряду и новым работникам пришлось усесться рядом, хотя оба с небольшой неловкостью косились друг на друга. Брейнсторм — с социофобной, Персептор — с затворнической. Но вскоре оба уже внимательно слушали выступление и участвовали в последовавшем за ним обсуждении методов работы с болезнью.

***

Эпидемиолога в новом лаборанте узнали не сразу. Красивый, гладко выбритый, утонченный парень с вишневого цвета волосами совсем не был похож на того профессионала, которого все ждали какого угодно персонажа — ботаника в замызганной рубашке, коренастого крепкого дядьку, интеллигентного джентельмена или, может, красивую, но очень строгую девушку. Однако реальность всех удивила. Поставив рабочий чемодан, вошедший в помещение парень поставил руку на пояс, как бы свысока оглядывая улей и копошащихся в них пчелок. Казалось, его четко выведенные брови подкрашены, а волосы уложены так аккуратно, будто он собрался в театр, на показ мод (с собой в главной роли) или куда-нибудь в Ритц, но никак не в компанию пыхтящих, поругивающихся инженеров да врачей. Казалось, обращенные Нокаута взоры ни капельки ему не лстили, а были чем-то сами собой разумеющимся. — Кто из вас Рэтчет? — произнес он, с изяществом стягивая перчатки со своих длинных пальцев. И, наверное только сам Рэтчет, руководящий отделом, не удивился незаурядной внешности нового лаборанта, без лишних слов схватив того за руку и бесцеремонно увлекая в офис на оформление. * * * Проул присел на колени и направил руку в кучу бумажек, бесформенных кусков ткани и пластиковых упаковок от чего бы то ни было. Рука его дрогнула, и Джаз, даже не видя его выражения лица, явственно представил, как тот морщится. — ...Фу, я не хочу копаться в мусоре! — Копайся быстрее, Проулер! — Грубо отрезал Джаз. Он стоял с ружьем наизготовке. Сквозь окуляры противогаза он внимательно осматривал окрестности. Минуту-две занял у копошащегося Проула поиск нужных предметов, затем напарники направились обратно в пункт.

***

— Ума не приложу, на кой тебе батарейки, Персептор, — сказал Проул. — Не мне. Ему — кивнул в сторону растрепанного коллеги ученый. Брейнсторм склонился над раствором слишком низко, не заметив, как кончики его волос быстро подпаливаются. Персептор со вздохом отстранил его от пробирки. Тот, в свою очередь, противился, сваливая свою безалаберность на близорукость. Линзы парень забыл дома, а до конца суток автобус заказать нельзя, вот и работает как может. — Да, кстати, для чего ты просил батарейки? — У меня есть идея создания негабаритной взрывчатки из подручных материалов. — с ноткой гордости ответил Брейнсторм. — Вот оно как, — кивнул задумчиво Персептор. — Такое нам точно пригодится.

***

Красноволосый вздернул ствол винтовки, прицелился и выстрелил. Бледная голова с седыми волосами накренилась, ее хозяин развернулся и по инерции пошел в другую сторону. Сайдсвайп снова прицелился, и вторым выстрелом попал мертвяку в висок. Теперь человек зашатался и упал на землю. — Как? — с восхищением глянул на рейнджера Хаунд. — Это ж не дробь и не экспансивные пули. — Попадание в мозжечок, затем прохождение из височной доли под углом в теменную, — довольно ухмыльнулся тот. — Как только нарушается ориентация в пространстве и контроль равновесия, считай, что парень — инвалид. Хотя все еще не безвреден. Но чтобы не подпустить близко к себе, этого достаточно. — С такого расстояния попасть в конкретные доли мозга? Это действительно впечатляет, — согласился Нокаут, положивший бинокль на место. Они расположились на пригорке в почти километре от ближайшего населенного пункта. Здесь была хорошая обзорная точка, и на ней они решили устроить полевой лагерь. Нокаут, блестящий хирург, стал поневоле полевым исследователем. Часовые Хаунд и Сайдс оказывали огневую поддержку и, пока он делал пометки в трех толстых блокнотах, зорко следили за местностью.

***

Первым в их импровизированном взводе скончался Мираж. Капитан заразился от напавшего на него мутировавшего горожанина. Ретчет с сожалением признал это несчастным случаем: в ходе краткого исследования выяснилось, что полуиздохшее тело было скрыто зарослями, совсем рядом с стоящим наизготовку Миражем. Но внимание того было приковано к совсем другому месту, и потому схватившие его полуистлевшшие руки сбили с ног, а затем мертвец прицепился к предплечью и, прибизившись, глубоко укусил. Подожженое тело выбросили в кучу песка. Бамблби смастерил фигурку из кусочков одежды Миража, и вместе с отрядом они похоронили ее в поле чуть поодаль от «лаборатории».

***

Как же неуместно это случилось. Эпидемия была в самом разгаре. Если не помогут охранные рвы, которые копали волонтеры, то болезнь доберется до лаборатории. И именно сейчас, когда день и ночь они должны, обязаны работать над новой сывороткой, Брейн вдруг делится этим. Честно? Такой поворот заставил Персептора опешить. Брейн попросил его отвлечься на пять минут, там, в герметичном зале, с развешенными повсюду значками о токсичной опасности, и вывалил признание в любви. Персептор едва не выронил колбу. Но профессиональная хватка сжала в последний момент пальцы, прежде чем стекляшка успела выскользнуть. — Но… почему? — только и сказал Перси, спустя две минуты молчания. — Н-не знаю, — ответил дрожащим голосом Брейнсторм. Он уже отложил все приборы в сторону, поскольку не мог унять тряски. Еще и температура поднялась от волнения. — Это розыгрыш? Он здесь неуместен. — Перси отодвинул железяку в форме сердца (человеческого сердца, а не того общепринятого рисунка, который ставят в качестве «лайка» в соцсетях) и оперся на стол. — Нет, это пр-равда! — вскрикнул Брейн, видя, как товарищ обращается с подарком. Так как в общении Брейнсторм был ужасно плох, то попытался выразить свои эмоции через дурацкое изобретение, штуковину странной формы с отходящими из сердцевины синими и красными проводочками. При нажатии на макушку штуковина раскрывалась, представляя взору многослойную ловушку с электрической батареей, автономно питающей ее и запалом, активирующемся в случае, если микрочип почувствует вибрацию. На одной из пластин внутри было выжжено паяльником кривоватое «I LOVE YOU, PERCEPTOR». По-другому выражать свои чувства Брейн просто не умел.