Послевкусие

Естественно Макгонагалл не упускала шанса сыграть любимую игру в сводничество. Пожалуй, Минерва оставалась единственной представительницей Ордена, которую Северус не жаждал придушить, отравить или извернуться в креативности, да придумать некую смерть поинтереснее. Обычное пиршество в честь начала года должно было выудить некие воспоминания и накинуть ностальгии для, и того агонического, пребывания в этом зале миллионный раз. Но в этот раз Северус оказался между Грейнджер и Треллони за чудным столом. Ведь они втроем начинали этот год как новые преподаватели. Что за компания. Лунатичка и невыносимая всезнайка. Хмыкнув на представление Дамблдора, он уселся поудобнее. Надо же, она переживает, из-за близости ранее ли? — Вы же в курсе, что Минерва не уйдёт с должности ближайшие десятилетия, к чему этот цирк? Гермиона повела плечом, скрывая то как едва не дернулась от неожиданности. Её голос не выдал и капли нервозности, хотя он отлично чувствовал как усилился аромат парфюма, ранее едва уловимый на коже Грейнджер — пульс ускорился, она переживает. — Потому, профессор Снейп, что это не моя прихоть, а приказ Дамблдора. Едкий смешок сорвался с его губ. Наклонившись ближе к Гермионе, Северус совсем тихо произнёс: — Глупая девчонка, никак не поймёшь что тебя имеет Орден словно некое орудие. Ты ведь вряд ли знаешь, что прорицания весьма туманный предмет, твоё некое предназначение вполне вероятно может состоять в том чтобы мелькнуть в кадре, не более. Наслаждайся своей важностью и дальше. С нескрываемым наслаждением Северус наблюдал за тем, как её бледную кожу покрыли красные пятна — злость или унижение, не важно на самом-то деле. Он откинулся на спинку стула, даже не скрывая хитрой ухмылки. Минерва, естественно обратила внимание на свою подопечную, но трактовала реакцию новых преподавателей друг на друга совершенно неправильно. Довольно заулыбавшись, она конечно же начала плести сплетни с Дамблдором. Отлично. Чем больше они убеждены в своей правоте, тем больнее будет Грейнджер падать. Вопреки молчанию, которое она хранила весь пир, стоило им подняться из-за стола, как Гермиона коснулась его руки своей. Всего на мгновение они встретились взглядом, прежде чем девчонка быстро убежала, затерявшись среди толпы старшекурсников. Северус взглянул на листочек бумаги, оставленый в его руке. Взглянув на содержимое записки, он на миг замер, чтобы воспылать яростью ещё больше. "Даже если так, мы тут всё ещё вдвоём, Снейп. Пора работать, у нас времени всего ничего." — Грейнджер, — прошипел он, пытаясь найти её в толпе, весьма безуспешно, — ну погоди девочка...

***

Первый же урок следующим утром вдруг стал для него проклятьем. Почему-то Северус не обратил внимания на слова Дамблдора, когда тот говорил о датах. Джеймс и Сириус оказались семикурсниками, как и Лили. Вот только в этот раз он, Северус, в этом классе в качестве учителя, а не неудачника. На мгновение это обстоятельство опьянило его властью и контролем над ситуацией. Он знал о них всё — они о нем ничего. Северус даже подумал грешным делом о том что мог бы сблизится с Лили и разбить эту Поттеровскую идиллию, предотвращая рождение очкастого недоразумения. Вот только ему это больше не интересно. Гораздо более Северуса интриговала возможность утопить в унижении ту, которая посмела бросить ему вызов, ту, которую ему навязал чёртов Орден. Стоило лишь подумать, как с громким стуком в кабинет зельеварения ввалилась профессор Грейнджер, застыв на месте, завидев копию своего любимого Поттера в его отце. Сириус даже присвистнул, толкая друга локтем. — Видимо, профессор Грейнджер, вы не в курсе где класс Трансфигурации. — Я в курсе, — буркнула она в ответ, быстро расправила плечи и уже увереннее заявила, — можно вас на слово, профессор Снейп? — Боюсь, профессор Грейнджер, что нельзя. Видите ли, вы вошли как раз в разгар лекции и, судя по всему, отвлекаете моих студентов. Грейнджер явно не ожидала такого поворота, хотя быстро нашлась с ответом: — Я не стану отнимать много времени, профессор, у меня возникла проблема и мне нужна ваша помощь. — Мадам Помфри орудует на четвёртом этаже, если вы не умираете и не истекаете кровью, то мои приёмные часы с четырёх до шести. Всего наилучшего, профессор Грейнджер. Её щёк вновь коснулась краска. Потешив своё самолюбие, Северус повернулся к классу, решив добить и без того краснеющую Грейнджер: — Похоже кое-кто принял дружелюбие за симпатию, боюсь придётся вас огорчить... Поттер с Блэком загоготали на задней парте, пока Лили с интересом наблюдала за уже безмолвной ссорой преподавателей. Гермиона громко хлопнула дверью, прорычав себе под нос ругательство, пока Северус ядовито ухмылялся, делая вид, что проглядывает список студентов. Он его и без того знал на память. А вот гнев Грейнджер подпитывал его жажду мести. Лишь когда лекция закончилась и весь класс быстро вылился в коридор, Северус заметил что Лили осталась дабы подойти к нему после. Прикидываясь неуверенной девочкой, она заправила волосы за ухо, тихо спрашивая: — Профессор, сэр, простите мне мой интерес, но мне показалось что у вас с профессором Грейнджер какая-то личная история? Ну как же горячая сплетня без Лили Эванс? Окинув взглядом короткую юбку некогда предмета собственного обожания, он наклонил голову набок, изучая её реакцию на свои слова: — Некоторые люди не выносят из жизненных уроков ничего. Я к ним не отношусь. — Неужели это что-то столь непростительное?— прошептала Лили, наклонившись к нему ещё ближе. — Я некогда был любителем непростительных вещей, не советую рассматривать подобную перспективу, мисс Эванс. Прикусив краешек нижней губы, она в смущении отвела взгляд. Точно так же, как делала с Поттером когда-то. Надо же, какая ирония. Он слышал знакомые шаги и не смог не использовать ситуацию в своих целях. Мягко коснувшись пальцами её подбородка, Северус заставил студентку взглянуть себе в глаза. Он удивленно отметил как Лили облизнула губы, разглядывая его собственные. — Мисс Эванс, вы должны понять одну важную вещь — подобные желания совершенно отвратительны. Я ваш учитель, не фантазируйте больше так громко. — Что тут происходит? — громко охнула Грейнджер. Едва сдерживая слезы, Лили вылетела из класса, случайно зацепив Гермиону сумкой. — Что... Снейп! — уверенно пересекая комнату, Гермиона уже начала тараторить, — Я знаю, что у тебя сейчас окно! Что это только что было? Ты решил отомстить, не так ли? Чтобы Гарри вовсе не родился? Ты просто жалкий! Нельзя было тебе верить! — Заткнитесь, профессор Грейнджер, будьте добры. От возмущения она набрала воздуха в лёгкие, готовая защищать себя, но он сам перешёл в наступление, подходя ближе к ней, медленно проговаривая: — Верно, мисс невыносимая всезнайка, ты привыкла, что вокруг все готовы броситься защищать тебя. Но я не один из твоих предыдущих опытов. Со мной не получится дружить. Он остановился, нависая над ней грозовой тучей. Единственное что она нашла в свою защиту вылетело наружу тихим писком: — Мы не переходили на "ты". — Верно, — едко подметил Северус, смакуя её страх, — это сделала ты. Он наклонился так близко, что губы касались её уха. Грейнджер едва дышала, пытаясь скрыть дрожь. — Да горит оно всё синим пламенем, Грейнджер. Если это мой последний шанс, я не собираюсь его тратить на спасение мира. — Но сэр... — Отстань от меня со своими планами. Вы ошиблись. Отшатнувшись, он не ожидал, что девчонка вцепится в его мантию мёртвой хваткой. Взгляд более не был напуганным, ярость взросла в янтарях напротив оживляя в Северусе присущий ему авантюризм. — Ну уж нет! Я не за этим погибала столько раз! — Не по адрессу жалоба, — с насмешкой фыркнул Снейп, пытаясь отцепить её от себя. — Разве ты ещё не понял? Для нас не будет места в загробной жизни, если некому будет провести ритуал прощания. Всемирный баланс душ будет нарушен. Светлая сторона ищезнет. Мир поглотит тьма! — Чем вас Дамблдор накачал? Это от его лимонных долек так вставляет? Она сама отпустила его мантию в попытке дать Снейпу пощечину. Вот только он поймал её, почти что играючи. Притянул к себе вплотную, чтобы Грейнджер не смогла ничего предпринять, самодовольно отвечая: — Неужто ты думала, что после всего что мне пришлось пережить я действительно стану жертвовать собой? Ради чего? Очнись, Грейнджер, здесь и сейчас всё нормально. Всё обычно и скучно. Хочешь искать крестражи, искать неприятностей на свою задницу — да пожалуйста! Только оставь меня в покое! — Что случилось с тем Северусом Снейпом которого я знала? — с ненавистью выплюнула Гермиона. Они замерли, практически в объятиях друг друга, пронзая оппонента ненавистным взглядом. Почти до комичности схожи были даже паттерны их мыслей. — Вероятно, корень твоего разочарования в невнимательности. Я никогда не подписывался на роль Избранного, они, если ты не заметила, живучестью не отличаются! — Да кто сказал что мы умрём?! — Статистика! Даже в магической школе надо уметь считать, Грейнджер! — Это были не те люди! — С чего вы все взяли, что я Избранный?! Что за вздор?! — Да потому что ты последний! Не осталось никого больше! Я побывала во всех возможных сценариях. И ты там играл не всегда за нас. Это мне страшно погибнуть от ножа в спину! Северус замолк, смотря на красную от злости Грейнджер. Она тяжело дышала, пытаясь освободится от его хвати. Но он лишь сжал руки крепче, привлекая её внимание к себе. Мгновение спустя они одновременно выпалили: — Давай заключим сделку! Вопреки терзающим его сомнениям, Снейп отпустил её, сразу хватаясь за палочку. Его губы искривила ухмылка, стоило заметить схожее движение у Грейнджер. Они заняли два кресла у его рабочего стола, прямо напротив друг друга, молча ожидая пока кто-то заговорит первым. Чего и следовало ожидать, Гермиона не вытерпела тишины, предлагая: — Ты... вы... вы поможете мне с нашей миссией, взамен можете просить что вам угодно. Умостившись поудобнее в своём кресле, Северус опустил взгляд на свои скрещенные на груди руки. — Грейнджер, ты пытаешься заключить сделку или кого-то в чем-то убедить? Его взгляд, совершенно безэмоциональный, явно заставил Грейнджер нервничать. Заерзав на кресле напротив, она одернула складку мантии, пытаясь скрыть неуверенность. Кивнув своим мыслям, он начал говорить: — Ты желаешь пожертвовать свою жизнь Ордену, я могу с этим помочь, но только если ты мне поможешь сначала с одним неразрешённым делом. — Всего одним? — оживленно переспросила Гермиона, с надеждой смотря на своего коллегу. — Да, Грейнджер, видишь ли, за все жизни, что я, благодаря вам в том числе, прожил, у меня была довольно таки насыщенная жизнь. Однако я так и не разрешил последнее, чего душа моя желала. И мне хотелось бы это испытать, раз уж я тут в любом случае в последний раз. — Конечно! Я согласна! Он хитро улыбнулся, елейно спрашивая: — Вас на Гриффиндоре учат принимать необдуманные решения или это личная жажда блеснуть скоростью? Смущение на её лице было так отчетливо видно, как и нетерпение к исполнению её "важного" задания по спасению мира. Комплекс героини, видимо, глубоко засел в её голове. — Уверена, что сможешь помочь мне? Если мы заключим сделку, дороги назад не будет. — Что это за желание такое? Полетать на воздушном шаре? Попробовать китайскую кухню? Выбраться на Эверест? Скепсис скользил в её голосе где-то на ровне с нервозностью. Тихий мужской смех отбился от каменных стен подземелья насмешкой, окружив Гермиону тёмной догадкой. Красные пятна на бледной коже вновь выдавали её с головой. — Вы никогда не?... — Нет, Грейнджер, это я конечно же делал. За кого ты меня принимаешь? Но весьма комично, что ты о себе столь высокого мнения. Злость мелькнула на лице Гермионы, мастерски спрятана за смущением. Опустив взгляд, она с нескрываемым интересом спросила: — Так что это? — Настоящая любовь. Её взгляд выражал ужас. Наконец-то дошло. — Мы столько о ней говорим, умираем за эту любовь. А меня она обделила, видишь ли. — Но как же ваше с Лили?... — Либо ты столь наивна, либо не понимаешь сути вопроса. Я желаю взаимных чувств, а не безответной поеботины. — Но, сэр, это не так просто. Вы же не ожидаете, что я найду первую встречную волшебницу для вас и это сразу же будет ответная вечная любовь? Моя часть сделки невозможна для выполнения. — Почему же? Отнюдь. К примеру, Лили Эванс этим утром была более чем увлечена моей персоной. Гермиона вспыхнула праведным гневом: — Увлечение учителем и взаимная любовь это категорически разные вещи, не находите? Тем более вам, как и мне, отлично известно что Лили и Джеймс предназначены друг для друга. — Ты же сказала, что я Избранный, так зачем нам рождение Гарри? — явно наслаждался всем происходящим Северус. — Что значит зачем? Ему суждено побороть Волдеморта! — Тогда в чем состоит смысл нашего пребывания здесь ещё до зачатия вашего сиятельного мальчика? — Я не понимаю... — В чем смысл нашей миссии, Грейнджер? Гермиона замерла на миг, переваривая всю их беседу, с самого её начала. Неверящий взгляд янтарных глаз и искреннее удивление согнало с кожи Грейнджер всю краску. Слёзы хлынули с глаз, а голос дрогнул: — Ты и не собирался заключать сделку, просто заговорил мне зубы. Ради своего развлечения, правильно ведь? Ты монстр, Снейп... ты чертов монстр! Медленно хлопая в ладони, Северус довольно улыбался. — Браво, Грейнджер, а ты ничего, смогла раскусить меня довольно быстро. Даже не успела заключить сделку. Действительно блестящую ведьму мне послали в помощь. Поднявшись с кресла, она наградила его полным презрения взглядом. — Мы должны были объединить силы в самые страшные времена. Я не горела желанием даже разговаривать с тобой, не то что обречь себя на десятилетия скитаний в совершенном одиночестве. Но я знала зачем жертвую своей жизнью. Видимо некто всё ещё живёт фантазией о Лили Эванс. Как предсказуемо. И убого. Развернувшись, она быстро пересекла комнату, но когда взялась за дверную ручку услышала насмешливое: — Не стоит мне льстить, девочка, желание вести с тобой беседы у меня где-то между сбором гноя бубонтюбера и посещением собрания Пожирателей. Оставь свою жертовность Дамблдору, я вижу твое тщеславие за милю, ты жаждешь быть героиней, а не жертвой. Так что прекрати лгать себе, прежде чем говорить со мной о высоких материях и защите мира сего. Северус поднялся со своего места и тихо добавил: — Если за все эти жизни ты так и не поняла что у меня за "проблема" с жертвами, то у меня множество вопросов к подбору "гениальных" волшебников в ряды Ордена Феникса. Мне казалось, Дамблдор коллекционер не хуже Слизнорта. — Дамблдор выбрал и тебя тоже... — Не разводи мне тут сырость. Закроешь за собой дверь. Мне надо готовится к первому курсу. — Расскажешь им как сварить славу и закупорить смерть? — едва слышно прошептала Гермиона, давясь слезами. Северус оглянулся на неё, зная наверняка о чём сейчас думает Грейнджер. — Именно, мисс Грейнджер, — бросил Снейп, скрываясь за дверью личного кабинета.