Идеальный мотив

Вообще, наверное, обе эти части должны были быть в одной главе. Ну да ладно _______________________________________________________________________________________________________________ Сан-Франциско, 10:14 утра, 02 Июля. Яркие лучи солнца окутывали улицы ветренного Сан-Франциско, даря жителям энергию и необходимый запас витамина D перед очередной зыбкой осенью. Город жил под натиском вечно струящегося потока людей вне зависимости от времени суток. Из магазинчиков, стоящих вплотную друг к другу, доносились звуки музыки и разговоров - иногда прерываемые короткими смешками или криками. Каждый из них хранил историю и делился с посетителями частичкой тепла и интереса, которую те с удовольствием перенимали. Этот город дышал бесчисленными переменными в виде новых лиц, историй и событий. Но в фундаменте этой жизни оставалась вечная постоянная - аномальное количество людей перемещающихся по улицам как кровь по венам, в быстром, нервном темпе - будто в лабиринте без выхода. Все куда-то стремились, иногда безидейно, иногда с какой-то целью ведомой только им. В дневное время Сан-Франциско напоминал муравейник - все спешили, но никто не знал куда. Дом, кофейня, работа, короткие разговоры по погоде - одинаковый паттерн для тысячи лиц, всеми любимый ритуал под названием “жизнь”. Если осознанно остановиться по среди улицы посмотрев на лица прохожих - можно ощутить себя в 1850-х годах, в дни, когда город переполняли “золотоискатели” в надежде на лучшее будущее. Естественно, жизнь не прекращалась и в ночное время. Наоборот, чаша событий, веселья и эмоций наполнялась интенсивнее и в конечном итоге ломала неустойчивый дневной баланс. Разница была только в том, что ко всему прочему добавлялись насилие и разврат, красиво переливавшиеся в неоновых вывесках ночного города. Но даже в таком хаосе существовало место, где порядок и ощущение безопасности пытались удержать за горло. Здание полицейского участка Сан-Франциско стояло на одной из главных улиц города, и снаружи казалось, что в нём царит покой. Казалось. В действительности, атмосфера внутри здания явно отличалась от внешней ауры. Здесь было шумно, даже слишком. Офицеры быстрыми шагами перемещались от приёмной к кабинетам, уведомляя своих коллег об очередном нарушителе или месте преступления. Светлые коридоры участка гудели от шелеста бумаг, писанины в блокнотах и криков виновных о своей невиновности. В воздухе стоял тяжелый запах сигарет и кофе, в перемешку с потом и чувством недосыпа исходящим от офицеров с ночного дежурства. Из-за дверей кабинета отдела по уголовным расследованиям, расположенного на четвёртом этаже, доносились слова песни “Girls Just Want To Have Fun” в исполнении Cyndi Lauper и весь этаж был окутан в атмосферу 80-х. В направлении двери, уверенными шагами, направлялась девушка с чуть припухшими, блестящими губами застывшими в широкой улыбке. Её короткие, до плеч, волнистые светлые волосы с разноцветными розовыми и небесно-голубыми прядями по бокам развивались в такт с музыкой. Большие, голубые глаза осматривали сотрудников, встречающихся на пути, с любопытством отмечая, как многие невольно провожают её взглядом. Особенно мужская часть участка. Обычный прохожий, завидев блондинку, никогда бы не признал в ней детектива. На ней были брюки пастельно-розового оттенка и зелёный свитер с силуэтами котов. Ноги украшали белые кеды с цветными шнурками, а в руках термокружка неонового цвета, облепленная стикерами со всех сторон. Маленькие серьги ввиде сердечек мягко переливались под лучами солнца, пробивающегося в широкие панорамные окна участка. На одном плече висел небольшой кожанный рюкзак светлого оттенка, с мягким брелком в виде солнца с ножками, прикреплённым к змейке. Завершающим штрихом в образе были милые браслеты на запястьях, органично сочетавшиеся с ярким маникюром блондинки. Вся суть девушки, её аура и сладковатый, вызывающий аромат смеси клубники и сливочной сахарной ваты, с нотками ванили, мускуса и карамели, оставляли приятный шлейф и дарили окружающим свет и тепло. Энид, а именно так звали эту эффектную особу, распахнула дверь так, будто врываясь не в рабочий кабинет “серьезного отдела полиции”, а на какую-то сьемочную площадку фильма. — Кто-то вызывал подкрепление? — с нотками вызова произнесла она, громко, отчего несколько сотрудников в коридоре закатили глаза. Внутри кабинета царил хаос, свойственный только этому отделу. По левую сторону от входа, на диванчинке, вальяжно растянулась вампирша азиатской внешности, с длинными чёрными прямыми волосами, закинув ноги на быльце. В одной руке жёлтая кружка с логотипом Бэтмена, в другой - журнал, вряд ли относящийся к работе. Делая очередной, медленный глоток темноватой жидкости, напоминавшую кровь, и повернув голову в сторону нарушителя шума, девушка инстинктивно ухмыльнулась. Весь её вид говорил о том, что работа, в данный момент, её не особо волновала. Она сделала музыку тише, перемещаясь в положение сидя и облокачиваясь на спинку дивана. Поправив машинально привычным движением маленькие круглые чёрные очки, являвшиейся визитной карточкой детектива Йоко Танака, девушка закинула руки за голову, потягиваясь. — А что, наш офис похож на сцену преступления? — лениво протянула Йоко, обращаясь к напарнице в дверях, показывая клыки в растянувшейся ухмылке. — Всё возможно, правда убийца, вероятнее всего, был пиньяттой. Иначе объяснить это количество разноцветных стикеров на всех поверхностях кабинета будет сложно. — вклинилась в разговор шатенка, сидящая за столом в левом углу помещения. Она так же расслабленно опиралась на спинку офисного кресла, устремляя свой взгляд в сторону собеседников. На её лице лёгкая улыбка, а её янтарно-медовые глаза немного сощурены, будто смотрели на мягкое солнце перед собой. На столе несколько дел и отчётов подписанных Йоко и Энид. Видимо, девушка, как обычно, решила убедиться что никаких глупых опечаток или ошибок её напарницы не сделали. — Ты как всегда права, рыбка моя! Тогда дело закрыто и мир, в очередной раз, был спасён двумя великими детективами Йоко Танака и Энид Синклер, а так же их незаменимым судмедэкспертом Дивиной Ватсон. — С этими словами Йоко бытрым движением встаёт, паралельно роняя телефон, спокойно лежавший на коленках. Делает шаг в вперёд, разворачиваясь боком. Кладёт одну руку на бедро, а втору - направляет “пистолетом” к небу. Энид смеётся. — Я вижу, день сегодня будет продуктивным на сарказм. — фыркнула она, закрывая наконец за собой дверь. — Где Ксавье? — Ещё не появлялся. Может, он как и ты, решил сегодня опоздать на работу? Мы вот с Див уже столько всего переделали, что я аж устала смотреть, как она работает. — послышался звук фэйспалма, который шатенка демонстративно и красиво изобразила. Следом, пошёл звук пролетающего рюкзака, кинутого прямиком в вампиршу. Энид закатила глаза, сделав глубокий вдох. Да, дышать полноценной грудью она могла только здесь, в стенах своего кабинета и в присутствии её друзей-коллег, которых она считала семьей. Вот уже три года она работает детективом в отделе по уголовным расследованиям. Вот уже три года она старается оттягивать момент возвращения в свою пустую квартиру, доставшуюся в подарок-задабривание от родителей, со словами, а точнее приказами на будущее. Мол, теперь Энид будет жить тут, потому что мы так хотим. Найдёт, наконец-то, достойного оборотня, заведёт семью, потомство, и умрёт в этой же квартире, воспитав, наверное, пять детей. И всё, опять же, потому что она — Эстер — так хочет. Казалось бы, можно было продать квартиру или, в крайнем случае, снимать другую. Но оба варианта отпадали, ведь первый случай только усугубил бы отношения с матерью, которые висят только на волоске последней нервной клетки блондинки и остаточной любовью к братьям и отцу. А вот второй вариант просто был не по карману юной девушки. Работа хоть и была хорошо оплачеваемой, на жизнь хватало. Но содержать две квартиры -было уже черезчур. Она подошла к своему столу, ставя термокружку возле ноутбука. Этот офис был для неё домом, защищённым пространством, которое повидало и лучшие, и худшие этапы жизни не только блондинки, но и её коллег. Слёзы, смех, радость и грусть. Алкогольное опьянение, вспышки гнева, раздражение, покой. Всё эти эмоции, прожитые командой, будто впитались в стены и мебель кабинета. Здесь царил хаос, где соседствовали несопоставимые вещи - дела и шутки, кровь и кофе, отчёты и песни. Бесконечные убийства, допросы, скорбь - вперемешку с разговорами о любви, короткими перерывами, сплетнями и смехом. В этом хаосе рождалось нечто большее - привычка быть рядом. Настоящие связи, которых девушка прежде не знала. Она посмотрела на небольшое фото, стоявшее в углу рабочего стола. Это уже вошло в привычку - почти риутал перед началом работы. На снимке - четыре фигуры. Три девушки и парень сидящие прямо на обочине дороги. Все в крови, с порезами и ссадинами. Грязная, местами порванная одежда. Уставшие, вымотанные лица. И при этом - те самые настоящие улыбки. Да, она помнила тот день. Их первое громкое дело. Фотография стала для них напоминанием, какой ценой достаётся победа. И какой смысл имеет слово “мы” в этой профессии. Тогда всё могло закончится иначе, кто-то из них мог не вернуться домой. Каждый раз глядя на этот снимок, Энид вспоминала не кровь и страх, а то что происходило после; то как Див перевязывала руку Йоко, аккуратно, стараясь не причинять боль возлюбленной; как Ксавье, несмотря на дрожь и явную боль в плече, стоически закрывал их спиной и отвечал на всевозможные вопросы со стороны Бьянки, давая девушкам прийти в себя; а Энид тихо пересказывала недавние проколы Йоко, сквозь слёзы и боль от глубокого пореза на бедре - просто что бы хоть как-то разрядить обстановку. Именно тогда они поняли, что именно этот отдел, эти люди и этот хаос - не очередной набор переменных Сан-Франциско. Это семья, которая закрепилась в этих стенах на долгие годы.

***

За окном раздавался шум оживлённого города. Солнце стояло высоко в зените, что означало время обеда. Офисные работники покидали свои каменные джунгли и медленно растекались по ближайшим кафе, где администраторы подгоняли персонал, готовясь к наплыву голодных посетителей. Дверь знакомого кабинета открылась, впуская внутрь запах пота и сигарет, а так же мимолетный шлейф краски и чернил. Дивина стояла, наклонившись над столом своей девушки, высматривая что-то в экране ноутбука. Одна ладонь упиралась в край глянцевой оранжевой поверхности. Нестандартный цвет для полицейского участка, да? Естественно такую яркость и свободу мог позволить только один отдел. Во-первых, потому что именно эта компашка расследовала самые мрачные и жестокие дела, которые в последствии стабильно и успешно закрывала. А во-вторых, потому что капитан Бьянка Барклай явно питала слабость к четвёрке. Всё таки их связывали дружеские отношения ещё со времён академии. И под честное слово Энид и Ксавье о том, что интерьер офиса будет в пределах допустимого для работы, она дала добро на небольшой косметический ремонт. В итоге под сильными руками Энид и Див, а так же от умелых навыков в искусстве Ксавье, офис преобразился в свою лучшую версию буквально за пять дней. Удачная реализация всего проекта лежала так же и на широких плечах молодой уже как пару сотен лет вампирши, выкрикивающей лозунги про победу и труд, подбадривая основную рабочую силу. Опуская некоторые моменты, и двухчасовую тираду со стороны Барклай о том, что это, мать его, полицейский участок, а не детский клуб “Умелые ручки”, остаётся лишь принять тот факт, что капитан больше не верила в честные слова этой четверки. Теперь же перед каждым новым посетителем данного кабинета представала уникальная картина маслом. Входная дверь вела в просторную комнату с тремя панорамными окнами напротив, откуда открывался вид на главный символ города, мост Золотые Ворота. Вдоль окон тянулись три стола - рабочие места девушек. Слева, тандем “клыки-плавники” - стол Дивины стоял боком к выходу, а рядом стол брюнетки, сидящей спиной к окну. Этакая перевёрнутая буква Г. Энид расположилась по правую сторону, паралельно вампирше. Стол Ксавье стоял в правом углу, ближе к выходу, откуда он мог благополучно наблюдать за всем и, при необходимости, быстро ретироваться в моменты гнева начальства. У самой двери, но по левую сторону, находилась зона отдыха - диван и два кресла цвета горчицы. Между ними - низкий деревянный столик, купленный Йоко на распродаже за двадцать долларов (и, судя по виду, стоящий явно больше). На диване - одна плюшевая подушка в виде авокадо, ставшая негласным питомцем отдела. Всё это стояло на мягком ворсистом ковре. У оборотня данный предмет интерьера иногда вызвал противоречивые ощущения и необъяснимую тягу поваляться на нём, особенно в полнолуние. От таких мыслей девушка, зачастую, вылетала из кабинета с чуть покрасневшими кончиками ушей. Белая доска с расследованиями стояла по центру комнаты, ближе к зоне отдыха. На ней, как всегда, красовался упорядоченный хаос из снимков, схем, улик и цветных стикеров. Вся поверхность была покрыта слоями мыслей и догадок, стрелок и маленьких каррикатур животных, которые то и дело появлялись на доске, когда маркер брала Синклер. Пожалуй, это был единственный атрибут комнаты, указывающий на профессионализм данного отдела. По правой стене, между столами Энид и Ксавье, стоял комод с принтером - единственная поверхность без бардака. Всё остальное пространство жило своей разноцветной жизнью: бумаги, папки, кружки, заколки, ручки и горшки с растениями, которые редко удавалось поливать вовремя. В течение всего солнечного дня оранжевые столешницы отражали свет, добавляя в комнату тепла. А голубые и бирюзовые вставки мебели смягчали яркость. Потолок и стены были выкрашены в оттенок слоновой кости, что визуально делало офис ещё больше и светлее. Глухой звук удара сумки об пол вернул Дивину в реальность. Она подняла голову, фокусируя взгляд на напарнике, стоявшем возле своего стола. Ксавье Торп, поведенческий аналитик и художник-криминалист, смотрел на неё серьезными, с небольшой тревогой, серо-зелёными глазами. На столе уже красовались пара листов рисунков и тоненькая папка, означающая новое дело. Его слегка трясло, хотя сам он не понимал, почему. На белой свободной футболке красовались новые пятна красок, а на пальцах виднелись остатки грифеля. — Ксавье? Что-то случилось? Ты обычно не опаздываешь на … — Дивина глянула на часы в углу экрана ноутбука — 14:15. — на столько? — Всё хорошо, не волнуйся. Где часть банды? — Они ушли за обедом и кофе, мы думали ты уже не придёшь. Ты голоден? Думаю, я ещё успею добавить в заказ лишнюю порцию. — шатенка мягко улыбнулась, беря телефон в руки и открывая рабочий чат. — Не стоит, недавно завтракал. У нас новое дело. Я встретил Бьянку на пути в офис и она впихнула мне эту папку с таким раздражением, будто я виновен во всех грехах этого мира. — шатен упёрся в стол, заводя ладони в карманы. Его отношения с Бьянкой хоть и были натянуты, но не переходили грань, поэтому сегодняшний инцидент явно подбешивал парня. Дивина же ухмыльнулась, а затем достала купюру из кармана брюк и положила на стол Энид. — И как она предугадывает, когда поступит новое дело, м, Ксав? Может, помимо оборотня внутри, у нее еще есть и дар медиума? Не ощущаешь ничего такого? — Не думаю. Я больше склоняюсь к тому, что это хвалёная чуйка оборотня. — фыркнул парень. — Так или иначе, у меня двоякие ощущения насчет этого дела, Див. Всю ночь мне снились кошмары. Я видел ворона, окутанного тьмой. И каждый кошмар заканчивался его смертью — всегда одинаково, до последней детали. — Звучит как явная причина твоего опоздания. Когда последний раз тебе снились кошмары, Ксавье? Если не ошибаюсь ты взял это под контроль ещё в академии. — Четыре года назад, да. Я настолько вымотался за ночь, что под утро отрубился мёртвым сном и проспал все возможные будильники. — парень машинально потянул шеей, в попытке размять ту и визуально доказать, что он говорил правду. Дивина быстро подошла к столу друга, подняла папку и открыла её, вчитываясь в данные на бумаге. Труп мужчины найден в мусорном баке, нагой, со следами удушения и связывания. Отсутствует щиколотка, рваные края раны указывают на тупой ребристый предмет, предположительно пила. В глазах - помутнение роговицы, эффект паралича страха. Предполагаемый убийца относится к горгонам. Что? Брови судмедэксперта сошлись у переносицы, выдавая неудоумение на лице. Это что-то новенькое. Большинство дел, попадавших в руки этого отдела не касались ауткастов. Исключения, конечно, были, но тогда они были жертвами и только. Да и в целом, в их штате убийства связанные с ауткастами были редкостью, в основном, их “соратники” жили мирно и тихо, смешиваясь с нормисами. Предполагаемый убийца горгон - это уже исключение из правил, единичный случай рушивший рутину. — М-да. Это странно. Думаю, этот день будет отмечен красным в календарях наших детективов. Ты думаешь, твои кошмары как-то связаны с этим делом? — девушка закрыла папку и мягко опустила её на стол, задерживая взгляд на рисунках, лежащих рядом. — Когда я дотронулся до папки, то ощутил ту же ауру, что я видел у ворона. Так что да, я уверен, что всё это связано. — Парень выпрямился, поднимая сумку со стола. Напоследок оглянув комнату и задержав взгляд на помятой купюре на столе, он направился на выход. — Нас ждут на месте преступления, для повторного осмотра местности, а потом и экспертизы трупа. Так что обедать, мы, видимо, будем уже в машине. Передай информацию Йоко и Эни, я буду ждать на парковке. — Парень захлопнул дверь, оставляя в воздухе кабинета энергию напряжения и загадки, а также липкого, кислого чувства страха, что будто впитывалось в кожу.