Лестница на второй этаж.

Веста Миллс была из тех, кто долго и тихо терпит. Именно поэтому последние две недели она особо не выражала недовольство. Затяжной визит свекрови затянулся, а вот трудовые будни пролетали как один день, она вела свою маленькую войну с капитаном Акерманом, который в лучшем слуае молча сносил её присутствие, в худшем случае закатывал глаза и ворчал, обещая огреть тростью, если она слишком многое будет себе позволять. Впрочем, визиты к нему были сложными, скорее, морально, чем физически. То, что ее помощь в наведении порядка не потребуется, Веста поняла уже давно. Так что, в принципе, её польза сводилась к приготовлению пищи, когда была такая необходимость. Эльза Миллс была из тех, кто слов на ветер не бросает. Именно поэтому последние две недели она была особо активна - подняла старые связи, встретилась с давними знакомыми, переговорила с нужными людьми. Политика - не женское дело. Но попросить за драгоценного единственного ребенка - задача истинной женщины, по её мнению. Так же, по ее мнению, предназначение женщины заключается в том, чтобы дать жизнь маленьким наследникам. Вряд ли её можно винить за это. Дело в том, что Эдвин единственный сын вовсе не потому, что он единственный ребенок в семье. Он - единственный выживший ребенок. Старший сын женщины и младший ребенок, совсем юная девушка, не успевшая выйти замуж, не пережили печально известных событий. Эдвард, старший сын, был вместе с отцом на выступлении Вилли Тайбера. Эдварду не повезло. А отец семйства Миллс прожил до наступления коллосальных титанов. Но тема погибших родственников сейчас особо не поднимается. Если смерть супруга Эльза как-то приняла, то смерть детей пробуждала в ней какую-то инстинктивную, животную тоску. Именно понимание такого одиночества помогает Весте мириться с присутствием свекрови, которая невестку не особо любит. Всё-таки кроме Эдвина у этой женщины ни у кого по-настоящему не осталось. Но всё это - обычные люди, жизни которых вряд ли имеют огромное влияние на чужие судьбы. В Либеро есть и те, которые разделяют и властвуют. Принимают решения на уровне страны, думают о том, как распределить силы на мировой арене. Те, кто выступает за хрупкий мир и те, кто хочет вернуть всё на круги своя. Старые и молодые, умные и глупые, те, кто стремится к прежнему укладу и те, кто стремится к более светлому будущему - это относится как к обычным людям, так и к политикам. -А того выскочку из департамента земельных отношений помните? Такой высокий парень, блондин. Я когда впервые его увидел, подумал, что таким, как он, место исключительно в бухгалтерии. Таким мягкотелым и тихим казался, - протянул господин Маршалл, расслабленно откидываясь в глубоком кресле. - Как он вообще попал в нормальное отделение? Просторная гостиная с мягкой мебелью была освещена только пылающим камином. Удивительное дело - вроде бы, середина лета, а вечера прохладные, как осенью. Именно поэтому в поместье Мастерсов было тихо и по-осеннему уютно. -Прекрати, Кен, - Дэн Мастерс, бывший главный казначей столицы, выпустил изо рта клубы дыма. - У парня хорошее образование. Не могу назвать его глупцом… Впрочем, нечто исключительное он из себя тоже не представляет. -Зачем же ты тогда решил помочь ему с продвижением? - с любопытством спросил Тед Кристенсен, мужчина среднего возраста, который только-только вступил в должность, которую ранее занимал Мастерсон. - Не припомню, чтобы ты поощрял кумовство. Мне пришлось очень постараться, чтобы занять твоё прежнее место. А тут ты просто собираешься протолкнуть бездарного, по твоему же мнению, мальчишку, в одно из кресел, которое скоро освободится. -Знал я папашу этого мальца. Недавно на пороге появилась его мать… М-да, не пощадили её годы. Впрочем, вероятно, на госпоже Миллс не самым благоприятным образом отразилась потеря детей. Но всё это сейчас не имеет значения. Одарен он или бездарен - неважно. Парнишка поддерживает наши взгляды и идеалы, а тот факт, что он половину семьи во время Дрожи потерял, нам даже на руку. Терпимость к эльдийским выродкам растёт. Мне, как и многим, это не по душе. -Вы бы потише тут обсуждали такие моменты, -хихикнул Маршал, прежде чем слизнуть остатки виски с тонких губ. - Тут некоторые изо всех сил поддерживают наших прежних недругов. Не так ли, Бозе? Что-то ты непривычно тихий сегодня. Как там твоя жёнушка? Всё ещё рвётся на работу каждое утро, чтобы нести в этот мир добро? Патрик Бозе, муж госпожи Бозе, той самой, что не так давно ушла из социальной службы, сегодня был мрачнее тучи. Эльдийцы прекрасно понимали, что всё это равноправие - просто красивое слово. На самом деле до равноправия было ещё очень далеко. Люди постарше воспринимали обстановку в Марли более-менее спокойно - не жизнь в гетто и то хорошо. А вот молодые люди были настроены более радикально. И они были готовы отстаивать свои права на эту жизнь, и чтобы минимум был не хуже, чем у марлийцев. И плохое настроение господина Бозе, как представителя власти (еще и по вопросам здравоохранения) становилась тем хуже, чем более регулярными становились такие стычки. -Я слышал, что это последний твой месяц в должности, Патрик, - подал голос Кристенсен. - Что, совсем не выдерживаешь ужесточения условий? Мужчина только фыркнул. -Ты сделал все, что мог, Патрик, - произнес Мастерсон. - Жаль, что ты всё-таки отказался выбрать преемника. Ты же знаешь, что на должность в таком случае поставят кого-то из своих. Бозе подавил желание сказать что-то резкое. Именно для этого его и сместили с должности. Именно поэтому его дорогая Карлотта, сердобольная и сильная женщина, тоже подверглась давлению со стороны департамента социальной поддержки. Потому что эти люди не стали бы молчать в случае повторного угнетения эльдийцев. И, так как Патрик Бозе отличался активной гражданской позицией, его предпочли отправить в более мирное и маленькое место. Небольшой город, населенный исключительно марлийцами. Вот там действительно живут те, кто нуждаются в помощи. Последствия отказа и неповиновения не оглашались, но они понятны. -И всё же, что особенного в этом парне? - снова поинтересовался Кристенсен. Этот вопрос не давал мужчине покоя. -О, он особенный не как человек. Как инструмент. Упрямый. Красивый, обаяельный, харизматичный. Умеет играть на две стороны. А эти качества представляют для меня огромный интерес в свете того, что мне сообщила его мать. -А что она сообщила? - полюбопытствовал Мастерсон. -Терпение, друзья и коллеги, терпение. Пока что скажу, что мне нравится ход его мыслей и то, как он хочет скормить эту идею обществу, - неспешно отозвался Мастерсон. - К тому же, у мальчика есть еще одно важное для нас качество. Он ведомый. -О ком вы говорите? - проворчал Бозе, решив всё-таки выяснить напоследок хоть что-нибудь. У него тоже остаются здесь друзья, коллеги и единомышленники. Может быть, он сможет кого-то предупредить украдкой, кого стоит опасаться и кого лучше не допускать в эти политические игры. -Миллс. Эдвин Миллс, - с ленцой произнес Кристенсен.