Прекрасное далёко

Таня, кое-как натянув на меня мои бедные штаны, помогла мне подняться с земли. Аккуратно, будто обращаясь с фарфором, девушка взяла мою руку и забросила к себе на шею, позволяя мне поудобнее схватиться и не рухнуть к херам собачьим от истощения. После этого она начала тащить меня к выходу из своей берлоги. Т- Ты только держись. Не помирай. Божечки, почему ты сразу не сказал?! У меня хватило сил, чтобы неудоумевающе на нее взглянуть, задрав правую бровь вверх. Я разве ей не говорил?.. В- Э-э-э... Допустим. Только мы вышли с ней к ширме её "ШТАБа", Таня заорала во всю механическую глотку: Т- ЯНА-А-А-А!!! - от её крика аж стекло в окнах задрожало и у меня зазвенело в ушах. Спустя пять секунд где-то издали, судя по всему, из мастерской послышалось обратная и очень недовольная речь. Я- ЧЕГО ТЫ ОРЁШЬ, А?! Я ЗАНЯТА! Т- А ну быстро прекрати выпендриваться и дуй сюда, сволочь мелкая! Тут человеку плохо! Тело ломало и, казалось, что я сейчас согнусь пополам как печенье и не разогнусь никогда. Я никогда ещё не чувствовал себя так хреново, будто из меня высосали душу вместе с остатками моей спермы буквально пять минуты назад. Мой восстановленный мозг отказывался работать, от чего слова фактически перестали лезть на ум и изо рта выходило лишь тупое мычание и простые фразы по типу "да" или "ага", а контролировать этого я не мог при всём моем желании. Тяжко подняв свою голову кверху, я увидел на лице Татьяны искреннее беспокойство и... Сострадание? Милочка, а это не вы случайно меня насиловали некоторое время назад? А, показалось, наверное... Скрипучая дверь мастерской мерзким лязгом раздалась по моим ушам, после чего из-за неё выглянула раздраженная мордашка моей любимой девочки в этом месте. Я- Чего? Ему плохо? Да он Нику швырнул, как бумажку на пол. Ему не может быть плохо. - для подтверждения собственных слов Яна покачала головой, из-за чего колокольчики на её колпаке издали весёлую мелодию. - Никак. Новиков, перестань дурачиться и иди уже домой. Твоя смена уже закончилась! Я же, не отвечая, так и пялился на Яну, немного покачивая головой. Глаза никак не хотели фокусировать свой зум. До моей встречи с Олей такое проходило максимум за минуту, а тут я уже много времени чувствую себя в чуть овощном состоянии. В- Э-э-э... Уа? Т- Видишь? Помоги ему, чтоб тебя! Я- Как помочь-то? Надрочить ему? - максимально индифферентно сказала Яна, скрещивая руки на груди. - Ты в курсе, что скоро на работу? У нас буквально час есть и мне неохота тратить его на кого-то, кроме себя. Таня же, в очередной раз взглянув на меня, чуть стиснула от стыда зубы и виновато покосилась. После этого белоглавая прошептала: Т- Ну... Пока что точно без дрочки... Покорми его хотя бы, а? Яна, снова оглянув мой уставший до чёртиков образ, наконец вышла из дверей мастерской и положила две руки мне на щеки, аккуратно вращая мою голову и, судя по всему, щупая меня на наличие высокой температуры. Тяжело вздохнув, арлекинша оглянула "Терем", в котором ныне стояла рыжая Алиса. Я- Аля, вылезай. - спокойным тоном сказала она. Это было мне вообще в новинку, так как Яна всегда казалась мне неуклюжей врединой, особенно после тех случаев со второй ночи... Не дождавшись от спящей лисы ответа, она повторила чуть громче. - Аля! Алиса, еб твою мать! Ну ты уснула там что ли? А- Да. - так же культурно донеслось из ставней княжеского терема. Величественная лисица одним лишь словом дала понять, что никуда не будет выходить минимум как час, чем вызвала очередное закатывание глаз Яны. Я-... Т-... Я- Понимаю, хорошего дня. Я же, все ещё находясь опирающимся на мою белую "спасительницу", только и смог, что чуть не грохнуться на пол. Уяснил я одно, это тело... Точнее моё тело не было способно отойти от усталости без постоянного потребления. Это было больше похоже на закидывание в топку угля, чем распределение энергии у человека в достойных объёмах. Да, я получил фактическую регенерацию и, можно сказать, частичное бессмертие, за что мне пришлось расплачиваться ебанутым на голову метаболизмом. М-да... Т- А что Лина? Она-то сейчас где? Яна в ответ ухмыльнулась и ответила, опираясь спиной в стену: Я- А Лина наша сейчас как балерина кружится в кабинете Айзеншталля. У чертовки так глаза горели, что, казалось она щас командовать начнёт прямо как только усадит свою задницу птичью на кресло... Тц. Сидит, полки перебирает, ящики, бумагой разбрасывается, дура желторотая... Т- Ладно, ладно! Я поняла. Вот оно как? Выходит, Лина все же справилась со своей залачей... Что ж, косвенно в этом помог ей и я. Ну так, выиграл ей немного административного ресурса, пока меня умертвляли бандиты Айзеншталля. Хитрая сучка, да и вертлявая донельзя. Впрочем, винить её я не имел права, ведь сам виноват, что не уследил ни за конспирацией, ни за быстротой... Расслабился я что-то с этими металлическими девицами. Старею, наверное. И тут я услышал, как сзади от меня раздаются шаги... Да, очень знакомые шаги. Такие, прикаблученные и звонкие, что их нельзя было спутать ни с чем. А принадлежат они... М- Чего это ты его таскаешь, Танюш? - сладко протянула медведица и скрестила руки на широкой груди. - Ты его так помяла? Татьяну будто током ударило. Только развернув свой корпус в сторону бурокожей, она тут же приглушила свой пыл и, проявляя уважение, глубоко кивнула ей: Т- Я... В-Здарова, Маш. - устало окликнул я Марию, на что в ответ получил мягкую и добрую улыбку. М- И тебе привет. Я так понимаю, от тебя и места живого не оставили? Как ты так умудрился? Тебя ведь даже в офисе не было последние пару часов, это я точно помню. В- Ну... Это... Как бы так выразиться. Она остановила мой полусонный бред жестом руки и медленно, со своей фирменной грацией, приблизилась. Наклонившись по уровню моего лица, та занесла руки за спину и осмотрела меня, будто сканирую чем-то. Около семи секунд спустя, она в тот же момент перевела свой голубые глаза на нервничающую Таню и, не спуская стали в характере, произнесла: М- Тащи его за мной. Нике как раз заняться нечем. Усталость и утомление словно рукой сняло. Мои глаза окркглились по пять копеек от одного только упоминания самой злобной суки этого заведения. Нет, этого не могло случиться, Маша бы ни за что бы не отдала меня зайчихе! Или... Я уже даже не знаю, кому сейчас можно было верить... В- Да вы ахуели! М- Цыц. - медведица приложила к моим губам палец, чтобы меня заглушить. - Пойдём. Или ты боишься, что Ника тебя придушит? В- Знаешь, она мне так и говорила... Т- Ну хватит дуться! Мы за тебя стеной стоять будем, Вася! В общем таким своеобразный паровозиком меня понесли на кухню заведения. Не помню, был ли я там или же нет, но мой желудок в любом случае не переставал ругаться с мозгом по поводу скорого контакта с зайчихой. Ну да ладно, не стоило уже ни о чем волноваться, ибо моя судьба в ближайшее время зависела уже и не от меня. Спустя минуту ходьбы Таня сумела притащить мою вялую тушу на кухню, после чего утерла воображаемый пот со оба и выдохнула с облегчением, "уложив" меня за один из деревянных столов с выжжеными на нем узорами в старорусском стиле. Кухня представляла собой средних размеров помещение с не такими высокими, как в зале, потолками. Стены были обложены приятной глазу бежевой керамической плиткой, на которую падал свет от потолочных ламп, штабелями выложенных вдоль стен. Сил было мало и я чувствовал, как моё тело начинало пожирать само себя за неимением энергии. Таня и Маша же, понаблюдав за моим самочувствием ещё около минуты, затем начали о чем-то шептаться, и следующее повергло меня в шок, пусть и вполне ожидаемый. М- Ну ладно, Новиков. Мы пойдём уже сами к работе готовится, твоя миссия на этом закончена. Т- Ты это... Подожди немного. Ника сегодня не выступает, она тебе и поможет... В- Иуды, блять... - на моих глазах две девицы покинули помещение, негромко хлопнув кухонной дверью и оставив меня один на один со столовой утварью. А может, я это заслужил? Ну, за тупость свою имею в виду? Хотя, признаю, тут не так уж и плохо, тепло и сухо... В очередной раз взглянув на часы, я увидел на них 6.20 и глубоко выдохнул с облегчением. Рабочий день давно закончился, и мне только и оставалось что просто пойти подрыхнуть у себя дома и... Отчитаться перед начальством о проваленной миссии? Хотя, обязан ли я теперь это делать? Униформы нет, устройства слежки тоже, ибо все осталось в куртке, от которой меня с радостью освободили подсосы Айзеншталля. Через, казалось, бесконечность ожидания, я словно услышал скрип двери, а за ним и топот чьих-то сапог. Их носили или Алиса, или Ника, а потому долго гадать не пришлось: Н- Ну? - раздраженный и чуток хамоватый голос зайчихи снова прошёлся по моим ушам. - Чего ты тут расселся? Я медленно перевёл взгляд на ушастую и увидел, как та уже закатывала глаза, скрестив при этом руки на груди. Вот только в этот раз она, вроде, не хотела мне никак вредить. В- Есть хочу я. - уверенно произнёс я, оглядывая её с ног до головы. Ярко-красный топ, аккуратная длинная коса, уложенная ей за её правое плечо и блестящие нашивки на распахнутой джинсовой куртке. А она всегда была такой красивой или это моя злоба представляла её такой сукой? - Зачем мне ещё тут сидеть? Н- Самый умный, сученыш? В- Успокойся. Я просто говорю по факту. Н- Хуякту! - оскалила свои зубы зенелоглазая, но, вовремя отступив, умерила свой пыл и присела со мной за стол напротив меня. Та поправила волосы на голове и задрала нос. - Так... Ладно. Если меня Маша попросит - я это сделаю, несмотря ни на что... С этими словами Ника вскочила из-за стола и мигом отправилась за кухонную раковину, оставляя меня смотреть за ней. Передвигалась она по помещению, как конькобежец по льду, носясь то туда, то сюда и хватаю разные ингредиенты. Пару головок лука, связку картошки или моркови. И ей ничуть не мешала ни её броская одежда, ни её явное отвращение к моей персоне, ведь, как я понял, шла она на это не по своей воле. А тем временем я, слушаю стук ножа по доске, начал ощущать приятный аромат овощной смеси... В- Что готовишь, Ника? Н- А тебе какое дело, свинья?..- фыркнула себе под нос механотроник, не отрываясь от процесса готовки. Она с бульканьем скинула овощи в кастрюлю и начала медленно помешивать. И все же, дабы похвалиться, она ответила мне, чуть потише. - Борщ... О как. А я думал, там будет что-то более убийственное. Этого от кровожадной Ники я точно не ожидал, что она мне будет еду готовить, точно как любящая жена, что ждёт мужа с работы... Спустя пару минут варки, я ощутил знакомый аромат капусты, вареного картофеля и свежей свеклы, что уже точно развеяло все сомнения по поводу её слов. Приятный сюрприз, без лишних слов. Я же продолжал свое наблюдение за "заботливой" Никой, а из головы само собой вылетало, где я в принципе нахожусь. Неужели механотроники и вправду двигаются так... По-человечески? Каждое её покачивание торсом, каждое её размыкание плеч и каждое движение головой во время готовки было так естественно, что, казалось, это был человек в костюме, но никак не злобная машина. В голову невольно пошли вопросы, на которые мне немедленно хотелось узнать ответ: В- Ника? - мягко спросил её я. - Могу я у тебя кое-что спросить? Н- Хм-м? Чего тебе? В- Почему не нападаешь? Имею в виду... Ну, вот он я, перед тобой. Н- А ты на драку нарываешься, Новиков? - с привкусом кислоты в голосе ответила мне зеленоглазая. - Не положено мне, вот и все. После шести утра - точно нет. Но и ты, сволочь, не думай, что я тебе не припомню ночью, как ты меня швырнул, блять, как мешок картошки! Что-то определённо висело на её механической душе. Неужели, директивы искусственного интеллекта были столь нерушимы и строги, что именно ночь позволяла ей проявлять свою дестоюруктивную натуру? В- Не положено? Растолкуй. Н- А может тебе пойти на-... - та на мгновение, кажется, запнулась. Было ясно, что причину своих ночных "психозов" та раскрывать мне не захочет в ближайшие сто лет. Однако то, как дыбом встали её уши, нельзя было списать на очередной всплеск злости... Что-то было здесь непростое. - Не положено - значит не положено. Говорить ничего не буду. Особенно тебе... Просто... Просто дождись уже своей жратвы и я уйду, хорошо? Между тем процесс готовки близился к завершению, а мои силы уже были на пределе. Я буквально считал минуты перед тем, как упасть и больше не встать. Внезапно Ника обернулась в мою сторону и посмотрела на меня раздраженным и... хрупким взглядом. Вероятно, моё любопытство пришлось ей неожиданным представлением. Тем не менее, зеленоглазая быстро отвернулась обратно к плите и продолжила завершающие штрихи. Вот только спустя буквально секунд 10 она полушепотом начала: Н- Ты, наверное, заметил, что девчонки к тебе добрее обращаются, чем я, Василий. Но... Дело даже не в тебе. Я ненавижу всех, у кого в жилах течёт не хладагент. - Ника сделала паузу. - Ещё до того, как Айзеншталль меня приобрел, я все так же выполняла роль робота-прислуги. Только не здесь, в Японии. Внезапное откровение Ники застал меня врасплох, но я с возросшим интересом начал слушать: Н- Ночные клубы - место неблагодарное. Что уж говорить обо мне, машине, что держали там за рабыню. Мне приходилось расхаживать перед глазеющими на меня ублюдками и выполнять все их поручения. Принеси то, подай это, отдайся тому, сему, этому, да хоть троим сразу! - Ника аж зубы сжала от воспоминаний. - И я подчинялась... Подчинялась даже не задумываясь все ебаные три года, что меня там держали. Я приняла в себя столько членов и пальцев за всю свою жизнь, что даже самая грязная шалава покажется передо мной святой... И самое худшее - мне это нравилось... Ника замолчала, а моё разгоряченное любопытство ныне полностью меня поглотила. Дождавшись, пока Ника перелет из кастрюли приготовленный для меня борщ в тарелку, я мягко задал ещё вопрос, стараясь говорить как можно более нейтрально: В- Как ты оказалась здесь, в РСФСР? После чего тебя забрал сюда Айзеншталль? Зайчиха взглянула мне в глаза, точно, проверяя на вшивость. Вздохнув, та оперлась руками о столешницу позади себя и запрыгнула на стол. Плотно усевшись и сложив руки вместе в замок, она продолжила: Н- Тот момент остался в моей памяти на всю жизнь. Если из числа постоянных "гостей" выделялись лишь задроты-отаку, слишком уверенные в себе старики и просто несчастные, то из них всех была одна белая ворона... В одну из самых обычных ночей в клуб припёрся не самый лицеприятный человек. Гандон, отродье, мразь и ублюдок, каких ещё поискать. Он был то ли членом какой-то подпольной банды, то ли ещё кем-то, сука, важным, но вёл он себя как король. Требовал лучшее сакэ, обжимал своими сальными пальцами прочих механотроников и орал так, будто ему яйца отрезали... С каждой секундой выражение лица Ники все больше сменялось яростью, пропитанной временем: Н- Ублюдок весь в татухах был. И он не жалел ни меня, ни ещё одну мою коллегу, когда тот забрал нас в кабинку. Владельцу он отвалил столько бабок, что мог делать с нами всё, что захотел. Бил, зажигалкой жёг во время процесса. За волосы тянул так, что я чувствовала как рвался мой скальп с волосами. И даже так мне досталось меньше, чем моей подруге... - на мгновение я увидел, как дернулся её глаз и в пучине злости и ненависти я обнаружил вспышку печали и скорби, которую Ника тут же приглушила, отведя голову в сторону. - Нас двое там было. До того, как Евгений дал мне новое имя, я звалась Наоко. А мою подругу звали Суми. Она... Она такой же модели была как и я. Буквально моей сестрой. Её-то он и не пощадил. Пока я сидела после очередного его проявления "страсти" в углу, тот ублюдок насиловал Суми. Так яростно и по-звериному, что только под наркотиками это возможно было! Зайчиха слезла со столешницы и поставила тарелку передо мной, и положила рядом ложку. После этого та повернулась полубоком ко мне на стуле и, с агонией в сердце, продолжила: Н- Я видела, как Суми ломалась под ним. Я смотрела на это и ничего не могла поделать! Она кричала, а стены кабинки глушили её крики, она визжала, когда ублюдок вонзил ей в грудь нож и продолжал её ебать, заливаясь хладагентом! Он был под кайфом, улыбался как акула и ломал её дальше и больше. И за каждый крик Суми получала все больше повреждений. - Ника сжала кулаки. - А он смеялся: "Я тебя покорил, железная сука!". И как только крики Суми стихи, когда очередной его удар пришелся ей в шею, меня... Меня что-то ударило в голову. Так сильно, что я... Проснулась? В-... Н- Как только он захотел взяться и за меня... Я ударила его. Так сильно, что нос ему сломала. Мразь упала на пол и взглянула на меня щенячьими глазами. Глазами, полными страха и ужаса. Теперь кричал уже он, когда я сжала его мерзкую голову руками. Он недолго брыкался... Секунд 10 и я треснула его черепушку как тыкву. Крови было много... В тот день я стала свободной. Свободной от блядства и самообмана. От лжи, которой меня пичкали. Между нами возникла гробовая тишина. Приятный запах еды был перебит её шокирующей историей вдребезги. Мне... Мне казалось, что я общался с человеком. Живым человеком, пережившим ужас, что изменил его жизнь навсегда. В- Господи... Н- Не было там никакого бога. - прошептала зайчиха, после чего продолжила. - Я убила его собственными руками, сделала за все свое существование хоть что-то правильное... Я не отключилась. И тогда я поняла - я поступила правильно... Вот только Суми это не вернуло. Значит... Поэтому Ника так меня ненавидит? За то, что в её глазах все люди - потенциальные убийцы и мрази? Это многое объясняло. Конечно, я был привыкшим за все свое время работы в КГБ к такому пиздецу, но... Слышать такую пропитанную эмоциями историю из уст механотроника заставляло мою спину покрыться мурашками. Н- После этого хозяин клуба отказался от машин в заведении "в целях безопасности клиентов"...Конечно, это ведь Суми уговаривала его её убить... Блять! - она ударила по столу кулаком, делая в его деревянной лакированной поверхности несколько трещин. Выпустив пар, Ника немного успокоилась. - Меня саму же не отключили. Выставили на продажу, как бракованную модель. Ага, у них просто яиц не хватило бы написать, что я захуячила одного кожаного ублюдка... Я... Я... В- Тебя выкупил Айзеншталль? - мягко спросил я её. Ника промолчала некоторое время, после чего взглянула на меня своим сверкающим изумрудом, не скрытым голубой косой. Как мне показалось на мгновение, у неё заблестели глаза. Не от радости, а от слез... Н- Когда я была продана за бесценок, Евгений не знал обо мне ничего. И все же он доверился мне. Он не был похож на других людей, он был словно сам как механотроник... Он не кричал, не брал никого силой и уважал так, как это причиталось. - девушка теперь уже не скрывала эмоций, пока её небольшие слезы лились на стол рядом с моей рукой. - Мне... Мне и вправду казалось, что он идеален. Я даже надежду обрела на светлое будущее, пока не поняла, что и он был жаден до денег. Да, никто ко мне больше никогда не приставал, но лицезреть с утра до ночи мерзких людей и их отпрысков... Но Маша помогла мне. Она снова показала мне, каково это - быть любимой. Быть той, кого не будут знать только как инструмент. Я не знал, почему но мне захотелось утешить её. Рука сама медленно потянулась к её руке, после чего я немного её сжал, чтобы показать механотронику, что я не хотел злорадствовать над её горечью. От такого Ника уж было, собиралась отдернуть руку и встать со стола, но осеклась, увидя на моем лице спокойствие. Н- Что ты, черт подери, делаешь?.. - прошептала она дрожащим голосом. В- Прошу, скажи все, что тебе нужно. Я никуда отсюда не уйду. Зайчиха сглотнула и оставила свою руку сжатой на столе под моей ладонью. Она всхлипнула: Н- Я... Я... Блять... - Ника тут же уткнулась заплаканным лицом в мою ладонь. - Почему тебе не страшно? Я ведь все делаю для того, чтобы ты меня ненавидел, а теперь ты любезничаешь с машиной?.. В- Как по мне, ты будешь гораздо живее любого человека, которого я знаю, Наоко. И я понял это ещё при первой нашей встрече. Ты не пыталась мне лгать и все говорила начистоту, не пытаясь что-то от меня скрыть. - я отодвинул тарелку в сторону и положил вторую ладонь ей между ушей. Рука сама двигалась, разглаживая её голубую шерсть, а на моем лице возникла добрая улыбка. - У нас с тобой ещё много времени и я бы послушал тебя ещё, если ты не против, конечно...