Мистер Пятница

23 июля 2025 года. Среда. — Его выставка — полный кошмар, — отметил Ушик, видя на экране телефона Тэхёна то, как он завершает и оплачивает покупку билета в галерею современного искусства, где проходила презентация картин крайне экспрессивного художника. — Не удивлюсь, если твоя покупка будет единственной на этот день, — продолжил он, намекая на публикации в СМИ, где критики буквально уничтожили идею рисовать картины при помощи частей своего тела, где в готовых работах усматривались отнюдь не пальцы. — Да какая разница, — отозвался Тэхён, откладывая телефон на стол и поднеся трубочку к губам, делая глоток сладкого какао. — Чонгук всё равно подобным не интересуется и явно ничего не слышал об этой выставке, но сам факт покупки билета в галерею будет смотреться вполне естественным, — выдал он, усмехаясь и добавляя: — Думаю, если бы я купил билет в цирк или зоопарк, то он был бы очень удивлён, — заключил Ким, напоминая о своих недавних возмущениях насчёт того, что никто не проводит нормальные мероприятия посреди недели. — Думаю, он мог бы предположить, что ты идешь туда с нами, — проговорил Ушик, отпивая кофе, отвлекаясь на звук автомобильного гудка, наблюдая, как машины резко затормозили на перекрестке, избежав столкновения. — Конечно, — иронично протянул Тэхён, смотря в ту же сторону, выпрямляя спину, поднимая руки над головой, чувствуя приятное тепло в разогретых после массажа мышцах. — После спа-центра, салона эпиляции, магазина нижнего белья с чеком под миллион, — перечислил он маршрут их передвижения до того, как они пришли на открытую веранду европейского кафе. Засмеявшись, признавая истинность сарказма, Ушик взглянул на часы и проговорил: — Даже удивительно, что дядя Хван до сих пор ни разу не позвонил, — подметил он, прекрасно зная, что слишком долго с Хёнуком тот находиться не мог. Нажав на боковую кнопку своего телефона, включая экран и уточняя время, Тэхён сказал: — Сомневаюсь, что нужно буде… — Не будет, — перебив его, бросил Ушик, кивая за спину Тэхёна, следя за тем, как автомобиль Чонгука запарковался на пустом месте для инвалидов, расположенном рядом с краем кафе. Мельком оглянувшись через плечо, улавливая момент, когда Чонгук выходил из машины, Тэхён хмыкнул и, отвернувшись, положил телефон в свою небольшую сумочку, оставив ее на столе. — Здравствуйте, — произнес Чонгук, останавливаясь рядом с Тэхёном, кладя ладонь на спинку его стула, но смотря на растерявшегося от такого внимания Ушика. — Как понимаю, вы тот самый прекрасный друг Тэхёна? — Я? — оторопело вымолвил Ушик, указывая на себя пальцем и ошеломленно уставившись на Кима. — Наверное, — добавил он сумбурно, после беря себя в руки и уточняя: — Прекрасный? Ты так говорил? Одарив Ушика неодобрительным взглядом, в котором бегущей строкой горела претензия за то, что клюнул на дешевый развод с комплиментом, Тэхён чуть повернулся и, запрокинув голову, спросил: — Зачем ты приехал? Мы же вроде всё решили со средой, — заметил он, злясь на то, что Чонгук на него даже не смотрел, сканируя взглядом пространство перед собой. — У вас что-то случилось? — неожиданно поинтересовался Чонгук, переводя взор на вновь оторопевшего Ушика. — Что-то радостное, чем нужно поделиться, или что-то плохое, из-за чего нужно получить эмоциональную поддержку от друга? — Нет, — недоуменно протянул Ушик, неуверенно выговаривая звуки, поглядывая на закипающего Тэхёна. — Мы просто встретились пообщаться. — Если ничего важного, то, — озвучил он, демонстративно беря паузу в словах, — я его у вас украду. Не дав возможности осмыслить услышанное, Чонгук за спинку чуть отодвинул и развернул стул Тэхёна, цепляя его ладонь своей, заставляя подняться, и под его возмущённый писк чуть присел, забрасывая омегу себе на плечо. Удерживая Тэхёна в крепкой хватке, ожидая наступления момента его сопротивления, Чонгук забрал протягиваемую Ушиком сумочку, набрасывая цепочку от неё на локоть, и в сопровождении требований поставить его на ноги и обещаний неминуемой кары спешно направился к автомобилю. — Ты оглох? — выпалил Тэхён, задирая пиджак Чонгука и, используя его как якорь, пустил зубы в ход, прикусывая кусочек спины альфы, до которого смог дотянуться. Прошипев и дёрнувшись больше от неожиданности, Чонгук шлёпнул Тэхёна под ягодицей и, предвещая новую волну атаки, спустил его с плеча, сразу открывая для него дверь машины, усаживая внутрь, не забыв переместить защитный рычажок, не позволяющий открыть автомобиль изнутри. Плюхнув сумочку Тэхёну на колени, Чон захлопнул дверь, слыша возмущённый рык, и с довольной ухмылкой двинулся к водительскому месту, вновь после открытия двери погружаясь в бранный поток слов, который никак не вязался с красотой омежьих губ, но полностью соответствовал огню в карих глазах. Стремительно нажав на газ, выруливая перед движущимся авто, отчего Тэхёна придавило к спинке сиденья, на считанные секунды порождая тишину в салоне, Чонгук встроился в поток, улыбаясь, когда ругательства вновь посыпались на него с новой силой. Остановившись на светофоре, Чонгук повернулся к Тэхёну, ладонью обхватывая его шею сзади и притягивая того себе навстречу, сразу занимая его рот поцелуем. — Возмущайся сколько хочешь, — проговорил Чонгук, слегка отодвинувшись, но продолжая удерживать омегу, пальцами цепляя его локоны, — но обратно я тебя не верну. — Можешь не возвращать, — заговорил Тэхён, уточняя: — Выпусти меня прямо тут. — Выпущу, когда приедем, — отказал Чонгук, подавшись вперед и несильно прикусив верхнюю губу омеги, сразу отстраняясь под звук клаксона из следующей за ними машины. Сбросив обувь, Тэхён перекинул свою сумочку на заднее сиденье и сам перебрался туда же, размещаясь с комфортом, прислоняясь боком к спинке и вытягивая ноги. Достав телефон, он открыл сообщение от Ушика, содержащее только знак вопроса, отправляя ему одинокий плюсик, посмеявшись от мысли, будто отвечает с калькулятора. Листая ленту новостей, делая мысленные пометки насчет некоторых ситуаций, способных повлиять на его акции, Ким изредка поглядывал за окна, видя, как городской пейзаж сменился пригородом, а затем и зеленой местностью. — Что за? — негодуя, возмутился Тэхён, видя знак постоянной загрузки и отсутствие новых постов. — Тут нет связи, — пояснил Чонгук, маневрируя по извилистой узкой дороге, петляющей между деревьев. — Вот теперь меня это пугает, — невпечатлённо выдал Тэхён, убирая телефон в сумку и занимая место между сиденьями, размещая локти около подголовников, пытаясь по местности сориентироваться насчёт конечного пункта. Ухмыльнувшись, Чонгук бросил взгляд в зеркало заднего вида, ловя на себе ответный взор карих глаз, сразу после концентрируя внимание на дороге, ведущей вверх. Потратив еще несколько минут на извилистый подъем, Чон вывел автомобиль на ровную площадку, где был навес для автомобиля. Запарковавшись, он заглушил двигатель и, дотянувшись до снятой обуви Тэхёна, передал её назад, после вылезая наружу и двигаясь к багажнику. Обувшись, Тэхён закинул цепочку сумочки на плечо и потянул ручку двери, хмыкая на то, что она не была заблокирована от внутреннего открытия. Выбравшись, Тэхён сделал несколько шагов, осматриваясь, в ленивом темпе крутясь вокруг своей оси. Услышав хлопок багажника, он обернулся, заметив Чонгука с массивной сумкой в руке, задавая свой вопрос лишь изломом брови. — У нас пикник, — с пакостливыми нотами в голосе и такими же оттенками в улыбке отозвался Чон, подходя к скрестившему на груди руки Тэхёну. — Пикник? — переспросил Тэхён, пуская скепсис в голос. — Пикник можно было сделать хоть в парке, для этого необязательно уезжать в глубь леса. — Не можно, — дразня ответил Чонгук, подаваясь к Тэхёну, приобнимая его за талию свободной рукой и целуя, порхая по губам омеги в мимолетной ласке. — Не хочу, чтобы нам кто-то мешал. — Слушай, — ерничая, протянул Тэхён, расцепляя руки и складывая ладони альфе на грудь, — а что мешает мне забрать у тебя сейчас ключи, сесть в твоё авто и уехать? — улыбаясь чеширской улыбкой, продолжал он, притираясь к кончику носа Чонгука своим. Хмыкнув, Чонгук прикрыл глаза, прихватывая губы Тэхёна в легком укусе, сразу после убирая руку с его талии и отходя к машине. Достав из кармана ключ, Чонгук нажал кнопку на корпусе, открыл водительскую дверь и бросил его на сиденье. — Наверное, вот это, — констатировал Чонгук на ранее заданный вопрос, захлопывая дверь и наблюдая за выражением лица Тэхёна, когда фары мигнули, оповещая о блокировке. — Что ты… Как ты… — задыхаясь словами, запинался Тэхён, смотря то на альфу, то на запертый салон с неподдельным ужасом во взгляде. Не став долго испытывать выдержку омеги, Чонгук приложил пальцы к внутренней части ручки на водительской двери, открывая ее после аналогичного включения-выключения фар. — Она открывается на мои отпечатки пальцев, — пояснил Чонгук, вновь возвращая машину в защитный режим, оставив ключ внутри, и двинулся к потерявшему способность говорить Тэхёну, беря его за руку и ведя за собой между деревьев по узкой тропинке. Потратив на дорогу не больше минуты, Чонгук вывел Тэхёна к цветущему полю с фиолетовыми космеями, подтягивая его за руку к себе и подталкивая вперед. — Вау, — выдохнул Тэхён, глубоко втягивая воздух, ощущая, как ветер ласкает его тело сквозь одежду и развевает волосы. — Увидел бы ты такое в парке? — спросил Чонгук, подходя со спины и касаясь губами плеча Тэхёна поверх рубашки, вызывая его лёгкий смех от мурашек, побежавших по коже от места прикосновения. — Это, конечно, прекрасно, но мы прям туда пойде… — начал он, поворачиваясь к Чонгуку и обрывая себя на полуслове, смотря поверх его плеча и видя небольшой домик с просторной верандой. — Ясно, — обозначил он, неторопливо переводя взгляд на черные глаза. — К моему похищению ты подготовился основательно. Промолчав, Чонгук взял Тэхёна за руку и повёл ко входной двери, открывая её ключом и позволяя тому пройти внутрь уютного помещения, соединяющего в себе кухню, столовую и гостиную. Поставив принесённую сумку на стол, Чон стал выкладывать из неё еду, часть которой разместил в холодильнике, попутно набирая воду в металлический чайник и включая плиту. Оглянувшись на альфу, окунувшегося в своё привычное занятие, Тэхён направился дальше, исследуя оставшиеся две комнаты: ванную и спальню — минималистичные, светлые, но такие же теплые и гармоничные, отчего он с трудом подавил в себе желание лечь на кровать под ласковые солнечные лучи, льющиеся из окна с легкими занавесками, потянуться и остаться там, пока его «похититель» не придет за своим «пленником». Вернувшись в основную комнату, Ким поставил сумку на комод и разместился на одном из диванов, получая полный обзор на суетящегося на кухне Чонгука, испытывая удовлетворение от вида крепких мышц, перекатывающихся под белой тканью рубашки, и чарующих ароматов, заставляющих его желудок жалобно сжиматься в предвкушении. — Выставка, на которую ты собирался, — не оборачиваясь, заговорил Чонгук, от неожиданности голоса которого Тэхён вздрогнул, выныривая из гипнотического состояния, — побила все антирекорды, так что ты ничего не потеряешь, пропуская её. Осмотрев альфу удивленным взглядом, Тэхён плотно сжал губы, сдерживая потрясенный выдох, но через мгновение пуская по комнате раскатистый, бархатный, тихий смех, при ответе перекатывая слова в ленивой манере: — Я знаю, — признался он, умалчивая о части правды, трансформируя возможное для озвучивания и объясняя: — Но не люблю верить чужим выводам, поэтому и хотел увидеть всё это своими глазами. — Увидеть картины, нарисованные членом? — хмыкнув, спросил Чонгук, оборачиваясь на считанные секунды, одаривая Тэхёна насмешливым взглядом. — Ты увлекся искусством? — не сдержавшись, уточнил Тэхён, внимательно наблюдая за лукавым изломом губ альфы, перешедшего от плиты к обеденному столу. — Я увлекся тобой, — откровенно ответил Чонгук, пригвождая Тэхёна тяжелым жадным взглядом, не давая тому возможности моргнуть или вдохнуть, самолично разрушая повисшее между ними напряжение плавным тоном и приглашением: — Пойдем на веранду, нет смысла обедать тут, когда там такой вид. Тэхён проследил взглядом за Чонгуком, на подносе понесшим их еду на улицу, только после пересечения им дверного проёма позволяя себе протяжный выдох, от которого плечи расслабились и опустились. Через окно посмотрев на альфу, выставляющего на стол еду, запах которой манил и вынуждал поспешить, Ким поднялся и не спеша пошёл следом за Чоном, подходя к лестнице на несколько ступеней и спрашивая: — А тут есть какой-нибудь плед? — выдал он, оборачиваясь через плечо к альфе и добавляя: — Зачем сидеть здесь, когда можно пойти туда? — указал Ким, кивая в сторону цветочного поля. Задумавшись на мгновение, замерев с последней не перенесенной на столешницу тарелкой, Чонгук вернул ее на поднос, выпрямился и неуверенно проговорил: — В спальне вроде был. Кивнув, Тэхён развернулся на пятках, направляясь в обозначенную комнату, через минуту возвращаясь с добычей, но с одним существенным изменением: на нём осталась лишь расстёгнутая рубашка и кружевное нижнее бельё, отчего Чонгук замер на месте, взглядом скользя вниз по обнажённому телу, прежде чем на его губах появилась та самая ухмылка, на которую рассчитывал Тэхён. Насладившись реакцией Чонгука, Тэхён спустился босыми ступнями на зелёную траву и, держа у груди объёмную ткань, повернулся в процессе движения, выговаривая: — Мне еще в этих штанах домой возвращаться, — обозначил он, неторопливо двигаясь спиной вперед. — Тебе бы тоже не помешало снять с себя вещи, хотя бы рубашку, потому что, если я замараю свою, то надену твою, — заметил Ким, растягивая губы в дразнящей улыбке и выпуская тихий довольный грудной смех, попутно отворачиваясь, двигаясь размеренной поступью, привыкая к новым щекочущим ощущениям по подошве стоп. — А мне как возвращаться? — беззлобно поинтересовался Чонгук, снимая обсуждаемую рубашку, вешая ее на спинку стула, после размещая тарелки на подносе и следуя за Тэхёном, высматривающим ровное, притоптанное местечко среди буйства фиолетового цвета. — Ты повесил пиджак на крючок в багажнике, — напомнил Тэхён, проходясь ощутимым взором по обнаженному торсу альфы, тотчас отворачиваясь и уверенно двигаясь дальше к уже выбранному месту, маскируя под осторожные шаги плавные покачивания бедрами. Следуя за белым кружевным «флагом», мысленно признавая это капитуляцией, Чонгук даже не пытался оценить и понять направление движения, отвлекаясь на неровную дорогу только тогда, когда белая ткань рубашки опускалась из-за порывистого ветра, прикрывая практически не скрытые одеждой ягодицы. Прижав один край подноса к боку талии, Чонгук свободной рукой помог Тэхёну расправить плотную ткань на небольшом кусочке зелёного природного ковра, опускаясь сначала на колени, затем ставя поднос с едой между ними, но в этот раз оставляя всё на деревянной подставке, заменяющей им стол. Сев по-турецки, позволив ткани нижнего кружевного белья обтянуть его омежье естество, Тэхён вскинул руки над собой, потягиваясь, демонстрируя себя, показывая, но официально — не делая ничего предосудительного. — Пофотографируешь меня потом среди цветов на закате, — выдал Тэхён, видя, как Чонгук вытащил мешающийся телефон из кармана брюк, размещая его на углу пледа. — В таком виде, — одарив Тэхёна выразительным взглядом, заговорил Чонгук, расшнуровывая обувь и снимая носки, — только в личный архив. Прикрыв рот ладонью, улыбаясь и смеясь, Тэхён любовался альфой, подтянувшим черные штаны около паха для удобства сидячей позы и занявшимся их ужином, приводя его в вид, пригодный для поглощения: нарезая и накладывая. Взяв свою тарелку, Тэхён осторожно поставил ее на сгиб колена и, лишь убедившись в ее устойчивости, отпустил руку и с довольным мурчанием в тоне протянул: — Даже не планировал выставлять подобное в сеть, — произнес он, кладя в рот первый небольшой кусок мяса. — Мне и так писало множество непонятных альф, приглашающих меня погулять по городу или в парке, — уточнил Ким, посмеиваясь, корректируя под это процесс пережевывания. — Тебе? — скептически изогнув бровь, уточнил Чонгук, помня фотографии Тэхёна в его аккаунте: красивые, роскошные, которые он с гордостью показывал бывшему владельцу «Слезы Востока». — Ох, поверь, — со знанием дела протянул Тэхён, проглотив еду, — очень многие альфы не могут адекватно оценить свои возможности, им кажется, что сам факт наличия у них узла делает их невероятно желанными для абсолютно любого омеги. Поэтому я запретил отправку мне сообщений от посторонних аккаунтов, — продолжил он, собирая на вилку новую порцию. — Надоели эти истерики обиженных альф, которым я не отвечаю. Так что подобные фотографии я точно публиковать не стану, — проговорил Ким, стрельнув взглядом в Чонгука, добавляя: — Оставлю их тебе для одиноких вечеров. Утробно проурчав не от злости, а от разыгравшейся фантазии, Чонгук медленно провел языком по пересохшей нижней губе, тяжелым и оценивающим взглядом скользя по гладкой коже Тэхёна, в блеске которой можно было увидеть труды массажиста, втирающего в изгибы изящной фигуры кремы и масла. Остановившись взором на белом кружеве, он цокнул языком, ощущая волну негодования, предполагая, что это то самое, чек на которое пришел ему в качестве оповещения о тратах Тэхёна. — Это они? — уточняя, желая удовлетворить любопытство, озвучил Чонгук, поднимая заинтересованный взгляд на лицо Тэхёна, улавливая едва заметную растерянность в его глазах. — Ты о чём? — переспросил тот, недоуменно хмуря брови на переносице. — Это их ты сегодня купил? — обозначил Чонгук, выпрямляя спину и пристально смотря на омегу, чья мимика менялась, превращаясь в отображение сытого довольства. — Всё же преступление сексуальной направленности, — растягивая слова в дразнящей интонации, выдал Тэхён, выставляя руки назад, откидываясь, перенося на них основной вес своего тела, тем самым еще более подчеркивая зону паха, выставляя ее напоказ. — Ты о чём? — копируя его вопрос, поинтересовался Чонгук, на рефлексах опуская взгляд вниз, сразу же маскируя его за покашливанием, необходимым, чтобы прочистить горло. — Похитители бывают двух видов, — беззаботно пояснял Тэхён, подставляя лицо под солнечные лучи, чуть прикрывая веки от их яркости. — Первым нужен выкуп, вторым — секс. Так как тебя интересует моё бельё, то могу предположить, что после ужина этого белья на мне не останется, — сказал он, скашивая взгляд на внимательно слушающего его Чонгука. — На поле среди цветов меня еще не трахали, — хрипло обозначил Ким, изгибая губы в плутовской улыбке. — Ты же не любишь заниматься сексом сразу после еды, — сипло выдавил Чонгук, почувствовав, как знакомое тянущее чувство внизу живота заставляет его бессознательно сжать кулаки. Позволяя легкому ветру ласкать его кожу и играть с волосами, Тэхён бархатно посмеялся, не размыкая губ и рождая звуки в груди, около сердца. Убрав со своего колена наполовину опустевшую тарелку, Тэхён вернул ее на поднос и, расцепив ноги, вытягивая их в согнутом виде перед собой, риторически спросил: — С каких пор похитители учитывают такие незначительные мелочи? — видя, как Чонгук отставил свою тарелку на поднос, после убрав тот за пределы пледа, Тэхён добавил: — Снимешь их с меня зубами? — произнес он, съедая последние звуки в поцелуе, для которого Чонгук резко накрыл его своим телом, придавив спиной к пледу, руками впившись в бёдра Тэхёна, втискиваясь между его ног, а губами жадно найдя его рот. ***** 24 июля 2025 года. Четверг. — Нам нужно вернуться, — тихо проговорил Тэхён, сидя на Чонгуке, прижимаясь боком к его груди и расслабленно прильнув к его виску своим, пока тот гладил его обнаженные ноги, бедра, проводил пальцами по кружевам, слегка пострадавшим от его зубов. — Я тебя похитил, — выдал Чонгук, крепче прижимая омегу к себе, сильнее обнимая его со спины за талию, упрямым взглядом смотря на фиолетовое поле, раскинувшееся под пасмурным небом и колышущееся под потоками ветра. Тяжело вздохнув, Тэхён провёл пальцами по груди Чонгука, опускаясь к пупку, мягкими движениями очерчивая контуры пресса, и продолжил: — Это не выход, — обозначил он, пока Чонгук демонстрировал своё нежелание участвовать в этом разговоре, подаваясь вперед к столу, беря чашку с чаем и заняв рот напитком. — Ты не можешь держать меня тут вечно, — объяснял Ким, чуть отпрянув, пристально смотря на четкий профиль альфы, его напряженные скулы и сдвинутые брови. — Да если и не встречусь я с ним сегодня, то подстроюсь под него в выходные, как раз обыграв свою пропажу проблемами с владельцем квартиры, — говорил Тэхён, не получая реакции от Чонгука, делавшего еще более мелкие глотки, явно растягивая процесс, которым он оправдывал своё безмолвие. — Или встречусь с ним в один из твоих дней, — усиливая аргументацию, добавил он, сдержав недовольное мычание, вызванное усилившейся хваткой крепких пальцев на его талии. — Хорошо, решай, — выдал омега, отодвигаясь от Чона и выпрямляя спину, — либо я сегодня не встречаюсь с Сокджином, либо среда теперь твоя, — предложил он, используя вчерашнее заявление своих прав на день, озвученное Чонгуком сразу после их первого за день-вечер-ночь секса. Убрав чашку, понимая бесполезность этого атрибута, Чонгук закрыл глаза на мгновение, глубоко выдохнул и, открывая их, мрачно бросил: — Это нечестный выбор, — заметил он, переведя на омегу тяжелый взгляд, в котором читалось поражение. — Я тебе скажу даже больше, — протянул Ким, проведя пальцем по его горлу, несильно ударив подушечкой под подбородком, отчего Чонгук инстинктивно втянул воздух и плотно сжал губы, ощутив давление пальца Тэхёна на них, — жизнь вообще несправедливая штука, — усиливая весомость своих слов тишиной, он через некоторое время продолжил, убирая преграду с губ Чонгука. — Но согласись, право устанавливать правила на дни есть только у меня. Поэтому тебя либо устраивают мои условия, либо сделки не будет. — Зачем он тебе? — едва слышно промолвил Чонгук, выдавая истинные эмоции невольно более сильным нажимом на бедро. — Ты же понимаешь, как опасно сейчас находиться с ним рядом. Тот омега хочет внимания, и он его привле… — Какое. Твоё. Решение? — четко, интонацией отделяя каждое слово от других, проговорил Тэхён, цепко смотря в черные глаза, видя в них бурю, но не сдаваясь ее силе. — А у меня есть выбор? — резко выдал Чонгук, горько усмехаясь. — Конечно, я заберу себе среду, и ты это прекрасно знаешь, — уколов, обозначил он, рыкнув от бессилия, не видя во взгляде Тэхёна даже отблеска неловкости от очевидного упрёка. — Ночевка после среды? — уточнил Тэхён, придвигаясь ближе к Чонгуку, касаясь твердым соском его кожи и внимательно смотря в черные глаза, в которых бушевало противоречие: желание мгновенно согласиться и четкость осознания того, как легко с него сбивают спесь. — В ход пошла система бонусов? — буркнул Чонгук, пытаясь скрыть свой польщенный тон, но самолично понимая, что с треском провалился в этой миссии. — Конечно, — промурчал Тэхён, притираясь к альфе, взглядом давая понять, что всё видел и всё понял. — Правильные решения всегда должны поощряться, — закончил он, кладя ладонь на щеку Чонгука, смотря томно и обещающе, после накрывая его губы своими. ***** 25 июля 2025 года. Пятница. — Они уже давно там? — поинтересовался Тэхён, устав разглядывать приёмную Чонгука, натыкаясь на неестественно прямую спину секретаря, периодически услужливо предлагающего ему напитки разной процедуры изготовления и крепости. — Часа два точно, — сообщил тот, прокручиваясь на стуле, чтобы быть лицом к сидящему на диване Тэхёну, выказывая почтение и вежливость в тоне и легком поклоне. — Я думаю, что они скоро завершат, мистер Ким. Если нет, — продолжил Кан, задумчиво пожевывая губы, — то я могу сообщить мистеру Чону о вашем приходе, уверен, что это существенно приблизит эти переговоры к завершению. Тепло улыбнувшись, улавливая посыл, вложенный омегой в озвученное предложение, Тэхён неторопливо помотал головой и проговорил: — Не стоит, — отказал он, сохраняя нейтральный тон, стараясь не смущать молодого парня, и без того испытывающего неловкость от его присутствия. — Я уверен, что мистер Чон не станет вести пустые светские беседы, — заметил он, поправляя сначала запах на шифоновой расшитой верхней части комбинезона, разглаживая ткань черных свободных брюк, затем расправляя прозрачный шлейф, являющийся естественным продолжением рубашки. Просидев еще около двадцати минут, Тэхён уже планировал от скуки предложить свою помощь мучающемуся с форматами файлов секретарю, как услышал усиливающуюся громкость чужих голосов. — …это получится, — хрипловато проговорил выходящий из кабинета седовласый альфа в костюме, который, по оценке Тэхёна, вероятнее всего, был сшит на заказ великолепным портным: возрастная тучность не превращала того в мешок риса, а собирала его мягкое тело в оформленную монументальную фигуру. — У мистера Чона не может быть других идей, — произнес выходящий следом омега, игриво смеясь, кокетливо оглядываясь на замыкающего их троицу Чонгука, двигаясь в резком ритме, отчего длинная копна белокурых волос, завитых в упругие кольца, пружинила на каждом шаге. Сдержав своё удивление, мысленно разрешая для себя загадку неловкости секретаря, Тэхён слегка склонил голову к плечу, любознательно наблюдая за разворачивающейся сценой, где взрослый альфа остановился и проговорил: — Мы с Санджу собирались в ресторан, не составите ли вы нам компанию? — уточнил тот, дружелюбно улыбаясь, пряча верхнюю часть излома губ в густых усах. — Присоединяйтесь, — настаивая, тянул Санджу, делая шаг к Чонгуку и флиртующе смотря в черные глаза. — Я очень благодарен вам за приглашение, мистер Лим, — учтиво отозвался Чонгук, обращаясь к альфе и делая едва заметный поклон-кивок в его сторону, — но у нас с моим омегой уже есть планы на этот вечер, — пояснил он, протягивая руку в сторону, раскрывая ладонь, тем самым подавая знак Тэхёну подойти. Не упустив момента, когда улыбка застыла, а затем мгновенно соскользнула с лица Санджу, сменившись ледяной маской, Тэхён изогнул губы в приветливом жесте, неторопливо убирая ногу с другого колена, только после этого плавно вставая, давая возможность прозрачному шлейфу струящимися линиями подняться следом. Вложив свои пальцы в ладонь Чонгука, позволяя тому подтянуть к себе, Тэхён понимающе выпустил воздух носом. Украдкой посмотрев на Чона, Тэхён перевел взор на мистера Лима, со смешанными чувствами разглядывающего его с ног до головы, при этом игнорируя испепеляющее внимание от его, судя по внешнему сходству, сына. — Вы о чем-то сегодня договорились? — поворачиваясь к Чону, размеренно спросил Тэхён, наполнив голос бархатными оттенками и мягким жестом касаясь его плеча. — Да, — растерянно ответил Чонгук, непонимающе смотря в карие глаза Тэхёна. — Мы обсуждали совместный инвестиционный проект. Вернув внимание мистеру Лиму, Тэхён улыбнулся ему, своим поведением сбивая его с толку, и проговорил: — Альфы, которые верны своему слову и своим обещаниям в личной жизни, так же ведут себя в отношении деловых партнеров. Поздравляю вас с заключением невероятно выгодной и безопасной сделки, — уточнил он, с удовлетворением наблюдая исчезающее из позы альфы напряжение и появляющееся во взгляде понимание истинности услышанных слов. Хохотнув сквозь сжатые губы, мистер Лим расслабленным и вальяжным взглядом посмотрел на Чонгука и обозначил: — Тогда буду уверенно рассчитывать, что вы, мистер Чон, не променяете меня на других инвесторов. — Конечно, мистер Лим, — отозвался Чонгук, лишь на мгновение отвлекаясь на уважительно кивнувшего Тэхёна, сразу же ускользающего из-под его руки в сторону кабинета, — можете даже не сомневаться… Оставив Чонгука прощаться и провожать уже уходящих посетителей, Тэхён подошел к окну, наблюдая за происходящим внизу, не уделяя конкретного внимания чему-то одному. Позже поймав взглядом белого прыгающего вокруг хозяина пуделя, он тихо посмеялся, не заметив, как за его спиной бесшумно остановился Чонгук. — Ты его знаешь? — спросил тот, обнимая Тэхёна за талию, дыханием касаясь уха омеги, заставляя того слегка вздрогнуть. — Собаку? — с демонстративным саркастическим удивлением поинтересовался Ким, указывая пальцем в нужном направлении. — Нет, — произнес Чон, уточняя: — мистера Лима. Он твой бывший? Потрясенно выдохнув сквозь рот, Тэхён развернулся в руках Чонгука и обозначил: — Первый раз в жизни видел, — проговорил он, смотря в черные глаза, отмечая сохранившуюся настороженность альфы. — С чего такие предположения? — Он так смотрел на тебя, — неопределённым тоном пояснил Чон, дёрнув верхней губой. Засмеявшись, запрокидывая голову, несильно пригибая спину и чуть повисая на крепких руках, Тэхён выпрямился через несколько мгновений и дразнящим тоном начал: — Он привез на переговоры своего сына-омегу, который на подготовку к встрече с тобой явно потратил несколько часов в салоне красоты, — веселясь, говорил он, одновременно видя знание этой правды в черных глазах и непринятие этой информации как важной и значимой. — Он оценивал меня как соперника сына, на что я просто сместил фокус его внимания. — Хорошо, — кивнул Чонгук, пальцами непроизвольно сжимая ткань шифона на талии Тэхёна, выдавая напряжение, прежде чем сдержанно озвучить: — Но если мы когда-то где-то встретим кого-то из твоих бывших, то скажи мне об этом. — Ладно, — обескураженно отозвался Тэхён, сразу обозначая отсутствие проблемы в этом вопросе, при этом уточняя: — Но зачем тебе это? — Я хотел бы быть готовым к возможным неожиданностям в его поведении, — пояснил Чонгук, прижимаясь губами к предплечью обнявшего его за шею Тэхёна, целуя долго, влажно, словно помечая территорию. — Именно поэтому я выбирал примужних, — напомнил Тэхён, чуть склонив голову набок и внимательно смотря в черные глаза. — Такие альфы не будут проявлять публичной активности, наоборот стремясь исчезнуть из поля моего зрения, дабы это я не подошел к ним сам, — разъяснил он, продолжая, но меняя аргументы. — К тому же у меня только относительно недавно появились альфы примерно твоего уровня, и ты их всех знаешь, так что встретить кого-то из прошлых, — демонстративно не закончив мысль, он скривил губы, наморщил нос и помотал головой. — Тем более где? Только если они устроятся курьерами и привезут что-либо к тебе домой, — потешаясь над ситуацией, фантазировал Ким, плотнее прижимаясь к Чонгуку. — Я заказал нам столик в ресторане, — ровным голосом пояснил Чонгук, цепко смотря на Тэхёна, ожидая его реакции на озвученное. — И какой повод? — нарочито беззаботно выдал Тэхён, надеясь, что Чон не уловил сквозь ткань то, как напряглась его спина. — Отпразднуем твою «квартиру», — сказал Чонгук, сильнее прижимая ладони к спине омеги, продавливая мышцы, расслабляя их подобием странного массажа. Хмыкнув, Тэхён опустил взгляд, пряча глаза за ресницами, умалчивая о том, насколько сильно вчера рыдал в номере отеля на плече у Сокджина, изображая свое горе насчет квартиры, отчего сегодня пришлось целый час бегать на дорожке в надежде так согнать припухлость и отеки. — Не думаю, что это веский повод, — задумчиво протянул он, смотря в сторону поверх плеча Чонгука. — Это было довольно легко, — пожав плечами, соврал Ким, стараясь не кривиться от воспоминаний, где Джин сам был на грани нервного срыва, так как не знал, как вести себя с убийственно расстроенным омегой, пока не додумался, что от подобного можно просто откупиться. — Тебе надо прекратить с ним общаться, — напирая, выдал Чон, опуская тональность своего голоса. Закатив глаза, Тэхён цокнул языком и расцепил пальцы за шеей Чонгука, но не смог отойти, чувствуя хватку на запястьях: контролируемую, бережную, но настойчивую. — Как ты себе это представляешь? — устало протянул Тэхён, сразу продолжая, не нуждаясь в ответе: — Он оплатил мне покупку квартиры, и сразу же говорю ему «прощай»? Речь все же даже не о бриллиантовом колье… — Змейка, — перебив его, вклинился Чонгук, подтягивая Тэхёна обратно к себе и заводя его руки себе за шею, сразу после перекладывая свои ладони ему на талию и спину, — ты забыл, что у тебя есть муж. И если Джин начнет предъявлять претензии, то я отыграю эту свою роль и перед ним. Согласись, — вкрадчиво, мягко говорил он, размеренно донося до омеги свою мысль, — со мной он явно не захочет вступать в конфликт, тем более в открытый. Фыркнув, Тэхён запустил пальцы в волосы Чонгука, с легким садистским удовольствием хозяйничая в уложенной причёске, и заговорил: — А потом на первых полосах всех газет новости, где омега главы «Чон Банка» спит с альфами за квартиры, так как ему муж не дает, — выговаривал он, к концу фразы едва сдерживая смех. — Максимум, что он сделает, — подхватывая его веселье, выдохнул Чонгук, спускаясь ладонями на ягодицы и сжимая их, — это наделит детектива Кима супругом, которому всё это время, оказывается, изменяли. — О, — со знанием дела протянул Тэхён, сильнее зарываясь пальцами в чёрные локоны, — тогда у него должны быть такие рога, что он даже в арки соборов не смог бы проходить. — Согласен на ресторан? — уточнил Чонгук, возвращаясь к изначальной теме, расслабляя пальцы на упругой плоти, но оставляя ладони поверх ягодиц. — Согласен, — кивнул Тэхён, широкими движениями пытаясь вернуть изначальную форму причёски, но только сильнее её разрушая, превращая строгий лоск в творческий беспорядок, — но повод давай придумаем другой. — Например? — подтрунивая, с любопытством уточнил Чон, улыбаясь. — Например, то, что мое неожиданное появление спасло тебя от навязывания союза, — размеренно, чуть дольше произнося слова, поведывал Тэхён, делая сложное лицо, полное напускной задумчивости. — Мне нравится, — с глубинным удовлетворением в голосе выдохнул Чонгук, перекладывая ладони на спину Тэхёна и склоняясь к его губам, захватывая инициативу и сразу проникая внутрь языком, выстанывая тому в рот своё наслаждение от пылкости, но податливости получаемого ответа. ***** 28 июля 2025 года. Понедельник. Открыв дверь квартиры, Чонгук поставил портфель с документами на тумбочку, с улыбкой замечая около нее небрежно сброшенные мюли. Разувшись и отнеся пакеты с готовой едой на кухню, Чонгук помыл руки и направился на поиски, осмотрев первый этаж, поднялся на середину лестницы, но, прислушавшись и уловив тишину, вернулся назад, двигаясь в сторону своего телефона, лишь краем глаза замечая чуть приоткрытую дверь, ведущую на балкон. Положив пальцы на деревянную поверхность, Чон аккуратно надавил на нее, выходя наружу, тотчас довольно усмехаясь, цепляясь взглядом за прекрасный вид лежащего на шезлонге обнаженного Тэхёна, мирно листающего журнал и делающего вид, что не заметил появления другого человека. — А я всё ещё думал, что такого ты заказал на сайте с товарами для дома, — озвучил Чонгук, подходя ближе, скользя взглядом по спине и ягодицам, где виднелась едва заметная испарина из-за не палящего, но яркого закатного солнца. — Это было просто непростительное упущение, — отозвался Тэхён, намекая на отсутствие нужного ему предмета мебели, попутно перелистывая страницы, делая вид, что заинтересован их содержимым. — Все так стремятся отбелить кожу, а ты… — начал Чонгук, слыша, как его голос приобрел хриплость, но не имея сил это исправить. — А ты без ума от моего золотистого оттенка, — перебив его, предложил свою версию Тэхён, оглядываясь через плечо, дабы сразу после подняться на четвереньки, в прогибе поясницы демонстрируя красоту форм, сесть сначала себе на пятки, подтверждая отсутствие какой-либо одежды, и после спустить ступни на пол, закидывая ногу на ногу, скрывая от жадного взгляда пах. — Или я не прав? — лукаво протянул он, с горделивым вниманием смотря в напитавшиеся густым желанием глаза. Сделав шаг к Тэхёну, Чонгук запустил ладонь в чёрные, слегка влажные волосы, придвигая его лицо к своему паху, прижимая щекой к себе. Предвкушающе промычав, Тэхён улыбнулся и потянул руку к ширинке Чонгука, проговаривая: — Понравилось? — уточнил он, проминая его член через ткань. — Не надо, мне просто нравится этот ракурс, — остановил его Чонгук, прикасаясь к запястью и после глубокого вздоха продолжая: — Я устал. — Что-то случилось? — обеспокоенно спросил Тэхён, чуть задирая голову, смотря на Чонгука снизу вверх, оставляя руку около его паха, но лишь цепляясь пальцами за его пояс. — Нет, — тепло улыбнувшись, ответил Чонгук, отпуская волосы Тэхёна и отодвигая его от себя. — Просто понедельник, да и домой долго ехал, там какая-то страшная авария в центре, вымотался. — Давай я приготовлю тебе ужин, — предложил Тэхён, поднимаясь и проводя ладонями по плечам альфы. — Я всё купил, — выдал Чонгук, шире растягивая губы практически до тонких линий, добавляя сквозь весёлые смешки: — Долгое нахождение в пробке позволяет курьеру без проблем тебя там найти, — пошутил он, наслаждаясь тихим смехом Тэхёна, добавляя: — Одевайся и приходи. Оставив на его губах мимолетный поцелуй и легким прикосновением отпечатав свои пальцы на изгибе талии и ягодиц, Чонгук вернулся в квартиру, слыша за спиной шаги, движение и едва уловимое скольжение ткани по коже. Сервируя их ужин, Чонгук краем глаза замечал передвижения Тэхёна по квартире, по направлению догадываясь, что тот ушел в ванную. Поставив перед ними чайник, через прозрачные стенки которого было видно движение листьев, Чонгук опустился, сутуло расслабляя спину, на свое место, через несколько секунд слыша шаги за спиной и чувствуя прикосновения длинных пальцев к своим плечам. Пальцы Тэхёна скользнули вверх от ключиц к основанию шеи, медленно считывая сквозь тонкую преграду одежды зоны напряжения: затвердевшие от концентрации «трапеции», тяжесть вдоль хребта шеи и болевые точки у самого черепа. Подобрав наиболее правильное место для больших пальцев, он начал выводить ими плавные, гипнотические круги чуть ниже затылка, чуть более сильным нажатием отмечая крепкие узлы. Несмотря на то что Чонгук доверчиво опустил голову, открывая доступ к уязвимой части своего тела, Ким чувствовал естественное сопротивление мышц, плотных, неподатливых. Разминая их с терпеливой настойчивостью, он находил каждую зажатую нить, каждый болезненный узел, неотступно «распутывая» их подушечками пальцев, скользя по ткани, мягко мявшейся под заботливыми касаниями. Сместив внимание к изящному и уязвимому изгибу шеи Чонгука от плеч до затылка, Тэхён переложил одну ладонь ему на лоб, нежно поддерживая, а пальцами другой скользил вдоль напряженных шейных мышц глубокими, вытягивающими движениями, с трепетной осторожностью и чувством меры слегка наклоняя голову в стороны. Касаясь чувствительных мест за ушами, он мягко выдавливал из-под кожи тяжесть прошедшего дня, возвращая альфе его свободу и гибкость, внимательно отслеживая его дыхание, ставшее глубже, размереннее. Склонившись ниже, Ким едва ощутимо коснулся губами темной макушки, меняя тактику своих рук, широкими, успокаивающими поглаживаниями от шеи по спине вниз сметая последние остатки скованности. Пробежавшись кончиками пальцев по плечам, легкой вибрацией, как финальным аккордом, закрепляя облегчение, Тэхён накрыл плечи Чонгука раскрытыми ладонями, чтобы уже в следующее мгновение обвить ими альфу спереди, превращая массаж в нежные объятия. Прислонившись к нему спиной, Чонгук нашел уютное место на плече Тэхёна, чувствуя через ткань помятой рубашки тепло нежных рук, подаривших не только расслабление, но и островок глубокого покоя. — Спасибо, — глухо произнес Чонгук, губами касаясь плеча Тэхёна через ткань его черного атласного халата, виновато добавляя: — Прости, ты не привык видеть меня таким. Оставляя ещё поцелуи в чёрных волосах, прижимая альфу к себе, Ким тем же тоном, не нарушая атмосферу, произнёс: — Я обещал тебе показать, каково это — жить с омегой, а это не только трепание твоих нервов, — озвучил он, продолжая: — Я выбрал нам фильм на вечер, тебе понравится, а потом мы можем пойти спать пораньше. Немного выпрямившись, Чонгук подтянул ладони к своим губам, поочередно целуя каждую из них, жестом и без слов предлагая Тэхёну занять стул рядом с ним и приступить к ужину. ***** 29 июля 2025 года. Вторник. — Странно, — проговорил Тэхён, заходя на кухню и смотря на телефон в своей руке. — Он почему-то выключился. — Выключился? — переспросил Чонгук, садясь за накрытый стол рядом с Тэхёном. — Так, значит, это я твой телефон ночью взял? — озвучил он, обращаясь больше к самому себе, чем к омеге. — Ты о чём? — уточнил Ким, смотря на заставку на экране, оповещающую о процессе включения устройства. — Ночью зазвонил телефон, — начал Чон, не уточняя очевидную причину путаницы: одинаковая стандартная мелодия, — я ответил, а там тишина и последующий вопрос о том, с кем разговариваю. Я уже не помню, что сказал, но как-то нагрубил, сбросил звонок и выключил телефон. Сегодня утром подумал, что приснилось, раз мой телефон работал, — пояснил он, обеспокоенно-виноватым тоном уточняя: — Кто-то был из родных? — Нет, — мотнув головой, ответил Тэхён, хмуро смотря на экран, читая стремительно появляющиеся уведомления. — Этот номер у меня не записан, — детализировал он. — Но он звонил еще несколько раз, — добавил Ким, прерываясь и отвлекаясь на сообщение, пришедшее от данного контакта в мессенджер. — Что там? — встревоженно спросил Чонгук, видя, как судорожно бегал взгляд Тэхёна по строчкам, явно начиная и заканчивая перечитку несколько раз. — Это муж Сокджина, — хрипло выдал Тэхён, поворачивая телефон к Чонгуку и отпивая еще горячий чай, морщась от обжигающего ощущения. Подтянув устройство ближе, Чонгук также стал вникать в текст, не понимая смысла с первого раза, лишь на энном прочтении укладывая в голосе основные мысли: извинения за поздний звонок, пояснения, кто он и что обзванивает все номера в заказанной из личного кабинета мужа детализации, с которыми контактировал его супруг, пропавший, не пришедший ночевать и выключивший телефон. — Это он устроил ту вчерашнюю аварию, — не своим голосом проговорил Тэхён, показывая Чонгуку экран его телефона, где утренние новости пестрили заголовками о том, что смогли установить личность пострадавшего. — Он жив, но в тяжёлом состоянии, в то время как ехавший с ним омега, тот самый издатель, — уточнил он, на секунду повернув к себе экран, чтобы опустить страницу до фотографии мужчины, — погиб на месте, вылетев через лобовое стекло и попав под колеса машины на встречной полосе. Забрав свой телефон из похолодевших пальцев Тэхёна, Чонгук открывал статью за статьей, пока не нашел в одной из них приписку о том, что супруг Сокджина, Ким Воншик, не готов простить тому измену и собирается разводиться с ним на основании союзного договора. — Что ты задумал? — настороженно спросил Тэхён, видя лихорадочный блеск в чёрных глазах. — Он собирается с ним разводиться на основе союзного договора, — озвучил Чонгук прочитанное, переводя взгляд на скованного своим напряжением Тэхёна и добавляя додуманное: — Значит, там прописана измена, вот только она должна быть доказанной, — голосом акцентировал Чон, давая понять важность происходящего. — Он сейчас будет землю зубами рыть, чтобы доказать, что у Джина был любовник, потому что сам факт их совместной поездки, тем более когда они связаны работой, ничего не доказывает. Отмени сегодня твою встречу с Юнги и оставайся здесь, — указал Чонгук, тоном и взглядом давая понять, что это не просьба и не уговоры. — Его нет в городе, — признался Тэхён, умалчивая о сообщениях от Мина, где он настойчиво и требовательно говорил о необходимости пятничной встречи сразу после его возвращения в Сеул. — Прекрасно, — твердо озвучил Чонгук, беря телефон Тэхёна и начиная вызов на номер Ким Воншика, надеясь, что тот вспомнит ранее набираемый им же порядок цифр и ответит. — Черт, не берет, — процедил он, когда звонок прекратился после исчерпания лимита ожидания. — Наверное, думает, что журналисты, — предположил Тэхён, бросив взгляд на еду, тотчас отворачиваясь, чувствуя, что любой кусок встанет ему поперёк горла. — Скорее всего, — согласился Чонгук, открывая диалог в мессенджере, набирая текст, где просит связаться с ним, но по другому номеру. — Если он будет звонить сюда, то не бери, — объяснил Чон, возвращая телефон Тэхёну. — Что ты задумал? — с нервной остротой повторил свой вопрос Тэхён, беспокойно смотря на альфу. — Чтобы спастись от преследующего хищника, можно просто бросить ему зверька поменьше, уничтожая у того мотивацию продолжать изнуряющую охоту, — начал Чонгук, понизив тон до опасной вибрации, порождая в Тэхёне мысли о том, что именно так и должен звучать самый опасный хищник в лесу.