Не твой враг

Гарри Гарри взял такси, чтобы доехать до Министерства и немного подумать по дороге. Благодаря настойчивым усилиям Гермионы, Перси, Макгонагалл и Кингсли за последние тринадцать лет магический мир значительно расширился. Вместе они масштабировали невероятно сложные заклинания, превратив целые районы Лондона в волшебные территории, оставаясь при этом абсолютно незаметными для маглов. Волшебники больше не прятались по тайным заведениям и секретным ходам — они жили в своей параллельной, магической реальности. Оказалось, что чувствовать себя на равных с маглами можно и без захвата мировой власти. Достаточно вложиться в развитие сложной магической инфраструктуры. Если где-то есть Господь, Гарри искренне надеялся, что Он дарует Гермионе хотя бы пятьсот лет деятельной жизни. На билборде за окном красовалась реклама парфюма, но для взгляда волшебника картинка плавно сменилась изображением Джинни и Рона. Самые узнаваемые люди в мире спорта, брат и сестра, герои войны, принесшие своей семье новый статус в магическом обществе. Им пришлось упорно работать, чтобы стать лучшими в своём ремесле, но слава настигла их почти сама собой. Взгляд Гарри задержался на лице Джинни. Он никогда в этом себе не признается, но даже спустя десять лет всё ещё тосковал по ней. Они расстались без особой драмы: она строила карьеру, он — как одержимый — гонялся за разбежавшимися Пожирателями смерти. Для них обоих отношения стали скорее сдерживающим фактором. Они просто выросли и разошлись. Но иногда… иногда ему казалось, что он клинический идиот. Нужно было остановиться. Успокоиться. Не позволить ни себе, ни ей всё разрушить. Но терпение никогда не было его сильной стороной. Теперь ему оставалось лишь повторять себе, что так лучше для всех. Он достал телефон и пролистал контакты. К собственному стыду, он тоже не был уверен, что помнит имена всех своих пассий за последний год. Найдя пару подходящих кандидаток для грядущего ужина, он тут же одернул себя. Перед глазами всплыл Сивый. Сейчас есть дела поважнее. Он попросил таксиста сменить адрес. Если кто и сможет подсказать, с чего начать, так это Сириус. На свете осталось не так много живых свидетелей первого пришествия Волан-де-Морта, и он был одним из них. Гермиона — Мисс Грейнджер! Мисс Грейнджер! У меня только один крошечный вопрос! Гермиона услышала знакомый голос за спиной и прибавила шаг, надеясь успеть скрыться в камине. Это была Кейти Белл, которая прямо сейчас занималась планированием магической архитектуры пары районов на севере Лондона. Если она поймает Гермиону, та застрянет здесь на несколько часов, отвечая на миллион вопросов. Вопросов, ответы на которые даже одна из лучших волшебниц своего времени не знала по одной простой причине — их ещё предстояло найти! В этом и заключалась суть работы. Гермиона категорически не хотела становиться заносчивым представителем власти, всегда недоступным для других. Но сегодня ей особенно не хотелось ночевать в своём кабинете. И что было гораздо важнее — ей нужно было выкроить время, чтобы придумать, как обезопасить своих самых близких друзей от возможных покушений. Ничто на свете не могло остановить её. К своей удаче, Гермиона столкнулась с рыжей головой Перси и безжалостно столкнула его с Кейти, чтобы успеть уйти. На лице друга застыло выражение: «ты никогда не расплатишься за это предательство». Гермиона лишь улыбнулась — она знала, что делала вещи и похуже, и он всё равно её любил. Наконец она исчезла в камине. В кабинете было светло и тепло. Пахло книгами и духами. Вокруг царили уют и покой — это было то самое место, где Гермиона проводила большую часть своей жизни, кропотливо и беспощадно реформируя магическую Британию. Она работала с древними рунами, воссоздавала сложнейшие заклинания и модифицировала их во что-то новое. Её должность официально называлась «Старший советник по древним и современным магическим технологиям при Министре магии», но на деле она была одним из главных советников Кингсли — что её полностью устраивало. Гермиона аккуратно прикрыла палочкой древние фолианты. Её не слишком заботил мир без друзей. С подросткового возраста она не отличалась мягким нравом, а время и власть лишь усугубили ее характер. Она любила людей и старалась сделать их жизнь лучше, но когда близким угрожала опасность, всё остальное переставало иметь значение. Она не сомневалась, что Гарри разберётся с теми, кто стоит за Сивым и его смертью. Больше её волновало, чтобы он сам при этом не пострадал. Для этого ей нужен был надёжный магический артефакт — что-то, что легко скрыть, что не излучает магию и не привлекает внимание, но способно спасти жизнь. Она хотела невозможного. Гермиона стояла у стены с бесконечными фолиантами и думала, кто сможет ей помочь. Она наколдовала пару простых поисковых заклинаний и через пару часов получила результаты. Хорошая новость — в магической Британии есть семья, веками создававшая уникальные вещицы, которые никто не мог воспроизвести. Плохая — их артефакты чаще всего заколдованы тёмной магией. Ужасная — фамилия этой семьи Малфой. Гермиона резко опустила голову на стол, тихо стукнувшись лбом. Потирая ушиб, она подняла глаза к потолку. «Ну что я тебе сделала, чтобы ты так надо мной издевалась?» — спросила она вселенную. «Он либо вышвырнет меня на улицу, либо запросит почку в качестве оплаты… и потом потребует смотреть, как её едят бездомные собаки». Во время драматической паузы она взглянула на свои наручные часы из белого золота. Уже вечер. Время не ждёт. Писать письма бессмысленно — ответа всё равно не будет. У неё остался только один шанс: застигнуть его врасплох. Гермиона окинула себя критическим взглядом в зеркале. Белая рубашка с расстёгнутыми верхними пуговицами, чёрные высокие брюки, тонкие каблуки, серебряная шпилька в волосах — деловой образ человека, который точно не собирается умолять о помощи. Жаль, что Малфой всё равно увидит насквозь эту жалкую попытку выглядеть так, будто у неё есть что ему предложить. Она обновила помаду и парфюм, словно это могло хоть чем-то помочь, пожалела себя ещё немного и отправилась на одни из самых сложных переговоров в своей жизни.  По сравнению с тем, что её ждёт, беседы с дементорами — просто пустяк. Драко Блейзу всегда нравилась умеренная, а иногда и не слишком умеренная роскошь. В просторной гостиной, где тёмные стены и светлый мрамор пола перекликались с почти чернильными коврами, горели лишь свечи. Все стены были увешаны дорогими картинами, подобранными с неплохим вкусом. Малфой был готов поклясться, что их выбирала мать Забини — у самого Блейза терпения на такое точно бы не хватило. Сам Блейз лежал на диване. Об этом красноречиво говорила протянутая вверх рука с бокалом виски, выглядывающая из-за спинки. Судя по всему, бокал предназначался Драко. — Даже не соизволишь встать? — Драко забрал бокал и опустился в кресло. — Зачем? — взгляд Блейза был устремлён в потолок. — Не то чтобы мы сейчас в том моменте истории, когда манеры ещё что-то значат. — Забини, ты сегодня ещё более драматичен, чем обычно, — усмехнулся Малфой. Друг медленно перевёл на него взгляд. — Если он выжил, значит, мог собрать и остальных. Поттер, как ты прекрасно знаешь, поймал не всех. А если так, то они скоро придут. И мы будем первыми. — Или плешивый просто сошёл с ума и скакал на своих четырёх лапах по лесам, пока окончательно не сдох. Это всё ещё вариант, — парировал Драко. Блейз закатил глаза. — Если ты хоть на минуту всерьёз об этом думал, тогда я — Гермиона Грейнджер. Скулу Драко непроизвольно дёрнуло. Слишком много Грейнджер сегодня. Больше, чем за последние тринадцать лет вместе взятых. Может, его прокляли? — Драко, я не знаю как, но мы должны спрятать Пэнси. Если они только до неё доберутся… — Блейз поморщился. — Смерть — не худшее, что может случиться с человеком. Её родители мертвы. Родовая магия за недостатком живых наследников фамилии, ослабла. Со стороны она выглядит самой лёгкой мишенью из всех нас. Малфой сделал глоток. Забини был прав — он думал об этом весь день. — Я попробую уговорить её пожить у меня, но этого будет недостаточно. Пэнси скорее разнесёт дом по кирпичам, чем позволит себя здесь запереть, — добавил Блейз. И это тоже было правдой. Именно поэтому Драко провёл весь день в подземельях Манора, перебирая артефакты, которые могли бы защитить его близких от вполне реальной опасности. Но ничего подходящего он не нашёл. А значит, придётся создать что-то самому, и для этого ему нужен напарник с крайне специфическим набором навыков. Сколько бы он ни ломал голову, подходящего кандидата так и не находилось. — Как ты обезопасил дом? — спросил Драко скорее для того, чтобы хоть как-то создать иллюзию контроля над ситуацией. Пока Блейз неспешно перечислял все обновлённые родовые заклинания поместья Забини, Малфой продолжал думать… пока странные вибрации не коснулись кончиков его пальцев. Это была магия. Вот же чёрт. Кто-то пытался вскрыть поместье Забини. Они вскочили одновременно. Драко слышал, как одно за другим слетают заклинания. Кто-то работал быстро. С палочками наготове они переглянулись и жестами условились проверить разные части дома. Драко бесшумно подошёл к окну. В голове замелькали картинки далеко не самого радужного прошлого. Кто же из его бывших знакомых так и не умертвился должным образом? Он выбрал подходящее заклинание, сделал резкий выпад перед окном — и в тот момент, когда оно слетело с его палочки, понял, что его противником была чёртова Гермиона Грейнджер. Она быстро соображала и вместо того, чтобы парировать удар такой силы, отвела его в сторону. Сдув прядь с лица и криво ухмыльнувшись, она произнесла: — Скажи Забини, что ему, очевидно, нужно стараться лучше… если он, конечно, не хочет умереть первым. Драко буквально онемел. Он точно сошёл с ума. Какого Мерлина Гермиона Грейнджер стала бы вламываться в поместье Забини посреди ночи — и вести себя так, будто ничего странного не происходит? — Ты бы говорила так же непринуждённо, если бы это была Авада? — только сейчас его напряжённое, как натянутая струна, тело начало расслабляться. Он скрестил руки на груди и уставился на неё с нескрываемой яростью. — Даже Драко Малфой догадался бы не убивать того, кого гораздо выгоднее допросить, — Гермиона пожала плечами. — После всего, что случилось утром, ты решила, что это будет невероятно увлекательной шуткой? — Я пришла увидеть тебя, — произнесла она буднично, но ему вдруг стало трудно сделать следующий вдох. — А это, — она указала на разрушенные чары, — просто отличная тренировка для Забини, который, видимо, забыл, что такое настоящая охранная магия. Ты должен поблагодарить меня. В свете луны всё выглядело особенно нереально. Она выглядела нереально. Сумасшедшая. — Гермиона, мать твою, Грейнджер, ты окончательно свихнулась в своём министерстве?! Какого чёрта ты делаешь на моей частной территории?! — Драко не знал, чего в голосе подошедшего Блейза было больше — ярости или шока. — Я тоже рада тебя видеть, Блейз. Как Франция? — она одарила его ядовитой улыбкой, совершенно не характерной для прежней Грейнджер. Блейз был настолько ошарашен, что даже не нашёлся с ответом. — Я крайне настоятельно рекомендую тебе прямо сейчас накинуть пиджак и срочно найти того, кто станет хранителем тайны твоего дома. Ты слишком полагаешься на магию крови. Это тебя и погубит, — её глаза сверкнули. — А может, мне ещё... — начал заводиться Блейз, но Драко остановил его жестом. Сам не веря, что произносит это вслух, он сказал: — Она права. Сделай это немедленно. По лицу Блейза было видно, что у него припасён целый список того, что он хотел бы высказать прямо сейчас, но Драко добавил: — Ради Пэнси. Привези её, как только будешь уверен, что дом защищён на все сто процентов. На этот раз Блейз кивнул, одарил Грейнджер прощальным убийственным взглядом и растворился в воздухе. Гермиона всё ещё стояла в саду поместья Забини. Драко — у окна. — Впустишь меня или продолжим разыгрывать шекспировскую сцену? — без тени смущения спросила она. — Кто ты и что ты сделала с Грейнджер? — спросил он, одновременно накладывая заклинания, чтобы впустить её в дом. — Как будто ты когда-то меня знал, — фыркнула она и спокойно направилась ко входу. Драко потёр переносицу. Возможно, одно непростительное заклятие, брошенное из этого окна пару минут назад, избавило бы его от огромного количества проблем... но теперь он этого уже никогда не узнает.