Зелёный город

Следующий день был выходным, и Фабер планировал полностью провести его дома. Ему было что почитать, поскольку некоторые книги, купленые им у Катарины, так и остались при нём, так как их Фабер еще не успел прочесть. Пребывая в очень хорошем настроении, он взял первую попавшуюся книгу и весьма удобно расположился на диване, не забыв для полного счастья сигарету. Только читатель погрузился в волшебный мир, заключенный в печатных строчках, раздался звонок в дверь. В первый раз Фабер его не услышал, во второй раз нарочно проигнорировал, но на третий все же пошел открывать, гадая, кто может так настойчиво к нему ломиться. Посмотрев в глазок, он увидел Анджелину и немало удивился, однако дверь открыл. Впустив девушку, Фабер поздоровался и спросил: - А зачем ты звонишь, если и так можешь здесь оказаться? - Не хотела тебя пугать второй раз, - улыбнувшись, сказала она и добавила, - Зачётные у тебя тапочки. Фабер смутился. Тапочки действительно были интересные: пушистые и в желто-оранжевую клеточку, к тому же с помпончиками. - Зачем тебе такие? - поинтересовалась Анджелина. - Так, - неопределённо пожал плечами Фабер и описал в воздухе рукой нечто наподобие знака бесконечности, - Для настроения. - Ясненько. Чем ты тут занят? - Да вот... Читаю. Тебе нужно что-нибудь? - Мне нужен ты. У тебя есть какие-нибудь планы на этот день? Фабер покраснел и поспешил ответить: - Нет, сегодня у меня вообще нет совершенно никаких планов. Я как раз думал, какой скучный день, полностью свободный, просто кошмар! А что, ты куда-то хочешь пойти? - с надеждой спросил он. Анджелина усмехнулась. - Верно, ты угадал. Папа разрешил нам с тобой пойти погулять. Он просил передать, что больше не сердится на тебя за этот случай с уборщицей. Фабер с облегчением выдохнул. - Тогда пойдём в кино, - с энтузиазмом предложил он. - Отличная идея, особенно, если ты прямо так и пойдешь, в пижаме и в этих замечательных тапочках! - засмеялась девушка, окончательно смутив Фабера. - Я всё-таки переоденусь, - сказал он, стараясь не смотреть в лицо Анджелине, - Я быстро, ты только не смотри. - Не буду, - пообещала она. Через пару минут Фабер был полностью готов, не считая того, что он был в разных носках и в рубашке наизнанку, на которой он непостижимым образом ухитрился застегнуть все пуговицы, даже на манжетах. Анджелина решила тактично промолчать на этот счёт, хотя ей было непросто сдержать смех. - Ну что, пойдём наконец? - спросила она. Сияющий Фабер кивнул. По дороге в кино он хотел взять девушку за руку, но та не позволила ему этого сделать, быстро подняв ее и без особой надобности поправив волосы. - Фабер, я тут подумала, что я ведь совершенно тебя не знаю, - сказала она, - Мы с тобой ведь только на работе и общаемся, а какой ты в жизни я понятия не имею. - Спрашивай все, что хочешь. - Хорошо, только отвечай честно. Начнём с простого: какой у тебя любимый цвет? - Мне голубой нравится. Знаешь, такой небесный. А у тебя? - Сегодня я задаю вопросы. У тебя есть какое-нибудь хобби? - Да пожалуй, нет. Я в основном только работаю. - Ужас какой, - посочувствовала Анджелина, - Как же ты проводишь свободное время? Всегда читаешь дома? Неужели у тебя и друзей нет, к которым можно пойти? - Почему же, есть. - Познакомишь меня с ними? - Обязательно как-нибудь познакомлю. - Ловлю тебя на слове, - заметила девушка, - Ну а есть ли у тебя какая-нибудь мечта? - Не-а, зачем мне мечтать? У меня уже все есть, что мне нужно. Впрочем, одна мечта всё-таки имеется, но мне кажется, что она уже сбывается. - Это какая же? Фабер покраснел и не ответил, но Анджелина поняла его без слов. - А можешь рассказать, как ты жил до того, как приехал в Грюненштадт? - Конечно, - ответил он, обрадовавшись смене темы, - Я жил в Баумендорфе, может знаешь это местечко? - Что-то слышала. И как там? - Там хорошо, но я туда вряд ли вернусь. Однако в той деревне прошло мое детство и частично юность, и я могу сказать, что за те годы я очень многому научился. - Например? - Ну, во-первых, я научился ценить труд и деньги, во-вторых, я понял, каким должен быть в глазах окружающих, чтобы добиться успеха и соответственно с этими двумя пунктами я расставил правильные приоритеты в своих желаниях и целях, а когда стал достаточно взрослым, переехал сюда. Ну, дальше ты знаешь. Девушка кивнула и спросила. - А как к этому отнеслась твоя семья? - Не знаю. Да я и не считал никогда тех людей своей семьёй. Родители были для меня исключительно работодателями и источниками денег, а брат - занозой. Думаю, никто из них сейчас даже не вспоминает обо мне, и спасибо им за это. Однако мы, похоже, пришли. Вон касса. Подойдя к ней, Фабер попросил два билета на фильм. - Я оплачу оба, - сказал он. - Мило, но не сильно ли пострадает от этого твой бюджет? - Пустяки, с моей ли зарплатой беспокоиться? - беспечно махнул рукой Фабер. Сегодня ему впервые в жизни было действительно все равно на деньги. В связи с этим Фабер неожиданно для себя весьма расщедрился: в кино он купил для Анджелины 3Д очки и попкорн, затем заплатил за нее в кафе, а, пройдясь с девушкой по торговому центру, потратился на платье, туфли, сумочку и плюшевого мишку. В довершение он купил ей дорогой кофе и сводил Анджелину в дом развлечений, за неимением парка, где прокатил её на всех аттракционах, опять же, за свой счёт. Словом, день был полон приятных впечатлений для обоих. Поздним вечером Фабер и Анджелина вернулись к нему в квартиру. Девушка выглядела уставшей. - Спасибо за чудесный день, - сказала она, - Я, наверное, пойду домой. Фабер вдруг вспомнил совет Катарины и решил: сейчас или никогда. - Постой, - сказал он. Девушка вопросительно приподняла бровь. - Анджелина, можно я буду с тобой предельно честен? - робко спросил Фабер, подходя к ней. - Конечно. Что ты хочешь мне сказать? Он выдохнул, собираясь с мыслями. Он твердо решил выдать ей все свои чувства, как есть. Слишком долго Фабер приучал себя скрывать лишние эмоции, и вот теперь нужно было как-то найти им выражение, в кои-то веки не пряча своего лица за маской формального отстранённого благодушия. - Помнишь ту записку, что ты мне дала еще тогда, давно? В общем, ты мне тоже нравишься, - краснея, сказал он. После этого признания у Фабера вдруг словно выросли за спиной крылья. В его душе с задернутыми шторами вдруг ожило что-то, давно заглушённое им же самим. Захотелось совершить что-нибудь безумное, впервые в жизни не боясь быть осужденным или оштрафованным. Его речь вдруг полилась вдохновенно и пламенно. - Анджелина, мне кажется, что мы с тобой созданы друг для друга. Я недавно понял, что не представляю себе жизни без тебя, с тобой я чувствую себя стоящим. Хотя иногда бывает очень сложно, я хочу, чтобы ты знала: ты для меня как самая яркая звезда на черном небе. Я не всегда понимаю язык твоего сияния, прости, но это все потому что оно просто сводит меня с ума. Анджелина, ты станешь моей путеводной звездой? - Нет! Сейчас же прекрати все это! - воскликнула она, заткнув уши руками, - Я так больше не могу! Ты мне даже не нравился никогда! - То есть как? - опешил Фабер, не ожидавший такой реакции. - А вот так! Думал, что один на свете умеешь врать? Да ты мне совершенно безразличен, это папа поручил мне отравить твое существование настолько, чтобы ты влюбился в меня и никуда не сбежал. Я же не знала, что всё зайдёт так далеко! Почему-то я думала, что ты просто играешь со мной. Мне казалось, что такой человек, как ты, тоже не умеет любить по-настоящему, но, очевидно, я судила по себе и ошиблась. - То есть ты... не любишь меня? - Наконец-то до тебя дошло! - раздраженно закатила глаза девушка. На глаза Фабера против его воли навернулись слёзы. - Вот ты как, значит? Змея! Только деньги зря потратил! - в сердцах бросил он и ушел из дома, громко хлопнув дверью.