Низменность бытия

Конечно, стоило Мадаре от души расслабиться, как грянул гром. Как он мог настолько сильно потерять бдительность было очень интересным вопросом. Ответ на него тоже нашёлся, но увы осел на сердце, как камень, который при каждом вздохе давил и впивался во внутренности своими острыми краями. Слишком много положительных эмоций вот и весь ответ. Мадара впервые со времён детства чувствовал себя почти счастливым… Он чувствовал себя в безопасности от угроз внутри деревни. Так, как никогда не чувствовал на территории клана, потому что там он был главой. Там он был сильнейшим воином. Там он был тем, кто должен нести ответственность за свои и чужие жизни. В деревне же помимо него было множество сильных шиноби. И не стыдно признаться, были и намного умнее и умелее. Его большие запасы чакры наряду с выносливостью, с которой мало кто мог сравниться, давали определённые преимущества и позволяли концентрироваться не только на тренировках. Пока он имел эту роскошь, другим приходилось трудиться больше и ухищряться, чтобы не терять престиж в глазах заказчиков. Мадара не слишком расстраивался из-за этого. Для выполнения работ, требующих тонкости, он имел вал умелых подчинённых. Да и, по правде говоря, было мало людей, способных на ходу составить верную стратегию боя, чтобы победить кого-то его калибра. Тот же Тобирама предпочитал подготавливать почву заранее. Иногда буквально. Мадара очень ярко помнил тот день, когда в очередной раз, столкнувшись с Сенджу, Учиха угодили в грязевое болото. Мадара тогда почти половину чакры в землю согнал, но в мгновение ока и иссушил всю влагу, и заодно сжёг спрятанные в почве лианы Хаширамы. Чем всё закончилось, он уже помнил смутно. Кажется, у Тобирамы, который в то же время выполнял какую-то технику, случился сенсорный шок. Так и разошлись. Мадару и самого шандарахнуло. Общая природа Райтона и две противоположные — воды и огня, отреагировали друг на друга достаточно плохо. Не оттолкнулись, как должны были по идее, а срезонировали. Он не был от природы слишком восприимчивым, а потому минуты через две оправился достаточно, чтобы снова сражаться, но младший Сенджу такой же конституцией похвастаться не мог, поэтому в тот день они отступили. Изуна, кажется, ругался за упущенную возможность, но Мадара считал, что единственное, что они упустили — это лишнюю головную боль. Поэтому, собственно, не удивительно, что он стал несколько самодовольным с течением времени. Но самодовольность в сторону, он ещё и уверился в том, что Учиха в безопасности в Конохе. Дал слабину. Как иначе назвать то, что пока на деревню нападали, Мадара преспокойно отмокал в онсене. Главное, ни одна кость в его теле не почувствовала тревоги. Даже проклятый Шаринган гудел как-то успокаивающе. Расслабился в самый важный момент, вот же дрянь. Мадара с такой скоростью вылетел из воды, что сам себе удивился. Не иначе как чакрой себе помог. Каору-ба-сан всегда говорила, что скорость навык, который не всем подходит. Естественно, в очередной раз она оказалась права. Потому что движимый желанием поскорее кинуться в гущу сражений, Мадара перепутал раздевалки и залетел в женскую. Всё бы ничего, если бы только взгляд не скользнул туда, куда не следовало. И не задержался. Поэтому, когда Мадара через несколько часов стоял на улице, собравшись в широкий круг вместе главами кланов и начальниками нескольких патрульных подразделений, то на щеке у него гордо красовался ярко-красный след от женской ладони. Шикатару в тактичности обвинить было нельзя, высказался раньше, чем Хаширама рот открыл. — У-у-у, это кто тебя так? Мадара перевёл на него тяжёлый взгляд и со вздохом уложил подбородок на руки, которыми упирался в рукоять гунбая. — Не смешно, — сухо пробормотал он. Настроения никакого не было, как из-за нападения на деревню, так и из-за очередных проблем, с которыми пришлось бы разбираться. Не сделать это не дала бы совесть. Насилие у них цвело и пахло, но Мадара старался пресекать такое сколько мог. Вводил ограничения для своих же, контролировал поведение, а всяких выскочек предпочитал ставить на место резко и без расшаркиваний. Угрозами, а если не сработает, то и силой. Ци-ви-ли-зо-о-о-ван-ность, как же. Но с таким не к нему. Видимо, уроды, получив втык сверху, потом предпочитали самоутверждаться, издеваясь над теми, кто был ещё нижее по социальной лестнице. Мадара спускать с рук такое не собирался, пусть даже в ущерб собственной репутации. Он вздохнул. Правы были что отец, что Изуна, глава из него был такой себе, больше на цепного пса походил. Но ведь это был его клан, его подчинённые, которые причиняли друг другу вред. Разве не было делом первостепенной важности обратить внимание? Или он всё же лез не в своё дело? Мадара осторожно прикоснулся к следу на щеке и задумался. Нет, он всё же отреагировать был обязан. Почему он вообще ставил это под сомнение? — Зашёл в женскую раздевалку, — скосив глаза на Шикатару, тихо признался Учиха. Объяснять больше и нечего, только в онсене эти раздевалки и были. — Всего-то? — усмехнулся Шикатару. — Возможно, мои глаза задержались дольше положенного в месте для взгляда неположенном… — нараспев потянул Мадара. — Заслужил. Короткая история насмешила собравшихся шиноби, которые беззастенчиво подслушивали, и немного расслабила всех, исключая самого рассказчика. Он нервно выпрямился и огляделся по сторонам, по совпадению цепляя взглядом именно того, кто ему был нужен. — Шизума, — крикнул он строгим, ничего не выражающим тоном. — Подойдешь ко мне, когда со всем этим разберёмся. Мужчина, который до этого хохотал вместе с остальными, приподнял брови в изумлении, а потом, прийдя к какой-то мысли, сощурил глаза в улыбке. — Мадар-сама, вы же не на мою Нами намекаете? — он шкодливо усмехнулся, слегка фамильярно сокращая имя главы клана. — Она бы в жизни не посмела… Мадара оборвал его без юмора в голосе. Ему не хотелось выносить личные дела клана наружу и тон он старался держать ровным, но характер делал своё дело и следующее предложение вырвалось само собой. — По ней видно, что она бы не посмела. Учиха осёкся и выпрямился, взглянув на главу клана с опасением. — Хорошо, Мадара-сама, — Шизума коротко поклонился и через несколько минут ушёл с очередным патрулём на зачистку третьего периметра. Мадара больше ничего не сказал, даже когда заметил любопытные взгляды, которые ему кидал Шикатару. Нужно было как-нибудь иначе ответить. Шизума явно только в шутку про свою жену ляпнул, но своими словами Мадара подтвердил сказанное. Патовая ситуация какая-то. Теперь все подумают, что он действительно вызвал мужчину на ковёр только за то, что его жена влепила ему пощёчину. Хотя это, собственно, и не она сделала, но не суть… А причину, по которой он собирался отчитать мужчину, Мадара оглашать не собирался.Там и без оглашения, скоро слухи поползут, что глава клана уже и в чужие семейные дела лезет. Родоубийцы было мало. Любил же Мадара вляпываться во всякие… Пятна. В этом вопросе Оба-сан впервые была неправа, его имя прекрасно олицетворяло его суть. Хотя, с другой стороны… Мадура подходило не в пример лучше. Какая же морока…