Связанные коронами👑

Слуга дрожащими пальцами протянул свиток. Черный воск, литой, с гербом Совета, блеснул в свете люстр. Даже придворные, привыкшие к интригам, замолкли — слишком тяжёлый знак. Лорд Сейрю резко обернулся. Его взгляд впервые дрогнул, когда он увидел печать. — Откуда это? — голос его был всё ещё ровен, но уже не холоден. — Прямо с перевалочной станции при границе, милорд… — слуга опустил голову. — Гонец прибыл без остановок. Сказал: «Только королю. Немедленно. Судьба Веридии… на волоске». Если бы не тишина, никто бы не услышал, как Камия втянул воздух — коротко, зло. Бакуго протянул руку: — Сюда. Свиток вложили в его ладонь. Чёрный воск треснул под его большим пальцем с сухим щелчком. Он развернул послание и пробежал глазами строки. На его лице ничего не поменялось. Но воздух вокруг натянулся, будто перед грозой. — Говори, — не выдержал Сейрю. — Что там? Бакуго поднял глаза: — Северные княжества. Вторжение на пограничные земли Веридии. Несколько городов уже сожжены. Совет запрашивает мобилизацию и экстренные союзы. По залу будто прокатилась волна — тихие возгласы, приглушённые ругательства, шелест шелка, шаги назад. Сейрю побледнел, но быстро взял себя в руки. — Мы были не уведомлены… Совет должен был— — Совет только что лишился половины прямой связи, — сухо перебил Бакуго. — Если гонца отправили с чёрной печатью — значит, ситуация вышла за рамки обсуждения. Он сложил свиток и повернулся к советнику: — Вы хотели забрать принца. Но теперь у вас нет ни ресурсов для его охраны, ни времени на формальности. Сейрю насторожился, но не ответил. Бакуго медленно продолжил, уже так, чтобы слышал весь зал: — Веридии нужна помощь. И я готов её дать. Но на условиях, которые будут закреплены немедленно. Прямо здесь. Со свидетелями. Это была не фраза. Это был вызов — и предложение сразу. Камия дёрнулся, как будто его ударили под дых. Он понимал: его план рушится. Сейрю прищурился: — Вы предлагаете военный союз? — Я предлагаю выбор, — отчеканил Бакуго. — Либо принц Мидория остаётся здесь как представитель Веридии и связующее лицо между нашими королевствами — и тогда мои войска выступают немедленно. Пауза. Взгляд — прямой, тяжёлый: — Либо вы забираете его и уходите одни. И тогда возвращение армии станет… невозможным. Даже если вы будете умолять. В зале кто-то едва слышно ахнул. Сейрю медленно посмотрел на Изуку. В его взгляде мелькнуло нечто новое — не сомнение, но оценка. Изуку же стоял прямо. И впервые за всё время в этом хаосе его охватило не холодное бессилие, а странное, тихое чувство: шанс. Камия, чувствуя, что момент уходит, попытался вмешаться: — Но нет гаран— — Ты здесь никто, — обрезал его Бакуго, не повернув головы. — У тебя нет титула, дающего право говорить от имени Веридии. И уж тем более — заключать или рушить союзы. Слуги невольно отшатнулись. Камия осёкся — впервые по-настоящему. Сейрю медленно выдохнул. — Совет… не будет доволен. — Совет будет жив — если успеет, — ответил Бакуго. Изуку сделал шаг вперёд, не дожидаясь разрешения: — Я останусь. И буду говорить от имени Веридии. До тех пор, пока это нужно моему народу. Сейрю закрыл глаза — на миг. А потом кивнул коротко, ровно настолько, чтобы это можно было счесть согласием. — Тогда… мы начинаем немедленно, — выговорил он. Бакуго слегка качнул подбородком в сторону глашатаев. — Поднять военный совет. И подготовить зал переговоров. Он бросил взгляд на Камию: — А некоторых гостей я больше не желаю видеть при дворе. Впервые за вечер Камия не нашёл, что ответить. Только губы побелели. А делегация Веридии — уже не как обвинители, а как люди, потерявшие опору — медленно повернулась к принцу. Изуку встретил их взгляд спокойно. А где-то далеко — сталь уже звенела у их границ. Апартаменты Камии. Поздний час. Камия не сразу позволил себе сорвать перчатки. Он вошёл, даже не дав слугам закрыть дверь, и только когда остался один — ударил ладонью по резной спинке кресла. Дерево жалобно треснуло. — «Чрезвычайное положение»… — процедил он, бросив на стол оба свитка. — Они чуть не сорвали мне игру, а теперь сами загорелись. Гонец, принесший первый свиток, уже покинул дворец. А тот, что принёс чёрную печать, всё ещё был где-то под охраной Совета Солтарии. Камия понятия не имел, что именно в послании, и это бесило сильнее всего. Он подошёл к окну. Во дворе ещё мигали факелы — делегация Веридии не расходилась, обсуждения шли даже после речи лорда Сейрю. Камия сжал пальцы. «Неважно, что там — война, переворот, смерть правителя… Всё можно обернуть себе в пользу. Вопрос — как быстро я среагирую». Он резко дёрнул за шнурок. В стене, за гобеленом, послышалось движение. Оттуда показался его человек — тот самый, кто вечером уже пытался просочиться в покои Изуку через слуг. — Докладывай. — Чёрный свиток передан лорду Бакуго и принцу на разбор завтра. Но часть содержания уже перехвачена стражей делегации, — тихо ответил человек. — Говорят… Веридия просит не только возврата принца. Им потребуется военная поддержка. Камия медленно усмехнулся. — Конечно потребуется. Испуганные правители совершают ошибки чаще, чем влюблённые. — Каков приказ? — спросил агент. Камия прошёлся по комнате, обдумывая. — Мне нужно два действия. Первое: посеять мысль, что Солтария собирается вмешаться в дела Веридии силой. Вторая — что принц будет использован Бакуго как залог. Агент кивнул. — Через слухи? Через советников? — Через тех, кто вчера ещё шептался, что его удерживают здесь против воли. Через тех, кто мечтает видеть меня регентом, — холодно уточнил Камия. — И найди способ передать делегации: если они промедлят, дворец сам закроет ворота. Слуга растворился в проёме. Камия взял другой свиток — тот, с красной печатью, уже вскрытый. Рядом лежала копия. Он склонился над столом, зажёг свечу и медленно вывел новую фразу внизу оригинала чужим почерком: «…при задержке выезда возможны санкции со стороны короны Солтарии и ограничение дипломатического иммунитета». Он не собирался отправлять подделку. Но он знал, кому и как её показать. Дверь тихо приоткрылась — на пороге появилась Такао, его доверенная шпионка. — Всё готово. Те, кто поддерживал ваш план с разлукой, уже среди гостей. Утром слухи разойдутся как яд в воде. Камия повёл уголком губ. — Отлично. Пусть думают, что я отвлёкся на кризис. Пусть верят, что сейчас не до интриг. А утром… я подброшу им искру. — И что с принцем? — осторожно. — Принц? — его глаза хищно блеснули. — Ему даже не придётся уезжать, чтобы мы разорвали их. Главное — заставить кого-то поверить, что он сам захотел уйти. Или что его продают. Он провёл пальцем по столу. — И начнём мы не с него. А с Бакуго. Он повернулся к окну. Где-то там, за стенами, начинала сгущаться новая ночь. — Сегодня они думают, что угроза пришла извне, — тихо сказал Камия. — Завтра они поймут, что враг давно внутри.