Memento mori.

Chapter V. "New live"

Школьные поездки всегда вызывают какой-то трепет, разве не так? Это особая часть подростковой жизни, которая выходит за рамки привычных нам уроков и открывает новые возможности. Такие мероприятия обычно сочетают в себе и отдых, и учёбу, позволяя получать знания в нестандартной обстановке. А, может, и заводить новых друзей или налаживать отношениями с теми, с кем они не заладились с самого начала. Когда Агата узнала о предстоящем выезде на природу, ради которого директор снял даже лагерь скаутов, она убедилась, что в этой жизни ей явно не везёт. Меньше всего ей хотелось проводить свой День Рождения в кругу огромного количества людей, особенно, рядом с сёстрами. Агата прекрасно понимала, что Мортиша потащит её куда-нибудь с собой, не давая даже ни секунду покоя. Конечно, у неё проскользнула мысль насчёт того, чтобы претвориться больной, мол, осень — время простуд и всяких заболеваний, которые не обошли её стороной, но сразу же вспомнила то, что по словам директора, все, кто не поедет, будут заниматься генеральной уборкой академии, чтобы не было скучно. Поэтому, ничего не оставалось, кроме того, как собирать вещи и возмущаться про себя. Этот процесс был не особо долгим. Агата всегда была очень практичной в плане выбора самого нужного и необходимого. Тем более, это всего лишь на три дня: с пятницы по воскресенье, значит, одной сумки, плюс-минус, хватит. Поэтому, управилась она с этим ровно за полтора часа. Практически побила свой рекорд. А, вот, у её соседки были некоторые проблемы с выбором того, что нужно и не нужно взять с собой в дорогу. У неё крутились мысли о том, в чём же она будет сидеть на завтраке, обеде, ужине, на песнях за костром и ещё тысяче разных причин, которые Агата даже не собиралась запоминать. —"Возьми самое необходимое, какая разница?" — не удержавшись, произнесла Агата, кладя свою сумку на аккуратно заправленную кровать. —"Мы же не на всю неделю едем, да, и не думаю, что там будет что-то такое грандиозное, чтобы так часто менять одежду. Смотри на всю ситуацию практичнее." —"Ты не понимаешь, Агата. Знаешь, там будет столько красивых парней из старших потоков, а это значит лишь одно — они будут смотреть на нас! Это же так…" —"Противно." Франсуаза лишь хихикнула, начав свою лекцию о том, как же приятно получать внимание от парней, приводя в примеры истории их романтичных книг, которые она сама читала. Агата закатила глаза, молча наблюдая за сборами соседки, точнее, жалкими попытками что-то выбрать так, чтобы это не вышло в сумок десять или даже больше. За полчаса до отправления Агата вышла из комнаты, сразу же захватив свою сумку. Она решила выйти пораньше, считая, что так получится занять хорошее место рядом с окном. Девушка как раз вязала с собой две книги: одну для души, другую по ботанике, ту, которую ей пришлось отвоёвывать в библиотеке, наверное, и одну чисто для души. Ещё Агата прихватила с собой блокнот в красивом чёрном переплёте. Похожий был у её старшей сестры, где та записывала свои предсказания. Агата хотела делать так же. Хоть ей и не приходилось наблюдать за собой каких-либо видений, но свои мысли никто не запретит же писать. Подойдя к одному из автобус Фрамп заметила, как же тут было много народа. Уже. Быстро протолкавшись сквозь толпу учеников, Агата проскользнула в автобус, глазами выбирая место, куда можно сесть, но, как назло ничего свободного не было. Девушка вздохнула от разочарования, когда она ещё раз осматривала переполненный автобус. Тогда-то её взгляд и приземлился на последнее оставшееся пустое место. Вот, это было бы идеальным вариантом, но, конечно, оно было уже занято ни кем другим, как Айзеком. Вот же…Агата так надеялась избежать его компании в последующие дни, думая, что Айзек довольно занятой человек. Тем более, она сама хотела немного времени для себя, чтобы очистить голову и собраться с мыслями, ну, или даже поспать. Но у судьбы, казалось, были другие совсем другие планы. Неохотно Агата пробралась по проходу, плетясь между болтующими студентами, пока не добралась до задней части автобуса. Айзек поднял глаза, когда увидел, как девушка приблизилась к нему. Его взгляд был резким и оценивал, когда он проскользнул по лицу девушки. Казалось, Айзека забавляло явное недовольство Агаты, и он всячески наслаждался этим. Агата проигнорировала Найта, когда она скользнула на сиденье рядом с ним, сохраняя между ними столько расстояния, насколько это позволяло близко. Она не хотела начинать разговор, снова спорить, как они делали это, в принципе, всегда. Тем временем Айзек, казалось, не был обеспокоен присутствием Агаты. Он просто откинулся на спинку кресла, скрестив руки на груди, изучая её профиль внимательным критическим взглядом, словно она была его очередным экспериментом или одним из изобретений, над котором парень работал. Через мгновение Айзек всё-таки решил нарушить тишину между ними. —"Вижу, что ты не могла найти больше места, где можно сесть. Как жаль." тон Найта дал понять, что он нашёл её затруднительное положение более забавным, чем прискорбным, и Агата почувствовала прилив раздражения, медленно поднимающийся внутри нее. Она повернулась к нему лицом, смотря на Айзека своими зелёными глазами, которые так и сверкали от едва сдерживаемого раздражения. —"Села там, где было свободно. Что ещё ты хочешь?" Ухмылка Айзека стала ещё шире, когда она встретила его взгляд, и тогда он не смог удержаться от того, чтобы не наклониться немного ближе. —"Я должен сказать, Агата, ты, кажется, не особенно рада делить со мной место. Интересно, что я сделал, чтобы заслужить такое вопиющее неодобрение?" — теперь голос парня казался обиженным, со стороны, но Агата понимала, что он так над ней издевается. —"Ты невыносим, знаешь? Если такой умный, мог бы понять, что мне с тобой неинтересно разговаривать. С таким зазнавшимся мальчишкой, который возомнил себя великом Богом." Айзек поднял бровь на резкие слова Агаты, на его лице промелькнуло удивление, прежде чем он откинулся на спинку кресла, и через мгновение издал низкий, недоверчивый смех, медленно покачивая головой. —"Зазнавшийся? Я?" — тихо произнёс парень, проговаривая каждое слово. —"Предпочитаю больше говорить о себе, как об уверенном, сосредоточенном на своих целях и амбициях. Это действительно так ужасно в твоём представлении?" — между ними была пауза, тяжелая тишина, которая поглощала их с каждой секундой. Взгляд Айзека не колебался, его глаза были прикованы к Агате, ища намёк на огонь, который, казалось, всегда горел под её прохладной внешностью. Агата ничего не стала отвечать, отворачиваясь от Айзека в сторону и направляя свой взгляд вперёд. Повезло же ему ухватить место рядом с окном. Именно об этом подумала Фрамп. Ей всегда нравилось наблюдать за дорогой во время каких-то поездок. Она считала, что так время проходит быстрее, и ты не замечаешь, как уже достигаешь того место, куда и собирался. Сегодняшний день обещал быть исключением, это Агата уже поняла давно. Несмотря на то, как их начало разговора было довольно накопившимся, и Агата думала, что весь оставшийся путь они то и дело будут только грызться, как собаки за последнюю кость, между ними царила своеобразная идиллия. Айзек читал какую-то книгу, Агата рисовала что-то в своём блокноте. Никто друг другу не мешал. Автобус уже давно тронулся, и ехал на не очень быстрой скорости. Понятное дело, что это была одна из основных мер безопасности по перевозке учеников. Потерянная в своих размышлениях, Агата не заметила, как пейзаж за окном размылся и слился воедино, а деревья и поля превратились в зелёный и золотой поток. Её веки стали тяжёлыми, и прежде чем она смогла остановиться, она почувствовала, как сон затягивает всё больше и больше, а голова наклонилась в сторону. Айзек даже не заметил сонного состояния своей соседки по месту. Он продолжал читать свои записи, наброски по будущему проекту, пока его рука не остановилась, когда парень почувствовал лёгкую тяжесть у себя на плече. Глаза Айзека слегка расширились, увидев макушку светлых волос головы Агаты. Он замер на мгновение, застигнутый врасплох внезапной близостью. Конечно, не обошлось без раздражения. Девушка заснула, и теперь она использует его, как местную походную подушку. Что за наглость. Выдохнув, Айзек взглянул на Агату. Во сне её лицо выглядело моложе, каким-то образом более уязвимым. Линии гнева и разочарования, которые, казалось, были вечно вытравлены там, растаяли, оставив после себя хрупкую красоту, заставшую Найта врасплох. Он должен был признать, что была определенная привлекательность видеть её такой — менее бдительной, и это явно один из редких моментов уязвимости. Айзек обнаружил, что в мыслях пролетел один и тот же вопрос, была ли это настоящая Агата под колючей внешностью. Поняв, что он слишком долго наблюдает за спящей Фрамп, Айзек быстро отвернулся, направляя свой взор куда-угодно, лишь бы не на неё. Он выглянул в окно, увидев, как солнце начало опускаться низко на горизонте, окрашивая небо в тёплые оттенки оранжевого и розового. Часть Айзека так и говорила, чтобы он положил конец этому неожиданному моменту близости, но другая часть, которая становилась всё громче и громче с каждой секундой, хотела насладиться тихим миром, который сразу оборвётся после того, как Агата откроет свои зелёные глаза. Поэтому Айзек сидел неподвижно, его тело было устойчивой опорой для ее спящей фигуры. Он позволил нежному качанию автобуса и мягкому свечению заходящегося солнца убаюкать его в состояние тихого созерцания. Когда автобус, наконец, остановился, Айзек почувствовал, как Агата начала потихоньку шевелиться. Он взглянул, как только она моргнула, её глаза затрепетали и встретились прямо с его взглядом. На мгновение они просто уставились друг на друга, между ними воцарилась тишина, когда другие студенты начали собирать свои вещи и вставать, даже не замечая их. Айзек наблюдал, как сонная дымка исчезла из глаз девушки, сменившись внезапным мерцанием смущения и намёком на подозрение. Найт мог видеть момент, когда она вспомнила, где она находится, и, что более важно, на кого она опиралась. Её щеки покраснели нежно-розовым оттенком, который Агата сразу же скрыла от него. Быстро выпрямившись, девушка создала небольшое расстояние между ними, беря свою сумку, лежавшую на полу, в руки. —"Кажется, ты довольно хорошо вздремнула, Агата. Надеюсь, я не был слишком неудобной подушкой для тебя." — Айзек не смог удержаться от небольшой ухмылки, наблюдая за дискомфортом Фрамп. Но Агата не была в настроении для его шуток, и она быстро вышла в проход, бросив последний взгляд на Айзека через плечо. Он поднял бровь, в его глазах задался тихий вопрос, и на мгновение казалось, что девушка может сказать что-то ещё. Увы, она отвернулась, тут же исчезнув в толпе учеников, высаживающихся из автобуса. Парень выдохнул, кипя внутри от нарастающего раздражения того, что Агата даже ничего не сказала. Просто проигнорировала его. До этого момента он не понимал, насколько наслаждался коротким моментом перемирия между ними. И теперь, казалось, Агата снова отстранялась, отступая назад за этот колючий, неприступный внешний вид. В это же время, когда Агата вышла из автобуса, она готова была проклинать себя за то, что позволила себе поспать, так ещё и на плече другого человека. Таким девушка никогда не страдала, стараясь поддерживать непоколебимый образ, созданный упорным трудом. Фрамп уже представляла, как Айзек будет подкалывать её и припоминать до конца обучения. Путаясь в своих мыслях, Агата и не заметила, как к ней подбежала довольная Франсуаза. —"Ты где была? Неужели мы настолько разминулись, что ехали в разных автобусах. Твои сёстры волновались, поехала ли ты или нет." —"Сама же сидела, что народа слишком много. Я и так сидела…не в очень удачном месте." — Агата опустила момент, что ехала она с братом своей соседки. А то начались бы все вопросы и расспросы, на которые девушка предпочла бы ничего не говорить. —"Насчёт сестёр не бери в голову. Они и так должны прекрасно знать, что я не настолько тупа, чтобы прогуливать школьные мероприятия." С этими словами Агата прошла чуть вперёд, смотря по сторонам и изучая окружающую её красоту природы. Что-что, а осень в этом году была слишком прекрасной. Деревья казались призрачными силуэтами, которые оделись в яркие наряды в последний раз перед тем, как навсегда исчезнуть из этого мира. Шелест опавших листьев так и шуршал под ногами, напоминая шёпот прошедшего лета, а в воздухе витал аромат спелых яблок, которые некоторые студенты взяли с собой из садов Невермора. Ближе к вечеру всё уже было готово. Многие ученики сидели за разведённым костром вместе с директором, проводя время за рассказами всяких историй или пением песен. Агата наблюдала за ними издалека, не видя особого смысла присоединяться к ним. Она явно будет там лишней, даже если проявит дружелюбную сторону, которую так хорошо скрывает внутри себя на протяжении многих лет. 17 сентября 1982 год. Агата с самого утра была вся в предвкушении праздника, на который удалось уговорить мать и всю свою семейку. Она пригласила парочку девочек из класса на свой День Рождения, и уже представляла, как замечательно проведёт время. Сначала минуты шли одна за другой, и Агата думала, что девочки просто задерживаются. Но их всё не было и не было. Они так и не пришли. На следующий день Агата спрашивала, почему никто не пришёл, на что те ответили простыми словами, слишком жестокими для детей их возраста. —"С тобой неинтересно." —"Извини, но ты не вписываешься в нашу компанию." Это были одни из первых разбитых осколков в её сердце. Встряхнув головой, Агата постаралась отмахнуться от нахлынувших её резких воспоминаниях. Они были далёкие, да, но основная суть эмоций, которые девушка испытала в тот момент была ясна. Фрамп прошла в свою палатку, в которой кроме неё самой должна была быть Француаза, но сейчас она находилась в компании у костра, и Агата не хотела мешать ей. Девушка поверить не могла, что за такой короткий период смогла привязаться к какой-то там соседки по комнате. У них даже не сходились общие интересы, но сама атмосфера была приятной. Впервые за долгое время на душе стало спокойно и легко, что казалось очень редким для Агаты. Сегодня её перестали волновать проблемы, связанные со способностями, отношениями с матерью. Казалась, сейчас она была в своём маленьком мире, который никто не мог разрушить. Ни она сами, ни кто-либо другой. И это главное.

***

С новым днём начались новые проблемы. Агату разбудил шум, доносившийся с улицы, и Франсуаза, которая переодевалась во что-то спортивное. Протерев глаза ото сна, светловолосая спросила ещё хриплым ото сна голоса. —"Куда ты так судорожно собираешься? Неужели кто-то умер?" —"И тебе доброе утро, Агата! Ты так сладко спала, что мне было жаль нарушать твой сон." — на это заявление Агата закалила глаза. Она бы ещё танцы с бубнами плясала, чтобы не разбудить её, конечно. —"Сегодня будет какая-то спортивная игра, учитель по физкультуре сказал участвовать абсолютно всем." —"А если я не хочу?" — спросила Фрамп. Никогда не являясь особым любитель всяких спортивных мероприятий, Агата думала, что ей как-то удастся слинять от участия в этом сборище. —"Вдруг у меня голова болит или ещё что-то." Франсуаза пожала плечами в ответ, сама не зная, получится или нет. Навестив с утра своего брата и объявив ему об этом, она тоже услышала сплошное негодования и проклятия в адрес их преподавателя физической культуры. Младшая Найт знала, что у её брата всегда были тёрки с ним из-за ограничений, связанных со здоровьем не по доброй воли, в спортивных занятиях. Она уже представляла, что будет сегодня… Агата лишь выдохнула, медленно вставая с кровати. Пока она занималась всеми утренними процедурами, Франсуаза пошла за завтрак, чтобы успеть занять удачный столик для них. Фрамп не сомневалась, что "для них" не подразумевает только их двоих, а ещё Мортишу с Офелией и Маргарет, парня сестры, её соседку, ну, и, конечно же, куда же без самого брата Франсуазы. Признаться, Агаты было интересно, чем он занимался всё это время со вчерашнего дня после того, как Агата рассталась с ним на молчаливой ноте. Она сама не понимала, как так легко потеряла всю бдительность и смогла заснуть, опираясь на удобное плечо Айзека. Я бы смогла опереться на любого другого, кто там сидел. Стала проговаривать про себя Агата. Ведь так и было бы, да? На месте Айзека мог сидеть любой парень или девушка, и, заснув, Агата всё равно бы оказалась в том же положении, в котором увидел её Найт. На завтраке Айзека не было, что удивило Агату. Она хотела спросить Франсуазу, где же её любимый братец, но не стала этого делать. Наверное, все бы удивились, почему её вдруг интересует местонахождение ненавистного соперника и всё в этом роде. После этого подколок со стороны сестриц явно не прошли бы младшую Фрамп стороной. Через полчаса начались сборы на само мероприятие, которое, оказывается, и было предложено учителям физкультуры — мистером Штейном, как способ сплотить коллектив и сделать его ещё более дружным. Сам мужчина был из разряда тех самых фанатиков спорта, навязывающих всем свою идею о том, что занятия физической нагрузкой — это самый правильный и верный способ следить за здоровым образом жизни. И не важно, можно ли тебе заниматься таким или нет. Всё попадались под его горячую руку. Да, и спорить с ним никто не хотел. Штейн был мужчиной стойкого характера, как и полагается оборотню. Одним своим взглядом он говорил о том, что спорить было бессмысленно. Всем было дано задание пробежать пять кругов вокруг помеченной флажками территории. На каждом нужно сделать пометку, что ты достиг этого маршрута и не схитрил, сократив весь путь. От всех объяснений у Агаты уже кружилась голова. Она представляла, что ей придётся делать, и уже так и хотелось придумать вескую причину, чтобы всё-таки не участвовать в этом цирке. Оглядевшись вокруг, Фрамп увидела Айзека, который впервые за всё их знакомство стоял с понуром лицом. Рядом с ним была его сестра, что-то говорившая, на что тот просто молчаливо кивал. Это показалось слишком странным для Агаты, но она решила не придавать этому большое значение. Соревнование началось со свистка Штейна, и тогда Агата и не думала, что сегодняшний день изменит всё в её жизни. Она пробежала один круг с горем пополам, сбавляя тем на втором. Решив сэкономить свои силы, Фрамп понимала — это единственное решение, чтобы не потерять сознание и не испытывать боли в теле, которые иногда появлялись из-за огородного количества нагрузки или слишком быстрого бега. Во время лёгкого бега, Агата старалась смотреть по сторонам, параллельно наслаждаясь осенней природой, пока позволяло время и место. Тем более, большинство учеников уже успело обогнать её, оставляя девушку позади.

***

Айзек ненавидел спорт. Нет, он всегда придерживался здорового образа жизни, знал, что занятия физической нагрузкой тоже необходимы, но делал это в своём темпе и в своих силах. Этот мерзавец Штейн будто бы получал удовольствие, смотря на то, как парень мучается из-за своего освобождения, которые сковывали его с самого детства. Франсуаза ещё с утра уговаривала Найта о том, чтобы тот не вёл себя слишком гордо и подошёл к директору, напомнив, что такие занятия ему ограничены. Но Айзек не стал этого делать, и теперь пожинает плоды своего упрямства. Парень еле как прислонился к грубой коре дерева. Его дыхание было коротким, сочетающиеся с резким вздохом, когда Айзек изо всех сил пытался перевести дух. Механическое сердце, это чудо инженерии и изобретательности, которое он смог воплотить в реальность, тем самым спасся себе жизнь, напряглось против непривычных усилий: шестерёнки гудели и щелкали в бешеном ритме под его рёбрами, отчего дышать становилось всё труднее и труднее. Услышав хруст шагов по гравийной дорожке и посмотрев вверх, Айзек увидел Агату, стоящую перед ним, её грудь вздымалась, а волосы были растрёпаны от бега, что-то в этом казалось привлекательным и бесящим одновременно. Мерцание раздражения пересекло лицо парня от того, что его поймали в таком уязвимом состоянии, но он быстро оттолкнул это чувство, не желая показывать слабость перед Агатой. —"Всё хорошо?" — спросила девушка, медленно подходя ближе. Честно, она и не думала, что её не особо утруждающаяся пробежка закончится таким…инцидентом. Увидев парня в таком положении, Агата не захотела пробегать мимо. Сочувствие, жалость и стремление помочь тому, кто нуждается, всегда было спрятано глубоко внутри неё, и в этот момент девушка не хотела не оставлять даже такого, как Айзек, одного. Найт медленно выпрямился, используя дерево для поддержки, всячески попытавшись восстановить самообладание. Он не привык нуждаться в чей-то помощи, особенно от незнакомых ему близко людей. От кого Айзек и принимал желание быть рядом, так это только от сестры. Больше в этом мире он никому не доверял. —"Я в порядке. Просто…восстанавливаю дыхание." — сказал Айзек хриплым голосом. Он попытался отойти от дерева, но волна головокружения резко нахлынула на него, и ему пришлось крепче схватить грубую кору, чтобы не упасть. Челюсть Айзека сжалась, когда тот понял, что он в полном безысходном положении перед Агатой. Когда парень посмотрел ей в глаза, он увидел не жалость или отвращение, а искреннее беспокойство и проблеск понимания. Это было…удивительно? —"Аккуратно!" — Агата быстро поддержала Айзека, помогая тому снова облокотиться на рядом стоящее дерево. Тогда она случайно коснулась того места, где работало его механическое сердце. Почувствовав странный звук, не зная, что это тиканье механизма, Фрамп произнесла дальше. —"У тебя, что, проблемы с сердцем? И ты решать побежать, серьёзно?" Айзек напрягся, когда рука Агаты не специально коснулась его груди. Её пальцы немного задерживались на том месте, где находилось его сердце. Он не привык к такому близкому контакту с кем-либо, кроме Франсуазы и…матери. —"Это не твоё дело, Фрамп. Я могу справиться со своим здоровьем самостоятельно." — даже, когда Айзек произносил эти слова, он чувствовал слабость в ногах. Но гордость и страх показаться неидеальным взяли верх, и он медленно выпрямился. —"Мне не нужна ни твоя жалость, ни твоя забота. Я могу позаботиться о себе сам." Агата не могла не закатить глаза от возмущения. Столько наглости при таком состоянии? Хотя, она могла понять Айзека. Будь бы она на его месте, то тоже вела себя так, пытаясь сохранить маску независимости и стойкости, которую всегда и носила. Отойдя от парня на несколько шагов, девушка быстро окинула взглядом землю. Что-то же должно было расти, она не сомневалась в этом. Её внимание привлекла трава пустырника, как раз находившаяся недалеко от дерева. Агата понимала, что чаще его принимают в виде настойки, но что ж поделать, если сейчас она находилась буквально в полевых условиях без возможности измельчить траву. Подойдя ближе, она сорвала пару листков, сделав из них что-то наподобие браслета. Креативно. Фрамп чувствовала на себе прожигавший в ней дыру взгляд Айзека, и уже представляла его полное удивление, когда тот увидит её творение. Вернувшись обратно к "больному", именно так она мысленно назвала парня, Агата без каких-либо слов взяла руку Айзека и обвязала его запястье своим самодельным браслетом. Это явно ничего не дало бы, но, возможно, оказало просто успокоительное действие на психику. —"Трава пустырника. Помогает при болях в сердце и обладает седативным характером." Айзек молча уставился на маленькую зелёную веточку трав, привязанную вокруг его запястья, согнув брови от удивления. Странное чувство пробудилось внутри него, что-то похожее на благодарность и не охотное восхищение быстрым мышлением девушки. Это было неожиданно, да, но, на удивление, приятно. —"Спасибо." — сказал Айзек, слова были странными и неуклюжими на его языке, ведь он не привык выражать благодарность кому-то ещё, кроме сестры. Но в этот момент, с нежным давлением трав на его запястье и решимостью помочь в глазах Агаты, парень обнаружил, что хочет признать её усилия, впервые за их общение. —"Полагаю, я теперь твой должник, да?" — произнёс он ироничным бормотанием. Айзек вновь встретил взгляд Агаты, внимательно наблюдая за её зелёными глубинами. Что-то похожее на улыбку дёрнуло уголок его рта. —"Но не делай это привычкой. Я всё ещё превосхожу тебя." С этими словами Айзек постарался быстро уйти, так как было уже намного легче. Он не хотел как-то продолжать разговор, который и так зашёл слишком далеко, по крайней мере, для него.

***

Вечером, когда Айзек находился в своём временном убежище, иногда он продолжал бросать мимолётные взгляды на самодельный браслет. Он н мог понять, почему не снял его ранее, будто бы эти травы действительно оказали на всю системы некое успокаивающее действие. Мысли парня дрейфовали к младшей сестре Фрамп, и он обнаружил, что сравнивает четырёх евушек в своём уме, как эксперимент. Первые трое были полностью тёмной, сверхъестественной привлекательностью и тайнами, а Агата обладала другим видом "себя" — остроумием, яростным интеллектом и неожиданным, вдруг, состраданием. Слегка нахмурившись, Айзек вытеснил из головы мысли о сёстрах Фрамп, особенно о самой младшей. У него были более насущные вопросы, а именно завершение его последнего изобретения, которое Найт оставил, присоединившись к этой школьной поездке. Но даже, когда он занимался планами своего величайшего творения, Айзек обнаружил, что разум всё возвращается и возвращается к пришедшим событиям дня, к неожиданной связи, которая установилась с Агатой. Это было отвлечение, что он не мог себе позволить, загадка в его сложном уравнение и в тщательно упорядоченной жизни. И всё же...была часть парня, не сумевшая не почувствовать проблеск любопытства, тихое удивление о возможности того, что может произойти дальше. —"Айзек, с тобой всё в порядке?" — приятную тишину прервал голос Франсуазы. Глаза сестры с беспокойством оглядели брата с ног до головы, мысленно убеждаясь, что он в полном порядке. —"Агата сказала, что тебе было плохо во время соревнования." —"Пустяки. Просто…нагрузка на механизм." — сухо ответил Айзек, кинув взгляд в сторону сестры. —"Не бери в голову. Всё хорошо." Парень рашил отмахнуться от лишних вопросов, хоть и понимал, что сестра обосновано беспокоиться, поэтому, чтобы подбодрить её, Айзек просто обнял его, потрепав по волосам. —"Мне уже лучше, правда. Спасибо твоей соседке, если можно сказать так." —"Неужели у кого-то наладились отношения с моей подругой?" —"Не наладились, просто небольшое перемирие. Я сегодня добрый." — улыбнулся парень, отстранившись. —"Твоя Агата тоже поспокойнее, чем обычно." —"У неё завтра День Рождения. Она не любит этот праздник по словам сестёр." Так вот, оно что. У младшей назначен на завтра День Рождения, и, похоже, она совсем не в восторге от этого. Значит ей исполнится шестнадцать. В голове пронеслась именно такая мысль. Айзек и сам был не фанатом таких торжеств, ощущая это как-то по-своему. В детстве он часто проводил его в компании матери и сестры, после…только с Франсуазой. В прошлом году присоединился и Гомес — первый единственный друг Найта за всю его короткую жизнь, так как большую половину он провёл на больничных койках, потом за учёбой, и на общение совсем не оставалась времени. Да, и никто не хотел водиться с "изгоями", как всегда называли и самого Айзека, и Франсуазу в школе до Невермора. Может быть у Агаты было так же? Тем не менее, после ухода сестры Айзек задумался о том, что стоит ли ему отблагодарить Фрамп за такое подобие помощи. Несколько безделушек у него были с собой для того, чтобы скоротать время, и, что ж, они могут пойти на пользу.

***

Агата ненавидела Дни Рождения. Это было мощное слово, да, и, возможно, стоило бы сказать, что ей просто они не нравились. Ни весь балаган, который обычно должен следовать за всеми поздравлениями, ни сам шум, который шёл от всех собравшихся вокруг именинника, ни тишина и молчание, окружавшие её всё время. Ещё перед поездкой Агата поставила ультиматум своим сёстрам, чтобы те не лезли с поздравлениями при всех. Иначе бы началось что-то страшное. Она сказала им, что если они и хотят сказать ей парочку добрых слов, то пусть придут вечером, либо тогда, когда вокруг мало народа. Насчёт Франсуазы она не сомневалась, что та что-нибудь, да придумает. И это оказалась правдой. С самого утра Агата была злостно разбужена тихим пением соседки себе под нос. Уже хотев предъявить выговор, что даже на свой День Рождения нельзя подольше поспать, Фрамп была вежливо прервала вручением подарка — небольшой фиолетовой коробочки с чёрной ленточкой. —"С Днём Рождения! Я целую неделю думала над подарком, как только Мортиша случайно проговорилась мне." — довольна проговорила Франсуаза. —"Можешь сразу не открывать, чтобы успеть собраться к праздничному завтраку." Несколько секунд Агата смотрела на такую простую с виду коробочку, но такую значимую для неё самой внутри. Похожие чувства девушка испытывала только в детстве, когда мир казалась таким незнакомым и невинными в отличии от того, какой она видела сейчас. Аккуратно открыв верхнюю часть коробки взгляд Агаты упал на красивые перчатки чёрного цвета с небольшим инициалами "A.F." —"Я подумала, что они будет новенькими в твоём гардеробе. Инициалы сделала сама. Пусть они служат тебе очень-очень долго, прям, как наша дружба!" Край губ Фрамп тронула искренняя улыбка. Этот день и в правду обещал быть хорошим. Даже несмотря на то, что она не любит этот праздник. Может стоит сделать исключение? Поблагодарив Франсуазу, Агата стала собираться. Сегодня не намечалось никаких спортивных мероприятий, и слава Богу, поэтому выбор пал на блузку белого цвета и чёрные брюки. Местный "инь-янь". Волосы она оставила распущенные, с лёгкими волнами от косичек, которые девушка заплела на ночь. Образ был подобран, как с иголочки, и последним штрихом стали те самые перчатки, подаренные соседкой. Перед тем, как надеть их, Агата провела рукой по узорам на своих руках, будто бы впитывала каждую из частичку к себе внутрь. Пока она смотрела в небольшое зеркальце, которое Франсуаза, естественно, притащила с собой. Агата краем глаза заметила что-то блестящее у себя под подушкой. Подойдя ближе, она увидели небольшую шестерёнку с оторванным лепестком розы. Это выглядело странно, но по-своему красиво и необычно. В душе она знала, кто был тайным отправителем, но не хотела признаваться самой себе, что это оказало на неё даже большее влияние, чем подарок Франсуазы. Смогла ли Агата хотя бы на день полюбить День Рождения? Или теперь всё будет по-другому? Пока будет по-другому.