Будни натуралистки

Ох, если бы эта глупая девчонка только знала, каких титанических усилий стоило капитану не ответить на её поцелуй, чтобы он не перерос во что-то куда более неприличное. Майя отстранилась и опустилась обратно на пятки, а Зотов выпрямился и сжал кулаки так, что суставы хрустнули в тишине кабинета. На миг он ощутил к себе отвращение — за то, как легко в нём вспыхнуло возбуждение по отношению к пьяной девушке. Нельзя. Неправильно. Не нужно было потакать ей. Не сближайся с учёной. Прозвучало в голове предупреждение, как тревожное оповещение о выбросе. Согласившись с ним, Алексей пулей вылетел из кабинета, оставив Майю наедине с невысказанными чувствами. Даже прохлада ночи не принесла капитану облегчения. Сердце всё ещё бешено колотилось, а мысли возвращались к её губам — будто по замкнутому кругу. Чтобы не распаляться ещё сильнее, Зотов решил не ночевать в кабинете. Только вот куда теперь податься — он пока не понимал. Утром обещали выброс, значит, нужно было найти безопасное место. Пришлось возвращаться к Колдуну: Алексей помнил, что у того припасена пара комнат для «своих». Подальше от лишних глаз и шума. Капитан снова зашёл в бар. На этот раз он подошёл прямо к стойке и облокотился на неё. Народу в такой час уже поубавилось — можно было спокойно переговорить с барменом. — Опять ты, капитан? — хрипло произнёс Колдун, вытирая стакан. — Думал, уже с Майей уединился. — Пьяными девушками не пользуюсь, — коротко бросил Зотов. — С каждым днём ты меня всё больше удивляешь, Алексей. И, что неожиданно, в хорошем смысле. А ведь когда ты впервые появился в Залесье, я подумал — очередной вартовский мудак. Бармен добродушно посмеялся, поставил перед ним гранёный стакан и налил туда водки. Он был одним из немногих сталкеров, кто относился к капитану Зотову нейтрально, а может, даже и по-дружески. — Мне на сегодня хватит. Лучше скажи, сколько у тебя койка стоит? — устало спросил Алексей и отодвинул от себя стакан с алкоголем. — Тут такое дело, начальник: с вартовцев денег не беру. Койка там, — он кивнул на дверь и протянул капитану ключи. — Только не спрашивай, кто на ней спал до тебя. Зотов удивлённо вскинул бровь, но ключи всё же взял. — Почему не берёшь деньги? — У нас с Майей такая договорённость, — ответил Колдун, садясь в своё кресло. — Она мне столько всего полезного таскает, что выручка до небес взлетела. А меня совесть мучила, что я ей только всякие сплетни рассказываю…вот она и предложила вас ещё сверху угощать. Ещё немного переговорив с Колдуном, капитан побрёл в комнату. Хотя он не был уверен, что сумеет уснуть. Возбуждение почти утихло, сменившись алкогольной усталостью, но в голове всё равно вертелось слишком многое. Войдя в комнату, Алексей даже не стал включать свет, чтобы осмотреться. Просто рухнул на кровать и громко выдохнул. Неважно как, но он сейчас заставит себя отдохнуть — от этих сумасшедших деньков и от проблемной девчонки. Она разрушала его порядок, выдёргивала из привычной колеи, но теперь это не раздражало. На смену пришло что-то другое — похожее на притяжение. Утром, как обещали белые халаты из института и больная нога Бати, прогремел выброс. От его гула проснулась Майя. Голова раскалывалась, а во рту пересохло. Встав с кровати, она начала раздражённо искать аптечку и воду. Оба предмета нашлись на столе, а рядом лежал подсумок капитана, забитый сухой травой, и записка: «Выжженная выбросом. Нашёл во время патруля.» Майя невольно улыбнулась, но улыбка сразу спала, стоило вспомнить вчерашний вечер. Хоть и вспоминать было особенно нечего — алкоголь стёр из памяти почти всё проведённое с капитаном время, но вот чувство, с которым заснула, она помнила хорошо. Ей было очень паршиво в тот момент — из-за отстранённости Алексея. Будто между ними стояла невидимая стена. Стена из приказов, службы, исследовательской работы. Поэтому теперь образцы на столе выглядели не как знак заботы, а как попытка отвязаться от проблемной учёной. Что ж, если капитан так хочет — кто Майя такая, чтобы ему мешать? Больше она не станет пытаться сблизиться с Зотовым. А там, рано или поздно, и её влюблённость пройдёт. Пока девушка приводила себя в порядок после бурного вечера, выброс как раз подходил к концу. Можно было приступать к анализу образцов, которые принёс Алексей, а затем заняться тем, что она ещё вчера планировала, но её поймали — подготовкой к вылазке. Очень долго они оба старательно избегали друг друга. Учёная пропадала то в баре, то в гостях у Бати. Иногда вместе со Скифом поднималась на пригорок у Залесья — он учил её обращаться с вартовским пистолетом, который теперь принадлежал травнице. Сначала их знакомство не задалось: Майя решила, что Скиф грубый и невоспитанный. Но, по итогу, он был единственным из сталкеров в баре, кто согласился помочь ей с тренировками, и оказался обычным, разговорчивым парнем её возраста. Капитан же завалил себя работой по самое горло. Обходы, отчёты, проверки — стали его лучшими друзьями. А ближе к ночи он начинал перебиваться от одного места к другому — лишь бы не ночевать в их комнате. Но чем сильнее Зотов отдалялся, тем чаще ловил себя на мыслях о Майе. Каждый звук её голоса, каждое случайное столкновение — всё отзывалось внутри пожаром и он ненавидел себя за то, как жадно ждал этих случайностей.