И ты уверена

Природа готовилась к грозе. Тучи закрыли небо, чтобы сцена для великолепного события была затемнена и сочные краски не отвлекали от хрустального дождя и алмазных всполохов. Воздух стал тяжелым. Удушливым. Он говорил, что надо сесть, прижаться к земле и смотреть, а не мчатся непонятно куда. Все замерло вокруг. Все было готово. Ждали только нас. А мы в это время въезжали в заброшенное поместье и остановились возле колодца. Несмотря на сильный ветер, вокруг клубился отвратительный запах. Какая-то смесь тухлого мяса, гноя и мочи. Я прижала руку ко рту, плотно запечатав губы пальцами, чтобы удержать содержимое моего желудка, которое очень хотелось выйти и посмотреть, чем же так воняет. — Это крушина, - сказал ведьмак напряженно оглядываясь. Меч уже был у него в руках. Я вставила последнюю стрелу в арбалет и тоже оглянулась. Хрен его знает, где потеряла остальные. Наверное, на болоте. Или, когда Кольгрим вез меня кверху жопкой с болота. Но факт остается фактом, у меня одна стрела, а тут какая-то тварь по имени Крушина. Представляю, как она выглядит, если ее так называют. - Она одна? - спросила я и на всякий случай уточнила, - Она опасна? — Это растение, - ответил мне ведьмак, все так же внимательно разглядывая окрестности. - Точнее водоросль. После этих слов в мою голову скакнуло очень сильно желание выпустить последнюю стрелу в него. Пришлось даже арбалет опустить, чтобы пальчик не дернулся. И ведь не убьешь, ибо любишь подлеца. Да и скучно без него будет, вон он как развлекает меня. Поместье почти не изменилось. Но в прошлый раз оно дышала, гудело, жило. А в этот, будто всю душу вытащили и остались просто старые дома, умершие давным-давно. Хотя скамейки на которых мы сидели были на своих местах, а над остывшими углями висел… Котелок? Я подошла. Действительно котелок. Накрытый большими листьями. А сверху, придерживая их от ветра лежали несколько толстеньких палочек, сбоку от которых торчал хвостик ложки. Отодвинув импровизированную крышку, я обнаружила там кашу с овощами и мелко нарубленным мясом. Моя Хрунд умудрилась позаботится обо мне и на расстояние. Кольгрим появился рядом, когда я напихала себе полные щеки «нормальной» еды. - А если туда что-то добавили? – С сомнение спросил ведьмак, разглядывая, как я ем. - Ну так попробуй, – протянула я ему полную ложку. – Ты же у нас специалист по ядам. И он попробовал. То есть сначала понюхал, потом взял пару крупинок в рот и долго их там перекатывал и наконец засунул в себя все содержимое. - Что ж, - наконец произнес он, - достаточно вкусно. Меч он так и не убрал. Спать расположились на чердаке конюшни. В прошлый раз было совсем темно. Но этот раз я внимательно все рассмотрела. Пришлось. Сначала все обыскал Кольгрим, проверяя все углы чуть ли не на четвереньках. Потом благородно разрешил мне подняться на чердак. Оказывается он совмещает два нижних помещения – сарай и саму конюшню. Поэтому на верху был этакий закуток, по той же стороне, что и огромный проем. Находится здесь было странно, я смотрела через это вынужденное окно на двор и вспоминала Лето. Его взгляд, большие надежные руки, чертов сон. Будто я не вышла из сна, а только переместилась в другой. Стоит повернуть голову и сверкнут обреченностью кошачьи глаза. Оглянешься и Лето, надёжный Лето стоит, готовый тебя поймать. Будто это все было и одновременно не было. - Сестра? – уточнил Кольгрим становясь рядом со мной и разглядывая двор по которому уже начали стучать наливные капли дождя. На меня он не смотрел. Да, я и так поняла, о чем он. - Она сказал, что ты мой муж, я как-то непроизвольно поправила. – Давно я ждала этот вопрос. Еще до того, как ответила на него сама себе. - А что я за жена, если даже не могу исполнить супружеские обязанности? – продолжила с горькой ухмылкой, разглядывая как дождь, мощными ударами прибивает пыль к земле. - Знаешь, - задумчиво проговорил ведьмак, обращаясь к стене хлынувшей воды в шаге от нас, - иногда жены выдумывают разные вещи, чтобы не спать со своими мужьями. - Даже проклятья? – спросила я с ухмылкой. Конечно, ожидаемо, что он мне не поверил. Но я не думала, что именно так все повернет. - Всякое бывает, - печально поведал он дождю, - путешествовать одной не безопасно. - Но я же путешествую не одна, - все-таки развернулась я к мужчине. Что там опять появилось в его прекрасной головке. — Вот именно, - ведьмак тоже развернулся ко мне. Очень хотелось разозлится. Но вспомнился Лето. Его надежда в глазах. И слова про страх в глаза женщин, даже проституток. А потом этот вопрос: «Почему ты поцеловала меня у костра? Из жалости?». А теперь еще один ведьмак настолько побит жизнью, что сомневается. Даже после всего того, что было. Можно же что-то сделать? Надо просто придумать. — Значит ты считаешь, что я тебя не хочу, поэтому придумала проклятие? – спросила я, глядя мимо ведьмака на стену сарая. Кажется, есть способ ему показать, не подвергая риску. – Делай только то, что я говорю. Кольгрим смотрел внимательно и немного испуганно. Я пыталась сосредоточится и расслабиться одновременно. Это было волнительно. И, возможно неправильно. А еще мне будет стыдно. Потом. А сейчас я хочу, чтобы он знал. Чтобы понял. Чтобы у него не было в глазах тоскливого выражение одиночества проклятого человека, как и в моих. Только не у него. А все последствия, пусть лягут, на мои плечи. Медленно я подошла к нему. Остановилась в шаге. Посмотрела на лицо. Такое идеальное и красивое, с нежными, четко очерченными губами, которые так хотелось целовать. До боли, до одержимости. Протянула руку к его груди. Но не дотронулась, просто остановилась в дюйме, представляя, что брони нет, только его тело и дыхание. Вспомнила, как смывала с его торса кровь проводя по широким и крепким пластинам мышц, как обнимала его тело, украдкой поглаживая его, пользуясь возможности ощутить через тонкую ткань рубашки. Мужчина, ошалев от такой неожиданной развязки, протянулся меня обнять. - Руки! – рыкнула я не отвлекаясь. Ведьмак тут же развел их в стороны, чтобы не касаться меня. А потом и вовсе убрал за спину. Это покорность, такая не похожая на естество убийцы в нем, еще больше распалила меня. Продолжив дальше разглядывать его доспехи, я смешала реальность и фантазию. Мои руки описывали его тело по контуру не прикасаюсь. А мои мысли дорисовывали картину, совмещая ее. О, боги! Как он красив. Как хочется схватить его, целовать, срывать доспехи, слыша, как обрывки кольчуги лопаются под нетерпеливыми пальцами. Руки остановились напротив бедер, там, где было главное, самое желанное и недоступное. Всего в дюйме. Я уже не контролировала дыхание. Оно сбивалось и вырывалось из моей груди. Сердце тоже рвалось, туда к нему. Контроль еще дергался и напомнил за чем, собственно, все это начиналось и дернул меня отступить от мужчины. Всего на шаг. Но главное, что на шаг от него, а не к нему. Я распустила завязки на своих штанах и запустила вниз руку. Глаза Кольгрима расширились от удивления, и он громко вздохнул, когда я вытащила руку и показал ему пальца, блестящие от моего возбуждения. - Первую часть, про мое хочу/не хочу, мы решили, - я тоже смотрела на свои пальцы не решаясь посмотреть на ведьмака. – Чтобы подтвердить вторую, тебе придется умереть. И тут я скорей соглашусь, чтобы ты мне не верил, чем стать причиной твоей гибели. - Я тебе верю, - выдохнул Кольгрим. Его рука нежно обхватил мое запястье, а потом он нагнулся и облизал мои пальцы. Вдохнуть я не смогла. Все мои чувства и мысли мгновенно собрались на кончиках пальцев. Казалось, что не только они вошли в теплое и мягкое нутро, но и я вся погрузилось в головокружительное безумия, где мягкий нежный язычок, пробежался по кругу, не оставив ни капли моего сока. Контроль упал в обморок, самообладание присело рядом с ним. Мне потребовалось усилие, чтобы вернуть дыхание и сглотнуть. Если бы сейчас, он сдвинулся хоть на волос ко мне, случилось бы непоправимое. Но он отступил и отпустил из плена мою руку. Это было почти физически больно. - Пойду проверю округу, - хрипло сказал Кольгрим и просто выпрыгнул в проем под струи холодного дождя. Я осталась одна. Самообладание тут же влепила мне и контролю по подзатыльнику и начало отчитывать за непродуманные и опасные игры, которые черт знает чем могли закончится. Контроль честно пытался оправдаться, но они оба заткнулись, когда я положила пальцы в рот и закрыв глаза слизала с них следы ведьмака. Мужчины вокруг меня были всегда, в том числе и очень красивые. Были люди, которые возбуждали меня. Но обычно это происходило, когда меня обнимали или целовали. Когда я чувствовала рядом горячее тело. Но никогда раньше я не испытывала такого. Кажется, что рядом с ним мозг просто накрывают полотном, через которое с трудом пробираются мысли. И то, только если они уже кричат об опасности. Всех остальных просто нет. На смену им приходит дикое, животное желание. Желание не просто переспать, а заклеймить собой. Было в этот что-то неестественное. Тело горело. Оно хотело продолжение. А продолжение выпрыгнуло под дождь, чтобы не быть окончанием. Можно, конечно, закончить самостоятельно. Хрунд рассказала мне, как снимать напряжение, если не можешь снять его другим телом. Но вот Кольгрим вернется, а я сама себя теребонькаю. Тогда можно просто лечь и ждать пока умру от стыда. Даже сейчас не знаю, как буду ему смотреть в глаза. «Я в поместье. Спасибо за ужин. Как у вас дела? Хочу тебя попросить побыть счастливой подольше. Мои молитвы услышаны лишь на половину. Ньёрд оградит от суровых волн, но вот попутного ветра не даст. И мне, кажется, для этого придется молится другому богу. В каждом пламени огня.» Чтобы убить время отправила Хрунд записку. Скольким же вещам она меня научила? Даже арбалет в моих руках ее. Подарила, когда я с луком не справилась. Рассказывала, как драться и как готовить, как быть с мужчиной и как быть, если мужчины нет. Вспомнилась Грася и ее браслет. Как она прижимала его к груди. Интересно, а у меня что-то такое есть, что сложно отдать? Все что у меня было чужим, вложенным в меня кем-то. Все что у меня с собой было куплено другими людьми или по совету других людей, которые знали как лучше. Хотя… Вот мешочек с монетками? Да нет. Вон я его постоянно забываю и без колебаний отдала оттуда за обед. Арбалет? Тоже нет. Вечно он где-то далеко от меня и приходится за ним бегать. Тут мне вспомнился ножичек, который мне подарили в детстве. Я не расставалась с ним не на миг. Один раз даже порезалась, потому как он лежал у меня под подушкой, а во время беспокойного сна, я наткнулась на него губой. Скандал был дома ужасный. Кто же мне его подарил? Воспоминая сначала не четкие. Потом все ярче и ярче разгорались в моей голове. Я все вспомнила. И удивилась. Надо же, как причудлива судьба. «Буду держать столько сколько смогу. Если потребуется свяжу. В конюшне, рядом со сломанной лестницей, стоит мешок. Там кой-какие припасы. Стоянку организовали за винным причалом. С ветром, к тебе.» Такой ответ я получила. Видно, Хрунд тоже нечего было делать. Вместе с письмом была горсть орехов. Вкусных. Я даже хотела поделиться с ведьмаком, но его долго не было, а мне было скучно. Гроза не утихала. Она была ветром в дощатые стену и ревела вокруг. Я стояла за краем огромного проема и смотрела наружу, где сплошным потоком лилась вода. И лишь изредка вспыхивали молнии обрисовывая очертания домов, чтобы обозначить, что все это реальность, а не воздушные замки. Ведьмака не было. Становилось жутко. А вдруг он ушел? Растворился в этой стене дождя, и я его больше никогда не увижу. - Кольгрим, - тихо позвала я в пустоту, - где ты, любимый? - Я здесь, - раздался голос у меня за плечом. Шум дождя заглушил его шаги. Хотя, скорее, он просто бесшумно двигался. Но когда его спокойный и негромкий голос раздался прямо над моим плечом, я взвизгнула. Все-таки этот сарай своего добился. Не Лето, так Кольгрим.