Лекарство от одиночества

Ресторан был таким, какими их всегда выбирал отец: дорогим, тихим и невыносимо официальным. Каждый стук ножей о тарелки, каждый приглушённый смех отдавался в висках Сонхуна оглушительным грохотом. Он сидел с идеально прямой спиной, его пальцы нервно теребили край крахмальной салфетки. Он чувствовал себя экспонатом в музее под названием «Идеальный Сын Пак». Господин Пак появился бесшумно, как тень. Его дорогой костюм сидел безупречно, а взгляд, холодный и оценивающий, скользнул по Сонхуну с ног до головы, будто проверяя товар на наличие дефектов. —Сонхун, — его голос был ровным, без эмоций. — Ты хорошо выглядишь. Учёба, видимо, не слишком тебя утомляет. Это был не вопрос, а констатация факта. Факта, который его устраивал. —Всё в порядке, отец, — Сонхун ответил тем же бесстрастным тоном, которому научился с детства. Ужин прошёл в ритуальных расспросах об учёбе, оценках, планах на ординатуру. Сонхун отвечал чётко, подбирая слова, как бухгалтер отчитывается перед аудитором. Он чувствовал, как маска идеального сына прирастает к его коже, душит его. Он почти физически ощущал пустоту в груди, там, где всего несколько часов назад билось что-то живое и тёплое. И тогда отец сделал свой ход. Ловкий, точный и безжалостный. —Кстати, я вспомнил, что у тебя скоро день рождения, — произнёс он, отодвигая тарелку с недоеденным десертом. — И я подумал, что тебе пора начинать обращать внимание не только на книги. Мир не ограничивается стенами университета. Сонхун почувствовал, как у него похолодели кончики пальцев. —Отец, я... — Софи, дочь моего партнёра, — перебил его господин Пак, словно не слыша. — Очень умная девушка. Учится на искусствоведа в Лондоне. Сейчас как раз в городе. Я пригласил её присоединиться к нам на кофе. Она должна быть здесь с минуты на минуту. Это было не предложение. Это был ультиматум, завёрнутый в шёлк светской беседы. Ловушка захлопнулась. Сонхун сидел, парализованный, чувствуя, как стены ресторана смыкаются вокруг него. Он пытался представить себе Джейка — его смех, его дурацкие шутки, его тёплые руки, — но образ расплывался, вытесняемой накатывающей волной паники и стыда. Появилась она. Изящная, с безупречной улыбкой и внимательными, чуть холодноватыми глазами. Разговор завязался лёгкий и пустой. Отец с удовольствием вёл его, изредка бросая на Сонхуна взгляды, полные молчаливого ожидания. — А ты, Сонхун, вероятно, всё время проводишь за учебниками? — вежливо поинтересовалась Софи, и в её вопросе не было ничего, кроме светского любопытства. Голос Сонхуна прозвучал чужим, плоским: —Да, медицина требует полной отдачи. Внутри него всё кричало. Кричало о предательстве. О том, что он сидит здесь и позволяет этому происходить. Что он предаёт Джейка. Предаёт себя. Он сжимал кулаки под столом, чувствуя, как ногти впиваются в ладони. Внезапно в кармане его пиджака завибрировал телефон. Один раз. Два. Потом смс. Отец нахмурился. —Сонхун, невежливо... Но Сонхун уже машинально достал телефон. На экране горело сообщение от Джейка. «Принц на белом коне (с бутербродами и термосом чая) ждёт под окнами общежития. Возвращайся, заждался. P.S. Ники пытался спеть серенаду, но мы его заткнули». Просто. Глупо. Без намёка на драму или упрёки. Там, в другом мире, за стенами этой дорогой тюрьмы, его ждали. Ждали просто потому, что он был ему нужен. Что-то в Сонхуне щёлкнуло. Он поднял глаза. Сначала на отца, потом на Софи. —Простите, — его голос вдруг обрёл твёрдость, которую он сам в себе не узнавал. — Это срочное сообщение. По поводу... пациента. Мне нужно идти. Господин Пак замер. Его лицо осталось непроницаемым, но в глазах вспыхнула опасная искра. —Сонхун, я не думаю, что... —Мне нужно идти, — повторил Сонхун, отодвигая стул. Его сердце колотилось где-то в горле. — Было очень приятно познакомиться, Софи. Отец, я позвоню тебе завтра. Он не стал ждать ответа. Развернулся и пошёл к выходу, чувствуя на спине ледяной взгляд отца. Он не бежал, он шёл, с каждой парой шагов чувствуя, как с него спадают оковы. Воздух снаружи показался ему самым сладким, что он когда-либо вдыхал. Он не поехал сразу к общежитию. Он сел на скамейку в ближайшем сквере и, дрожащими руками, набрал номер Джейка. —Всё... всё в порядке? — сразу же снял трубку Джейк, и в его голосе сквозь наигранную бодрость пробивалась тревога. Сонхун закрыл глаза. —Нет, — честно выдохнул он. — Но я уже в пути.