Future

Тёплый ветер ласково играл листвой, обещая прекрасный день для охоты. Солнце поднималось всё выше, согревая землю своими лучами. Клементина, всё ещё находясь под впечатлением от вчерашней встречи с Луисом, решила, что небольшая вылазка с Асимом пойдёт ей на пользу. Однако их планы нарушились, когда из глубины леса донёсся звук мотора. Кролики, которых они выслеживали, с шумом разбежались в разные стороны. — Я схожу проверю. Оставайся тут, — предложил Асим. — И не подумаю, — твёрдо ответила Клементина, направляясь вслед за другом. Её решительность не оставляла места для возражений. Вскоре они вышли к дороге, где увидели медленно приближающуюся машину. Асим, заметив знакомое лицо среди пассажиров, с улыбкой крикнул: — Эй, может подвезёте? — пошутил Асим. Из машины выглянул Карл с заметно расстроенным видом. — Клем, мы заблудились. Как же хорошо, что мы вас встретили! — воскликнул он. — Мой отец за рулём, объясните ему как ехать? Машина полностью остановилась и из салона вышла разозлённая от конфликта в кабине темнокожая женщина с мечом в руках. Та кивнула Асиму в сторону кузова пикапа, оставив дверь салона открытой. Клементина взглянула на водителя и увидела взрослого мужчину с щетиной. Клементина озадаченно смотрела на сиденье высокой машины и с горестью продолжала вспоминать слова Луиса о помощи. - Поможешь? Кажется со мной хотят поговорить, а сюда я сама точно не заберусь. — обратилась Клем к другу,пока тот не успел уйти. Асим часто забывал о инвалидности девушки. Она умела держаться так, чтобы не вызывать лишних беспокойств о себе и мыслей в сторону её слабости. Парень часто был сосредоточен на чём-то другом, поэтому не отличался учтивостью в отношении её слабости. Однако индиец никогда не смущался, если ей была нужна помощь. Поэтому этим двоим было особенно комфортно друг с другом, что хорошо сказывалось на их слаженной работе по ведению учёта необходимого и выстраивания стратегии по обеспечению пропитания. Он подкинул её наверх, сажая на сиденье, и вернул девушке костыли. Аасим сказал “всё будет хорошо” и ушёл назад, еле успев, пока машина не начала движение вновь. В салоне царило напряжённое молчание. Рик, лидер Александрии, отец Карла и Джудит, начал разговор, делая долгие паузы между фразами: — Меня зовут Рик. Я лидер Александрии. И отец Карла и Джудит. — Я поняла, — слегка усмехнулась Клементина. Её успокаивало то, что волнение было взаимным. Доверять тому, кто её боится, гораздо проще. Глубоко вздохнув, она улыбнулась и указала на неприметный съезд в лес: — Ребята убрали указатели, чтобы не привлекать лишнего внимания. — Это правильно. Люди опаснее ходячих. Почему вы тогда подошли к нашей повозке? — спросил Рик, глядя на неё в упор. — Ну это моя инициатива. Я же присоединилась к школе сильно позже, а до этого меняла группы или путешествовала одна. Встречала много людей, многие из которых были хорошими. Конечно не все — подняв остаток голени, продолжала Клем — но школе нужно будущее. Ребятам даже в этом мире нужно общаться. Не может группа людей жить в лесу долго и счастливо. Есть только два пути: либо погибнуть, либо найти своё место в этом новом мире. — Вера в людей? Сейчас сложно встретить подобное. Не поверил бы, если бы сам не был бы таким же. Не понимаю почему Иисус, Мэгги, а теперь и я, кажется, вам доверяю, но нам правда нужна помощь, — Рик произнёс последние слова с какой-то обречённой решимостью. — Клементина, я оставляю на тебя своих детей — ещё немного погода он обречённо добавил — Не верю, что говорю это. — Не буду ничего обещать, но на время они станут моими людьми. Будут следовать нашим правилам, жить на нашей территории, находиться под нашей защитой. Если не возникнет серьёзных проблем, я буду на их стороне, — твёрдо ответила Клементина. Во время недолгого диалога машина доехала до ворот школы. К калитке подошли все оставшиеся в школе дети. Руби вышла им на встречу, когда заметила Клементину сквозь разбитое стекло. Лидерша оглядела школьников и их обеспокоенные лица. — Постарайтесь быть с ними помягче сегодня. Они давно не встречали людей, которые не желают им зла, — предупредила она. За время пути Асим успел наладить контакт с новыми знакомыми. Рон и Сэм оказались весьма общительными, в то время как Энид, Кэти и Карл хранили молчание. Поэтому парень предпочёл уделить внимание ребёнку и Мишон, которая держала его на руках. Он мило играл с девочкой пальцами, в какой-то момент рассмешив этим старшую. Она наконец остыла после разговора с водителем и спокойно, с дружелюбием в голосе начала расспрашивать подробнее про Эриксон, как они живут и всё ли хорошо, параллельно поддерживая игру с Джудит. После к ним присоединился и Карл, слегка расслабившись от разговора. Как только машина остановилась, Руби, не теряя времени, бросилась к багажнику. Она начала оживлённо общаться с девочками и даже попыталась взять Джудит из рук Мишон, что последней явно не понравилось. Однако Карл, узнав рыжеволосую девочку, не стал возражать против их общения. После проникновения на территорию школы Асим временно взял на себя взрослых и организацию припасов. В школе сегодня помимо Руби оставался только Вилли. Это, конечно, не было на руку новоприбывшим, но возможно так он быстрее сможет смириться с их присутствием. Однако тот не спешил спускаться с вышки, разглядывая кусты вдалеке. Оттуда вышли Луис с Эйджеем. — Клем! - услышала она сверху, когда зашла за стены — Луис уже вернулся. — Так быстро? Всё в порядке? — обычно осмотр ловушек занимал больше времени, так как их становилось всё больше. — Кажется да - вглядываясь в даль, подтвердил дозорный — он с кроликами. Новые ловушки сработали. — Спускайся к нам. Помнишь, о чём мы говорили? — строго напомнила лидерша. Вилли кивнул ей и пошёл в сторону новых мальчишек с серьёзным лицом, которое по степени приближения к ним становилось всё более улыбчивым. В этот раз он был готов к появлению новых людей и твёрдо решил, что история не повторится, как это было с Клементиной в прошлом. Тем временем Клементина подошла к двум девушкам, которые держались в стороне как от своих, так и от школьников. — Привет, я Клементина. Давайте знакомится что ли? — предложила она с улыбкой. — Кэти. Рада встрече, — оживилась невысокая девушка. Немного подождав, пока её подруга ответит, она добавила: — Это Энид. Если честно, я не то чтобы с ними. Просто решила остаться и поспать, а они предложили остаться. Халявная еда и тёплый дом были весьма привлекательны, понимаешь? — подмигнув, спросила улыбчивая короткостриженная брюнетка. — Но сидеть днями в грядке скучно. Посмотрим, что будет здесь. Если что-то не устроит — скажу и уйду. — Мило, что предупредила, — не смогла сдержать лёгкой иронии Клементина. — Про правила обсудим, когда вернутся остальные. — Что на счёт этого? — показывая нож в джинсах, сразу спросила Энид, чтобы избежать проблем. — Не волнуйтесь, оставьте при себе, — спокойно ответила Клементина. Вопрос оружия они обсудили с ребятами заранее. Все на территории школы иногда носили при себе оружие, и менять это правило никто не собирался. Именно это стало главным аргументом в пользу того, чтобы разрешить новеньким сохранить своё оружие. — Мы все носим оружие. Будет нечестно делать из вас исключение. Здесь есть свои правила, но мы все хотим подружиться. — А мне это нравится! — оживилась Кэти. — В большинстве общин оружие собирают в одном месте или вообще не дают людям к нему доступ. Я столько клёвых игрушек просрала из-за этого! Так жалко ту ахрененную биту, которую мой брат расписывал - выругалась в конце эмоциональная девушка. — Он сейчас в Александрии? — Нет, умер на одной из предыдущих войн... в одной из предыдущих групп... — намеренно растягивая слова, так будто её это всё достало, ответила короткостриженная. — Соболезную. — Не парься, он всё делал чтобы это произошло. Та ещё гнида — с улыбкой и задорством отмахнулась она. — Жестоко ты — включилась в разговор Энид. — Ну, он классный был, но как только мне 15 исполнилось, вообще перестал думать о ком-либо, кроме себя. Скотина. Стал таким же, как до смерти родителей — будто меня не существует. — Многие меняются, — сказала Клементина, пытаясь поддержать девушку. — Не, этот всегда таким был. Просто когда мы остались вдвоём, ему пришлось следить за мной и учить. Было весело, — вспомнила она их путешествия. — А когда, по его мнению, учить больше было нечему, начал отрываться по полной. Долг выполнил. Больше ничем не обязан. Клементина внимательно слушала историю девушки, понимая, как тяжело ей было взрослеть без родителей, а потом и без брата, который, казалось, был единственным близким человеком. В этом новом мире, где каждый день мог стать последним, такие истории были не редкостью. — Понимаю, — тихо произнесла Клементина. — Иногда те, кого мы считали близкими, оказываются совсем не теми, кем мы их представляли. Кэти кивнула, словно соглашаясь с этими словами. В её глазах промелькнула тень грусти, но она быстро взяла себя в руки. В этом была вся Кэти — умела переключаться с грусти на деловую хватку в мгновение ока. — Ладно, хватит о грустном. Лучше расскажите, как тут у вас всё устроено. Что нужно делать, чтобы стать частью общины? — её голос снова стал бодрым и деловитым. Клементина изо всех сил старалась составить хорошее впечатление о школьниках, представляя их. Настолько дружелюбной она не была даже тогда, когда пыталась остаться в школе сама. Наконец через калитку прошли Луис с Эйджеем, сразу направляясь к лидерше. - Привет - оборачиваясь, улыбнулась ещё сильнее девушка. - Всем привет, я Луис это Эйджей - обращалась к новеньким, начал парень - Я так понимаю тебе уже доложили о наших успехах? - Ловушки хорошо сработали. — Ловушки хорошо сработали, — подтвердила Клементина. — Да, а теперь закрой глаза! — воодушевлённо попросил Эйджей, прячась за Луисом. — И вытяни руки вперёд! Клементина послушалась и закрыла глаза. Луис тут же подхватил её, чтобы не упали костыли и поднял ей руки. В это время Эйджей сунул ей в руки что-то шерстяное. — Из кролика выйдет так себе сюрприз, если отдать его сразу после разговора о ловушках! Клементина ахнула от удивления, когда маленькое пушистое существо, оказавшееся в её руках, вдруг сделало стремительный прыжок. Её глаза расширились от восторга, а на лице появилась искренняя, детская улыбка. К счастью, новенькие девушки оказались рядом, и Энид быстро схватила шустрого крольчонка, не дав ему убежать. — Зачем вы живого-то принесли? — возмутилась наглая девочка. — Ну, Асим уже планировал их разводить, я думал, он уже успел рассказать, что сменил наше задание, — объяснил Луис, глядя на ошарашенную Клементину. — Охота прервалась. Не успел, — раздражённо призналась лидерша. — Похоже, тебя пытаются подсидеть, — усмехнулась Кэти. — Не груби, тебе тут ещё жить, — не выдержал Луис. — Ну насчёт этого я ещё подумаю. Интерьерчик у вас так себе, то и гляди развалится. Хотя мне нравится. По стилю подходит, — парировала Кэти, этими словами она привлекая внимание к своему внешнему виду. Её внешний вид действительно выделялся среди привычной одежды выживших. Плотные чёрные джинсы украшали блестящие цепи, создающие необычный металлический блеск. Короткий узкий топ с яркой эмблемой музыкальной группы совершенно не подходил для зимней погоды. Чокер и куртка были усыпаны дерзкими шипами, создавая агрессивный, бунтарский образ. Тем не менее была и практичная сторона её образа. Например в широкие джинсы был вдет ремень на который кроме чехла для ножа, ремнями были прикреплены две бутылки воды. Также грубые сапоги были из плотной и даже не повреждённой кожи. Клементина лишь усмехнулась, оценивая вызывающий наряд девушки. В этом видимо была вся Кэти — сочетать несочетаемое, быть колючей снаружи, но, возможно, мягкой внутри. Но именно такие люди часто привносят в жизнь что-то новое и неожиданное. — А ты, смотрю, умеешь выживать со стилем, — лидерша заметила, что девушке нравится хвалится собой, а значит вероятно понравится и лесть., кивая на практичные элементы экипировки. — Ремни, вода, крепкие сапоги. Нечасто встретишь такую продуманность в нашем мире. — Ага, — хмыкнула Кэти, — пришлось научиться. В этом мире либо ты умеешь выживать, либо выживают за твой счёт. А я предпочитаю первый вариант. — А ты дерзкая. Мне нравится. — Спасибо, — подмигнула Кэти. — Дерзость — моё второе имя — её гордости не было предела. Казалось, что девушка считала всех окружающих просто массовкой, необходимой для обожания её. — Я прогуляюсь? — Да, но не пытайся разобрать завалы. Они тут не просто так — Кэти вернулась к машине доставая рюкзак чуть ли не больше неё к которому на резинках была привязана бейсбольная бита. — Смотри-ка, у тебя появился человек со схожим оружием, а может, и интересами, — с лёгкой насмешкой в голосе поддела Клем. — Мне она не понравилась. Да кто она вообще такая, чтобы подкалывать тебя насчёт такого? — нахмурился Луис. — Кэти, — коротко вставила Энид, продолжая гладить кролика. — А мне она очень даже. У вас схожий юмор… или манера общения. Но соглашусь, что манер ей не хватает, — задумчиво произнесла Клементина, глядя вслед удаляющейся фигуре. — Кажется, у вас весело. В Александрии мне было тяжело адаптироваться, но, кажется, тут будет легче. Хотя мальчикам и Джудит с Карлом будет тяжело без родных. И я уже скучаю по всем, — Энид всё ещё выглядела напряжённой и постоянно оглядывалась по сторонам. Её тревога была понятна Это вызвало жалость у Клементины. Клементина почувствовала, как жалость сжимает её сердце. Она знала, каково это — терять близких и бояться за тех, кто остался. — Надеюсь, всё будет хорошо. Вы скоро вернётесь домой, — тихо произнесла она, стараясь вложить в эти слова как можно больше уверенности. — Я схожу к Джудит? Не хочу показаться грубой, но… — Всё в порядке. Иди к ним, — Клементина кивнула, и они подождали, пока Энид отойдёт на безопасное расстояние. В её глазах читалась тревога за каждого члена общины. — Кажется, пока всё неплохо. Малышка, конечно, младше, чем я думала, но, уверена, мы справимся, — произнесла Клементина, оглядывая лагерь. — Думаешь? Кажется, кто-то снабдил тебя непоколебимым оптимизмом. — намекая на себя спросил Луис. — Может, и так. А может, я кого-нибудь найду, — решила пошутить Клементина. — Тогда поспорим, кто первый? Хотя мне не очень нравятся эта штука, Клемми. — А кто сказал, что это шутка? — Клементина заметила, как Карл держится в стороне от остальных. Он стоял поодаль от мальчишек, не приближаясь ни к ним, ни к девочкам с Джудит на руках. — Пойдём поздороваемся с Карлом. Луис подходит к нему со спины и приподнимает его шляпу, собираясь сказать что-то смешное. Однако длинноволосому это не понравилось, поэтому, достав револьвер, Карл сказал: " Верни". Эйджей, стоящий чуть за девушкой опустил руку на свой пистолет, но увидел преграждающую и означающую остановиться, руку Клементины. Луис мгновенно вернул шляпу на место и отступил, возвращаясь к настороженно наблюдающей за ситуацией Клементине. Карл медленно убрал оружие, но его взгляд по-прежнему оставался тяжёлым и полным неприязни. — У нас в компании появился ещё один человек, помешанный на своей шляпе, — начал было Луис, но, заметив напряжение, быстро добавил: — Но не волнуйся, я таких люблю! — воскликнул он шутливо, многозначительно кладя руку на талию Клементины. — Мы обязательно подружимся! — Мне начинать ревновать? — поддержала игру Клементина, стараясь разрядить накалившуюся атмосферу. — А как же! Уверен, что кто-нибудь из новеньких обязательно оценит меня по достоинству, — парировал Луис, подмигивая. Луис удалился, чтобы проверить готовность обеда, ведь за едой все становятся более лояльными к окружающим. — Не стоит доставать пистолет на территории школы, если нет угрозы для жизни или здоровья, — голос Клементины звучал твёрдо, но спокойно. — Не так давно здесь произошёл неприятный инцидент с огнестрельным оружием, так что местные не в восторге, когда здесь достают стволы. Карл опустил голову, его пальцы нервно теребили край шляпы. — Прости, эта шляпа многое для меня значит, — тихо произнёс он. — У всех есть больные темы, — мягко заметила Клем. — Просто скажи о своих границах, не нужно сразу хвататься за оружие. — Да, например, ко мне не надо подходить сзади! — воскрикнул Эйджей, поняв, что может включиться в разговор. — Хорошо, я учту, — спокойно согласился Карл. — Видишь, просто сказать о границах. Может проведаем Джудит с девочками? — получив в ответ одобрительный кивок, Клементина направилась в сторону столов, на одном из которых сейчас ползала малышка. Маленькое блондинистое солнышко весело смеясь ползла то в одну, то в другую сторону. Она раз за разом поглядывала на яркую для глаз ребёнка незнакомку, а после смущено рассеивалась опуская взгляд куда-то вниз. — Так мило, — улыбнулась Клементина, наблюдая за ребёнком. — Кажется, она не слишком боится незнакомцев. В этот момент Джудит, словно почувствовав на себе тёплые взгляды, подняла голову и, увидев приближающуюся Клементину, залилась звонким смехом, протягивая к ней маленькие ручки. В этом невинном жесте было столько доверия и радости, что напряжение последних минут окончательно растаяло, оставив после себя лишь теплоту и надежду на лучшее.Девушка, получив кивок от темнокожей дамы, подняла ребёнка на руки, погружаясь в воспоминания о лучших моментах, когда-то разделённых с Эйджеем. — Это так, — тихо произнёс Карл, глядя на смеющуюся Джудит. — Многие появлялись и исчезали, мы были в нескольких больших общинах. Отец всегда занят, руководя людьми, поэтому за нами присматривают все, кто может и хочет. Она привыкла к людям, но иногда это опасно. Когда её нашёл главный из тех, с кем мы воюем, она лишь смеялась и играла с ним, как сейчас. — Для детей это нормально, — улыбнулась Клементина, наблюдая за тем, как Эйджей, несмотря на свой юный возраст, уже стал настоящим защитником. — Пару раз Эйджей пытался поиграть с ходячими, когда был маленьким. Но сейчас он убьёт любого, кто попытается нас обидеть, — добавила она, притягивая мальчика к себе. - Ты гордишься им - констатировал Карл. — Ты гордишься им, — заметил Карл. — А то! Он лучший. И уже множество раз спасал мою жизнь, — с гордостью произнесла Клементина, её глаза светились любовью и уважением — Думаю, с детьми всегда так, — раздался голос из-за спины. — Сначала очень тяжело. Нужно уделять им всё своё время, отдавать всё самое лучшее, выкручиваться из разных ситуаций из-за них, а потом они вырастают, и, смотря на них, понимаешь, что они — лучшее, что было в твоей жизни. Клементина, слушая эту громкую речь взрослого человека, который всё ещё считал, что знает про эту жизнь больше какой-то школьницы, не отрывала взгляда от Эйджея. Для неё он был всем миром — самым близким, самым родным, самым лучшим. В его глазах она видела отражение их общего прошлого, их борьбы за выживание, их надежд на будущее. И пусть этот взрослый считал себя мудрее, Клементина знала: иногда именно дети понимают жизнь лучше всех. Клементина погрузилась в воспоминания, вновь переживая те тяжёлые дни, когда Эйджей был совсем маленьким. Она до сих пор не могла поверить, как ей повезло с ним — он был удивительно сообразительным ребёнком. Быстро успокаивался, редко привередничал в еде, возможно, конечно из-за того, что ели они значительно реже, чем хотели. Она была тогда совсем юной, не знала, что считать нормой для ребёнка, а что — отклонением. Поиск подходящей еды для малыша становился настоящей проблемой, превращаясь в ежедневную борьбу за выживание. Часто она пряталась в укромных местах, слушая его плач, и в эти моменты её охватывало отчаяние. В такие моменты она искренне думала, что слишком устала. Ей правда казалось, что она ненавидит кричащее создание, которое заставляет её тратить весь день на поиски особенной еды, которую он смог бы съесть, вместо того, чтобы сделать что-то ещё более полезное. К тому времени она уже успела потерять многих близких, видела, как меняются люди, как совершают ошибки. Это сделало её замкнутой, недоверчивой. Она избегала встреч с другими выжившими, отказывалась от предложений присоединиться к группам, предпочитая одиночество. Но в какой-то момент стало слишком сложно. Малыш не прекращал кричать и требовать еды, мертвецы окружали её повсюду и чёрт зачем всё это? Просто чтобы существовать. Выполнять данные самой себе обещания? Да не пошло ли всё к чёрту? На тот момент она уже несколько лет растила ребёнка одна в лесу. Она устала и сдалась. Но не в своём намеренье жить. Ей нужны люди и поддержка. Поэтому когда в следующий раз ей предложили присоединиться к группе она согласилась. Когда это обернулось боком она вновь была сломлена. Но даже тогда ей было не так тяжело, ведь теперь Клементина не была столь долгое время в том опустошении. Но теперь она была старше, опытнее. Она перестала избегать людей, начала использовать их для выживания, живя ради себя и используя окружающих для своей выгоды. Люди стали для неё лишь средством выживания, не более того. Но без близких люди становятся жестокими. Хоть окружающие и проявляли к ней доброту, она не могла позволить людям приблизиться к себе, пока не узнала, что тот мальчик, к которому, пусть и в самые трудные времена, она испытывала привязанность, ответственность и любовь, жив. Она осознала только тогда насколько малыш был ей дорог. Именно он был её жизнью с тех пор, когда она осталась одна. Отчаяние от того, что она могла его потерять, поглощало её до того момента, когда она наконец нашла его. Взяла на руки, обняла. Он узнал её, несмотря на свой юный возраст. Именно тогда она поняла, что готова сделать для него всё возможное. Сделать всё, чтобы он жил, чтобы был счастлив, насколько это вообще возможно в их жестоком мире. Эйджей стал её смыслом жизни, её светом в темноте апокалипсиса. И теперь, глядя на него, она понимала, что никакие слова взрослого человека не могут описать то, что она пережила и продолжает переживать ради него. И сейчас Эйджей мог сказать, что счастлив. Пусть неуверенно, пусть с оглядкой на окружающий мир, но даже здесь, рядом с Клем и новыми друзьями, он научился воспринимать апокалипсис как новую реальность и просто жить, как обычный ребёнок. — Да это определённо так. — Клемм, можем поговорить? — возвращаясь к роли лидера, а не отца спросил Рик. — Не дашь даже поздороваться с ней? — театрально сделала она грустные глазки, как когда-то научила Эйджея. Но увидив серьёзного взрослого положила ребёнка обратно на стол. — Это важно. У тебя ещё будет время, — похоже, у неё это получалось хуже, чем у Эйджея. — Да-да, конечно, — обречённо согласилась Клементина, следуя за старшим. Он повёл Клементину в сторону ступенек, так что все ребята оставались у неё на виду. Также она заметила и слегка испуганных Вайолет и Омара, что вернулись с рыбалки. Они присели на холодный бетон и оба не отводили взгляда от своих детей. — Клем, я до последнего не хотел оставлять здесь Джудит и Карла, — начал Рик, глядя куда-то вдаль. — Дело не в том, что я не доверяю тебе или кому-то из ваших. Сейчас ты кажешься безобидной, но это место… оно не внушает доверия. Сейчас для нас главное — найти место, о котором не знают Спасители. Чтобы в нём могли жить дети без постоянной защиты — это просто чудо. Поэтому пока они останутся здесь. Мы в долгу перед вами. Клементина внимательно слушала, обдумывая каждое слово. — Судя по вашим рассказам и тому, что говорила Мэгги, у вас действительно хорошее поселение, — произнесла она наконец. — Я встречала много общин, но большинство не стоят внимания. Сложно жить большим скоплением людей и при этом не грабить других. Кажется, вы справляетесь без этого, и у вас неплохо получается. Я бы хотела наладить сотрудничество в будущем, если, конечно, вы выживете, — последнее замечание прозвучало неловко, но в условиях постоянной войны оно было более чем уместным. - Тоббин сейчас объясняет твоему мальчику, не спросил его имени, как лучше использовать то, что мы привезли. Он участвовал в возведение стен, так что не профи, но разбирается не плохо. Не думал, что у вас всё так плохо. Зданье сильно повреждено, если его не укрепить дальше будет только хуже. В наших поселениях хорошие дома. Вы могли бы присоединиться, когда всё… — Нет! — резко прервала его лидерша. — Мы хотим остаться независимыми. В случае попытки захватить нас ничего хорошего не выйдет. — Извини, я просто хотел как лучше. Подумай, — всё же попытался убедить её Рик. — Нет, и мой ответ никогда не изменится. Мы будем независимы при любых обстоятельствах. Восстановим школу, разовьём теплицу, и благодаря животным станет ещё легче. То, что у нас есть сейчас, прекрасно, и так думаю не только я. — Звучит, конечно, круто, но вы просто дети. — Не просто дети, а дети, которые выжили. Выжили, ничего не умея и не зная о мире многого. Выжили, хотя многие взрослые умерли. Сделали то, чего другие не смогли. И теперь мы вместе и доверяем друг другу. К тому же мы правда верим, что всё может быть хорошо. Я буду рада сотрудничать и обмениваться дальше, но точно не присоединяться. — Ладно, в любом случае нет смысла обсуждать это сейчас, — всё ещё не мог смириться с мнением школьницы Рик. Он хотел сказать что-то ещё, но всё не могло закончиться лишь одной стычкой. В этот раз им повезло меньше. Клементина и Луис искренне верили, что эта сделка — хороший шанс, поэтому даже конфликт с оружием удалось замять шутками. Но Вай изначально не была в восторге от всего этого. Устав после рыбалки, она мечтала упасть в своей комнате на кровать, избегая сегодня всех новеньких. Но, придя, увидела какую-то мелкую девчонку, роющуюся в её ящиках. Вайолет взорвалась. — Какого хрена?! — воскликнула она, схватила незнакомку за короткие волосы на макушке и потащила на улицу. Вторженка не слишком сопротивлялась и лишь, наклоняясь, следовала за разъярённой Вайолет. Остальные замерли, не зная, вмешиваться или нет. Напряжение в воздухе нарастало, грозя перерасти в новый конфликт. — Клем! Я смирилась с тем, что мне вскоре придётся жить с кем-то из новеньких, но какого хрена она роется в моих вещах? — Вайолет швырнула девушку, которая всё ещё не сопротивлялась, на ступени. Её лицо исказилось от гнева. — ты впустила воровку! — Хей-хей, остынь, красотка, — спокойно, с насмешкой в голосе произнесла Кэти, оценивающе оглядывая покрытое шрамами лицо Вайолет. — Я не собиралась ничего воровать. Просто осматривала территорию, комнаты. Внутри ещё более убогие, чем снаружи. Проверь хоть все двадцать карманов — я успела проверить все комнаты и всё ещё ничего не взяла. Твоя, кстати, самая целая, и живёшь ты явно одна. Я бы выбрала её. — Рик, какого хрена? Недоверие — это нормально, но тайком обыскивать комнаты — непозволительный перебор, — встала на сторону подруги Клементина, хоть ей и понравилась изначально дерзкая новенькая. — Я тут ни при чём! Она сама полезла куда не просят. Я не могу знать и контролировать всех, — развёл руками Рик. — А своих детей? Тоже не можешь контролировать? Да ты никого не можешь контролировать, — голос Клементины звенел от ярости. — Я планировала опустить тот случай, так как удалось решить всё мирно, но если они будут нарушать правила, которые мы оговорим, или будут для нас угрозой — выставлю их за стены или застрелю к чёртовой матери всех без капли сожаления. А теперь иди поговори с ними. Дай остыть. Не прошло и дня, а моё терпение на исходе, — лидер Александрии начал удаляться — И ты. Давай поосторожней. То, что я забыла упомянуть не заходить в личные комнаты, не значит, что ты можешь, забыв про манеры, делать всё, что вздумается, — строго произнесла лидерша. — В этом мире всё ещё остались манеры? — рассмеялась Кэти, что только сильнее разозлило Клементину. Перехватив костыль посередине, Клементина прижала хорошо сложенную Кэти к колонне, не обращая внимания на шипы на своём орудии передвижения. — Моё терпение на исходе, — повторила она с таким выражением лица, что даже наглая Кэти побледнела. — Если хочешь остаться, придётся вести себя по-человечески, мирясь с нашими правилами, — Клементина опустила костыль на землю. Если бы не чокер на шее невысокой противницы, на её коже остались бы маленькие ранки со следами ржавчины. — А если хочешь уйти — уходи. Все замерли, чувствуя напряжение в воздухе. Ситуация могла выйти из-под контроля в любой момент, и только от благоразумия каждого зависело, удастся ли избежать новой конфронтации. Клементина отступила на несколько шагов, стараясь не выдать свою хромоту. Отсутствие левой ноги давалось ей нелегко, особенно в такие напряжённые моменты, когда каждый шаг мог стать решающим. Она окинула взглядом собравшихся, чувствуя, как напряжение в воздухе становится почти осязаемым. — Простите, возможно, я действительно перегнула палку и зря нарушила ваше личное пространство. Но сейчас нет ничего, что я не сделала бы чтобы решить насколько я хочу тут оставаться. Кэти отошла в сторону, ожидая, что Рик выскажет ей своё недовольство. Она заметно погрустнела от того, что её посмели поставить на место, но оценивая ситуацию здраво решила простить это Клем. — Спасибо, Клем, — тихо произнесла блондинка, её голос дрожал от благодарности. — Я не ожидала, что ты реально вступишься за меня. - Вай, я правда очень хочу, чтобы это время прошло мирно и спокойно. — устало ответила Клементина, её взгляд скользнул к котлу, где Луис и Омар готовили ужин. — Даже когда в Луиса целились из пистолета, мы сдержались, чтобы не разрушить хрупкий мир. Пожалуйста, постарайся найти общий язык с остальными. Рик, конечно разозлился и пусть не всё понимал, так как не видел сцены, которую устроил Карл, но понимал, что обговорить всё с детьми ещё раз обязательно нужно, но вначале решил поговорить именно с сыном. Теперь Карл в милой компании девочек, с которыми удалось найти общий язык, и Эйджея играл с маленькой Джудит, иногда объясняя младшему что нельзя делать, играя с ребёнком. Но зов отца прервал эту идиллию. Рик поманил его в сторону, и по серьёзному выражению лица стало ясно — разговор будет непростым. Когда Карл изложил все подробности произошедшего, лицо отца потемнело от гнева, но он сдержался, понимая, что сейчас не время для эмоций. — Карл, ты знаешь, что я доверяю тебе больше всех, — начал Рик, глядя сыну прямо в глаза. — На тебя ложится ответственность за Джудит. Мы до сих пор не уверены, можем ли полностью доверять этим людям, но сейчас они нуждаются в наших ресурсах, а мы — в их убежище. У них нет причин вредить вам. Так что, парень, включай всю свою харизму и сделай так, чтобы вы могли здесь остаться. Карл молча кивнул, наблюдая, как его отец собирает всех Александрийцев для разговора. Он опять вернулся к лидерским обязанностям. Длинноволосый часто гордился, что его отец настолько крут, что раз за разом становился лидером в разных группах. Он часто ровнялся на него и даже думал, что что мог бы когда-то стать лучше него. Но в такие моменты Карлу отчаянно хотелось видеть в отце просто папу. Хоть немного дольше, чем те несколько минут, которые тот уделял ему, когда сын провинился. Особенно больно было за Джудит. Сестрёнку воспитывали все, кроме него: даже недавно появившаяся в их жизни Руби проводила с ней больше времени, чем отец за последние месяцы. Рик был постоянно занят — сначала собирал припасы для Спасителей, потом оружие для Мусорщиков, а теперь готовился к войне. Карл стоял, глядя вслед уходящему отцу, и чувствовал, как внутри разрастается пустота. Теперь он действительно оставался один — наедине с Джудит, Энид, Роном и остальными. Без привычной опоры, без твёрдого плеча, на которое всегда можно было опереться. Да, Рик нечасто находил время для семьи, поглощённый заботами о выживании общины, но его присутствие давало Карлу ощущение защищённости. Теперь же эта невидимая нить, связывающая их, словно оборвалась, оставив после себя лишь болезненный след. Он посмотрел на Джудит, которая, казалось, ничего не замечала, увлечённо играя с Энид. Но Карл знал — сестрёнка чувствует напряжение, даже если не понимает его причин. Ответственность за неё давила тяжким грузом, заставляя взрослеть быстрее, чем хотелось бы. Мысли путались в голове. Сможет ли он справиться? Хватит ли у него сил и мудрости принимать правильные решения? Ведь отец всегда был где-то рядом, пусть даже занятый, пусть даже отстранённый — но рядом. А теперь… Тоска накатила волной, заставив сжать зубы. Он не ожидал, что будет скучать так сильно. Не думал, что отсутствие отца ударит по нему с такой силой. Но теперь, стоя посреди двора и глядя на беззаботно играющих детей, Карл понимал — ему предстоит научиться быть сильнее, чем когда-либо прежде. Вздохнув, он заставил себя собраться. Нельзя показывать слабость — не сейчас, когда от него зависит так много. Но в глубине души он знал: тоска по отцу останется с ним надолго.