Катострофа

Следующие сорок восемь часов прошли в напряженном ожидании. Наружные группы сменили тактику, увеличив дистанцию и углубив легенды. Теперь за «Лисами» наблюдали через призму городской жизни — камеры на светофорах, микрофоны в кафе, данные с вышек сотовой связи. Прямое визуальное наблюдение было сведено к минимуму. Ваймак провел летучку в мрачном настроении. —Они залегли на дно. Активность «Катастрофы» в сети упала на 70%. Никаких громких взломов, только рутинный трафик. Он либо ничего не ищет, либо ищет так, что мы этого не видим. Что хуже — решайте сами. Аарон не отрывался от мониторов, его лицо освещало лишь холодное синее сияние экранов. —Он роет. Медленно. Глубоко. Я вижу аномалии в фоновых процессах. Он не сканирует нас напрямую, он... картографирует тишину. Ищет пустоты в цифровом шуме города, которые могут означать чужие сервера или зашифрованные каналы. — Может, он просто устал? — предположила Элисон, разглядывая свежие фото Нила, выгуливающего короля на поводке. — Он же почти не спит. — «Катастрофа» не устает, — мрачно парировал Эндрю, стоя у окна и глядя на ночной город. — Он перезаряжается. Его мозг не работает, как у нас. Тишина для него — не отдых. Это зарядка конденсатора. Тем временем в логове «Лисов» царила своя, особая атмосфера. Нил стал еще более внимательным. Он проверял продукты из магазина с помощью портативного сканера, купленного Ники Хэммиком на черном рынке. Он менял маршруты, никогда не ходил одной и той же дорогой дважды. Его брат, напротив, казался, погрузился в себя еще глубже. Он часами сидел перед монитором, но не печатал код, а смотрел на экран с визуализацией сетевого трафика, словно читая в мелькающих точках и линиях тайное послание. — Они нас боятся, — констатировал на очередном брифинге Ваймак. — И это самый опасный сценарий. Испуганные «Лисы» не убегут. Они начнут рыть подкоп. И он оказался прав. Поздней ночью Аарон, почти засыпая за клавиатурой, заметил странный всплеск. Не со стороны Натаниэля, а со стороны одного из серверов университета, где учился Мэтт Бойд. —Эндрю, смотри. Это... это не его почерк. Слишком грубо. Эндрю подошел и нахмурился. —Это не «Катастрофа». Это «Беглец». Он послал запрос. Анонимно. Через десяток прокси. — Запрос куда? — В темную сеть. К черным хакерам. Ищет информацию. Не о технологиях. О людях. О нас. На экране высветился строки запроса, которые Аарон смог перехватить и расшифровать: «Ищу данные по группе наблюдения. Возможно, государственные. Возможно, частные. Высокий уровень подготовки. Работают в районе [координаты их района]. Интересны любые упоминания, утечки, слухи. Оплата в крипте.» Ваймак, разбуженный звонком, выслушал их молча, а затем произнес всего одну фразу: —Щупальца «Беглеца» полезли в нашу нору. Обрубайте. Любой ценой. Но тихо. Аарон кивнул и его пальцы взлетели над клавиатурой. Он начал операцию по дезинформации — создавая фантомные следы, поддельные профили и ложные истории для тех, кого мог заинтересовать запрос Нила. Это была сложнейшая работа — нужно было не просто заблокировать запрос, а убедить «Беглеца», что он ищет призрак, что его паранойя не имеет под собой основания. Через час Нил, сидя на кухне с чашкой остывшего чая, получил первый и единственный ответ на свой запрос. Сообщение было пустым, без текста. К нему был прикреплен файл — черно-белая, старинная фотография, на которой была изображена пара пустых кошачьих глаз, светящихся в темноте. Он не был программистом, как его брат. Но он был выживальщиком. И он понял это сообщение идеально . Мы тебя видим. И мы знают, что ты ищешь. Но мы — не люди. Мы — тень. Мы — ночь. Он стер сообщение, сжег одноразовый телефон, который использовал для связи, и вышел в гостиную. Натаниэль спал, наконец-то, урывком, на диване, прижав к груди Белоснежку. Черный кот, Король, сидел у окна, спиной к комнате, и смотрел в ночь, за которой скрывался невидимый враг. Нил сел рядом с братом, положил руку ему на голову и тихо прошептал: —Все в порядке. Я здесь. Он лгал. Ничего не было в порядке. Охота началась. И теперь они были не добычей, а полноценной стороной в этой войне. Тишина закончилась. Начинался шторм.