Колыбельная

Оторвавшись от пленительных пухлых губ девушки, Поттер поцеловал ложбинку между ключицами и с улыбкой посмотрел ей в глаза. Вот она, девушка мечты. Столько лет прошло, а она все также ждала его и верила, что они будут вместе. Парвати была прекрасной женщиной. От ее запаха сносило крышу у многих альф, в том числе у Гарри. Долгие годы она помогала ему с гоном и ничего не требовала взамен. Но почему же сейчас от ее запаха Поттеру хотелось избавиться. Он сам не понимал почему чувства рядом с ней изменились, словно всё это было не то, чего он хотел. Ему хотелось миндаля, а она пахла печеньем и мороженым. Совсем не тот аромат, который ему хотелось. — Все нормально? Ты сегодня через чур любвеобильный. — Разве я не могу быть таким? Девушка приподняла его за подбородок и внимательно посмотрела в глаза. Она чувствовала, что между ними все поменялось, даже если не координально, но заложило зернышко перемен. Еще пять лет назад, когда они впервые встретились в больнице, пока она обрабатывала ему рану после задержания преступника, между ними пронеслась искра. Тогда они дали обещание друг другу, что будут вместе, скрываться от окружающих пока один из них не найдет своего истинного. Она не верила, что так скоро их идиллия будет нарушена, поэтому была готова бороться. — Обычно ты все мне рассказываешь. Поттер устало выдыхает и приподнимается на локтях, он гладит ее грудь и тело, вызывает мурашки, но продолжает утаивать. — Гарри, не пугай. — Не хочу тебя обидеть, пока сам не разобрался. — Ты нашел истинного? — Надеюсь, что нет. — Так не хочешь от меня уходить? — она с улыбкой, обнимает его за шею и притягивает к себе для поцелуя. Они продолжают поцелуй, меняют положения тел. Поттер крепко прижимает женское тело к себе, соприкасаясь с ней и ловя каждый ее вдох. И вновь комната вокруг заполняет ароматом хвои, а мозг подкидывает изображение Малфоя, который стоял на пороге дома пожилой женщины, в теплом свитере и черных штанах. Как же Поттеру хотелось запустить руку в непослушные волосы омеги и провести по ним пальцам, чтобы почувствовать их мягкость. Запах яблок и миндаля, вновь наполнял его легкие. Подсознание играло с ним и заставляло хотеть не девушку, а совершенно другого человека. Разорвав поцелуй, он хмуро посмотрел на нее. — Что случилось? — Не могу. — Всегда мог, а сейчас что? — А сейчас целую тебя, а вижу его лицо. Чертов, Малфой. Свалился мне на голову, как черт с табакерки. Парвати ошеломлено уставилась на альфу, который лежал под ней и выглядел так, словно не рад случившемуся. Впервые находясь с ней Поттер мог думать, о ком-то другом. Этот факт резал по самолюбию и самоуважению. — Малфой? Тот омега с института, который назвал тебя нищим, очкастым, чудовищем? — Ну, он не так сказал. Просто, понимаешь, у меня скоро гон, а он пахнет… — А он пахнет, как рай? — Да. Точнее, нет. Я просто хочу его. Сейчас. — Вот как. Значит попробуй подрочить на него, если не пройдет попробуй переспать с ним. Либо, переживи гон и еще раз подумай о нем. — Так и сделаю. После диалога они оба не могли сконцентрироваться. Гарри рассуждал о совете девушки, интересно, какая может быть реакция у профайлера, если он ему предложит провести гон вместе. Он же убьет его на месте. Почему-то Гарри был уверен, что Драко не задумается даже на секунду прежде, чем достать табельное и всадить пулю в лоб. Может он девственности не лишился еще, а тут институтский враг предлагает переспать. Нет, так не пойдет. Проще переждать, пару дней и Гарри сможет мыслить адекватно. Сотовый, своей вибрацией отвлек от нежелательных мыслей. Парвати передала ему телефон и Гарри без единой эмоции выслушал информацию от дежурного. Стоило ему услышать, что Малфой самостоятельно отправился на вокзал в час ночи, ради поимки какого-то сумасшедшего, как все внутри всколыхнуло. Девушка лишь молча наблюдала за тем, с какой скоростью альфа собирался и выбегал из ее квартиры. Она предчувствовала, что следующая встреча может не произойти, либо будет краткой с четким отказом. Парвати не могла позволить, чтобы какой-то высокомерный омега, так легко разрушил их связь.

***

Фараоны опрашивали девушку и молодого парня, на котором не было лица. У него была дикая дезориентация, даже ровно стоять у него плохо получалось. Чего не скажешь, о женщине. Коричневое пальто, поверх обтягивающего черного платья, однотонные сапоги до колен. Кудрявые рыжие волосы спускались по плечам, одна из прядей запуталась в лямке от сумки, она сложила руки на груди. Ее поза была закрытой, но при этом она нервно стучала ногой о кафель, от чего стук каблуков бил по ушах. Говорила девушка быстро и раздражено, будто это не она вызывала полицию, заявив о предполагаемом похищение человека. Один из фараонов записывал каждое ее слово, прося уделить больше внимания деталям. Сам же потерпевший был одет в серые спортивные штаны, черный рашгард и на полу возле его правой ноги находилась дорожная сумка. В руках юноша сжимал бутылку с холодной водой. Телосложение было среднее, если поставить его рядом с Драко можно сказать, что парень накаченный, но рядом с настоящим культуристом он выглядел хрупким омегой. Блондинистые локоны прилипли ко лбу,а взгляд голубых глаз изучал узоры на кафеле. — Я же уже сказала вам, что мужчина был с забинтованной рукой и в кепке, напоминающей головной убор из сериала «острые козырьки»! Тут столько охраны и видеонаблюдения, но никто не может отследить одного ублюдка? Вы за что получаете свою зарплату? Сажаете невиновных? Она говорила повышая тон от каждого предложения, еще чуть-чуть и её писклявый голос взорвет все барабанные перепонки у Малфоя и окружающих. Сохранявший спокойствие профайлер, тяжело вздохнул, подошел к фараонам и забрав у них блокнот с записями, усмехнулся: — Уважаемая, Кан Соль, это похвально, что вы решили вызвать полицию в этой ситуации. Судя по вашим опустившемся плечам и напряженной позе, вы провели в дороге более десяти часов, в сидячем положении. Вы, наверное, даже не отдохнули. Как так вышло, что столь уважаемого журналиста из штатов не встречает никто в малоизвестном городке? Девушка улыбнулась, расправляет плечи и становится более уверенной. В душе она радовалась словам полицейского, который смог заметить такие детали и тем более, без ошибочно определил род её деятельности. — Благодарю, меня должен был встретить ассистент завтрашним утром, но я приехала раньше. — Вот как, и какого рода статьи вы пишите? Извините, за такую малую осведомленность. — Про архитектуру, сохранившиеся традиции и особое предпочтение отдаю городам малонаселенным. Ваш город пал на выбор редакции для предстоящей статьи «Городских легенд». — Вы отхватили лучший кусок пирога, выбрав писать о нашем прекрасном городе. Драко улыбается ей и в знак почтения пожимает руку. Приехавшие с ним на вызов полицейские облегчено выдыхают, они не были уверены, что юнец возьмет инициативу на себя. Им казалось, что Малфой будет стоять в стороне и давить на них взглядом, но все оказалось иначе. — Позвольте моим сотрудникам отвезти вас обоих до дома, или до отеля. Оба фараона сразу берут дорожные сумки потерпевшего и журналистки. Они впятером выходят на улицу и омега провожает взглядом отъезжающую служебную машину. Перед тем, как полицейские садят за руль, он предупредил их о том, что настоятельно рекомендует вернуться на вокзал. Когда автомобиль покидает зону вокзала, омега оборачивается в сторону здания. Огромное, высотное здание, что являлось одной из достопримечательностей города, в свете луны и ночного сияния смотрело на него зловеще. Здание словно улыбалось ему, приглашая зайти обратно, и твердило о том, что внутри Драко ждет кое-кто. Оставшись один на один со своим давним страхом, омега решительно направляется в главный зал, он снова изучает людей, выискивает, как охотничья собака ищет след. За время, что он потратил на общение с девушкой и отпускание фараонов, несколько человек покинули вокзал. И сердцем Драко чувствовал, что подозреваемый тоже скрылся. Пройдя к кабинету охраны и мониторщиков, омега требовательно постучал. Без промедлений ему открыли дверь, ему даже не пришлось показывать удостоверение, что объяснить свое присутствие. Один из безопасников был маленького роста, седые волосы, но взгляд закаленный, озвучивая свои инструкции мужчина стал показывать камеры представителю органов. — Включите пожалуйста видео с тем моментом, как эта девушка начала кричать на всю улицу. Приблизительное время около половины первого. На экране монитора появляется запись от указанного времени, Драко взглядом изучает то, как девушка покидает площадку, выходит на улицу и говорит с кем-то по телефону, после чего оборачивается в сторону подозрительной черной машины, отдалено напоминающей старенькую Волгу. Возле машины мужчина среднего роста, сгорбленный и с кепкой-козырек, придерживал молодого парня за талию и пытался усадить в машину. Драко требует увеличить картинку, но из-за устаревшей техники, запись становится пиксельного формата, и вовсе зависает. Мужчина одет в черный плащ, на левой руке бинт, а лицо скрыто за очками и под козырьком. Из-за того, что человек держит голову опущенной сложно различить его лицо. — А теперь включите на моменте, когда мы приехали и центральную площадку. Когда изображение загружается и события на нем происходят в ускоренном варианте, Драко замечает того же человека, которого увидел возле машины. Он просит остановить запись. Человек в кепке-козырек стоял возле стены, недалеко от черного выхода на служебную парковку. Неизвестный перебинтованой рукой, проводит по губам, словно вытирает слюни, он стоит в пяти рядах от Драко и взгляд этого человека направлен на омегу. Мужчина достает из кармана телефон и беседует с кем-то, после чего выходит на парковку. — Теперь парковку. — У нас там нет камер. — Как это нет? — Она сломалась сегодня в обед, сказали устарела и нужно заменить, поменяют только в понедельник. И на Волге у него нет номеров. Драко ставит руки на пояс. Он чувствует как тошнота подбирается к горлу, режет внутренности, а чья-то рука сжимает его за плечо. От прикосновения становится обжигающе горячо. Помещение темнеет. Перед омегой виднеется длинный коридор, с открытой дверью, которая начинает закрываться, забирает за собой весь свет и надежду. Драко срывается на бег, но коридор становится длиннее, он словно бесконечный. Пока он бежит, руки из под пола, тянутся за ним и хватаю за лодыжку, не позволяют вырваться вперед, крепко сжимают голень и заставляют упасть. Он падает на бархатный ковер. Свечи, освещающие стены коридора одна за другой начинают гаснуть. Руки давят, не позволяют ему даже пошевелиться. И разносится только шепот: «молчи, молчи». — Мистер Малфой, записи с камер мы можем вам переслать только с официальным запросом. Был бы здесь мистер Поттер, еще бы могли передать вам. Но… Омега словно выныривает из глубокого болота, он кивает на слова сотрудника. Покинув кабинет, Драко сразу взглядом находит то место, на котором стоял неизвестный. Задержав дыхание, Драко подходит к тому месту, где минутами ранее стоял подозреваемый, и закрывает глаза. Ему кто-то звонит, он берет трубку, говорит своим нервным, невнятным голосом, «я нашел, нашел, хозяин». Рука перебинтована из-за травмы, возможно из-за ампутации. Он смотрит только на одного человека, на профайлера, который изучает местность и прислушивается к звукам. Телефонный разговор заканчивается, и он выходит на парковку. Там уже ждет черная Волга без номеров. Приходится здоровой рукой, приложить усилия, чтобы открыть дверь со стороны водителя. Сев на потрепанные кожаные сидения, в нос проникает едкий запах хлорофилла, коньяка и сигарет, антибиотики. Или не антибиотики, запах, знакомый, но отдаленный. Он проводит рукой под носом, морщится, но продолжает улыбаться. Он гордится собой, но почему? Что заставляет его чувствовать превосходство, если задуманное не получилось? Точно. Он же нашел того человека, обрадовал хозяина. Вновь здоровой рукой, человека заводит машину и закрывает окно. Автомобиль без номеров покидает служебную парковку через запасной выход. На навигаторе стоит адрес отеля «Квартал-плаза». Капли дождя одна за другой приземляются на землю, постепенно увеличивает темп и заполоняют собой всю местность. Плотная стена из капель не позволяет разглядеть ничего на парковке, лужи, уверено скрывают оставшиеся следы шин. Дождь закрывает Драко зрение, блокирует запах, оставляет лишь аромат свежести и свободы, которая нагнетает и выставляет полным не удачником. Омега приседает на корточки, касается пальцами, места где были следы от шин. Тип шиповки доказывает принадлежность к Волге. Завтра предстоит вызвать на дополнительный допрос девушку и молодого человека, все таки он видел вблизи лицо этого мужчины. Если дождь пытается его запутать, то завтра он обязательно увидит его лицо и залезет в голову. Малфой все перевернет в сознание преступника, он выпотрошит его внутренности и призовет к ответственности. Но омега позабыл о главной детали — у этого таксиста есть сообщник, и довольно крупный. Да такой, которому удается скрывать личность преступника, позволять ему разъезжать на машине без номеров, не смотря на обязательное правило для всех сотрудников такси — госномера. — Малфой! Заболеешь. — раздается, из ниоткуда, громкий голос следователя, который старается перекричать стихию. Капли дождя перестают попадать на лицо и одежду омеги. Поттер держит свою бежевую куртку над профайлером, не позволяет ему намокнуть, а у самого весь белый лонгслив промок насквозь. Черные волосы прилипли к лицу, зеленые глаза, блестят и с волнением смотрят на человека. Выпрямляясь омега, без слов всматривается в глаза напротив. Этот взгляд ему не понятен, он кажется странным и непривычным. Впервые на него так кто-то смотрит. И почему-то Поттера становится два. И оба выглядят испуганными, он что-то говорит, набрасывает куртку на худые плечи Малфоя. — Малфой? У тебя кровь из носа идет! Эй! Поттер прижимает куртку к телу омеги, застегивает, пока руки дрожат от волнения и холода. Сердце колотится в непривычном ритме, словно он впервые решил записаться на дистанцию в двадцать километров, и пытается установить рекорд за сорок минут, а не за полтора часа. Серые глаза теряют свой цвет, веки омеги закрываются, а его самого клонит в сторону. В миг Малфой становится беззащитным и хрупким, тело расслабляется, стоит следователю подхватить напарника на руки. — Боже, да ты весь горишь, придурок. Крепкие руки следователя сильно сжимают худое тело, прижимают к груди так, словно боятся отпустить. — Чертов выскочка, обязательно всё делать самому.

***

Яркий свет гостиной ослепляет. Мать сидит в кресле, читает книгу и медленно переворачивает страницы, карандашом делает пометки. Люциус сидел напротив, крутя в руке стакан с алкоголем, его взгляд упирался в языки пламени камина. Казалось, что всего одним движением руки — огонь потухнет. Исходящий холод от мужчины, отнимал весь свет. Комната постепенно сужалась. Картинки воспоминаний так быстро менялись друг за другом, что Драко не успевал уловить реальность. Он сидел на полу, обнимая Нарциссу, когда отец грубо схватил его за плечо и потащил, небрежно и не заботясь о состоянии сына наверх в комнату. Хватка руки была жесткой, грубой и тяжелой. Малфой старший грозно рычал жене, приказывая ей сидеть внизу и не подниматься. Люциус открывает дверь в спальню сына, бросает Драко на пол и принимается растягивать свой ремень. — Наглый, глупый мальчишка! Ты хоть знаешь, что натворил? Как мне теперь отдавать тебя замуж? Как смотреть людям и родственникам в глаза, если они узнают о том, какой испорченный у меня сын? Мужчина замахивается ремнем для удара по спине лежащего омеги. В каждый свой хлесткий удар, он вносил огромную ненависть к себе, к своей семье и к собственному ребенку, который растоптал его репутацию. Малфои не должны никогда падать лицом в грязь. Они должны всегда смотреть свысока, держаться с прямой осанкой и не позволять другим учуять их страх. — Чтобы я не видел тебя больше в компании этих отпрысков! Теперь только учеба и, не дай бог, ты куда-то пойдешь в другое место! Ты понял меня? Драко не понимал в чем он виноват, почему его не слушают, а обвиняют. Тонкие бледные пальцы сжимали края ковра, щеки и губы пропитались солью от слез, а сил сопротивляться не было. Когда издевательства отца закончились и он устало опустил руку, вытирая пот со лба. Драко посмотрел на него, разжимая сжатые губы. — Я не виноват, что меня изнасиловали… почему ты не хочешь мне помочь? Ты должен мне помочь! Я не виноват! — Заткнись! Молчи, Драко, молчи. Единственный кто виноват здесь — это ты! Если бы ты не родился омегой, то этого бы с тобой не случилось. Если бы ты не пошел на ночь глядя шляться со своей шлюхой подругой Паркинсон и её дружком Забини, то этого бы не случилось! Пока ты живешь в моем доме — ты должен соблюдать правила семьи Малфоев! А теперь, молчи. Не смей никому говорить о своем позоре! И запомни, виноват только ты.

***

Тихий шепот, раздавшийся в гробовой тишине палаты, разбудил сидящего на кресле альфу. От испуга разлепив глаза, Поттер придвинул стул ближе к кровати, на которой омега, сражающийся с высокой температурой, без остановки шептал неразборчивые слова. Наклонившись к его сухим, бледным губам, Гарри сосредоточенно стал вслушиваться в дыхание и шепот: «я не виноват!», «почему ты не можешь мне помочь! Я не виноват!». Следователь перевел взгляд на капельницу, которая прошла только до середины и с волнением нажал на кнопку, вызова медсестры. Переутомление, плохое питание, недосып и прогулка под дождем сделали свое дело. Из-за перечисленных симптомов иммунитет профайлера пострадал, подхватив простуду. За два часа врачам удалось сбить температуру с тридцати восьми до тридцати семи, но час назад жар снова поднялся, показывая отметку в сорок градусов на термометре. Сейчас же, по словам медсестры, состояние было стабильным, ему поставили поокапаться витамины, вкололи жаропонижающее лекарства. За это время Гарри успел изучить во всей красе лицо и тело парня. У него было стройное, рельефное тело, крепкие мышцы ног, груди и плеч, татуировка на правой руке, покрывающая множество шрамов. Татуировка была в форме черепа, по которому извивалась змея и показывала свой длинный язык, с ядовитыми клыками. Малфой был странным. Он был новой загадкой в жизни Гарри, одна из которых почти разгадана — странное влечение запахом, а вторую еще предстояло раскрыть и как подсказывала ментовская чуйка — его секрет связан с новым делом. В этом Поттер убедился еще после подтверждения от Гермионы. Проведя рукой по уставшему лицу, альфа перевел взгляд на окно, за которым уже вовсю рассветало и птицы, принимались петь песни, о любви и желание жить. Гарри не разделял их энтузиазм. — Ты не виноват, что бы не случилось, твоей вины нет.