Записки душегуба

Чёрт, что мы с ним сделали? - Ума смотрела на труп, который принадлежал соседу сверху, пожаловавшемуся на шум в нашей квартире - очевидно, убили, БЛЯТЬ - я старался не выдавать паники, но плохо получалось, мы пытались начать жизнь заново, в момент когда сосед зашёл к нам без стука, мы с Умой были заняты - трахались, Уме не очень понравилось что он вообще у нам зашёл и как итог: его бездыханное тело, лежало под нашими ногами, я старался думать куда его деть? Пока Ума не выдала - давай его сьедим? - она сказала это холодно - милая, ты с ума сошла? - мне хватило её босса, в качестве " обеда" а потому... - а у нас есть выход? Мы его убили, Хук, убили и нас могут посадить, ну или же упечь в дурак, ты этого хочешь? Хочешь вернуться туда? - признаю, что что, а манипулировать она умеет Ну ты же понимаешь, детка, что тут мы оба попали? - я знаете ли, тоже не "лыком шит" и манипулировать умею, но видимо навыков у меня не так много как у неё - ну же...Хук...сделай это ради меня...разрежь...его... - её голос, чёрт возьми, она реально знает как сломать меня, мою волю .. Я смотрел на Уму. В её глазах плясал какой-то нездоровый блеск, смесь безумия и решимости. И я понимал, что она права. Вариантов немного. Полиция, тюрьма, потеря всего, что мы так долго строили… Или это. Каннибализм. Сама мысль вызывала тошноту, но альтернатива была ещё хуже. Ладно, - выдохнул я, - но только если мы сделаем это правильно. Никаких следов. Никаких костей. Все должно быть идеально. Ума кивнула, и в её глазах мелькнула благодарность. Она взяла со стола нож и протянула его мне. Лезвие холодно блеснуло в свете лампы. Я взял его, чувствуя, как по спине пробегает холодок. Это был билет в один конец. Обратной дороги не будет. Следующие несколько часов превратились в кошмар. Я резал, Ума убирала. Каждый кусок плоти, каждая косточка, все исчезало в мусоропроводе, смывалось в канализацию. Кровь оттирали, следы заметали. Мы работали молча, сосредоточенно, словно хирурги, проводящие сложнейшую операцию. Когда все было кончено, я рухнул на диван, обессиленный и опустошенный. Ума принесла мне стакан виски. Я выпил его залпом, надеясь, что он поможет мне забыть то, что мы сделали. Но я знал, что это невозможно. Мы оба знали. Мы стали соучастниками ужасного преступления, и эта тайна навсегда останется с нами. Тьма в квартире сгущалась, будто сама поняла, что стала свидетелем непоправимого. Воздух был тяжелым, словно пропитанным медью и страхом. Я стоял над телом, нож в руке, а Ума замерла позади, её дыхание горячим пульсом билось о мою спину. "Хук, – её голос был тихим, но каждый звук вонзался в меня, как игла, – ты же знаешь, что другого выхода нет. Мы не можем это оставить." Я взглянул на неё. Её глаза горели, словно угли в костре, и я понял: она уже приняла решение за нас обоих. Лезвие медленно опустилось на кожу, и я почувствовал, как она сопротивляется, словно пытаясь удержать меня от этого. Но я надавил сильнее. Кровь выступила, а затем хлынула, окрашивая всё вокруг. "Ты делаешь это правильно, – прошептала Ума, её голос звучал почти нежно, – как будто режешь мясо. Сосредоточься." Я кивнул, но рука дрожала. Каждый разрез, каждый кусок, который я отделял, был словно шаг в бездну. Ума работала молча, заворачивая куски в полиэтилен, её движения были точными, как у автомата. "Ты справляешься, – сказала она, её голос прозвучал почти ласково, – ты сильный, Хук. Я знала, что ты сможешь." Её слова были ядом, который медленно проникал в моё сознание, снимая сопротивление. Я продолжал резать, руки двигались всё увереннее, а мысли становились всё более туманными. "Хук, – она подошла ближе, её губы почти касались моего уха, – мы сделаем это вместе. Навсегда. Теперь мы принадлежим друг другу. Больше никаких препятствий." Я закрыл глаза, чувствуя, как её дыхание смешивается с моим. В этот момент я понял: мы уже прошли точку невозврата. Мы стали не просто соучастниками, а частью друг друга. И ничто не сможет нас разлучить. "Продолжай, – прошептала она, – мы почти закончили."