Lu Si Chen & Tong Yao

Они стояли в холле игровой арены, окружённые гомоном команд и журналистов. Воздух был заряжен адреналином после только что закончившегося матча. И в этот момент Лу Сы Чен заметил это. Взгляд. Тот самый, щенячий, полный глупого обожания, который бросал на Тун Яо молодой игрок из команды соперников. Парень не сводил с неё глаз, краснея и теряя дар речи, стоило она проходила мимо. Уголок губ Лу Сы Чена дрогнул в едва заметной, но крайне опасной улыбке. Он мягко, почти невесомо, положил руку на затылок Тун Яо. — Видимо, он от тебя не отстал, — тихо произнёс он, его голос был ровным, но в нём слышалась стальная уверенность. Прежде чем Тун Яо успела что-то понять или возразить, его рука мягко, но неотвратимо развернула её лицо к себе. Его тёмные глаза, обычно такие сосредоточенные и спокойные, теперь пылали смесью ревности, собственности и чистейшего азарта. — Я же говорил, — его губы прикоснулись к её уху, а слова прозвучали как обещание и приговор одновременно, — придётся со мной по-французски целоваться. — Я... эм... — начала она, её мозг отказывался обрабатывать происходящее, а щёки заливал предательский румянец. Но времени на ответ у неё не было. Он наклонился и поймал её губы своими. И это был не просто поцелуй. Это был спектакль. Демонстрация. Акт безраздельного владения. Его руки крепко держали её за талию, прижимая к себе так, чтобы между ними не осталось ни миллиметра свободного пространства. Поцелуй был глубоким, страстным, безжалостно откровенным и настолько продолжительным, что шум вокруг начал стихать. Сначала затихли ближайшие к ним люди. Затем замолчали соседние группы. Через несколько секунд во всём огромном холле стояла оглушительная тишина, нарушаемая лишь сдавленным вздохом Тун Яо и тяжёлым дыханием Лу Сы Чена. Игрок, который всего минуту назад смотрел на Тун Яо с обожанием, стоял с открытым ртом, его щенячий восторг сменился шоком и полным пониманием своего места. Остальные парни из ZGDX переглядывались, кто с ухмылкой, кто с притворным ужасом. Даже вечно невозмутимый Лао Мао поднял бровь, оценивая масштаб демарша своего капитана. Когда Лу Сы Чен наконец отпустил её губы, Тун Яо была вся алая, её глаза блестели, а дыхание сбилось. Она едва держалась на ногах. Он же, не обращая внимания на шокированную публику, лишь провёл большим пальцем по её разгорячённой щеке, его взгляд снова стал спокойным и удовлетворённым. — Вопросы? — тихо спросил он, обращаясь к ней, но его слова, произнесённые в гробовой тишине, прозвучали на весь зал. Никто не осмелился издать ни звука. Сообщение было доставлено чётко и ясно: Тун Яо была его территорией, и любое посягательство будет пресечено с максимальной, демонстративной и безжалостной наглядностью. А лучшим способом сделать это, по мнению Лу Сы Чена, был не кулак, а поцелуй, от которого подкашиваются ноги и перехватывает дыхание. Он всё ещё держал её за талию, чувствуя, как она слегка дрожит. Глаза Тун Яо были широко раскрыты, в них плескалась буря из смущения, остаточной страсти и полнейшей растерянности. Гул в холле начал было нарастать — шёпот, сдавленные смешки, возгласы удивления, — но Лу Сы Чен одним лишь холодным, обводящим взглядом заставил его снова стихнуть. — Кажется, все всё поняли, — произнёс он уже громче, обращаясь не столько к ней, сколько ко всей арене. Его голос был ровным и уверенным, как во время стратегического брифинга. — Особенно тот, у кого глаза, как у потерянного щенка. Он намеренно посмотрел в сторону того самого игрока, который теперь старался раствориться в толпе, его уши горели малиновым румянцем. Тун Яо наконец нашла в себе силы отстраниться на сантиметр, её шёпот был полон упрёка, но беззлобным: —Лу Сы Чен! Ты с ума сошёл! Перед всеми! Он лишь усмехнулся, довольный произведённым эффектом, и провёл рукой по своим взъерошенным от её пальцев волосам. —А что? Я просто прояснил спорную ситуацию. Наглядно. Чтобы больше вопросов не возникало. В этот момент к ним пробился Пухляш, не скрывая восторга. —Босс, это был самый эпичный пент-килл не на игровом поле, что я видел! Ты его просто... стилизовал! Кей, стоя позади, одобрительно кивал, делая вид, что вытирает несуществующую слезу: —Так романтично! Прямо как в дораме! Тун Яо сгорала заживо от стыда, но странное, тёплое чувство в груди мешало ей по-настоящему злиться. Это была та самая, знакомая по игровым тактикам, стратегия Лу Сы Чена — упреждающий удар, сокрушительный и не оставляющий противнику ни малейшего шанса. Он снова взял её за руку, его пальцы сплелись с её пальцами в уверенный замок. —Пойдём, — сказал он уже мягче, глядя только на неё. — Покажем этому «щенку», как чемпионы уходят с арены. И он повёл её через расступающуюся толпу, не обращая внимания на вспышки камер и перешёптывания. Она шла рядом, всё ещё красная, но уже с зарождающейся улыбкой в уголках губ. Да, это было безумием. Публичным, вызывающим и немного детским. Но это было его безумие. Способ, которым он раз и навсегда отгонял от неё любые взгляды, крича на весь мир — «она моя». И пока они шли к выходу, она тихо, так, чтобы слышал только он, прошептала: —В следующий раз, если будешь ревновать, просто скажи. Без... такого шоу. Он наклонился к её уху, его дыхание обожгло кожу: —Не обещаю. Мне понравился эффект. И в его голосе снова зазвучала та самая, опасная и такая манящая ухмылка. Она понимала — этот поцелуй был не только предупреждением для того парня. Это было напоминанием и для неё самой. Напоминанием о том, кто её главный соперник, капитан и единственный, чьи поцелуи должны сводить её с ума.