Золото

Бобби пытался не побежать за девушкой сразу, а выждал добрые десять минут прежде, чем отправится за ней, в ее комнату, куда она отправилась быстрым шагом.  - Руми,- стук в дверь и приглушенный голос,- слушай, я понимаю, что..,- покашливание, - я могу войти?  Звук, как будто что то нелегкое упало за дверью.  - Бобби, я не думаю, что это хорошая идея,- усталость, уже неприкрытая. Прикрыто лишь отчаяние в этой усталости. Пауза. Прошло пара десятков секунд, а мужчина уже собрался развернуться и идти в обратном направлении. Без желания на разговор хоть с одной стороны - разговор не склеится.  - Заходи,- на выдохе, не то, чтобы даже разборчиво.  Искра радости тенью в темных глазах, которые уже тронуты небольшими морщинками.  Дверь открывается глухо, шаги также глухо им вторят.  - Могу присесть?,- Бобби останавливается рядом с небольшой софой, а получив кивок, благополучно устраивается. В конце концов это ее территория, на которую он посыгнулся своим присутствием. Самое малое, что он может сделать - не быть в эпицентре, а лишь укромно устроиться в уютном уголке возле выхода. Так, на всякий случай.  - Я понимаю, что ты расстроенна репетицией. И имеешь на это полное право. Думаешь, релиз «Золота» был так оправдан в такое время?,- осуждения нет, лишь искренний вопрос. Его позиция ей ясна, он рад, что стрельнуло, что собрало виртуальные овации, что количество роликов под треком уже перевалила далеко за одну тысячу роликов. Он их менеджер, он не может не радоваться их успеху, успеху сингла. Сейчас же… он просто хочет услышать ее, чтобы продолжить дальше.  - Более чем. В конце концов, это принесло такой отклик, который мы получали слишком редко, чтобы не быть на седьмом небе, Бобби,- тон серьезен, плечо нервно дернулись, будто бы пытались поправить куртку, что даже и не думала спадать. Как будто обычный человек смог бы там что то увидеть. Руки закрыты лишь от тех глаз, что способны видеть то, что большинству недоступно. Бобби уж точно недоступно. - У тебя пропадает голос от того, что ты слишком перетрудилась. Я уже связался с одними из лучших врачей по этому вопросу, ты сможешь завтра… - Не смогу,- получилось грубее, чем хотелось,- у нас слишком много работы, чтобы тратить время попусту зря. У нас концерты, у нас живые выступления с новым синглом. Ты это знаешь, - тон мягче, плавнее, но серьезности не теряет ни на миг.  Руми делает шаг, второй, начинает немного нервной походкой идти к панорамному окну и смотрит в него. Она видит Бобби в отражении, а он знает предполагает, что она смотрит вовсе не на панораму города.  - Я верю в тебя и я верю в Хантрикс. Вы справлялись и вставитесь сейчас. Но, учитывая последние обстоятельства, не могу просто так наблюдать за тем, как ты пытаешься насиловать себя. Я могу тебе как то помочь, если моя помощь с врачами для тебя не актуальна?,- Бобби понимает, что пытаться навязать Руми свое виденье как хорошо и как правильно - гиблое дело. Он устает от того, что он не всегда может попасть в то, что нужно его девочкам, хоть и работает с ними уже не один год. Он устает от того, что они слишком независимы, сами у себя на уме. Критично это чувствуется именно в такие моменты, как этот.  Руми ничего не отвечает. Задумалась. А ведь и действительно, что ей может помочь? Если она себе не может ответить на этот вопрос, то что говорить, когда от нее ждут один, исчерпывающий и четкий ответ.  - Верь в нас, как ты всегда это и делаешь. Ни я, ни девочки тебя не подведем, - Руси отходит от окна, поворачивается, улыбается спокойно, тепло.  Они разные стороны ее комнаты, взгляды встречаются. Спокойную улыбку зеркалит другая, но чуть более радостная, чем если бы ей просто вежливо улыбнулись на фразу. Эмоции он не скрывает с такой искусностью, как это умеет делать она. - Верю,- небольшой смешок,- и в тебя, Руми, верю, и в девочек, и в Хантрикс!  Небольшая голубая искра вылетает из груди мужчины. Ее замечает только один из собеседников. Искра отражается в глазах охотницы до тех пор, пока левитирует в ее направлении, делает небольшой круг вокруг ее бедер, а после становится ниточкой в Хонмуне. И хоть на секунду окрашивается в золотой, это не ускользает от внимания, это придает силы. Силы, на который она двигается, двигалась и будет двигаться дальше.  - Спасибо, Бобби. Это ценно,- ценность не передать словами. Не передать ценность того, что он делает для них. А многим покажется, ерунда, просто пара ласковых и добрых слов, но суть не фразах, а в их посыле, желании их владельца, их такой кристальной искренности.  Еще пара фраз летит, уже не столь имеющих смысла. Просто прощание, просто просьба о том, чтобы отчитаться на утро о самочувствии, просто небольшой скрип закрывающейся двери.  Просто то, что заставит ее встретить новый день, но уже без такого веса на плечах и шее.  И да, Бобби, это ценно.