De ogen liegen niet?(Я знаю, что глаза не врут)

Древний будильник, полученный в наследство от бабушки с дедушкой, яростно трезвонил на подоконнике. Тучное тело в темноте комнаты пару раз перекатилось на кровати, оказываясь у самого края и норовя упасть. Рука по уже изученному маршруту хаотично несколько раз ударила по подоконнику и на третий успешно попала в цель и все стихло. Громкое, отдающееся эхом в голове, пение птиц и окрашенное в оранжевый с розовым небо давали понять, что начался рассвет. “Значит время около четырех” Каждое слово гулко стучало по черепной коробке изнутри, голова жутко раскалывалась уже последние дня четыре. Как раз с того самого утра, после ссоры на пороге дома. Хотя это даже была не ссора, просто у девушки лопнуло терпение и Йост прекрасно это понял, поэтому тогда просто стоял и молчал. Он знал, что рано или поздно это случиться, потому что сам не раз рассуждал на эту тему и приходил к выводу, будь он на ее месте, сдался бы многим раньше. Первые два дня блондина сверлила совесть. Кусок не лез в горло от того, как ему был противен он сам, так что на это время он заперся дома и убежал от проблемы. В конце концов на совете с самим собой у себя в голове было принято решение извиниться, все-таки ему не 10 лет, чтобы после ругани избегать человека всю оставшуюся жизнь, тем более, он понимал, насколько сильно ей было неприятно, что даже в тот момент он не удосужился остановить ее и извиниться. Конечно, последний вывод был сделан только под строгим надзором Гвен, которая единственная предельно ясно разъяснила ему, что чувствуют такие как Эстер. Арон же просто сказал, что Кляйн немного мудак, но он понимает его позицию, за что младший был ему благодарен. В ходе телефонного звонка с извинениями, кареглазая внимательно выслушала все, что говорил ей этот черствый, по ее мнению, человек, и выказала желание обсудить это воочию, а не с помощью бездушной машины, в которой она даже не могла смотреть ему в лицо. Этот разговор как раз был назначен на сегодня, поэтому звенел будильник, но парень не понял, зачем так рано, ему нужно было проснуться хотя бы в 11, а вместо этого он уже на протяжении часа, начиная с четырех утра, вслушивался в тиканье настенных часов и каждый шорох в доме. Окончательно выйти из состояния сна помог только всплеск ледяной воды в лицо, а затем и прохладный душ, который выпускал струйки воды, сбегающие по телу и забирающие с собой ночное напряжение от кошмаров. Завтрак был легким, почти отсутствующим: какие-то пару бутербродов, которые приносила Гвен вчера, и стакан холодной воды, а затем голландец накинул на себя спортивные штаны и футболку, отправляясь на улицу. Время доходило до восьми утра, когда Йост уже подходил ко входу в поселок, до этого обойдя его через поле с другой стороны, чтобы прогуляться. Прохладный, но ощутимо летний, воздух наполнял все тело до краев и особенно голову, что не могло не радовать. Все мысли, и плохие, и хорошие, улетучились на это время и по голове бродила только мелодия из проводных наушников и пустота. Приятное ощущение легкости накатывало до такой степени, что казалось вот-вот можно заплакать, но вырывался лишь сбитый выдох из носа, а ноги шли дальше. Впереди, через пару домов от него, шел второй и единственный, кроме него, на улице человек. Было видно, что фигура слишком хрупкая для мужчины, а на обеих руках висело два огромных пакета, отчего походка была сбивчивая и девушку не сильно шатало из стороны в сторону. — Постойте! - из-за большого роста и длинных ног было вовсе нетрудно быстро преодолевать большие дистанции, так что после выкрика, голубоглазый почти в ту же секунду оказался рядом и выхватил все два пакета. В их небольшом поселении все знали друг друга и с радостью оказывали посильную помощь, как например делал он сейчас. - нельзя такие тяжести носить такими хрупкими руками, - на лице отпечаталась глупая улыбка, когда его взгляд снова переплелся с яркостью все тех же захватывающих дух зеленых глаз напротив. — Привет, - на ее лице лежала какая-то тень то ли грусти, то ли просто плохого настроения, по причине чего приветственная улыбка получилась совсем никакая, и, не желая усугублять атмосферу молчанием, девушка искренне поблагодарила его, засунула руки в карманы кофты и двинулась дальше. — Где ты в такую рань отыскала открытый магазин, еще и с таким количеством еды? — Минутах в 12 отсюда недавно открылся круглосуточный магазин. — Ты что правда 12 минут тащила эти адски тяжелые пакеты? На твоем месте я бы дождался открытия нашего местного супермаркета. В ответ на это до ушей блондина долетел лишь невнятный шепот, но, следуя настроению девушки, он решил не переспрашивать и не ставить никого в неловкое положение. Далее разговор пошел чуть легче, говорили обо всяких несущественных пустяках, пока не дошли до ее дома. Видно было, как девушка переступает с ноги на ногу, судорожно соображает внутри своей миниатюрной головы и наконец выдает: — Не хочешь зайти на чай? Как раз время для завтрака..вроде. Дом семейства Хатсонов был родовым гнездом всей их большой семьи, начиная от основания этой деревушки, к которому они тоже прилагали свои усилия. В памяти Йоста умещались только три поколения этой семьи: мистер и миссис Хатсоны, два милых старика, что всегда угощали его конфетами, их дети Джордж и Барбара Хатсоны, некогда приятели его родителей и обладатели своих больших семей, а еще все их дети, в количестве примерно штук восьми, ровесники Йоста. С последними его связывало совместное детство, проведенное на улице от закатов и до рассветов, и юношество, когда они побаловались всем, чем только хотят отравить себя подростки. Дальше они росли отдельно, просто перестали общаться, даже не здоровались, когда случайно сталкивались на улице. Вот так удивительно в один миг можно потерять своих лучших и единственных друзей детства. Пока парень блуждал по дому, в коем как обычно ничего с годами не менялось, и вспоминал все счастливые и не очень моменты своего взросления, с кухни послышался оклик и он вернулся туда. — Йост, - последовал вопросительный взгляд незнакомки и тогда он уже увереннее повторил. - меня зовут Йост, так же проще позвать, - опять глупая улыбка. “Пора бы перестать без поводов улыбаться, это больше похоже на психическое расстройство” — Да..точно, так удобнее.. Йост. Они опять разговаривали обо всем и ни о чем, перескакивая с темы на тему, не успевая закончить предыдущую. “Как удивительно легко с ним разговаривать” “Да я как будто тысячу лет с ней знаком” Мысли обоих остановились почти на одном и том же, что они и прочитали в глазах друг друга. — Ноа, меня зовут Ноа, - уголки губ медленно потянулись вверх. — Ноа, - он сам не понял, зачем повторил ее имя вслух, но будто стоило посмаковать каждую букву. — Не хочешь покурить? — Идем. Улица встретила их жарким знойным воздухом, обдавая лицо теплым ветром и лбы обоих сразу начали покрываться неприятной испариной. Сигареты уже оказались в обоих ртах и прикурились почти одновременно. — Тогда.. - стало ясно, что ей любопытно узнать, что произошло, но вопрос показался ей самой слишком неловким и неправильным, она не знала как сказать лучше. — Да, я видел, что ты опять следила за мной, - для него это была обычная шутка, ничего серьезного, а вот щеки у кудрявой быстро вспыхнули и она поспешно отвернула лицо в другую сторону. - да ладно тебе, если бы я услышал дикий ор у соседнего дома, я бы тоже выглянул посмотреть, что происходит. Я даже не знаю, как тебе разъяснить всю ситуацию, это очень долго, муторно и неприятно…лично для меня. — Тогда закроем тему, - у него почти что вырвалось ‘спасибо’, за прекращение обсуждения его маленького жизненного позора. — Может прозвучит это глупо и наивно с моей стороны, но мне очень приятно с тобой разговаривать, Йост. Я тебя будто тысячу лет знаю и готова прямо в эту секунду выложить вообще абсолютно все, что у меня происходит внутри. Это сильно удивительно для меня, - во время откровения ее щеки снова налились румянцем, как и кончик носа, который предательски подрагивал от волнения. — Для меня тоже. То есть, тоже удивительно чувствовать такое. Обычно я закрыт с незнакомыми мне людьми, я даже твое имя узнал только час назад, а уже рассказал почти все, что у меня было за последние две недели интересного - усмешка на пару секунд исказила его лицо. Их глаза снова уставились друг на друга, словно бросая вызов ‘кто дольше продержится’. Зеленый огонек, скачущий в обрамлении длинных ресниц, хотел преодолеть неимоверно длинное для него расстояния до вечных ледников напротив, которые сейчас тоже находились в беспокойстве. Ветер задул пару пушистых прядей на лицо девушке, пощекотав кожу, после чего она едва заметно поморщилась, создавая морщинки в уголках глаз. Губы обоих приоткрылись на долю секунды, а тела колыхнулись друг другу навстречу, но в тот же момент разлетелись по разным углам террасы. Нечто большое, плечистое и, очевидно, сильное, поднималось по ступенькам прямо к ним с характерным грохотом. Глаза были прозрачнее стекла бутылок, которые недавно опустошил этот кто-то в баре на соседней улице. — Что за непонятный хер стоит на моем крыльце и курит свои сигареты в мою пепельницу, - было видно и слышно, с каким трудом давалось ему это короткое начало монолога, но злоба и решительность похоже превозмогали над сильными опьянением. Брюнетка ухватила его за руку и в качестве поддержки, и в качестве останавливающего жеста: — Это наш сосед, из того дома наискосок, ты что забыл? Ты уже видел его неподалеку несколько раз, - сейчас ее уже потухший взор блуждал по его лицу и не выражал той искры, как с блондином мгновение назад. - боже, ты что обдолбанный? иди в дом.. - зрачки мужчины действительны были расширены до предела, с характерной краснотой глаз и рваными, не отчетливыми движениями. Тонкие руки за два движения затолкали тушу в дом, а сама их обладательница повернулась обратно к Кляйну. — Я думаю, тебе пора, - перебила она его, когда поняла, что он намерен заговорить. - к тому же, тебя уже заждалась твоя девушка, - глазами очерчивая полукруг она остановилась на крыльце его дома, где на ступеньках сидела Эстер. При слове ‘девушка’ голос предательски дрогнул и помрачнел вместе с лицом. — Но она мне не.. - недосказанная фраза ударилась об тяжелую дверь, за которой уже скрылась брюнетка. “Черт”.