Дьявольский бастард

Воздух в парке Академии был тёплым и свежим, пахнущим цветущими яблонями и свежескошенной травой. Ноябрь за стенами скрытого пространства казался просто абстрактным понятием из календаря; здесь же, в уютной ажурной беседке, увитой незнакомыми лианами с сиреневыми цветами, царила вечная весна. Максим откинулся на спинку плетёного кресла, с наслаждением ощущая тепло фарфоровой чашки в руках. Редкие минуты покоя, когда не нужно было никуда бежать, никого обгонять и ничего срочно учить, были на вес золота. Напротив него, с изяществом настоящей леди, поправляла складки своей строгой формы Дафна Гринграсс. — Итак, — Максим сделал небольшой глоток ароматного чая, — ты говорила, есть свежие новости из старой доброй Англии? Дафна улыбнулась, и в её глазах заплясали знакомые чёртики азарта, которые появлялись, когда она держала в руках особенно сочный кусок информации. — Ооо, мне написала Пэнси Паркинсон, — начала она, отставляя свою чашку. — Кажется, в семействе Малфоев случился еще один скандал. Правда, тщательно замалчиваемый. Максим с интересом поднял бровь. Любые новости о «сливках» магического общества Британии могли оказаться полезными. — Драко, — продолжила Дафна, — провёл почти всё лето в отделении магических повреждений в Мунгo. Если ты не знал, то его туда поместили после того, как ты влез к нему в сознание. Кстати, если бы Люциус не попал в Азкабан, то на тебя бы точно подали в суд. — Пфф, посмотрел бы я, как тот меня здесь достанет, — фыркнул Максим. — Да и ничего с Драко не случилось. Я конечно был не сильно аккуратен, но не настолько же. — Это ещё цветочки. Слушай дальше, — Дафна снизила голос, хотя вокруг никого не было. — В конце августа Нарцисса приехала его забирать. И вот что интересно... Вместо того чтобы вернуться с ним в поместье Малфоев, она телепортировалась вместе с ним прямиком в Европу. Драко был в тот же день под конвоем отправлен в Дурмстранг — «доучиваться в более подходящей обстановке». А сама светлейшая леди Нарцисса Малфой осталась в Берлине. По официальной версии — чтобы «присмотреть за выздоравливающим сыном». Максим свистнул. Это было уже серьёзно. — С учётом того, что Люциус гниёт в Азкабане за тот цирк в Министерстве... выходит, она попросту сбежала? Оставила всё? — Именно так все это и расценивают, — кивнула Дафна. — И, надо сказать, многие её понимают. Пока Пожиратели и Орден Дамблдора готовятся к открытой войне, она, похоже, решила не дожидаться, в чью сторону качнется маятник, и просто вышла из игры. Умный ход. Очень умный. В её голосе слышалось неподдельное уважение к такому расчёту. Максим задумался, оценивая последствия. Исчезновение такой фигуры, как Нарцисса Малфой, не прошло бы незамеченным и могло всерьёз пошатнуть и без того хрупкий баланс. Их разговор прервал звонкий, детский голос. — Братик! А я тебя ищу! К беседке, слегка запыхавшись, подбежала Лавиния Рени. Её белокурые волосы были растрёпаны, а на щеках играл здоровый румянец. Максим невольно улыбнулся. Её бесцеремонное «братик» уже перестало его раздражать, став чем-то вроде милого прозвища. — Лавиния, что случилось? — Учитель зовёт! — выпалила девочка, её глаза блестели от возбуждения. — Срочно! Сказал, чтобы ты немедленно пришёл. Максим вздохнул. Мир покоя закончился так же внезапно, как и начался. Он поставил чашку и начал подниматься. — Прости, Дафна, придётся прерваться. — Ничего страшного, — парировала она, но её взгляд, скользнувший с Максима на Лавинию, выражал живое любопытство. — Просто интересно, какой учитель может обладать такой властью, чтобы заставлять тебя бросать всё и бежать сломя голову? Лавиния, успевшая стащить с общего блюдца печенье, посмотрела на Дафну с лёгким недоумением, как смотрят на ребёнка, задавшего глупый вопрос. — Учитель Фелес, конечно же! — бодро выдохнула она, крошки печенья летели во все стороны. — Кто же ещё? Максим почувствовал, как внутри всё похолодело. Он видел, как взгляд Дафны стал острым и пристальным. Тайна, которую он так тщательно оберегал, была выболтана с детской непосредственностью за пару секунд. — Лавиния... — начал он, но девочка от него только отмахнулась. — Иди, братик! А то он опять будет ворчать, что я медленно бегаю! Максим, всё ещё пытаясь переварить случившееся, бросил Дафне растерянный взгляд. — Я... я всё объясню позже. Обещаю. И, не в силах противиться напору маленького «посланника», да и не стоило заставлять учителя ждать, поэтому он все же развернулся и очень быстрым шагом направился прочь из беседки, оставив Дафну наедине с Лавинией и чашкой остывающего чая и шокирующим открытием, что её загадочный друг из Рейвенкло находится под прямым покровительством одного из могущественнейших существ этого мира. Максим очень быстро дошел до административного корпуса, поднялся на нужный этаж, кивнул Марте и постучался в кабинет Мефисто. И затем вошел внутрь. Дверь кабинета Мефисто Фелеса бесшумно закрылась за его спиной, отсекая уютную атмосферу парка и оставляя его один на один с гнетущей тишиной комнаты, пропитанной запахом старого пергамента и безразличием её хозяина. Мефисто не поднял головы, выводя изящные знаки на разложенном перед ним свитке. — Садись, — его голос прозвучал ровно, без приветствия, словно их разговор никогда и не прерывался. Максим уже привыкший к такой манере диалога молча занял место перед массивным столом, чувствуя, как знакомое напряжение сковало плечи, и приготовился слушать. — Завтра, — Мефисто отложил перо и наконец устремил на Максима свой бездонный, старый взгляд, — ты сдаешь экзамен на продвижение в Средний Класс. Всё устроено. Не вздумай опозорить меня. Максим почувствовал, будто его окатили ледяной водой. Он ожидал многого от нового изматывающего поручения, очередного урока, даже упрёка. Но не этого. Не сейчас. — Завтра? — его собственный голос прозвучал глухо. — Лорд Фелес, вы не предупреждали... Я не... — Я не обязан тебя предупреждать, — холодно отрезал Мефисто. — Ты готов. А если ты после шести месяцев моих усилий не в состоянии сдать базовый экзамен, то значит, я ошибся в тебе, и всё это время было потрачено впустую. Мне не нужны бестолковые ученики. В его голосе не было ни злобы, ни раздражения, была лишь плоская, не оставляющая пространства для возражений констатация. И в этой констатации крылась еще одна подоплека: для Мефисто это была проверка не столько проверка ученика, как проверка его собственного решения взять того под свое крыло вместо того, чтобы просто написать весточку семье Ситри и получить с этого свой бонус. Максим сглотнул, заставляя отступить первую волну паники. Он сжал кулаки, чувствуя, как острота возвращается в сознание, вытесняя растерянность. — Хорошо, — его голос вновь приобрёл твёрдость. — Что мне нужно делать? Уголок губ Мефисто дрогнул в подобии улыбки — скорее всего, одобрения его быстрой адаптации. — Всё необходимое здесь, — он слегка толкнул в сторону Максима плотную папку из тёмной кожи. — Документы, маршрут, рекомендация. Я, как и обещал, позаботился о формальностях. Максим взял папку. Кожа была прохладной и гладкой на ощупь. — Маршрут? — уточнил он. — Транспортный круг доставит тебя на железнодорожную станцию в Кёльне. Оттуда тебе нужно сесть на общественный поезд в Подземный мир. На месте зарегистрируешься у таможни и отправишься на остров Агарес. Гостиница «Гарцующий фестрал». Завтра к восьми утра по Гринвичу ты должен подойти в городскую администрацию для регистрации на сдачи экзамена. Всё просто. Даже дурак не сможет заблудиться. — Просто, — мысленно усмехнулся Максим, мысленно представляя эту цепочку из никому не ведомых локаций и процедур. — Надеюсь ты поменял галеоны на золотые Подземного мира? — поинтересовался Мефисто, снова погружаясь в изучение свитка. — Я... ещё нет, — признался Максим. — Эх, — Мефисто покачал головой с видом преподавателя, разочарованного нерадивым студентом. — И в кого ты такой несообразительный? Сестра, говорят, ничего не забывает. Ладно... В виде исключения, Марта поменяет тебе деньги. Больше таких поблажек не будет. — Спасибо, я... — Стоимость экзамена — тысяча золотых, — Мефисто перебил его, не глядя. — И не вздумай снять накидку из официальной формы академии. Будет намного меньше лишних вопросов. Максим кивнул, понимая, что герб Академии, это его основная защита и пропуск в этом путешествии. — У тебя пятнадцать минут, чтобы собраться, — Мефисто заключил, его тон не оставлял сомнений в том, что дискуссия окончена. — Потом у меня не будет времени тебя отправлять. А добраться до Кельна самому до вечернего поезда ты вряд ли успеешь. Пятнадцать минут. Максим вскочил с места, все его усталость и сомнения будто выветрились, сменившись адреналином. — Я успею. Он схватил папку с документами, накидку и почти вылетел из кабинета, бросив на бегу Марте: — Марта спасай! Мне нужно обменять три тысячи галеонов! Лорд Фелес разрешил! Не дожидаясь ответа, он вынесся в коридор и рванул к своему корпусу. Он не бежал, нет, он летел, его демоническая скорость заставляла стены и двери сливаться в сплошной поток. Мысли проносились с той же скоростью: «Документы, деньги, смена одежды, дневник...» Ворвавшись в свою комнату, он жестом притянул к себе верный рюкзак. Последовала череда точных, выверенных движений: из шкафа в рюкзак полетела сложенная одежда и бельё, со стола — блокноты, дневник, перьевая ручка и карандаши. Он сорвал с себя пиджак и жилет, натянул свежую рубашку, снова пиджак и, наконец, набросил на плечи плащ с гербом Академии. Всё заняло меньше пяти минут. Он так же стремительно помчался обратно. В приёмной Марта, не выражая ни малейшего удивления, молча приняла у него мешочек с галеонами и выдала другой, на вид значительно легче, но с характерным звоном полноценного золота. — Полторы тысячи монет. Курс 2 к 1, — бесстрастно констатировала она. — Благодарю, — кивнул ей Максим, затем сунул полученный мешочек в карман и, не переведя дух, вновь вошёл в кабинет Мефисто. Тот поднял на него взгляд. В его старых глазах мелькнула искорка, нет, не удивления, но слабого одобрения. — Надо же, — произнёс он почти что с теплотой. — Успел. Без лишних слов Мефисто взмахнул рукой. Под ногами Максима вспыхнул и завертелся сложный магический круг. Мир поплыл, закрутился в водовороте искажённых красок и звуков. Последнее, что увидел Максим, прежде чем реальность растворилась, было невозмутимое лицо Мефисто Фелеса. Ощущение от телепортации было никаким. Вот в один момент тот стоит в кабинете Мефисто, и вот он здесь. Не было никакого противного выворачивание реальности, после которого несколько секунд не понимаешь, где верх, а где низ, как после использования портключа. Максим позволил себе выдохнуть ощущая под ногами шершавый камень пола, осматривая зал в котором оказался. Он огляделся. Он стоял на вокзале. Но это был не Кингс-Кросс и даже не вокзал в Кельне, каким он его представлял. Это было грандиозное сооружение из темного полированного камня и витражного стекла, где вместо привычных расписаний по стенам и сводам плавали сложные светящиеся рунические схемы, обновляясь каждую секунду. Воздух пах озоном, пылью и немного серой, вероятно запахом самого Подземного мира. В зале толпились десятки существ. Максим видел людей в странных одеждах, дьяволов с самыми разными вариантами рогов и крыльев, нескольких оборотней в гибридной форме, которые слонялись у стен, и пару высоких, бледных вампиров, с презрением взиравших на суету. Никто не обращал на него особого внимания, он был здесь просто еще одним пассажиром. «Сначала билет», — мысленно скомандовал он себе, двигаясь к кассе. Он увидел стойку с надписью на нескольких языках, включая демонический. Очереди к ней почти не было. — Здравствуйте, мне один билет до Подземного мира, — сказал он кассиру, существу с кожей цвета вулканического камня и горящими глазами. — Полтора золотых, — прорычал тот, не глядя. Максим достал мешочек и отсчитал две золотые монеты. Они были чуть тяжелее галеонов и отливали более глубоким, почти красным золотом. Кассир бросил монеты в прорезь, и на столе появился тонкий металлический жетон с выгравированным номером и светящейся руной. Затем отсчитал 5 серебряных монет сдачи и положил их на стойку рядом с жетоном. — Платформа один. Поезд отправляется через семь минут. Максим кивнул и направился к указанной платформе. «Да уж, — подумал Максим, — сам бы я ни за что бы не успел. Нужно будет в следующий раз спросить у Мефисто координаты этого места, чтобы можно было отправлять самому. А также найти расписание поездов…» Поезд, стоявший у перрона, был длинным, обтекаемым и бесшумным. Его корпус был сделан из матового черного металла, по которому пробегали энергетические разряды. Двери раздвигались беззвучно. Внутри вагоны были разделены на отсеки. Максим нашел свое место — обычное кресло у окна. Рядом уже сидели трое дьяволов в доспехах, о чем-то оживленно спорящих. Их энергия казалась по ощущениям грубой и неотшлифованной, но какой-то глубокой. Чуть дальше, прислонившись к поручню, дремал огромный оборотень, чья частично трансформированная лапа с когтями непроизвольно подергивалась во сне. А у выхода стояла группа суккубов, чей смех был похож на перезвон хрустальных колокольчиков, но от которого по коже бегали мурашки. Максим устроился поудобнее, положив рюкзак на колени. Он чувствовал себя чужим, но не испуганным. Скорее... наблюдающим. Его аналитический ум уже работал, отмечая детали, поведение других рас, иерархию, читаемую в позах и взглядах. С легким шипением поезд тронулся. Он набрал скорость почти мгновенно, но внутри вагона не было ни вибрации, ни шума. За окном поплыл странный пейзаж это были не города и не поля, а сжатое, искаженное пространство тоннеля, похожее на бешеный калейдоскоп цветов и света. Это был переход между мирами, и он длился не больше минуты. А потом... а потом за окном возник Подземный мир. Максим невольно замер, впечатленный. Алые небеса, без солнца, но с источником ровного, багрового света. На их фоне высились причудливые сооружения: небоскребы из черного стекла и стали соседствовали с готическими замками, а те, в свою очередь, с глинобитными лачугами и постройками, словно вырезанными из гигантских костей. Это был город-хаос, город-свалка эпох и стилей, кишащий жизнью. Где-то вдали парили в воздухе существа с крыльями, похожими на кожистые перепонки, а по улицам сновали толпы. Поезд замедлил ход и вскоре остановился на новой станции, еще более многолюдной и шумной. «Конечная», — прозвучал голос из ниоткуда, повторяя фразу на нескольких языках. Максим вышел вместе с толпой. На выходе с перрона стояли двое солдат в униформе с гербом пограничной стражи слева на груди. Один из них, дьявол с короткими бараньими рогами, механически проверял документы. — Следующий! — крикнул он, когда подошла очередь Максима. Максим молча протянул папку. Пограничник открыл ее, достал что-то похожее на паспорт — плотный лист пергамента с магическими печатями. Его глаза пробежали по тексту, на секунду задержались на гербе Академии на накидке Максима, а затем вернулись к документу. — Симет Максим... Цель визита? — спросил он уже менее официальным тоном. — Сдача экзамена на повышение класса. Пограничник кивнул, достал штамп и с глухим стуком поставил оттиск на пергамент. — Удачи на экзамене. Следующий! Максим вышел на улицу, и его окончательно накрыла реальность этого места. Воздух был гуще, тяжелее, с примесью серы и металла. Звуки мегаполиса были оглушительными: крики торговцев, скрежет каких-то механизмов, рычание невидимых существ. Он достал бесплатный путеводитель, полученный еще на вокзале в Кельне, и нашел схему электричек. До острова Агарес нужно было ехать с другого перрона. Найдя по указателям нужный, он снова купил билет на этот раз заплатив всего семь серебряных монет, и сел в другой, более старый и шумный поезд. Тот развив огромную скорость повез его через весь город, и Максим мог видеть за окном все его безумие, пока поезд не покинул его и не помчался через луга и поля соседствующие с пустошью. Во время пути он чуть не уснул. Поэтому и едва ли не пропустил появление в небе огромного острова. Острова Агарес. Грандиозная скала, парящая в багровом небе, опутанная паутиной мостов и канатных дорог. От нее веяло такой древней, немыслимой мощью, что у Максима перехватило дыхание. Он доехал до станции у подножия скалы и купив очередной билет поднялся наверх по канатной дороге, кабинка которой раскачивалась на пронизывающем ветру. Наверху его встретил уже совсем другой город: более упорядоченный, чистый, с явным правительственным оттенком в архитектуре. Гостиницу «Гарцующий фестрал» он нашел довольно быстро, это было невзрачное, но крепкое здание из темного дерева и камня. Консьерж, пожилой дьявол с седыми рогами, молча принял у него два золотых и вручил ключ от номера на третьем этаже. Комната была маленькой, аскетичной, но чистой. Односпальная кровать, стул, умывальник. Большего ему и не нужно было. Максим сбросил рюкзак на пол и тяжело опустился на кровать. За окном зажигались огни причудливого города в алом небе. С одной стороны ему хотелось спуститься и посмотреть город. А с другой это было совершенно не безопасно. Да и завтра его ждало испытание. Поэтому он решил закончить сегодняшний день и отправится спать. Так что он не спеша разделся, принял душ и устроился в своей кровати. Дальше он уделил время на привычный цикл ментальной магии. И после этого он наконец смог расслабился и провалиться в спокойный сон. Тем временем, пока Максим добирался до следующего большого испытания в своей жизни Дафна осталась сидеть в покинутой им беседке, застыв с недоуменным выражением на идеально сохранявшем маску радушия лице. Её взгляд был прикован к удаляющейся спине Максима. «Учитель Фелес... Конечно же», — мысленно прокрутила она слова девочки. Это многое объясняло. Слишком многое. Внезапные субботние тренировки Максима, чем он занимался все лето, его стремительный рост, та легкость в противовес его напряженной серьезности в Хогвартсе, что казалось было его второй кожей с тех пор, как она его знала. Ученичество у директора Академии... Это было куда значительнее, чем она могла предположить. Её размышления прервал довольный вздох. Лавиния, расправившись с печеньем, смотрела на пустое блюдце с явным сожалением. Дафна медленно, с присущей ей грацией, повернулась к девочке. Маска светской леди была надета безупречно — лёгкая, располагающая улыбка, спокойный, доброжелательный взгляд. — Кажется, мы остались одни, — мягко произнесла она. — Не хочешь ли чаю? Она жестом призвала ещё одну фарфоровую чашку, которая грациозно спустилась на стол, и налила в неё ароматного чая из своего ещё теплого чайника. Затем достала из небольшой бархатной сумочки, висевшей на её поясе, горячее, благодаря чарам, блюдо с печеньем, и поставила его прямо перед Лавинией. — Спасибо! — глаза девочки загорелись, и она сразу же схватила два печенья разом. — Меня, кстати, зовут Дафна, — продолжила она, откидываясь на спинку кресла. — А тебя? Ты можешь рассказать немного больше про своего «братика», раз уж его сам лорд Фелес к себе вызывает? — Я Лавиния! — радостно представилась девочка с полным ртом. — А Максим... он просто Максим. Но он классный. Иногда со мной рисует руны. И не кричит, когда я у него спрашиваю сто раз одно и то же. — О, понимаю, — Дафна сделала глоток чая, прикрывая улыбку. — Ценный товарищ. А чему же его учит лорд Фелес? Должно быть, чему-то очень сложному и важному, раз уж он взял его к себе в ученики. Лавиния посмотрела на неё с тем самым снисходительным выражением, какое взрослые обычно адресуют неразумным детям, не понимающим очевидных вещей. — Как быть дьяволом, конечно же! — объявила она, как аксиому. — Он же совсем ничего не знал. Как маленький щеночек. А учитель Фелес теперь его учит. Говорит, что стыдно такое не знать. В воздухе повисла звенящая тишина. Дафна замерла с чашкой в руках, её пальцы чуть побелели от напряжения. Все кусочки пазла — его странная сила, отстраненность, знание о мире, который был скрыт от волшебников, — с грохотом встали на свои места. Дьявол. Должно быть полукровка. Всё это время... Она медленно, чтобы не спугнуть момент, поставила чашку. — Дьяволом? — переспросила она, заставляя свой голос звучать как можно более нейтрально, простодушно. — Правда? А мне он не рассказывал… — Ну да, — Лавиния пожала плечами, доедая печенье. — Он же полукровка. У него папа дьявол, а мама человек. Как у многих. Только он вырос среди обычных людей, поэтому ничего не знал про обычаи своей расы и про свою силу. А теперь вот, учится. Девочка говорила об этом так же просто, как о погоде. Для неё это была обычная реальность Академии. — А ты... а что ты здесь делаешь, Лавиния? — Дафна нашла в себе силы перевести тему, всё ещё переваривая шок. — Ты тоже учишься... быть дьяволом? — О, нет! — Лавиния звонко рассмеялась. — Я человек! Просто я очень сильная. Представляешь, у меня есть целый Лонгин — «Абсолютная Погибель»! — она произнесла это с гордым видом, выпрямив спину. — И я буду самой сильной волшебницей на свете! Сильнее всех учителей! Даже сильнее учителя Фелеса! Ну, может быть... — она на секунду задумалась. — Но я точно буду очень-очень сильной. Я уже сейчас могу заморозить, наверное, целый город, если захочу. Но учитель говорит, что это некультурно и дорого. И что нужно учиться контролировать силу, а не пускать её на такие глупости. Дафна слушала, заворожённая. Лонгин. Мифическое оружие, о котором она читала в самых старых и запретных гримуарах своего рода. И эта девочка... эта милая, непосредственная девочка, жующая печенье, владела им и говорила о замораживании городов с такой же лёгкостью, с какой её младшая сестра Астория говорила о новых платьях. — Я уверена, у тебя всё получится, — наконец выдавила Дафна, чувствуя, как под её строго выстроенным мировоззрением трещит фундамент. — Конечно! — Лавиния сияла. Она допила чай, посмотрела на часы и прыгнула с кресла. — Ой, мне пора! У меня через десять минут занятие по криомагии! Спасибо за чай и печенье, Дафна! Еще увидимся! И она помчалась прочь, оставив Дафну наедине с остывающим чаем, полной вазочкой печенья и информацией, которая переворачивала всё её представление о Максиме Симете и о том, в какой именно игре она, сама того не ведая, оказалась. Она медленно подняла свою чашку, её взгляд был устремлён в пустоту. Уголки её губ дрогнули, сложившись в едва заметное, холодное подобие улыбки. «Ну что ж, Максим... — пронеслось у неё в голове. — Похоже, наш «выпускник Рейвенкло» оказался куда интереснее, чем я могла предположить. Теперь я понимаю, почему ты ничего не рассказывал». Она отпила последний глоток остывшего чая. Теперь ему придётся объясняться. И она убедит­ся, что получит все ответы.