Робокар Поли: Народ, Искра, Ясность. Цикл "Дикая стая" (I)

День. Небо затянуто облаками, только солнце пробивается сквозь ветви. Поли стоит у Древа Памяти — смотрит на его светящиеся розоватые прожилки. Ветер чуть треплет листву, словно шепчет что-то древнее. Он даже не замечает, как позади глухо скрипит гравий. — «Ты опять один...» — звучит низкий, хрипловатый голос Роя. Поли вздрагивает, чуть оборачивается, глаза широко раскрыты — будто перед ним не Рой, а какой-то дух. — Ох, Рой!.. Ты мог бы хотя бы фонарь не включать так резко... Тот останавливается рядом, молча глядит на дерево. — Ты боялся не света, Поли. А того, кто за ним стоит. Поли смущённо отводит взгляд, усмехается, но неуверенно: — Да чего мне тебя бояться-то... И тут же выдаёт почти шёпотом: — Ну… может, чуть-чуть... Рой краем губ усмехается, тихо, устало: — Ты не должен меня бояться. Просто слушай, когда говорю. Я не враг тебе. Между ними — пауза. Слышно только, как где-то шуршит листва, и капает с ветвей вечерняя влага. Поли, всё ещё не глядя на него, говорит: — Я знаю... Просто… иногда ты как буря. Даже если не хочешь разрушать, всё равно страшно. Рой на секунду опускает взгляд, потом медленно кивает: — Может быть. Но ты, Поли... ты тот, кто умеет идти в бурю. И если я перегнул палку — не потому, что против тебя. А потому что вижу — ты можешь больше. Поли поднимает глаза. На лице — то ли удивление, то ли уважение. Он кивает, и на мгновение между ними — не напряжение, а тихое, мужское понимание. Дерево вдруг мягко вспыхивает, розовые огоньки дрожат на ветвях, словно живые — будто само Древо смеётся над ними. Поли стоит, смотрит вверх, а в глазах отражается это сияние. Тишина. Мир. — Красиво... — выдыхает он. Рой лишь коротко кивает, руки на поясе, взгляд всё ещё настороженный, но спокойный. И тут Поли вдруг хищно щурится, поворачивается к нему боком, ухмылка на лице — та самая, фирменная, дерзкая: — А спорим, ты меня не догонишь? Рой не успевает ничего сказать — Поли уже разворачивается и рвёт с места, будто молния, с гулом шин и искрами из-под колёс. В след ему звучит тяжёлый, недоверчивый вздох Роя: — Опять ногу ему придавливать... Он пару секунд стоит неподвижно, но потом уголок рта дрогнул, и он, мощно оттолкнувшись, рвётся за ним — тяжёлый, быстрый, как пожар, что догоняет ветер. Смех Поли раздаётся где-то впереди: — Эй, догоняй, архангел! Рой, не отставая, рявкает в ответ: — Я тебя сам на небо подкину, если попадёшься! Лес наполняется гулом их двигателей, искрами из-под шин и смехом — и даже древо будто светится ярче, провожая их отблесками лучей. Поли летит вперёд, уже видит здание штаба, и ликует: — Ха! Почти! Он едва не врезается в стену, тормозит с визгом шин и гордо оборачивается — и тут за спиной раздаётся знакомое рычание двигателя. Поли только успевает выдохнуть: — «Не-е-е-е-е...» И БАЦ — Рой ловко подсекает его и прижимает ногу своей, всё так же хладнокровно. Стоит над ним, глядя сверху вниз, уголок рта дрогнул: — Ну? Поли возмущённо бьёт рукой по асфальту: — Ты издеваешься?! Опять?! — Я тебя предупреждал. — Да я просто бежал! — Ты спор предложил. — ДА ПО КАЙФУ ЖЕ! Рой слегка наваливается, и Поли вздыхает, обессиленно: — Ладно, ладно!.. Обещаю... больше не... выпендриваться... Рой отступает, отпуская его. Поли осторожно встаёт, отряхивается, но не успевает открыть рот — Рой предупреждающе поднимает палец: — Без "но". И ровно в этот момент из двери выходит Эмбер с Хелли. Они видят всю сцену, замирают. Хелли приподнимает бровь, переглядывается с Эмбер: — Я что-то пропустил?.. Эмбер устало выдыхает, прикрывая глаза рукой: — Нет, просто... обычное утро. Поли же, хмурый, бурчит, отходя: — Да ну, у меня этих утр уже больше, чем звёзд на колёсах... А Рой за его спиной едва заметно усмехается — впервые за долгое время по-настоящему тепло. Позже. Поли вопит в коридоре после очередной роевской ноги. — Да мне на больничный надо. Этот бронепоезд, хотя он не поезд, НО ВСЁ РАВНО! Этот шкаф мне третий раз ногу придавил. Третий! У меня там уже вмятина наверное! Эмбер, услышав его вопли, оборачивается, тяжело вздыхает и уже берёт планшетик для осмотра: — Так… Покажи ногу. Поли, демонстративно вскидывая руки: — А вот не надо! Я просто сказал! Хотя... если там реально вмятина… С опаской глядит вниз. — …тогда я официально пострадавший! Рой рядом уже не выдерживает и устало говорит: — Пострадавший от собственного языка. Поли поворачивается к нему, возмущённый: — Язык не железный, между прочим! И не придавишь его той же ногой! Рой с сухим спокойствием: — Хочешь проверить? — Н-не-е-е-ет, спасибо, я уже на больничный записался! — поспешно прикрывается Поли, пятясь. Эмбер, наблюдая за этим, сдерживает улыбку и говорит с деланным профессионализмом: — Так. Поли — осмотр. Рой — без давления, ясно? Рой делает вид, что не понимает: — В смысле? Он же сам под руку лезет. — Не лезу! — возмущается Поли. — Ты бежишь! Эмбер просто хлопает в ладони, обрывая спор: — Всё! В медотсеке через пять минут. Оба. Оба, как школьники, синхронно: — Чего?! Она с непоколебимой улыбкой: — Да-да. И не пытайтесь сбежать. Камеры — мои друзья. Поли бормочет: — Ясно. Меня не только придавили, меня ещё и лечить будут… А Рой, проходя мимо, тихо, почти с ухмылкой бросает: — Считай, это профилактика от следующей вмятины.