Будет интересно

      Гост шёл впереди, не оборачивался, не говорил, словно бы даже и не дышал. Только заклёпки на чёрной кожанке позвякивали в такт походке.       — Для человека твоих габаритов ты довольно тихий. Люди вообще слышат, когда ты подходишь, или ты носишь колокольчик? — Джон не выносил тишину, особенно такую густую, как рядом с этим гладиатором, поэтому рот открылся сам собой.       Тишина сгустилась ещё сильнее, будто Гост силой мысли или своей угрожающей аурой хотел его заткнуть.       Ну, удачи ему в этом, пока что ни у кого не получалось.       — Слишком крутой, чтобы поддерживаться разговор, а? — Вытащить что-то из гиганта стало маленькой целью.       В ответ послышался вздох — долгий, усталый, который говорил громче любых слов — Гост уже пожалел, что пригласил к себе в гримёрку.       — Имя хоть скажешь? — не называть же его вечно по псевдониму. Уж за отсос в подворотне Джонни заслужил знать хотя бы это — не каждый день же радовал глубокой глоткой незнакомцев.       — Душ справа, — невпопад ответил Гост и толкнул чёрную дверь. Не придержал даже, сука невоспитанная!       — Составишь мне компанию? — спросил Джон, войдя в крошечную гримёрку: стол и зеркало слева, кресло в углу, несколько постеров с рестлерами на стенах и спортивная сумка на полу у двери. Неуютно. Бедненько так, даже для звезды из подполья.       И снова вздох.       — Заткнись и иди в душ, пока я не выставил тебя на улицу, — в его голосе отчётливо читалось раздражение, и будь Джонни чуть поумнее и не такой смелый, то сделал бы, как велели. Но Джонни не был…       — Надо же, сколько слов за раз. Уверен, что проведи мы вместе не пятнадцать минут, а хотя бы час, получится дорасти сразу до абзаца. — Он усмехнулся и стянул футболку.       — Я столько тебя не вытерплю. — Гост стоял, повернувшись спиной, и что-то выискивал в ящике стола, но это не помешало уловить в интонациях улыбку. Лучше, чем ворчание. А потом он повернулся и добавил: — Придётся заткнуть.       По спине прокатилась волна мурашек. Ох, Джон бы не отказался, чтобы его снова заткнули, потому что по тёмному взгляду Госта было понятно, как и чем он собирается это сделать.       — Вернёмся к этому после того, как я сполоснусь. — Подмигнув, МакТавиш нырнул за дверь душевой, уже предвкушая возможность поразвлечься.       Он скинул джинсы, стянул неприятно липнущие к коже, пропитавшиеся спермой трусы и бросил их в ведро рядом с толчком. Вновь радующийся жизни и потенциальной ебле член шлёпнул по животу, и Джон пару раз двинул по нему кулаком перед тем, как встать под прохладные струи.       Горячей воды не было, текла едва ли тёмлая, но даже она не сбила стояк. А стоило нырнуть между булок, чтобы хотя бы немного подготовить дырку, как хер напрягся ещё сильнее.       — Лишь бы у него была смазка или хоть что-то…       Секса не было давненько, а такие агрегаты как у Госта, Джон видел разве что в порнухе и не надеялся, что нарвётся на подобное сокровище в реальной жизни. Оседлать бы его, но в гримёрке нет места, а несчастное кресло слишком маленькое для двоих здоровых мужиков. Остаётся стол, на который можно лечь и дать себя трахнуть.       М-м-м, да, стол подойдёт.       Из душа Джонни вышел в полной боевой готовности — растянутый сзади и с каменным стояком спереди. Он даже полотенцем прикрываться не стал, хотя в душе было. Гост стоял у зеркала уже без маски и смывал свой боевой раскрас. Неожиданно светлые волосы на затылке торчали, что иголки, а на макушке забавно завивались.       — Так ты ещё и блондин, — сказал Джон, взглядом перепрыгнув на татуировку на предплечье, которая ранее пряталась за нарукавником, а в подворотне в рукаве кожанки. Черепа, какие-то узоры, что-то ещё — Джон решил рассмотреть подробнее чуть позже, а пока перешёл на лицо.       Гост не поворачивался, молчал и протирал веки ватным диском. Глаза у него были карие, а ресницы светлые-светлые, словно в снегу. Выглядело это так красиво, что прямо сейчас фотографируй и выставляй в галерее, как произведение искусства. Но ещё лучше смотрелись его губы. Всё ещё измазанные чёрной помадой, они просились то ли снова их накрасить, то ли стереть остатки. Само собой, Джон выбрал второе.       Он подошёл к Госту, дёрнул за руку, вынуждая его повернуться, и полез целоваться. Успел урвать пару сладких секунд до того, как этот херов гигант схватил за загривок, развернул к столу и вдавил щекой в деревянную поверхность.       — Ты слишком наглый, — горячий шёпот приласкал ухо, и Джонни поднял взгляд на отражение.       Гладиатор склонился над ним и смотрел в упор. Щёку Госта рассекал шрам, ещё один ровной полосой шёл под глазом, и Джон бы потрогал, если бы его крепко не держали за шею, как нашкодившего кота.       — Нарываюсь, — выдавив ухмылку, ответил МакТавиш, и двинул голой задницей.       — На член? — Он прижался сильнее, а жёсткие пальцы раздвинули ягодицы.       — Именно, — выдохнул одновременно с тем, как палец насухую протиснулся внутрь.       — Интересно, ты всегда такая шлюха, или это мне так повезло? — Рука с загривка исчезла. В зеркале не было видно, куда потянулся Гост, но по щелчку пластика и чему-то холодному, размазанному по дырке, и так стало понятно.       — Выбери вариант, который тебе нравится больше, — сказал Джонни и застонал, когда крупная головка, а следом и весь здоровый хуй начали протискиваться внутрь.       — Выбери? — хмыкнул над головой Гост. — Лучше выебу. — И со шлепком вошёл до упора.       Стол пошатнулся, зеркало звякнуло, что-то упало на пол, а сам Джон выгнулся и застонал. Хуй растягивал, умопомрачительно давил на стенки, и даже лёгкая боль не мешала.       — Так давай. Еби, — едва успел договорить, как Гост задвигался.       Он долбил быстро и грубо, вдавливал своим весом в стол и работал бёдрами, как секс-машина на максималках. Ни ласк тебе, ни поцелуев — только грубая ебля, от которой закатывались глаза, а из горла рвались стоны. Джонни лишь цеплялся скользкими пальцами за стол и не мог дотянуться до собственного члена, чтобы подрочить. Да и не особо-то хотел — Гост попадал чётко в цель, да так, что звёзды из глаз сыпались.       — Нравится, шлюшка? — Ладонь на затылке, влажное дыхание рядом с шеей.       — Да-а, — простонал Джонни. — Как и твоя разговорчивасть. — Всё-таки два слова лучше, чем тишина.       По гримёрке разнёсся звонкий шлепок, а ягодицу запекло.       — Молчи, — коротко, как приказ, и Гост продолжил толкаться внутрь. Каждый раз — до упора, не щадил, как того бойца на ринге, а Джонни кайфовал от этой грубости.       Трахал Гост целую вечность, спустил грязно, прямо внутрь и только после этого соизволил подрочить Джонни, чтобы довести до финала и его.       — Ты бы хоть на спину кончил, я же только помылся, — для виду возмутился МакТавиш.       Ответа или хоть какой-то реакции от Госта ожидаемо не последовало. Тот отошёл в сторону, порылся в сумке, достал из неё несколько салфеток, одну из которых намотал себе на болт, а ещё парочку просунул между булок Джонни.       — Какой ты заботливый, — с притворным умилением сказал Джон и вытер вытекающую сперму.       Снова ноль реакции. Гладиатор вытерся и снова полез в сумку.       — Уверен, что теперь я заслужил не только знать твоё имя, но и номер телефона. — Закончив с остатками спермы, Джон вернулся в ванную за джинсами, а когда вышел обратно, то Гост силой вручил ему огрызок бумаги.        На нём аккуратным почерком был написан номер и сразу ниже лаконичное «Саймон».       — Забирай и проваливай. — Следом Саймон всунул футболку и вытолкал за дверь гримёрки раньше, чем Джон успел сообразить хоть что-то.       — Урод, — с теплом возмутился в сторону закрытой двери и поковылял к выходу.       Как бы ни хотелось злиться — не получалось. Хороший секс всё-таки творил чудеса, а за такое «поматросил и бросил» Джон ещё поквитается. Благо, в кармане лежал номер Саймона, а остальное уже неважно.       Дома, окончательно приведя себя в порядок, МакТавиш взял телефон и набрал заветные цифры.       — Клуб Тишины, вы позвонили в нерабочее время… — раздался на той стороне спокойный голос.       — Чего, блядь?! — Джонни уставился в экран, сравнивая цифры, пока автоответчик женским голосом наговаривал записанную фразу.       Номер совпадал.       — Дважды урод, — буркнул Джон и сбросил вызов. — Наебал меня.       Он порвал бумажку и ухмыльнулся. Что ж, так будет даже интереснее. Просто так сдаваться Джон не собирался.