Всевышний мир

      Воздух Небес был прохладным и чистым, наполненным лишь шелестом бесчисленных крыльев и тихой, мелодичной музыкой, льющейся с небесных сводов. После душного хаоса «Дебошира» здесь царила почти неестественная, стерильная идиллия. Сияющие белизной мраморные залы и мосты, парящие в облаках, создавали ощущение невесомости и покоя.       К ребятам, стоявшим у резной балюстрады и смотревшим на проплывающие под ногами облака, мягко опустился ангел. Вернее, Архангел. Рени. Его крылья были ослепительно белыми и пушистыми, как только что выпавший снег, а лицо — миловидным и открытым, с большими, добрыми глазами цвета летнего неба.       — Здравствуйте! — его голос был звонким и радостным. Он знал их всех. По рассказам Астри, по случайным встречам.       — Привет, Малыш Рени! — не удержалась от улыбки Айко, глядя на его роскошные крылья.       Рени покраснел до кончиков ушей и смущенно потупился.       — Э-э… Хор скоро начнется… Вам ничего не нужно? Можете выпить воды святого источника, она освежает…       — Нет, Рени, все в порядке, — вежливо, но твердо отказался Кай, с некоторым недоверием оглядывая излишнюю, на его взгляд, стерильность вокруг.       В этот момент к ним приблизилась знакомая, полная контраста фигура. Астри. Его бледно-розовые крылья были расправлены, словно в насмешку над белизной вокруг, а красный ошейник кричаще ярко выделялся на бледной шее.       — Малыш Рени, ты меня искал? — его голос прозвучал лениво и сладко, как патока.       — Да! Астри, быстрее готовься к выступлению! — засуетился Рени, его доброе лицо исказила беспомощная досада. — Где твой костюм?!       Астри ухмыльнулся, демонстративно поправляя прядь белых волос.       — Сейчас-сейчас, не кипятись, — он бросил насмешливый взгляд на ребят. — Ничего себе, все-таки пришли на эту хрень? Понаблюдать за тем, как мы все дружно тешим свое тщеславие?       — Астри! — голос Рени дрогнул от возмущения. — Хор Ангелов бывает раз в месяц! Это великое поклонение Высшим Силам и нашим посланникам, что сотворили нас!       — Да, круто не знать «родителей» в лицо, — Астри нахмурился, и в его глазах мелькнула неподдельная горечь. — Веками петь осанну каким-то абстрактным сущностям, которые ни разу не соизволили показаться.       — Чтобы удостоиться встречи с Всевышним, нужно проявить смирение, веру и уважение! — настаивал Рени, все больше краснея. — У всех будет шанс лично встретиться с ним, если они того окажутся достойны!       — Да-да, конечно, давай попоем ему! — Астри с раздражением взмахнул рукой. — Уже который год одной и той же херней страдаем.       С этими словами он с силой толкнулся от пола, взметнув в воздух облачко пыли, что в идеальном королевстве казалось почти кощунством,и улетел, оставив Рени расстроенным, а компанию друзей — в раздумьях о том, что даже в самом, казалось бы, идеальном месте, находятся свои диссонансы и скрытые бури.

***

      Величественный зал, казалось, был соткан из самого света и хрусталя. Пение ангельского хора поднималось под своды, не просто звуча, а вибрируя в воздухе, наполняя слушателей чувством благоговения и покоя. Сотни голосов сливались в идеальной, божественной гармонии. Рени, стоя в первом ряду, пел с таким вдохновенным и одухотворенным лицом, что казалось, вот-вот вознесется.       Кира сидела с остальными, но ее тело было напряжено, как струна. Ее нос, даже в человеческом облике, непроизвольно вздрагивал, улавливая мириады запахов: ладан, мрамор, легкий аромат, исходящий от самих ангелов… и что-то еще. Что-то чужеродное, едва уловимое, но до жути знакомое. Она тихо тронула колено Кая, сидевшего рядом.       — Кай… тут… тут этот кот, — прошептала она, не отрывая взгляда от сцены, будто завороженная.       Парень, увлеченный мощью звучания, лишь машинально кивнул, не понимая.       — Кай! — ее шепот стал настойчивее и резче.       Он наклонился к ней.       — А? Что?       — Тут запах. Того кота, помнишь? Он тут! — в ее глазах читался не страх, а азарт охотника.       — Что? — Кай нахмурился. — Ты уверена?       — Я чувствую этот запах, — ее голос был твердым, как сталь. — Тот самый… смесь шерсти, пыли и той… темной магии. Он здесь.       Они переглянулись. Мысль была одна: оставить все как есть и наслаждаться концертом? Или проверить? Но образ развалившегося на части костяного монстра был еще слишком свеж. Не сговариваясь, они начали аккуратно, стараясь не привлекать внимания, пробираться к выходу из зала. Айко, заметив их движение, вопросительно подняла бровь. Кай жестом показал: «Идем за нами». Лило и Хейзи, уловив сигнал, с неохотой оторвались от зрелища и последовали за ними, оставия позади божественные песнопения.       Как только тяжелые двери зала закрылись за ними, оглушительная тишина обрушилась на них, став почти физической.       — Куда? — коротко спросила Айко, активируя сканеры протеза.       — Не знаю, — честно ответила Кира, уже полностью превратившись в свой звериный облик. Ее нос работал, как радар. — Он слабый… прерывистый. Но он здесь. — Она повела их по сияющему мраморному коридору, уводя все дальше от парадных залов, в служебные, более пустынные и строгие части небесной цитадели.       Великолепный хор остался позади, а впереди их ждал лишь тонкий, зловещий запах мертвого кота, ведущий в неизвестность. Кира принюхалась, ее звериные ноздри трепетали, улавливая малейшие ноты в воздушном коктейле святости и пыли. Ее взгляд, острый и сфокусированный, метнулся в сторону одного из зрителей.       — Вон! От того мужика! — она резко указала пальцем на ничем не примечательного мужчину в сером плаще, который, казалось, был полностью поглощен выступлением хора.       — И что делать? — прошептал Лило. — Это он подчинил кота? Надо скрутить его!       — Нет, — резко ответила Кира, и в ее голосе прозвучало низкое рычание. Она уже почти полностью преобразилась; шерсть встала дыбом вдоль ее спины. — Он… подчинил себя этого человека. От него исходит запах табака, гари и… чего-то соленого, как от старой, потной кожи. — Она сморщила нос. — Но этот запах не выветрился из самого человека… это трудно объяснить. Он будто впитался в него, как пятно. Но больше всего… больше всего чувствуется тот самый вонючий, кошачий запах из пещеры. Он исходит прямо изнутри.       Они наблюдали, затаив дыхание. Когда хор завершился, и зал взорвался благоговейными аплодисментами, мужчина в сером плаще поднялся с места и, не глядя по сторонам, направился не к основному выходу, а в маленькую, почти незаметную дверь за колоннадой, ведущую за кулисы.       — Пошли! — скомандовал Кай, и они, стараясь не выделяться в толпе расходящихся зрителей, метнулись вслед за ним.       За кулисами царила уже иная атмосфера — суета готовящихся к выходу ангелов, груды реквизита и лабиринт из перегородок. Мужчина шел быстро и целенаправленно, словно знал куда ему нужно. Он что-то искал глазами, его пальцы нервно перебирали складки плаща. Расследовать было уже некогда. Кай, не медля ни секунды, обнажил свой меч. Лезвие с шипением вышло из ножен, и на его поверхности вспыхнул тусклый алый свет.       — Стоять нахуй! — крикнул он.       Мужчина резко обернулся. Его лицо было абсолютно пустым, без единой эмоции. Но в глазах, на долю секунды, будто промелькнула та самая костлявая, чужая тень. Увидев обнаженное оружие и решительные лица ребят, он не стал ни убегать, ни сопротивляться. Вместо этого его тело вдруг задрожало, стало прозрачным, как дым. Запах гари и мертвого кота ударил в нос с новой силой, и через мгновение на том месте, где он стоял, осталась лишь легкая дымка, медленно рассеивающаяся в воздухе. Он просто испарился.       — Он… испарился, — прошептала Хейзи, все еще не веря своим глазам.       В этот момент к ним подошли трое ангелов. Рени с лицом, полным беспокойства и упрека, Астри с привычной язвительной ухмылкой и третья ангел — девушка с серебристыми волосами и большими, сонными глазами цвета лаванды.       — Ребята, что вы тут делаете? — вежливо, но твердо сказал Рени. — Вам за кулисы нельзя. Это служебная территория.       — Рени, мы… — Айко запнулась, ее процессор в панике перебирал возможные варианты объяснений. — Мы не пытались сделать что-то плохое. Просто разыскивали кое-кого.       — Меня? — ухмыльнулся Астри, сложив руки на груди. — Меня не надо искать, малышка. Надо всего лишь представить меня в твоей кровати, и я сразу прилечу.       Ангел с сонными глазами, Мелоди, безучастно наблюдала за этой сценой, лишь слегка склонив голову набок. Объяснять что-либо в такой обстановке было бессмысленно. Ребята пробормотали извинения и под тяжелым взглядом Рени ретировались.

***

      Час спустя они уже сидели в укромном уголке парка, в своем привычном месте. Воздух был наполнен ароматом земли и зелени, а не святости и магии.       — Ладно, что это было? — начал Кай, с раздражением проводя рукой по волосам. — Сущность, которая вселяется в людей? И в животных?       — И заставляет их варить какую-то дрянь в котлах, — добавила Кира, все еще ворочая носом, будто пытаясь снова уловить тот запах. — А потом, при угрозе, просто растворяется в воздухе.       — Это некромантия высшего уровня, — мрачно заключила Айко, проецируя перед собой голограмму с записью символа с камешка. — Но не та, что просто поднимает кости. Это что-то другое. Одержимость, управление на расстоянии… и телепортация? Или просто иллюзия?       — Может, это какой-то демон? — предположил Лило. — Из твоих, огненных? — он кивнул в сторону Кая. — Только очень хитрый.       — Сомневаюсь, — покачал головой Кай. — Наша магия грубее. Это пахнет… чем-то древним. Не звериным, не демоническим, не ангельским.       — А что, если… — тихо начала Хейзи, играя стебельком травы. — Что, если это что-то, что хочет проникнуть повсюду? В звериный мир через кота, в ангельский — через того человека… Оно ищет слабые места.       Они замолчали. Каждая теория имела право на существование, но ни одна не давала ответа на главные вопросы: кто и зачем? И главное — что им теперь делать?       — Нам нужна информация, — резюмировала Айко, отключая голограмму. — Настоящая, а не догадки. И я знаю, где ее можно попробовать найти.       Все взгляды устремились на нее.       — Где?       — В архивах Академии.       Идея не вызвала энтузиазма, но альтернатив у них не было. Их первое невинное задание по поиску кота превратилось в охоту на нечто неизвестное и крайне опасное.