Странные казахские дела

      Крик застрял у него в горле, рука монстра сжала шею, оно сидело у него на груди, дышать было невозможно. Короткие вздохи приносили только секундное облегчение, легкие горели огнем. Руки и ноги не слушались, они как будто налились свинцом. — Тәтті жаныңды… — все повторяло существо. Его острые зубы длинными безобразными прутьями извивались во все стороны. Красные глаза чудища ослепляли его каким-то инородным светом, но Леша не мог себя заставить закрыть свои. Глаза сильно защипало, слезы покатились по щекам и мерзко стекали где-то в уши, от чего по всему телу прошелся ток мурашек. — Берші жаныңды… — существо продолжало шептать, от прежнего бархата не осталось и следа. Существо хрипело и произносило слова как будто больше заглатывая, чем выпуская воздух. Голова закружилась от нехватки кислорода. Изображение впереди ходило ходуном, размываясь и чернея по бокам. Сердце отбойным молотком стучало по перепонкам, оглушая. — Бер! Жаныңды! — существо резко закричало, как будто испугавшись чего-то. Оно трясло его, отпуская резко руки на шее, из-за чего Леша жадно начал глотать воздух, головокружение от этого только усилилось, подступила тошнота. Холод охватил его тело, резко и неумолимо, сдавливая и без того тяжелое дыхание. — Леша! — голос отца развеял видение, руки трясли его, несильно похлопывая по лицу чтобы тот пришел в себя. Он проснулся, вскакивая и буквально задыхаясь воздухом, который резко набрал в рот от испуга.

***

      После постыдного пробуждения от кошмара Леша весь день ходил будто на минном поле. Каждый шорох как-будто таил в себе возможную опасность, каждый лишний взгляд заставлял его содрогаться. Почему-то он не мог отделаться от мысли, что это был не просто сон. Уж слишком реалистично выглядело это чудище.       От воспоминаний о вчерашней ночи становилось дурно, как будто резко сдавливало дыхание. Сам того не замечая, он тянется к шее, проверяя, нет ли там рук, которые не дают ему дышать. Встретившись с пустотой ему на секунду становится легче. Но рассказывать об этом друзьям он посчитал лишним, только упомянул про кошмар, опуская детали. Не хотелось чтобы они переживали о нем еще больше. После предыдущего раза, Леше показалось, что они не оставляли его одного никогда. Всегда рядом был либо Нурлан либо Макар. Хотя сейчас Сабуров больше и больше уходил в свои мысли, как будто не замечая что творится вокруг.       Было стыдно смотреть ему в глаза после вчерашнего, на самом деле. Леша старательно отводил от него взгляд, стараясь не выдать свое смущение. Тот сочувственно кивнул его рассказу про кошмар, не обращая внимание на его терзания и обратно ушел в свои мысли. После второго урока тренер забрал его для какого-то важного мероприятия, то ли соревнования, то ли еще что. Он бросил в Лешу задумчивый взгляд прежде чем уйти, но не стал ничего говорить и ушел.             Макар какой-то слишком воодушевленный и радостный поскакал к Эмиру. Они со вчерашнего дня как-то себя странно ведут на самом деле. Тамби и Рустам пожимают плечами, они сами-то тоже особо не в курсе, что вообще происходит вокруг, слишком занятые подготовкой к своему КВН-выступлению для какого-то конкурса, который почему-то проводится не смотря ни на что. Что-то про осень, какой-то типа «Осенний бал» или что-то такое. — Алтын күз, — поправляли его девочки, но Леше было на самом деле все равно, как бы он не назывался. В честь этого мероприятия каждый класс должен подготовить какое-то выступление, и должны выбрать короля и королеву осени. Леша может только закатить глаза и радоваться, что его не заставили в этом участвовать, как, например, тех же Эмира и Макара.       Школа не смотря ни на что гудела, туда сюда бегали учителя, младшие классы напрягли делать поделки, старших это все вешать и украшать актовый зал. Вся школа, казалось, была в оранжевых и коричневых тонах из-за обилия осенних украшений.       Леша остался один на большой перемене, хотя страшно ему отчего-то не было. С последнего «нападения» старухи, они ее ни разу не видели, Рустам узнал, что она вышла на пенсию, и ее коллективом провожали в выходные. Леша на это скривился в отвращении, но говорить ничего не стал. Прошло всего пару дней, но ему кажется будто это было вчера. Ха. Может это оно и было.       Эта мысль ему совершенно не понравилась. Леша шел в сторону столовой чтобы поесть чего-то, но теперь это не казалось ему такой уж хорошей идеей, несмотря на то, что столовая была практически пустой из-за того что многие были заняты подготовкой к осеннему мероприятию. «— Маған тәтті жаныңды берші… »       Леша поежился от воспоминания. Хоть он и не понял ничего, было понятно что оно что-то от него требовало. — Жанын… что это значит? — Душа моя, — рядом омерзительно сладким тембром прозвучал бесячий голос Чебаткова. Леша отшатнулся и с силой толкнул парня от себя, сразу прижимая рукой горящее ухо. По всему телу пробежал табун мурашек. — Чего? — вопрос прозвучал больше испуганно чем устрашающе, из-за чего Леша еще больше нахмурился, стыдясь своей реакции.       В одиночку слоняться по школе ему как-то не особо хотелось, особенно после предыдущей ночи. К тому же в прошлый раз это ничем хорошим не кончилось. Поэтому, несмотря на какую-то свою неприязнь к Жене Чебаткову, его появление стало для Леши небольшим облегчением. Тот тоже был один, в очередной раз брошенный Кириллом и Адилем, его глаза загорелись при виде Леши. Он подошел к нему и закинул руку на плечо. Леша решил подыграть ему и не стал скидывать. В отличие от Нурлана, ему чужие прикосновения были не настолько противны. — Щербаков! Какие люди, и неужели в этот раз без охраны? — его улыбка не вызывала доверия, но Леша поздоровался с ним, хоть и нехотя. Они вместе направились в столовую, и тот отчего-то был очень доволен происходящим. Они молчали какое-то время, простояв в небольшой очереди ради пирожков и стакана с компотом. Когда они сели, Женя вдруг заговорил: — Что, Нурик перестал обращать на тебя внимание? — тот решил пойти с места в карьер. Он ожидал, что тот скажет что-то подобное. Леша, застывший с надкусанным пирожком у рта замер и вздохнул. Чебатков тем временем продолжил: — Или это он тебя назвал «жаным?». Как мило, кто бы мог подумать что наш крутой боксер, отличник, высокий батыр Нурлан окажется… впрочем. Не буду грубить. — В голове сразу завертелись тысяча ответов на колкость парня. Его слова вообще не задевали Лешу, но сам факт того что тот что-то сказал, уже вынудил его ответить. Леша улыбнулся про себя. — А тебя это как-то задевает, я смотрю? — слова летели сами по себе, он почувствовал себя будто его наживка клюнула. — Что, обидно что на тебя все хуй клали без Адиля? — Улыбка Чебаткова мгновенно потухла. — Слышь, ты че? Охуел? — его голос едва заметно дрогнул, и это распоясало Лешу еще сильнее. Какая-то училка шикнула на них с соседнего стола. — А что? — с вызовом бросил Леша. Чебатков резко встал и бросив на него злобный взгляд, собирался уйти но Леша его прервал. — А че, ты стрелку мне не назначишь? Или боишься, что я соглашусь? — и без того пунцовый Чебатков побагровел. Он оглянулся по сторонам, на них смотрели некоторые младшеклассники, и та самая учительница готова была встать и помешать им в случае чего. — Сегодня после уроков, за школой. Не опаздывай, — бросил тот сквозь зубы и ушел.       Леша почувствовал небольшой триумф внутри себя. В отличии от всякой ебанутой хероборы, которая происходила с ним в последнее время — эта была самая нормальная. Ему не нужно ничего придумывать, ничего анализировать, берешь и бьешь в ебало просто и все. В его старой школе все проблемы всегда так и решались. К этому он привык, это для него что-то обыденное и понятное. Уже с большим аппетитом он доел свой пирожок с картошкой и допил сильно разбавленный ягодный компот. Перед тем как уйти, он вежливо попрощался с учительницей, которая кинула в него недовольный взгляд. Впрочем, это не важно.       К концу уроков у него уже чесались кулаки, и он нетерпеливо поглядывал на часы. Казалось, будто время назло тянулось медленнее обычного. Когда прозвенел последний звонок, Леша отчего-то остался последним в классе. Эмир зашел к ним и забрал Илью под ручку. Остальные одноклассники тем более не стали его дожидаться и ушли. В классе остался только он и учитель истории, который под конец урока уже сам клевал носом. Прежняя нетерпеливость заменилась каким-то волнением вперемешку с всё тем же предвкушением. Можно ли считать Лешу каким-то ненормальным, раз он так рвется в эту пизделовку?       Перед тем как уйти, Макар пригласил его побыть зрителем для их репетиции, но Леша наврал, что ему надо помочь отцу с машиной. Было совестно врать друзьям, но ему не хотелось их в это втягивать. Он сам может разобраться с этой ситуацией. Чеботков не выглядит как кто-то сильно опасный. Если он, конечно, не решит притащить с собой нож или что-то подобное. Вряд ли он настолько ебанутый. Скорее всего, они просто подерутся, после чего проблема будет исчерпана, возможно, даже после этого Леша сможет его даже уважать, если тот придет, конечно. Может он сможет перевести ему некоторые казахские слова.       Чеботков пришел. Он, как и сказал, стоял, где они и договаривались, но был не один. Рядом с ним стояла толпа парней, и они все смотрели прямо на него. Леша уже развернулся, чтобы убежать, но его за шкирку притянули и повалили на землю, заламывая руки, чтобы он не рыпался. Чей-то кулак выбил весь воздух из его легких, попав прямо в солнечное сплетение, пару раз его ударили по лицу, отчего заныл и без того кривоватый нос, а в ушах зазвенело. Он брыкался со всех сил, у него получилось кого-то пнуть, но этот пинок моментально вернулся к нему многократно. Руками он попытался прикрыть голову, и его били по рукам. Он почувствовал металлический привкус крови. — Учитель! — кто-то их окрикнул, и толпа моментально разбежалась, оставляя его лежать. Леша попытался вскочить, но от резкого подъема голова закружилась. В глазах плыло, сердце стучало где-то в горле. Перед ним возник парень, который видимо всех и разогнал своим криком. — Эй, ты живой? — зрение никак не хотело становится четче, но он узнал этого высокого парня, который даже не смотря на то, что он сидел на корточках, все равно был выше него. — Да уж лучше бы я сдох, — прохрипел Леша, зажмуриваясь, когда при случайном движении резко заныло во всем теле. Антон помог ему встать.

***

— Да уж, нехило они тебя, — Антон неожиданно привел его к себе домой. Леша был благодарен, не хочется в таком виде возвращаться домой, хотя, конечно, он уже чувствует, как лицо начинает саднить, и губа у него, скорее всего, разбита. Это объясняет, почему он чувствовал кровь.       Подойдя к раковине с зеркалом, он едва ли не присвистнул. Блять. Хоть в глаз не прилетело, зато бровь у него рассечена. Как там говорится? Не в бровь а в… стойте… Ладно, похуй.       Пока Леша умывался, тихо матерясь от того что все щипало, Антон появился в ванной, и неловко переставляя ноги протянул ему пакет со льдом. — Приложи к скуле, должно помочь, — Леша кивнул. Выйдя из ванной он громко охнул приложив лед, но холодный компресс практически моментально облегчил боль. — Спасибо, — пробормотал он, краснея. Не привык он благодарить людей. Особенно незнакомцев. Антон пожал плечами. — Ты же друг Макара, да? Я не мог пройти мимо, — Леша сдержался чтобы не закатить глаза. Герой, мать его. — Да, он упоминал что ты любишь везде шароебиться, — все же само по себе вырвалось из его уст. Было слегка обидно за Антона, но Леша сейчас не лучший собеседник. Антон опешил. — И ничего я не шароебился, просто мимо проходил, — возмущенно сказал он. — И часто ты влезаешь в чужие стрелки? — Я вообще-то тебе помог! — А кто тебя просил? — Антон развернулся и ушел в сторону кухни, оставляя Лешу стоять в коридоре возле двери ванной. Мерзкое чувство стыда заставили его прикрыть глаза на секунду. — Так и будешь там стоять? — Леша чертыхнулся, вновь раздражаясь. — От тебя несет нечистой силой, — сказал Антон, наполняя чайник водой из-под крана. — От тебя несет говном, — моментально ответил Леша, и только потом до него дошел смысл его слов. — Подожди, что? — Скажу тебе вот что. Я не знаю кто ты или что ты. Но я точно знаю, что ты не злой. Иначе мы бы с тобой сейчас не разговаривали. — Леша хмурится. Как-то не очень логичное умозаключение после того, как Леша ему нагрубил. Антон неожиданно оказывается совсем близко и осматривает его с головы до ног, приближает лицо и заглядывает в глаза, неожиданно сильно удерживая его на месте. Леша от удивления забывает вырваться. — Не бледный, зрачки в норме, дыхание ровное, не хрипит. — Он тянет руку на себя и отодвигает рукав рубашки, обнажая кожу рук. — Ментальные сдвиги не проявлены. — Леша с силой отдернул руку. — Ты чего это тут устроил? — раздраженно прошипел он. — Лицензия-то у тебя есть, доктор, блять?       Антон сделал шаг назад и ойкнул. — Прости, оно само, — и нервно хихикнул еще в придачу. Чудик он какой-то. — Никаких признаков отклонения я не заметил, — задумчиво сказал он, оборачиваясь чтобы вставить чайник в розетку. — Ты не замечал ничего странного на этой неделе?       С самого первого дня в этой школе он заметил что-то странное. Но говорить об этом сразу не хотелось. — О чем ты говоришь? Какое такое «странное»? Например? — Ну, например, может, ты видел что-то необычное. Может, кто-то тебе сказал что-то странное. Кто-то внезапно умер, кто-то пропал. Может, тебе приснился странный сон. Леша нахмурился. — Мария Анатольевна и Азамат. Но ты и так об этом знал. Все об этом знают. Антон кивнул. Сон… — Допустим, мне приснился сон вчера… — Лицо Антона тут же озарилось улыбкой. — Ах, вот оно что! — Он внезапно убежал из кухни и прибежал обратно с какой-то старой книгой в руках. Как будто специально показушно он сдул с нее пыль и начал ее быстро листать. Пожелтевшие страницы были полностью на казахском, изредка мелькали изображения каких-то чудищ, которых Леша не мог нормально разглядеть вверх ногами и из-за того, что Антон листал очень быстро. — Вот! — крикнул он, тыкая пальцем куда-то в книгу. Он резко развернул ее к Леше, и он сразу же похолодел. Со страницы книги на него смотрела жуткая клыкастая морда его ночного кошмара.