Цепи хаоса

Сумасшедший стоял, покачиваясь, его голова медленно поворачивалась, а красные глаза внезапно преобрели обыкновенный карий цвет. Но теперь в них, кажется, промелькнуло что-то другое. Не чистая злоба, а похожее на раздражение либо просто взгляд без эмоции. Тишина. Только прерывистое дыхание Майка и шёпот ветра в верхушках деревьев. Мальчик стоял, как тёмная статуя, и этот момент казался бесконечным. Майк ждал нового нападения, но этого не произошло. –Прочь. -раздался опять хриплый шёпот. И это слово было произнесено с такой неприкрытой ненавистью. Майк ожидал продолжения борьбы, ждал нового приступа ярости, но никак не этой фразы. Его мозг, привыкший к четким сценариям "враг-жертва", дал сбой. –Что ты сказал? Не то неслышно. -с издёвкой сказал Уиллер. Мальчик медленно поднял руку, не на Майка, а куда-то в сторону. –Я повторять не собираюсь. -прозвучал всё тот же мёртвый шёпот. Майк посмотрел на свою синию кофту, на кроссовки, запачканные грязью. Потом вспомнил священника в деревне. Вспомнил, как он сам, пытался объяснить, что он не злой, а заблудившийся. И тут его осенило. –Ты думал я священник? –Молчи.. -прошипел ровесник. –Не говори это при мне, ты даже не представляешь, что я могу сделать! Майк почувствовал, как мир вокруг него переворачивается. Он был для него священником. Одним из тех, кого, по всей видимости, этот несчастный сумашедший ненавидел до глубины души. Возможно, его много раз пытались "изгонять", причиняя боль. Возможно, эта ненависть и была причиной, поэтому он набросился на Майка, приняв его за врага. И тут, сквозь тишину леса, донёсся едва уловимый, но отчетливый звук. Шаги. Множество шагов, приближающихся к ним откуда-то со стороны деревни. И эти шаги были не мягкими, а осторожными. Мальчик, не заметил приближающихся звуков. Или ему было всё равно. Его глаза снова стали пустыми, уставившись куда-то в темноту, словно он снова погрузился в свои внутренние муки. Майк посмотрел на мальчика, затем на приближающиеся звуки. Что делать? Этот несчастный подросток был явно жертвой, не злодеем. Но Майк не мог оставаться. Он был чужим для всех. Растерянность Уиллера была полной. Он был втянут в чужую драму, в чужой век, в чужие верования и страхи. И он был совершенно один. Шаги, доносившиеся из глубины леса со стороны деревни, стали отчётливее. Лязг железа, хриплые голоса, нетерпеливый лай собак. Они приближались. Священник и вся разъярённая толпа. Они почти здесь. Майк бросил взгляд на парнишку. Тот стоял как столб и тупо куда-то уставился. Времени на раздумья не было. Ни секунды. Майк схватил шатена за запястье. –Бежим! -прошипел Майк, не оглядываясь. Мальчик дёрнулся, словно его ударили. Из его рта вырвался низкий, утробный рык, полный гнева и непонимания. Он попытался вырваться. Его глаза, метнулись к Уиллеру, и в них снова загорелась та звериная, нечеловеческая злоба, что была в особняке. –Отпусти! Не трогай своими руками! -рявкнул подросток, пытаясь вырваться. Его пальцы, тонкие и цепкие, впились в руку Майка, пытаясь сломать хватку. Но Майк не отпускал. Он тащил ровесника за собой, продираясь сквозь густые заросли. За спиной нарастали звуки погони. Лай собак был уже совсем близко. Крики "Сюда! Он здесь!" эхом отдавались в лесу. –Я тебе блять помочь хочу! -прохрипел Майк, пытаясь докричаться сквозь этого сумашедшего. Но мальчик, казалось, не слышал. Он лишь продолжал вырываться, его рычание стало глубже. Майк понимал, что каждая секунда на счету. Они вдвоем были дичью. И единственным способом выжить было бежать - бежать быстрее, чем те крестьяне, и быстрее, чем ненависть, что жила в сумасшедшем. Майк продолжал тащил его за собой, сам не зная зачем.. _____ Майк также тащил ровесника за собой, продираясь сквозь колючие заросли, через густой подлесок, в самую чащу, куда, как он надеялся, не рискнут сунуться преследователи. Лай собак и крики погони оставались где-то позади. Мальчик, чьё имя Майк так и не узнал, продолжал сопротивляться. Он вырывался, хрипло рычал, пытаясь высвободиться из хватки, а его безумный взгляд был полон той же иррациональной ненависти. Майк бежал, не разбирая дороги, спотыкаясь о корни и камни. Часы или минуты, Уиллер не знал, сколько они бежали. Крики преследователей стали отдалёнными, затем и вовсе стихли, сменившись лишь эхом. Лай собак тоже замолк. Они оторвались. Наконец-то. Майк замедлил шаг, затем остановился, тяжело дыша. Он прислонился спиной к огромному стволу старого дуба. Из последних сил он потянул мальчика за собой, и тот, обессиленный борьбой и, возможно, собственными внутренними демонами, рухнул на землю рядом с ним, тяжело дыша. Его глаза все еще были открыты, но в них теперь читалось лишь полнейшее изнеможение. Он больше не пытался вырваться. Наступила тишина. Глубокая, давящая тишина дикого леса ночью. Майк рухнул на колени, пытаясь отдышаться, его тело дрожало от усталости и пережитого ужаса. –Не думал что они пойдут в лес ночью. -сказал про себя Майк. Тот не ответил. Он просто лежал на земле. Майк чувствовал, как его собственное тело, доведённое до предела, начинает отказывать. Мышцы болели от каждого движения, в голове стучало, а голод и жажда сводили желудок. Он попытался встать, чтобы осмотреться, найти хоть какое-то укрытие. Но в тот же момент, когда он оторвал руки от земли, под его ногой что-то хрустнуло. Возможно, корень, покрытый мхом, или скользкая ветка. Он почувствовал, как теряет равновесие. Майк попытался выставить руки, чтобы смягчить падение, но было поздно. Его голова снова ударилась о землю со стуком. Яркая вспышка боли пронзила его сознание, а затем темнота. Не мрак леса, а чёрная пустота небытия. Он потерял сознание. Ночь медленно тянулась. Луна, пробившаяся сквозь тучи, бросала бледние тени. Майк пролежал без сознания всю оставшуюся ночь. Лишь на рассвете, когда первые лучи солнца начали пробиваться сквозь густую крону деревьев, окрашивая лес в призрачные оттенки, Майк медленно пришёл в себя. Его голова болела так, словно по ней проехал поезд. Тело было окоченевшим от холода. Он открыл глаза, и первое, что он увидел, серый, тусклый свет просачивался сквозь густые кроны деревьев - наступало утро. Первой мыслью, когда сознание вернулось, был тот чокнутый. Майк повернул голову, но никого не увидел. Ни справа, ни слева. Место рядом с ним было пустым, только примятая трава свидетельствовала о недавнем присутствии. –Пф, серьёзно? Он свалил? Нахер я ему вообще помог. Он с трудом поднялся на локти, затем, опираясь на ствол дерева, кое-как сел. Голова все еще кружилась. Майк огляделся, пытаясь сориентироваться. Вокруг был все тот же безмолвный, густой лес. Его взгляд скользнул вверх. На дерево итам, среди ветвей, свисая вниз головой висел тот самый ровесник. На лице опять не было никаких эмоций. –Ай, чудик! Слезай! -крикнул Майк, но ответа не послышалось. –Я знаю что ты умеешь разговаривать. Мальчик на дереве, который ещё вчера казался воплощением древнего зла, теперь выглядел просто.. нелепо. Его неестественная поза, пустые глаза, торчащие во все стороны грязные волосы, можно было посчитать за бомжа. –Что за перфоманс ты тут устроил? -Уиллер смотрел на шатена не со страхом, а с усталостью. Деревенские фанатики, священники, заброшенные особняки, погони и теперь вот это. Если это был демон, то, по мнению Майка, довольно кринжовый демон. Он уже даже не мог испугаться по-настоящему. Он был слишком голоден, слишком замёрз и слишком вымотан, чтобы реагировать на очередную дичь. –И что мне теперь с тобой делать? -Майк обвёл взглядом лес, затем снова перевёл взгляд на мальчика. –Висеть тут целый день собрался? И как ты вообще туда залез? Майк даже попытался чуть улыбнуться, но это вышла лишь кривая гримаса. Он был один, в диком лесу, с сумасшедшим мальчишкой, свисающим с дерева, и его единственной реакцией было раздраженное недовольство. Это был пик абсурда. Шатен висел неподвижно, его глаза посмотрели прямо на Уиллера, словно ожидая его следующего шага. Никакой реакции, никакого движения. Он был словно часть дерева, его жуткий, живой плод. –Ладно, -Майк тяжело вздохнул. –Ясно. Молчишь, как всегда. Мне нужно выбраться отсюда, а ты тут, значит, висишь и ждёшь.. чего ты ждёшь? Когда я тебя сниму? Майк почесал затылок, где вчерашний удар оставил болезненную шишку. Он был в полной заднице. Он отвернулся от дерева, бросив на мальчика последний, полный усталой досады взгляд. Какой толк от этого зрелища? Пусть висит себе. Если его никто не съест и он сам не упадёт. –Ты... -тот хотел что-то сказать, но упал на землю, от чего Майк издал смешок и наблюдал как сумашедший встаёт. –Как ты смеешь смеяться надо мной!? Я принц ада! Тут Уиллера разорвало. Он начал смеяться, но через время замолк, но улыбка с лица не пропала. –Я мог бы тебя порвать на части, если бы была моя сила! –Ладно, ладно, а поподробнее? –Кхм, -шатен отряхнул одежду от грязи. Затем сгорбившись сел на землю. –Я Принц девятого круга. Я теперь заточён в этом теле подростка и эта была глупая, досадная случайность. Я искал артефакт. -он делает паузу. –Я ворвался в хранилище. Очередная рутина. Прикончил мелких хранителей, отрубил пару голов, ну, обычное дело. И вот он - кристалл. Я схватил его. И в тот момент, когда мои когти сомкнулись вокруг него.. он взорвался. -одержимый направил взгляд куда-то вдаль. –Я, ослабленный схваткой, ошеломлённый внезапностью, просто провалился. Вылетел из ада, и куда же я приземлился? В эту проклятую грязь. На эту вонючую, отсталую планету. Он снова фыркает, вытирая несуществующую грязь с рукава рубашки. –И тут.. этот. -он показал на всего себя. –Спал под каким-то кустом. Я не выбирал. Я просто вселился, захватил его тело, его разум, его никчёмную жизнь. Было отвратительно. Все его воспоминания - глупые игры. Его глаза на мгновение вспыхивают красным. –Конечно, я попытался вырваться. Разнести всё к чертям! Моё истинное обличье прорывалось. Это тело было слабым. Моя энергия пропала. А эти.. крестьяне! Они увидели горящие глаза. Они сразу же поняли, что я демон! И начали размахивая своими крестами и всякими амулетами. -он вздыхает. –Они связали меня. Втащили в старую церковь. Вызвали своего священника, с его дребезжащим колоколом. И он знал древние ритуалы. Какие-то дурацкие заклинания, написанные на пергаментах. Недостаточно сильные, чтобы изгнать меня обратно в ад, нет. Но достаточно сильные, чтобы связать меня. Навсегда. -шатен начал рычать и шипеть от злости вспоминая это. –Они заперли меня здесь! В этой оболочке! Моя собственная сила, моя демоническая сущность пропала. Я не могу умереть. Я не могу вернуться в свой замок. В тишине, повисшей после последнего слова одержимого, внезапно раздался короткий, прерывистый смешок. Майк наклонился и издал еще один, более саркастический. –Принц значит? -Умллер захлёбывался смехом, –Теперь заточён в теле? Из-за камушка? Да ещё и крестьяне его связали? Ха-ха-ха! Да ты просто лох! Лицо демона исказилось. Это был не просто гнев - это была ярость, древняя, адская, вырывающаяся из глубины его сущности. Его глаза, только что опять вспыхнули кровавым цветом, настолько ярким, что казалось, они прожигают воздух. Тело шатена задрожало, костяшки пальцев побелели, сжимая кулаки. –Ты! Смертный червь! -прошипел демон, и из его горла вырвался звук, не принадлежащий человеческому существу, низкое, звериное рычание, искажающее речь. –Я разорву тебя на тысячу кусков! Я вырву твой язык и заставлю тебя съесть его! Я буду пытать тебя, пока ты не забудешь даже, как дышать! -он встал, но споткнулся об свою же ногу. Майк, застигнутый врасплох вспышкой демонической ярости, на мгновение сжался, но когда увидел, как тот неуклюже упал, не смог сдержать нового приступа хохота. –Да ты больше на бомжа или на клоуна смахиваешь! Неуклюжий парень на земле, грозящийся адскими карами, казался лишь жалкой пародией на демона. Сумасшедший сделал глубокий вдох. В его глазах что-то изменилось. Огонь медленно угасал, его цвет становился менее насыщенным, более на обычные карие глаза подростка. Выражение его лица смягчилось, исчезла присущая демону надменность и древняя злоба. Появилась лёгкая растерянность, немного страха, юношеская неуверенность. –Что.. что происходит? -прозвучал голос, совершенно иной. Он был тонким, мальчишеским, с лёгкой хрипотцой, и в нем не было ни капли той демонической силы. –Где я? Что случилось?.. Голова подростка слегка дёрнулась, он посмотрел на свои руки, а затем на Майка. На его лице проступило искреннее замешательство. –Что с тобой? -спросил Майк скрещивая руки на груди. Перед ним сидел испуганный ровесник, явно не понимающий, что происходит, и смутно помнящий, что он был чем-то напуган. Он вскочил, но не для того, чтобы напаст. –Кто ты? -прошептал мальчик, и в его голосе была привычная для ребенка, смесь вины. –Он опять захватил мой разум? Его взгляд метался по всюду, а затем его глаза снова затуманились. Он вздрогнул, и знакомая демоническая искра, еле заметная, вернулась в его глаза. –Видел? -прозвучал уже знакомый, скрипучий голос демона, полный злорадства и отвращения. –Он глуп. Он слаб. Он прячется, когда я прорываюсь, но он чувствует. Он ощущает мою ярость, мою боль. И я.. я вынужден делить это тело с ним. Мы связаны. Я могу его заглушить, я могу его подавить. Но он всегда возвращается. Просто я могу захватить в любой момент его разум, но и одновременно могу отключить. Шатен посмотрел на Уиллера который до сих пор хихикал. –Ты думаешь, смешно? Когда я вырву твой позвоночник и буду хлестать им по стенам, ты будешь смеяться? –Да. -саркастично и коротко ответил Майк. –Ладно, проехали. -ответил одержимый и отвёл взгляд. –Своего имени почему-то я не помню, но знаю имя этого, короче просто называй меня Уил... Уилл Байерс.