Взгляд в окно

      Рита распутывала волосы, глядя в овальное зеркало в позолоченной оправе. Еще один тяжелый день. На лицо легла тень усталости — дают о себе знать месяцы бессонницы. Она закрыла глаза, наслаждаясь редкой тишиной и темнотой под веками.       Было легче, пока не пробудился дар. Она не желала себе другой жизни, кроме той, что имела: заканчивала университет, брала первые заказы по дизайну, встречалась с подругами и гуляла по любимым галереям.       Пока бабушка Сара впервые не заговорила с ней. Не совсем бабушка: скорее пра, пра, пра… Слишком долго, чтобы запоминать.       Рита думала, что сходит с ума, когда пробудился ее дар. Она бы посчитала, что пора сдаваться психиатру — если бы вещи, которые предсказывала Сара, не сбывались. Если бы она не почувствовала, что усилием воли может получить лучшую оценку за экзамен или заставить человека остановиться и забыть, куда он шел.       Имя Сары встречалось в исторических документах: человечество не смущалось фиксировать свои злодейства. Осужденная за колдовство, повешенная в возрасте 48 лет, Сара Галлагер.       Жизнь была жестока к ней с самого начала: она родилась от 16-летней матери и неизвестного отца в холодной пещере. Они чудом пережили несколько зим, пока Сару не приютила зажиточная семья. Сара выросла хромой и горбатой — дети смеялись над ней, а взрослые называли дочерью дьявола. Когда пробудились ее магические способности, Сара быстро поставила обидчиков на место — они забывали надеть штаны или глупо кукарекали на всю улицу.       Повзрослев, она научилась использовать магию и травы, чтобы лечить людей. Многие были обязаны ей жизнями. Нашелся и мужчина, который полюбил ее, несмотря на уродство.       В роковой день Джон погиб, провалившись под лед. Сара осталась одна с двумя детьми. Она не могла простить себе, что не предвидела его смерть. Не уберегла.       Жители деревни быстро решили, что она виновата в смерти мужа.       Больше ей не хотелось никому помогать.       Когда по деревне пошла странная хворь, все указали на нее. Слишком недалекие, чтобы следовать советам Сары, крестьяне умирали, умоляя о воде, но отторгая ее.       «Ведьма». «Дьявольское отродье».       Она не смогла без запинки прочитать молитву — она их не знала. Бог, кем бы он ни был, ни разу ей не помог. Она добивалась всего потом и кровью, знанием и упорством.       Когда ее вешали, она предсказала, что судья умрет, захлебнувшись своей кровью.       Так и вышло.       Погибли все, кто обвинял ее, выносил приговор, унижал ее и смеялся над ней.       Остался только один род.       Когда Сара заговорила впервые, ее переполняла ненависть. Ее дух не упокоится, пока жив потомок человека, виновного в ее смерти. Рита обещала помочь найти его.       Сара чувствовала его присутствие в городе… с населением в 6 миллионов человек.       Рита старалась. Каждый день. Бабушка утверждала, что почувствует, стоит ему оказаться рядом. В метро, в магазине, на концерте — как угодно.       «You must burn for what you have done» — повторяла она, пытаясь найти его в толпе.       Рита надеялась, что это скоро закончится. Она устала видеть во сне последние секунды жизни Сары — ее боль, отчаяние и страх.       Рита сочувствовала ей.       Если она может облегчить многовековое страдание — она готова.