Перекрестки

Ричард отправил мальчишку осматривать новое место жительство на следующие три года и приказал принести почту. Читать письма сейчас он не собирался, но проверить кто ему написал было нужно. Скорее всего Штанцлер уже начал придумывать, как вплести мальчика в свои интриги, хотя сам был против вороненка в столице. — Тан, — Олаф вошел в кабинет, положил бумаги на стол рядом с его рукой, — Ваш оруженосец вышел во двор, проверить своего коня. — Хорошо. — Ричард нашарил бумаги. — Покажи мальчишке купальни, после Лаик всем унарам хочется смыть всю пыль уроков. Проводя пальцами по печатям на конвертах, Ричард определял отправителя. Если ошибался, то камни кабинета говорили ему имя. Отложив письма от Штанцлера и Ариго подальше, он бы с удовольствием просто сжег их, Ричард открыл записку от Валентина. Если ты будешь в состоянии, то загляни к Оленю. Надо будет обсудить сегодняшний день. Зараза Камни с уверенностью сказали, что это точно писал Повелитель Волн. Ричард невольно хмыкнул: только Валентин мог быть настолько самоуверен, что приглашал его в особняк к Первому маршалу. Взяв со стола чистую бумагу и пристроив трафарет, он написал ответ, что навестит друзей вечером. К тому же вряд ли сам Вальхен освободиться раньше, сам взял оруженосца — Лионеля Савиньяка. К тому же нужно было дождаться пока Альберто разберется со своими делами в столице. — Олаф, — Ричард обернулся к верному слуге, — Это отправить герцогу Придду. И пусть седлают Караса. — Как прикажете, тан. — Олаф споро запечатал записку. — И вот еще, — Ричард остановился у выхода из кабинета, — Скорее всего наш дриксенский гусь отправит своих людей, чтобы прислать к нам в дом, прими их, пусть ходят вокруг, но не отправляй их в личные комнаты и кабинет. Олаф понятливо кивнул, но комментировать его приказ не стал.

***

Рокэ передали в руки какого-то слуги. Олаф, насколько Рокэ понял, был кем-то вроде домоправителя, остался в кабинете монсеньера. — Тан приказал приготовить для вас эту комнату. — Слуга пригласил его. — Но если вам не нравится… Рокэ вошел в довольно просторное полупустое помещение, большая кровать с балдахином стояла около стены, но ближе к окну, так чтобы можно было смотреть на камин, пока лежишь в постели. Так же в комнате были тяжелый стол с ящиками, пара кресел и шкаф для одежды, в котором было около десятка свежих рубашек. Видимо, герцог Окделл знал, что выберет кого-то оруженосцем, но не знал кого именно. Но больше всего Рокэ поразило окно. Оно было почти от самого пола до потолка и выходило во внутренний сад. — Не надо больше никуда. — Рокэ прошел к окну, всматриваясь в деревья за окном. — Как пожалаете. — Слуга кивнул. — Ваши вещи принесут через несколько минут. — Хорошо. — Рокэ так и не оторвался от созерцания деревьев за окном, казалось когда-то давно он или смотрелся в похожее или читал о таком. — Если у вас есть какие-то пожелания к обеду? Может принести обед в комнату? — Нет, я пообедаю в столовой. — Рокэ наконец обернулся и внимательно посмотрел на слугу. — Как пожелаете. — Слуга кивнул. — Останетесь здесь или посмотрите остальные комнаты? — А можно? — Тан Ричард сказал показать вам библиотеку или любые другие комнаты на третьем и втором этажах. — Ведите. — Рокэ кивнул. Лучше узнать что и как расположено в этом доме, на случай непредвиденных ситуаций. Проходя по коридорам, он внимательно смотрел на светлые стены, на которых были развешаны различные картины с пейзажами. Так же большинство окон было украшено витражами на лесную или горную тематику. Слуга показал путь до библиотеки, окна которой так же выходили во внутренний сад. — А все окна в комнатах выходят во двор? — Рокэ задал интересующий его вопрос. — На третьем этаже почти все, кроме кабинета тана. — Слуга кивнул. — На втором этаже, в парадных залах, наоборот выходят на улицу. Хотите посмотреть? — Нет. — Алва покачал головой. — Я хочу проверить Моро. — Вашего коня разместили в конюшнях тана. — Слуга привел его к лестнице. — Если у вас будут какие-нибудь пожелания по его содержанию, то скажите об этом Роберту, он учтет ваши пожелания.

Во дворе, они снова встретились с Ричардом Окделлом. Ему выводили крупного надорского коня, которого уже оседлали и подвели почти под руки герцогу. Окделл взял в руки поводья, провел рукой по морде, гриве до луки седла. — Какой хороший мальчик. — Окделл схватился за луку седла, подтянулся и запрыгнул на высокого коня, кивнул Рокэ, который так и остался стоять и гадать, как монсеньер так сделал, и приказал открывать ворота. Моро недовольно фыркнул и переступил с ноги на ногу. Рокэ удержал коня на месте. — У вас есть какие-то пожелания по содержанию вашего коня, ваша светлость? — Конюх положил в кормушки к остальным лошадям сено и подошел к Рокэ, внимательно смотря за Моро. — Не попадайтесь ему под копыта. — Рокэ провожал монсеньера взглядом. Тот вывел коня на оживленную улицу и пустил коня рысью. — Он не любит когда его трогают без надобности. — Как скажете, Ваша Светлость. — Роберт кивнул. — Проминать вашего коня будем до рассвета, чтобы пока не нервировать и его и остальных коней. Когда он попривыкнет, вместе с тановым Карасом будем выводить, чтобы они привыкали друг к другу. — Что на это скажет герцог Окделл? — Рокэ действительно было интересно. — Его светлость сказал, что за благополучие вашего коня я отвечаю головой. — Роберт пожал плечами и вернулся к своим обязанностям. Герцог Окделл вернулся в особняк уже за полночь, когда Рокэ уже лежал в непривычной кровати и чутко прислушивался ко всему, что происходило в особняке. Вот, видимо, домоправитель встретил герцога и проводил его в комнаты хозяина дома. Проворочавшись в постели еще около часа, Рокэ опустил ноги на пол, ощущая стопами холод. Даже в самых странных своих мыслях Рокэ не мог прийти к мысли, что оруженосцем его возьмет Ричард Окделл. Тот самый человек, про которого Рубен писал как про хорошего человека и младшего товарища, на которого всегда можно было положиться, и который Рубена в итоге и убил. Следующие два дня прошли довольно спокойно, маршал уезжал с самого утра и возвращался уже под вечер, приказывая никому его не беспокоить, сам Рокэ почти все время проводил в библиотеке. Олаф молча приносил ему еду и так же молча уходил. Роберт каждый день отчитывался о состоянии Моро. Приходил портной, снял мерки и утвердил черно-золотой, как основное сочетание в одежде оруженосца. — Арно, я тебя, как человека прошу, — Голос Ричарда Окделла раздался на лестнице, — Как Первого маршала умоляю. Отправь меня куда-нибудь из столицы. Давай я тебе карту нашей страны покажу, там такая длинная северная граница, хоть Дриксен, хоть Гаунау, хоть Кадана. Не могу я уже в столице быть. — Не могу, Ричард, — Савиньяк устало вздохнул, — Не могу. С юга приходят не очень хорошие новости. — Я маршал Севера. Ты сам это назначение подписывал. — Монсеньер остановился у двери в библиотеку. — Показать указ? — Не надо, я помню, что я там подписывал. — Арно Савиньяк первым вошел в библиотеку, Рокэ вскочил с кресла и вытянулся по стойке смирно, приложив пальцы к виску. — Добрый день, господин оруженосец. — Вольно, Алва. — Окделл повернул к нему голову, медленно кивнул и прошел к одному из дальних стеллажей, провел рукой по корешкам книг и вытянул одну из них. Рокэ решил, раз его не выгоняют, то можно и остаться, понаблюдать за маршалами. Поэтому он снова опустился в самое дальнее кресло, прикрываясь книгой. — А если, не дай Астрап, война, предлагаешь на юг Ариго отправлять. — Первый взял книгу из рук Окделла и положил на ближайший стол. — Да результативней будет наших оруженосцев командовать отправить. Окделл сказал, что-то на гальтарском, и они вместе с Первым маршалом тихо усмехнулись. Рокэ так и не смог вспомнить перевод этих слов. — Тебе только эта книга нужна была? — Окделл обернулся на друга. — Пока да. — Савиньяк кивнул. — Потом если понадобится, еще к тебе заявлюсь. — Ты всегда желанный гость в этом доме. — Герцог похлопал друга по плечу. — Гретхен скорее всего уже прознала, что ты тут, и поставила в печь печенье с клюквой. — О знаменитое надорское печенье. — Маршал Савиньяк лихо улыбнулся и повернулся к Рокэ. — Вы уже пробовали его, Рокэ? — К сожалению пока нет. — Рокэ покачал головой. — Не довелось. — Ричард, ну как же так? — Каюсь, исправлюсь в ближайшее время. — Окделл опустил голову. — Вот прямо сейчас. Господа предлагаю переместиться в малую столовую, скорее всего там уже накрыли для нас небольшой перекус. Пока его приглашают, надо идти. Все же за три этих дня он так и не узнал ничего нового о своем монсеньере, кроме общеизвестных фактов. Так что он оставил записки какого-то Окделла о Двадцатилетней и пошел вслед за маршалами. Проходя мимо столика, он присмотрелся к названию книги, которую Окделл передал Первому маршалу. Происхождение и история великих семей Талигойи с жизнеописаниями многих высоких эров, благородных эрэа и их детей. В столовой сидел только маршал Савиньяк, и Рокэ немного растерянно остановился. — Ричарда перехватил домоправитель. — Савиньяк пожал плечами и махнул рукой в сторону пустого стула. — Вы наверно негодуете, что вас на три дня оставили без внимания. Рокэ хотел было возмутиться, что он не эреа, чтобы обижаться на отсутствие внимания, но остался сидеть и пожал плечами. — Признаться в том, что ваш монсеньер, все время проводит во дворце есть и мой вклад. — Арно Савиньяк обезоруживающе улыбнулся. — Но с завтрашнего дня, ваш монсеньер будет полностью в вашем распоряжении. — Не обещай того, что не можешь исполнить. Эсператия стих семнадцать, вроде. — Ричард Окделл сел во главе стола. — Почему не могу исполнить? — Первый маршал повернулся к другу. — У тебя на завтра увольнительная. Так что никуда не надо будет идти. — Завтра мы всем честным народом идем к Ариго. — Окделл тяжело вздохнул и опустился на стул, предварительно опустив руку на его спинку. — У дражайшей Катари день рождения. — Вот ведь кошки. — Савиньяк крепко зажмурился. — Совсем забыл.