Месть – блюдо горячее

Приглушенный свет «Дырявого Котла» ласкал знакомые стены, пропахшие старым деревом, пивом и едва уловимым запахом старости. Каждый день в одном и том же месте, в одно и тоже время. Много лет прошло с тех пор, как Гарри Поттер, мальчик, который выжил, впервые переступил порог этого шумного, но уютного места. Теперь он был просто Гарри, двадцати пятилетним мужчиной, который искал лишь спокойствия после очередного утомительного дня в юридической фирме, где он, к своему удивлению, неплохо освоился. Он стал завсегдатаем этого заведения, правда он предпочитал домашний уют, но его всегда что-то тянуло сюда. Может это из-за того что он был один, пока Джинни летала на соревнования. Теперь же она была спортсменкой и её тяжело увидеть дома. Гарри тешил себя мыслями о лучшем, о том что всё наладится и он не будет таким несчастным. Но искра со временем гасла, он хотел чего то нового, но и предавать невесту он не хотел. Через месяц они должны сыграть свадьбу. Поттер поднял руку, вызывая бармена налить ещё. К нему подошёл крупного телосложения волшебник, с татуировкой дракона на руке, видя несчастного героя он решил предложить «Огненный ликер» — новинку. Бармен говорил, что выпив его все беды уйдут и разожется огонь, придающий силы. Обычно Гарри пил пиво или легкие огневиски, но слушая волшебника ему захотелось чего-то необычного, правда он был уже пьян. Пока волшебник наливал в бокал ликёр, Гарри невольно засмотрелась на жидкость, она была огненно-красного цвета и от неё исходило тепло. Первый глоток был обжигающим, сладко-горьким, с привкусом корицы и чего-то ещё, как искорки заклинаний, жидкость разливалась по телу, смывая остатки дня словно грязь, прилипшую к ботинкам. Гарри закашлялся, но потом почувствовал, как то самое тепло разливается по венам, растворяя напряжение и заменяя его странной, приятной дерзостью. Он осушил бокал быстрее, чем ожидал. Второй, третий, пятый, Гарри сбился со счёта какой бокал он выпил. Слишком легко шёл ликёр, оставляя бодрость после каждого бокала. Он водил взглядом по залу, по знакомым колдомедикам – кто-то из старых знакомых, кто-то совершенно новый, но такой же погруженный в свои заботы. Он останавливился на одном из дальних столиков, спрятаном в полумраке. Сердце ёкнуло, пропустив удар, а затем забилось быстрее, неуверенно. Там, в тени, сидел он. Драко Малфой. Сам того не замечая, Гарри стал невольно рассматривать старого знакомого. Время, как ему кажется, не оставило на лице Малфоя видимых следов. Он выглядел… иначе. Более сдержанным, что ли. С годами он стал еще стройнее, его светлые волосы были уложены, мягко обрамляя его лицо, взгляд, устремленный в бокал, казался странным меланхоличным. Прежняя, почти кричащая, надменность уступила место тихой уверенности. На нем был дорогой, но не кричащий костюм – идеально скроенный, из ткани, которую он чувствовал бы даже слепой, но без вычурных деталей, которые он так любил раньше. Вместо прежней заносчивой бравады в его осанке сейчас читалась какая-то отстраненность. Он был идеальным, но выглядел... одиноким. Гарри медленно отпил еще, чувствуя, как в груди поднимается волна смешанных чувств. Любопытство, отголоски серьезной неприязни, даже искреннее удивление. Их отношения после школы были, мягко говоря, прохладными. Мелкие стычки, язвенные пятна, которые, казалось, никогда не пройдут. Война оставила шрамы не только на душу, но и на отношения, заставив каждого идти своим путём. Гарри выбрал путь к закону, пытаясь восстановить справедливость, доказать, что мир может быть лучше. А Малфой, после долгих перемен и, как поговаривали, чьего-то политика, который занялся семейным бизнесом, который, к удивлению многих, принес ему успех. Его фамилия, когда-то ассоциировавшаяся с Тьмой, теперь звучала в деловых кругах с ноткой уважения. Малфой поднял голову, как бы почувствовав на себе взгляд и его глаза встретились с изумрудами. Впервые за долгие годы в глазах Драко не было прежней , не было и той ледяной предусмотрительности, которую Гарри так хорошо помнил. Была лишь тень удивления, быстро сменившаяся нейтральной вежливостью. Гарри кивает скорее по привычке, чем по настоящему желает. Драко ответил легко, едва заметным кивком. Несколько минут они сидели каждый в своем мире, разделенные расстояниями и целой жизнью. Гарри чувствовал, как огневиски начинают развязывать язык,как в голове рождаются мысли, которые он так старательно пытался заглушить. Он мог бы просто отвернуться, вернуться к своему стакану, к своим мыслям. Но что заставило его сделать совершенно иное – подойти к Малфою. –Привет, Малфой, – сказал Гарри едва заметным хриплым голосом, он старался сделать голос непринуждённым, – Не ожидал тебя здесь увидеть, – признался он, присев на стул напротив. Он не был уверен, что это хорошая идея, но уйти было уже поздно. Драко поднял бровь.в его глазах читалось легкое недоумение, которое быстро сменилось знакомым, но смягченным выражением. –Поттер...А я тебя, – в его голосе не было прежнего яда, но легкая ирония все же проскальзывала, –Ты выглядишь… менее взъерошенным, чем обычно, – Малфой окинул его оценивающим взглядом. Гарри усмехнулся. – Просто пытаюсь отдохнуть, – пожал плечами Поттер, опускаясь на стул напротив, – Юридическая фирма. Ты, наверное, удивлен. – Отчасти, – Малфой отпил из своего бокала, – Но, знаешь, мир меняется. Люди тоже. В воздухе повисло молчание. Гарри чувствовал напряжение, которое он всегда ощущал при встрече с Малфоем. – Я слышал, у тебя дела идут хорошо, – сказал Гарри, вспоминая слухи о деловых успехах Малфоя. – Неплохо, – Драко пожал плечами, –Семейный бизнес. Пришлось научиться. И, как оказалось, это не так уж и страшно, – В его голосе проскользнула едва уловимая нотка гордости. – Я рад за тебя, Малфой, – искренне сказал Гарри. Он действительно был рад. Война научила его ценить мир и возможность жить без постоянного риска. И видел, что даже Малфой, кто был на другой стороне, смог найти свой путь, который был успокаивающий. Разговор потек легче, чем Гарри мог себе представить. Они говорили о работе, о том, как изменился мир после войны, о том, как сложно найти свое место, когда вся жизнь была построена на территории Франции. Драко имеет отношение к своим инвестициям, о расширении семейного бизнеса, о том, как он пытается сохранить свою репутацию, выйдя из темного прошлого. Гарри выслушал и, к своему удивлению, находил в его рассказах нечто… интересное. Это был уже не тот высокомерный мальчишка, опытный, хоть и немного циничный, мужчина. Огневиски продолжал делать свое дело, стирая границы и смягчая острые углы. Гарри чувствовал, как с каждой порцией алкоголя возвращается его прежняя импульсивность, та самая, которая заставляла его бросаться в омут с головой. Взгляд на Малфоя начал меняться. Теперь он видел в нем не только бывшего врага, но и человека, который, как и он сам, прошел через многое. Человека, который, возможно, тоже искал что-то в вечерней тишине. Гарри посмотрел на него, и что-то внутри него дрогнуло. Эта ночь, этот бар, эта неожиданная встреча… она пробуждала в нем давно забытые чувства, или, возможно, те, что были подавлены грузом долга и ответственности. В голове промелькнули мысли о Джинни, об их тихой, мирной жизни, и вдруг... она показала ему какой-то пресной. Поэтому он решил пропустить ещё парочку стаканов. Он перестал двигаться, оказалось выпил слишком много, это его предел, сознание затуманилось, а в голове появилась одна навязчивая мысль. — Малфой.... ты просто... ждешь, пока тебя кто-нибудь.. Ик.. развлечет? - произнес пьяным голосом Поттер, его слова звучали расплывчато. Брови Драко взметнулись. В трезвом виде, этот везде сущий герой, никогла бы не позволил себя сказать такие слова. — Ты пьян, Поттер. — Возможно, — Гарри усмехнулся, она была немного кривой. Он наклонился вперед, опираясь ладонью на гладкую, холодную поверхность стола, пытаясь удержать равновесие. Его движения были неуклюжими, но целенаправленными, и он приблизился к Драко. В этот момент он почувствовал острый, древесный аромат одеколона Малфоя, — Или это просто от..., - Драко отодвинулся дальше, словно от огня, опираясь на резную спинку стула, его глаза, цвета замерзшего озера, смотрели на Гарри, и в них мелькнуло нечто, похожее на любопытство. — Что тебе нужно, Поттер? — Мне? — Гарри снова двинулся вперед. Стол, казавшийся таким солидный, оказался предательски коротким. Их лица оказались в опасной, притягательной близости . Гарри мог видеть каждые едва заметные светлые реснички, обрамляющие веки Драко, трепещущие от неведомого волнения, — Может быть, я просто устал от того, что ты вечно стоишь кислую мину. На мгновение в воздухе повисло ожидание. Пространство вокруг них наполнилось прерывистым дыханием Гарри и едва слышимым стуком его собственного сердца. Драко не отстранился. Его мягкие губы, обычно сжатые в презрительную линию, чуть дрогнули, как бы поддаваясь неведомой силе. — И как же мне это исправить? — прошептал Малфой, и его голос был неожиданно мягким. Гарри улыбнулся, и это была не его обычная вежливая натянутая улыбка. Это была улыбка человека, который только что открыл для себя вседозволенность. — Я покажу тебе, – произнес интригующе Поттер. Драко замер. Секунда, две, три… Затем, к полному изумлению Гарри, он твёрдо услышал. – Покажи... Он чувствовал, как адреналин колеблется с алкоголем и в нем растет дикий, непривычный азарт. Дальше все развивалось стремительно, как снежный ком, сорвавшийся с горной вершины. В следующее мгновение мир вокруг Гарри словно поплыл, окутавшись зыбкой дымкой, сквозь которую пробивались лишь легкие, дразнящие перепалки. Эти слова, еще недавно полные язвительность и юмора, вскоре уступили место тяжелому, прерывистому дыханию и приглушенному, возбужденному звуку. «Котел» оказался пугающе предусмотрительным, даже для такого непредсказуемого поворота событий. Как бы то ни было, они оказались в комнате, которую, к полному изумлению Гарри, забронировал сам Драко. Возможно, Малфой, со своей обычно холодной расчетливостью, предчувствовал, что сегодняшний вечер будет… далеко не обычным. Дверь бесшумно, но наконец то захлопнулась, отрезав их от любопытных глаз и ушей. Комната была удивительно ​​скромной, с большим мягким диваном, большой кроватью и.... но в тот момент это никого не волновало. Крепко сбивавший ноги ликер все еще бушевал в венах Гарри, но теперь к нему добавилось нечто совершенно иное, более мощное, всепоглощающее – чистое, необузданное, первобытное желание. Они стояли в тишине, глядя друг на друга, как двое хищников, наблюдающих за своей добычей. Молчание было настолько густым, настолько пропитанным невысказанными эмоциями, что его, можно было потрогать, ощутить его плотную, пульсирующую тяжесть. Драко нарушил его первым, его губы изогнулись в знакомой насмешливой ухмылке, но в его ярко-серых глазах горел огонь, которого Гарри никогда раньше не видел. — Ну что, Поттер, твой ликер испарился? Или ты все еще храбрец? — голос Драко был обволакивающим, с чуть уловимой хрипотцой. – Нет, — выдохнул Гарри, его голос прозвучал глухо, почти неузнаваемо. Гарри просто шагнул вперед, его движения были резкими и уверенными. Он схватил Драко за воротник тонкой шелковой рубашки и резко, не сдерживаясь, притянул к себе. Их губы столкнулись грубо и требовательно, без каких-либо прелюдий. Вкус Драко был неожиданно терпким, сливым привкусом дорогого вина и чего-то неуловимо цитрусового, освежающего и в то же время пьянящего. Руки Гарри скользнули под брендовый пиджак Малфоя, ощущая упругость его тела, как напрягаются мышцы под тонкой тканью и его жар. Не раздумывая, пиджак полетел на пол, вслед за ним, под натиском пальцев Гарри, расстегивались одна за другой пуговицы белоснежной рубашки, открывая взгляду гладкую кожу шеи и начало груди. Драко ответил той же яростной, почти отчаянной страстью. Его тонкие пальцы впились в волосы Гарри, оттягивая их, пока их рты боролись за доминирование. Огненный ликер давал Гарри смелость, но поцелуи Драко зажигали в нем совершенно иное пламя. То, что копилось годами — невысказано напряжение, скрытое любопытство, даже, возможно, подавленная осужденность — теперь вырвалась уверенность. Их тела двигались инстинктивно, одежда летала на полу, образуя своеобразную дорожку ведущую в глубь комнаты. Каждая клеточка кожи горела от прикосновений. Поцелуи опустились от губ к шее, к ключицам, вызывая мурашки. Драко откинул голову, выгнув шею, когда Гарри целовал его кожу, оставляя влажные следы. Когда они наконец упали на кровать, это прозвучало как освобождение. Тела сплелись, ноги перепутались, мышцы мышц напряглись от предвкушения. Гарри навис над Драко, их взгляды встретились. В глазах Малфоя больше не было ни высокомерия, ни холода — только чистый, первобытный голод, который Гарри чувствовал и в себе. Не церемонясь на нежностях они приступили к самому главному. Толчок. Драко застонал, выгнулся от удовольствия, его руки вцепились в плечи Гарри. Движения стали ритмичными. Воздух дрожал от их дыхания, от сдавленных криков, которые тонули в шелесте простыни. Кровать скрипела под их телами. Каждый новый толчок, каждое новое движение бвло одновременно болезненным и невероятно желанным. Комната наполнилась запахом пота, возбуждения и чего-то знакомого, похожего на запах свободы. Они наслаждались, забыв обо всем, кроме этого момента, этой жажды, этого слияния. Драко задыхался, его ногти царапали спину Гарри, оставляя красные полосы. Гарри чувствовал каждый след на своем теле, натянутый до предела, готовый разорваться. Когда пик наслаждения достиг своей апогеи, их тела содрогнулись в унисон. Глубокие, протяжные вздохи вырвались из их легких. Они упали друг на друга, обессиленные. Гарри почувствовал, как голова Драко уткнулась ему в плечо, а его тонкие пальцы, все еще сжатые, теперь нежно погладили его спину. Все стихло, комната наполнилась тяжелыи, но умиротворяющим молчанием. Гарри лежал, тяжело дыша прижимался к теплому телу Драко. Раскинувшись на кровати его дыхание было неровным. Ликер уже давно исполнил свои обещания, оставив после себя лишь легкое головокружение и горько-сладкое послевкусие осознания. Ночь пролетела не заметно. Первые, наглые лучи солнца, пробиваясь сквозь плотные, тяжёлые шторы, ударили прямо в глаза Поттеру. От этого раздражающего, навязчивого света он проснулся раньше, чем предполагал, и голова его тут же отозвалась гулким пульсом. Всплывали обрывки воспоминаний о последней ночи, словно картинки в калейдоскопе – яркие, мечущиеся, не дающие продыха. Он осторожно огляделся. В полумраке комнаты, освещённой тусклым светом из окна, он заметил рядом ещё всё спившегося партнёра. Гарри, старался быть самым тихим, чтобы не испугать, положил ладонь на плечо Драко. Тот вздрогнул, но не отстранился. — Малфой? – тихо позвал Гарри, его голос прозвучал немного хрипло от сна. — М-м-м, — прозвучало сонное, невнятное бормотание в ответ. Гарри чувствовал, как легкое замешательство наполняет его. — Это... было неожиданно. Гарри наблюдал, как Драко медленно поворачивается к нему. Его глаза, ещё полуприоткрытые, были обрамлены тёмными кругами, выдавшими бессонную ночь. В них читалась сложная смесь умеренного смущения, усталости и немного уязвимости. — Чья-то пьяная выходка, –наконец произнёс Драко, его голос был ещё немного сонным, но в нём проскальзывала едва уловимая колкость. — Может быть, — Гарри улыбнулся, но в его улыбке не было насмешки, скорее, попытка разрядить напряжение. — Может у тебя давно не было. Драко осторожно, почти невесомо, коснулся рук Гарри, и их пальцы переплелись. Это простое прикосновение, такое нежное, вдруг вызвало у Гарри смятение. — Возможно у нас....что-нибудь получится? - Драко закрыл глаза, и на его губах, подрагивая от невысказанной надежды, скользнула лёгкая, почти незаметная улыбка. Гарри вздрогнул, словно от удара током. Он тут же высвободил свою руку и вскочил с кровати, почувствовав, как по его спине пробежал холодок. Неужели Малфой на что-то надеется? — Ты смеёшься? Это было… недоразумение. Ошибка. Алкоголь, — поспешно начал Гарри, стараясь говорить как можно более убедительно, пытаясь заглушить внутренние голоса, которые шептали, что это звучит как дешёвая отмазка, – Я себя не контролировал, – Он винил кого угодно, кроме себя, - Да и ты меня соблазнил, своим этим видом. Драко, услышав эти слова, почувствовал, как внутри него закипает гнев, похожий на лаву, медленно поднимающуюся из жерла вулкана. Он был чернее тучи, готовый излиться ливнем, несущим потоп. Он так надеялся, что Гарри, наконец, обратил на него внимание, что это не была случайность, а теперь... оказалось, что это просто проклятый ликёр. Вся его хрупкая надежда,как робкий цветок, пробившийся сквозь асфальт, появившаяся так внезапно, разбилась о холодную стену слов Гарри. Теперь в его глазах, только что ещё таких уязвимых, вновь заблестела привычная холодность, а может быть и что-то более опасное. – Вот как значит, Поттер? – повторил Драко, его голос был тихим, но в тишине таилась угроза, Гарри невольно вздрогнул, – Не ищи оправданий своему поступку. Если уж сделал, то возьми ответственность, - уверено говорил Драко, он чувствовал, как по венам разливается сладкое предвкушение расплаты. Он этого так не оставит. Ни за что. Он обязательно отомстит эту придурку, этого самодовольного Поттеру, который так легкомысленно воспользовался им. – Но у меня есть невеста. Ты же знаешь это Джинни. – не унимался Гарри, пытаясь утопить Драко в потоке непрекращающихся оправданий, придумывая всё новые и новые причины, чтобы избежать последствий. Он видел, как меняется выражение лица Драко, как сгущается мрак в его глазах, и ему было страшно. Страшно, но не настолько, чтобы принять правду. – Не стенка подвинется, – хмыкнул Драко, чувствуя эту сладость мести. Он знал, что именно сейчас, в этот момент, он готов сделать что угодно, чтобы заставить Гарри пожалеть о своих словах, о своём равнодушии. И он знал, что это будет не просто месть, а урок, который Гарри запомнит навсегда.