Где-то в параллельной вселенной

Обхватив голыми ногами древесный ствол, Билли уже полчаса неотрывно следил в бинокль за облагороженной дворовой территорией вокруг большого, но не особенно роскошного особняка, отстоявшего на холме. За исключением совсем немного увеличенного размера, этот особняк ничем не отличался от большинства расположенных здесь домов. Он не выглядел ни подозрительным, ни зловещим. И даже сплошная живая изгородь почти в два человеческих роста вокруг него не казалась чем-то из ряда вон выходящим. Многие обитатели этого одного из самых богатых районов Нью Йорка любили уединенность и высаживали плотные декоративные кусты и ели так, чтобы по возможности сильнее заслонять свою личную жизнь от любопытных взоров. Вот только редкий хозяин даже местной баснословно дорогой недвижимости нуждался аж в четырёх вооружённых охранниках, почему-то в шлемах и масках, скрывавших лица, которые с тупой периодичностью обходили неширокий и пустой двор раз за разом, с внешней и внутренней стороны стены. То, что безликие охранники постоянно менялись, Бутчер с лёгкостью определил по походкам каждого из них. Пролеченный, молодой мозг, который подпитывал многолетний опыт спецназовца и бывшего цэрэушника, функционировал даже лучше, чем можно было ожидать. Теперь, когда его не отвлекали возрастные болячки, тело тоже работало, как часы, а все органы чувств были поразительно обострены. Несмотря на то, что вокруг стояла глубокая ночь, он реагировал на любое движение, любой звук и даже запах, готовый отразить каждую опасность, которая могла грозить ему или спутнице. … На то, чтобы подготовиться к операции, ушло почти трое суток, большую часть из которых Билли потратил на поиск данных о чёртовом особняке и его обитателях. Это был один из тех моментов, когда он по-настоящему ценил вклад членов своей бывшей команды, которые всегда занимались этим за него. У самого Бутчера тоже имелись информаторы, о которых не подозревали даже «Пацаны», но все они работали не бесплатно, а платить им теперь было решительно нечем. Уже порядком отчаявшийся Билли, в конце концов, решил обратиться к последнему средству - тем из полезных ублюдков, которые сидели на зарплате у ЦРУ. И внезапно ему почти сразу дико повезло. Безликий контакт, не интересуясь ничем кроме стандартной комбинации, которая выдавала в обратившемся принадлежность к тем, кто имел право ставить ему задачи, выдал максимум из того, что было нужно, после чего отключился. Остаток времени Билли потратил, чтобы понять, что делать с тем, что он узнал. По всему выходило, что хозяин грёбаного особняка, некий Сайрус Эйрон, был тёмной лошадкой. Получив дом и налаженный семейный бизнес в наследство в довольно раннем возрасте, он не пошёл в гору, но и не промотал ничего, ведя дела ровно и особенно не высовываясь. Что в целом вызвало у внимательно просматривавшего документы Бутчера вопросы. Бизнес Эйрона, хотя и приносивший значительный доход, был связан с мелким сельским хозяйством, управлялся доверенными менеджерами и не особенно располагал к встречам с богатыми и знаменитыми. Тем не менее, Эйрон был знаком с большинством влиятельных ублюдков, чьи имена периодически появлялись на первых полосах и не сходили со страниц новостных каналов. И, судя по отдельным статьям, знаком он был довольно плотно. Бутчер терялся в догадках, что связывало эту сволочь с другими самыми разными муднями – от дельцов и политиков до селебрити. Судя по всему, он вёл какую-то свою собственную, теневую игру и имел определённые, но абсолютно непонятные цели. На всякий случай, Билли приготовился к чему угодно. В том числе к тому, что хозяин дома может оказаться супером. Или иметь суперов среди своей охраны. Вот почему операцию он разработал максимально простую до идиотизма, чтобы шансы на ошибку были минимальны. Как он и предупреждал свою напарницу, по большей части миссия спасения полагалась на её решительность и способности, которые давала временная Ви. Последняя существенно выдохлась, провалявшись полгода без надлежащего хранения и работала только пять-шесть часов вместо неполных суток. Помимо этого, у сыворотки обнаружился неприятный побочный эффект – после окончания действия, у Рэйс начался жуткий отходняк, во время которого она провалялась с температурой, рвотой и чудовищной тахикардией почти двое суток. Но сама Ви стоила того. Когда вколовшая полную ампулу ядовито-зелёной жижи альфа исчезла у него на глазах, а потом появилась шагах в двадцати впереди, причём не голой, как малыш Хьюи, а в полном обмундировании, Бутчер окончательно понял, что всё это не случайно. Их встреча, долбанные флешбэки в прошлое, ситуация с попавшим в беду младшим братом и даже личность Рэйс, которая всё больше напоминала его собственную, явно являлась каким-то грёбаным квестом судьбы. Неким гештальтом, который нужно было закрыть, выполняя допущенные проёбы его собственной прошлой жизни. И какой-то задней частью рассудка Билли был уверен, что выполнить этот квест ему необходимо. - … Схема здания, - в сотый раз повторял он, а Рэйс без возражений внимала. Они оба выучили ебучую схему наизусть, знали каждый закоулок двора и всех хозпостроек, включая гараж и сарай. Но интересовали их не они, а некие конструкции под зданием, которые на схеме были обозначены как секции для хранения старой мебели и вещей, но на деле подозрительно напоминали тюремные камеры. – Охрана сменяется каждые полчаса. Охранники проходят здесь и здесь. Потом вот так, возвращаются и по новой. Пока двое бродят по территории, один сидит в будке возле подъезда, а ещё один каким-то хреном занят в доме. Входит в парадный вход, а выходит из заднего, здесь он обозначен как кухня. Очевидно, обходит комнаты. На всё про всё тридцать минут. Потом они меняются. Он сделал паузу, машинально прижимая руку к животу, переживая лёгкий спазм. То, что продолжало происходить с его телом, Билли не нравилось. С того самого дня, как он вывалился из канализации, приступы странного голода не проходили. Несмотря на то, что благодаря щедрости Рэйс он мог есть по нескольку раз в день, его обычной порции теперь не хватало. Внутри поселилась какая-то прорва, которая выжирала большую часть его грёбаной жратвы, как суперглист-мутант, и требовала ещё и ещё. Даже несмотря на то, что теперь он в основном питался не тем, что по мнению Хоумлендера было «свежим и полезным», а жирным и калорийным фастфудом, наесться которым казалось гораздо легче. Бутчер сильно подозревал, что этот ускоренный метаболизм мог быть следствием препаратов вечной молодости, которыми его напичкали в Воут. Но возможность провериться у медиков отсутствовала напрочь, и едва ли появилась бы в ближайшее время. Оставалось только много есть, обжирая явно удивлённую его повышенным аппетитом ветеринаршу, и радоваться тому, что хотя бы приступы боли в нижней части живота прекратились когда он начал удовлетворять потребности тела в отдыхе и еде. - Дожидаемся, когда охранник по ту сторону забора, пройдёт мимо. Переносишься вовнутрь периметра, хватаешь его и тут же возвращаешься обратно. Я вырубаю ублюдка, переодеваюсь в его куртку, и ты снова несёшь меня туда. На всё про всё не больше пятнадцати, максимум двадцати секунд. - Я помню. - Потом захожу в дом. И дальше как повезёт. Если сорвём джек-пот, нахожу твоего брата, вызываю тебя, и ты уносишь нас обоих. Но если всё пойдёт по пизде, вытаскиваешь меня одного. Кроме того, имей в виду – твоего брата там может не быть. Этого тоже не стоит сбрасывать со счетов. Понятно? - Понятно, - Рэйс несколько раз стиснула и разжала руки. – Жаль, что я сама не могу отправиться туда сразу. - Не можешь, - напомнил Бутчер, постукивая пальцем по столу. – Схемы дома могут оказаться недействительными или не совсем достоверными. Твоему брату ничем не поможет, если ты мучительно умрёшь, материализовавшись внутри толщи земли или бетона. И ещё мы выяснили, что ты можешь совершать только ограниченное число прыжков, помнишь? Сиди и жди снаружи. Ты нужна нам с Ленни… тьфу, блядь, с Дори полной сил и способной вытащить из жопы в любой грёбаный момент. - Билли, я сделаю всё, как нужно. Почему-то, в этом Бутчер не сомневался. За эти несколько дней, которые они провели с Рэйс в одном номере мотеля, готовясь к операции, он успел узнать эту женщину лучше. И то, что он видел, нравилось ему всё больше. Билли всегда предпочитал нежных, женственных подруг, таких, как покойная Бекка. Рэйс лепилась совсем из другого теста. Не грубая и не мужеподобная, как многие женщины-альфы, она, тем не менее, казалась достаточно крепкой, спокойной и надёжной, как статуя богини победы. На неё можно было положиться, Бутчер понял это сразу. Как и то, что местами она поразительно напоминала его самого. Даже её судьба относительно походила на его собственную. Она и её брат родились в неблагополучной семье и их обоих до полусмерти избивал неистово религиозный отец, пока, наконец, служба опеки не забрала и не передала на воспитание двоюродному дяде, тому самому фермеру из Висконсина. Рэйс выросла сильной и на удивление стабильной. Её мечтой было получить медицинское образование и уйти в армию. Но она отказалась от этого, когда обнаружила, что её брат имеет аллергию на препараты, блокирующие его омежье происхождение. И теперь большая часть её жизни была посвящена заботе о самом близком и единственном члене семьи, которого она по дерьмовой случайности не уберегла. Эта их странная похожесть являлась главной причиной, почему Билли взялся ей помогать. И потому здесь он выкладывался на полную. … Темная тень вышла из-за дальней стены и неспешно двинулась вдоль изгороди. Бутчер рывком опустил бинокль и, цепляясь за ветки, стремительно спустился вниз. Под деревом его ждала Рэйс. В темноте лицо женщины казалось спокойным, и только руки несильно подрагивали от возбуждения от предстоящей схватки. - Четвёртый сектор, на один час. Пять секунд. Давай! К чести альфы, она не промедлила ни мгновения. Мгновенно развернувшись в указанном направлении, она напряглась. И через секунду Билли остался под деревом один. Ещё через две секунды Рэйс вернулась. В её крепком захвате ошеломлённо застыл рослый крепкий мужик в шлеме и чёрной маске. Как видно, охранник так обалдел от резкой смены декораций, что не успел сделать ни единого движения. Билли вырубил бесполезного ублюдка одним ударом, в очередной раз преисполнившись мысленной благодарности к медикам Воут, которые сделали его настолько сильнее. Вдвоём с напарницей они стремительно разоблачили свою жертву, а потом уже больше часа мерзнувший в одних трусах Бутчер в ритме турбо натянул чужую форму. Штанины оказались коротковаты и обтягивали задницу больше, чем нужно, но остальное село как влитое. Сильные женские руки обхватили плечи напарника и без перехода мир дёрнулся перед его глазами, как долбанная фотоплёнка. Мгновением позже они оба оказались за широким разлапистым кустом – чуть ли не единственным растением на лысом, покрытом только отросшим газоном дворе. Рэйс сработала идеально. Бутчер потратил целый миг, чтобы восхититься ею ещё раз после того, как он снова остался во дворе особняка в абсолютном одиночестве, если не считать трёх охранников, двое из которых которые бродили неподалёку. На первый этап операции потратили не меньше двадцати секунд, а это было долго. Поэтому Билли поспешил выйти из-за куста, покидая едва не единственную слепую зону, которая имелась на этом дворе. Впрочем, слепой она была только по его расчётам. Он знал изначальную схему дома, как и расположение камер и датчиков. Но здесь могли установить дополнительную систему обнаружения уже после постройки, о которой информатор мог не знать. Поэтому, Бутчер вышел на освещённое место уверенной и неторопливой походкой, но при этом сильно стремаясь. Впрочем, никакого внимания он не привлёк. Как видно, несколько десятков лишних секунд здесь роли не играли. Повернувшись спиной к подъездной дорожке, он так же медленно пошёл в сторону парадного входа, как на его глазах делали предшественники похищенного охранника. По сценарию ему предстояло войти в дом, пройти его насквозь и выйти через заднюю дверь, после чего обменяться постами с типом в будке. Билли почти достиг потёртых каменных ступенек и уже уверился, что всё получится. Когда внезапно его слуха достиг знакомый пугающий звук рассекаемого воздуха. Миг спустя на уложенную дорожку позади с коротким тяжёлым звуком неразорвавшегося снаряда приземлился Хоумлендер в своём извечном дурацком костюме.