Последствия моих ошибок

      Из окна, на котором были слишком короткие занавески, потому что на длинные не хватило денег, падала тонкая полоска света, но просыпаться не хотелось. Санджи было слишком тепло и спокойно в теплых объятиях Зоро.       Он мерз без Зоро последнюю неделю, что тот улетел на сборы и тренировки перед финальным матчем за звание Лучшего мечника в мире. Санджи жался одиноко в постели как всегда, когда Зоро уезжал летом в родной город к семье. А Санджи оставался один в квартире, ему ехать было некуда. Но в этот раз было даже не лето, а уже конец зимы, потому без Зоро было физически тяжело. Но зато теперь, когда он обнимал… Погодите-ка! — Маримо! — дернулся, как бешеный в кровати Санджи. — Тссс, — Зоро обнял его поперек талии и плотнее прижал к своему голому торсу. — Не ори, соседей побудишь. — Какого черта?! — Санджи лежал на боку, спиной к Зоро, и яростно шептал, пытаясь задеть его еще и пяткой. — Нет, я бы даже спросил КАКОГО ХУЯ.       Зоро поймал ногой его ногу и прижал, чтобы больше не пиналась. Счастливо прижался щекой к обтянутой футболкой спине. — Я прилетел ночным рейсом. Не стал оставаться на пресс-конференцию. Я чемпион, остальное не важно. О чем мне с ними битых два часа болтать? — Ты псих! Я думал, ты только завтра вернешься! — Я больше не мог так долго там без тебя. Я выиграл и все, пошел домой. — «Пошел домой», — ядовито процитировал Санджи. — Ты просто сбежал! Они собираются чествовать чемпиона, а ты! — А я здесь, — Зоро еще плотнее прижался к спине и поцеловал Санджи между лопаток. Тот не мог поехать с ним на сборы — у Санджи до сих пор не было нормальных документов, он не мог пользоваться своей настоящей фамилией, чтобы Винсмоуки его не выследили. Да и тренер Зоро велел ему воздерживаться, потому забрал с собой в тренировочный лагерь недалеко от стадиона. Хитрый хрен Рюма давно понял, что Ророноа не способен удержаться рядом со своим партнером и точно не будет соблюдать целибат.       Но все его опекунство над упрямым Ророноа дало свои плоды. Тот уверенно побеждал одного претендента за другим, став практически сразу главной молодой звездой и претендентом на титул. И кроме того — спортивной знаменитостью, немало одним своим существованием поднимавшей престиж Университета Мариджоа.       За три месяца отборочных и состязаний в сетке Ророноа Зоро стал кем-то вроде национальной звезды, а когда вчера вечером в Гранд-Лайн транслировали его бой с Михоуком онлайн, на улице толпа просто бесновалась. Они запускали петарды и обнимались, когда спортсмен из Гранд-Лайн впервые за двенадцать лет отнял титул у казалось бессменного чемпиона из Курайганы. Кендо моментально стало новым любимым спортом всей страны.       Санджи вчера сам был жертвой этого массового помешательства. Патти и Карне из футбольных фанатов уже месяца два как переквалифицировались в экспертов по кендо и сыпали словечками оттуда, нередко перевирая их. Санджи стоило титанических усилий не поправлять эту дурную парочку, чтобы не спалиться. По легенде для коллег он встречался с девушкой-пловчихой с милым прозвищем Маримо, потому что у нее волосы похожи на зеленые водоросли, когда она плавает под водой.       Но отчасти Санджи был благодарен фанатству Патти и Карне, потому что благодаря им он сам смотрел выступление Зоро в прямом эфире прямо на кухне Барати.       Цыкал на поваров вместе с Зеффом, что те отлынивают от работы, а сам зыркал краем глаза, пока чистил картошку. Зоро был великолепен. Таким, каким Санджи давно его не видел — уверенным, решительным, готовым не принять, но взять свою судьбу собственными руками.       Таким… из другой лиги, что под ложечкой немного затянуло. — Так держать! Наш парень! — пританцовывали посреди кухни Патти с Карне и лыбились своими жуткими улыбками. — А вот он где теперь, у Гранд-Лайн, выкусите! Ни одна страна не могла отбить себе кубок у Михоука, а мы смогли! — А ну галдеж прекратить! — рявкнул на них Зефф. — Бездельники! Он выиграл, так что давайте-ка за работу! Сейчас народ отмечать событие повалит! — Но шеф, он еще должен интервью дать! Первые впечатления от победы! — забеспокоился Карне, он хотел полностью насладиться единением и триумфом со своим кумиром. — Ничего он пока давать не будет, видишь, пошел отлить. Эй, а ты куда намылился, Баклажан?!       На экране новоявленный мировой чемпион отмахнулся от журналистки и пошел прямо через стадионный газон куда-то к двери. Санджи поспешно вытер руки от очистков и двинул к задней двери. — У меня законный перекур! Я с утра не ходил, а от этих обормотов еще и голова разболелась! — С утра?! Да ты раз пять туда бегал! — возмутился ему в спину Зефф, но Санджи уже выскользнул на задний двор, под высокий навес для мусорных баков, где почти пять лет назад судьба свела его со сварливым стариканом.       Старый хрен был прав, Санджи и правда дымил сегодня паровозом, ведь сегодня был решительный матч с Михоуком за звание лучшего. И хотя Санджи говорил себе, что ничего страшного, если Зоро проиграет, что он еще очень молод и у него будет десяток чемпионатов впереди, руки все равно предательски тряслись, а во рту пересыхало. Сигареты помогали справиться с нервозностью и не вызвериваться на Патти с Карне.       На экране смартфона высветилось «Маримо». — Завитушка! — от этого возгласа дыхнуло свежим ветром над зеленой травой стадиона прямо в холодный конец зимы. Зоро был за тысячи километров, у него был утренний матч, а у Санджи — вечерняя смена в ресторане. — Ты смотрел! — Конечно, Маримо. Это было… ты выпустил… ты был на высоте! — выпалил Санджи, сам ощущая себя нервным радостным подростком, который не может унять свои эмоции. Наконец, он был один и не надо было ничего изображать перед поварами. — Михоук тоже был чертовски хорош! Это был бой на пределе! Я прямо чувствую, что у меня аж руки болят сейчас. Представляешь, это был реально мощный бой! — их обоих переполнял восторг. Мечта Зоро, его главная жизненная цель — вот она, у него в руках. — Я заметил! Михоук просто чудовище с мечом, я даже в начале за тебя испугался! — Да я сам удивился, когда он так рванул. Но рука все помнит, работала даже быстрее, чем мозг! Видел первое парирование? — А то! Ты будто в последнюю миллисекунду успел! И он тогда замер от удивления, словно этот удар его никто никогда не парировал! — было так радостно сливаться с Зоро в радостном экстазе, а еще — что Зоро первым позвонил ему. Сбежал прямо перед награждением и вот — набрал Санджи. — А его и правда раньше никто не парировал, кроме меня! — самодовольно смеялся Зоро.       «Ророноа, Ророноа, весь стадион ждет. Вы здоровы, вам нужен врач?» — раздалось вместе с глухими стуками в трубку. — Ну что за народ, прямо в туалет ломится, — крякнул Зоро. — Ты когда домой? — только быстро спросил Санджи, тупо улыбаясь мусорным бакам. — Сенсей должен сказать. Утром еще пресс-конференция. А! Я еще хочу Михоука пригласить выпить сегодня вечером. Он как бы мой кумир с детства. И теперь мы как на равных. — Пффф, Маримо, ты в своем репертуаре, ты только что лишил его титула, с которым он больше десятка лет ходил. — Думаешь, откажет? — неуверенно уточнил Зоро. «Ророноа», — долбили в дверь. — Да погодите вы! У меня важный звонок! — отгавкался он.       Санджи счастливо зажмурился. Он и есть тот самый важный звонок Ророноа Зоро, весь мир хочет его видеть, а он все еще хочет видеть Санджи. Победа Зоро, которой он страшился немного из-за его все нарастающей популярности, не развела их, и Санджи был абсолютно счастлив за своего парня. — Другому бы отказал, решил, что эго потешить решил. Но не тебе. С твоей прямолинейностью Михоук тебе не откажет, я уверен. Ты ведь и правда его фанат. — Он же просто охрененный мечник. — Я знаю, Маримо, у нас с тобой были вечера просмотра записей его выступлений. Много вечеров. Я бы сказал, слишком много. — Теперь мои выступления будешь пересматривать, — Санджи не видел Зоро по телефону, но готов был биться об заклад, что тот сейчас зубасто улыбается, так что рот не сходится. — А вот это — с большим удовольствием, Маримо, — засмеялся он, даже подкалывать не хотелось Зоро. Вот какой человек, когда сбывается его мечта — словно светящийся даже через телефон. Санджи не чувствовал себя обделенным, что не смог полететь из-за документов. Он ощущал себя рядом. — Ладно, они там отмычку что ли принесли, лезут в кабинку. Самолет завтра вечером, не бери вечернюю смену. Люблю тебя. — И я тебя… — Но Зоро уже положил трубку, видимо, к нему все же ворвались. Санджи не расстроился, он знал, что Зоро и без напоминаний помнит, что Санджи его любит. Теперь и он так дурацки улыбался, что зубы и губы не сходились, решительно было невозможно затянуться сигаретой.       Потому он тупо улыбался и пялился на мусорные баки. Скорей бы уже завтра, и Зоро прилетел, и Санджи смог обнять Зоро-который-исполнил-мечту. — Ты что, бросил курить и перешел на что потяжелее? — из влюбленных мыслей его вырвал Зефф, вышедший с чем-то к мусорным бакам. Явно просто отговорка, а пошел Санджи проверить. — А, с девушкой своей миловался опять, — заметил Зефф смартфон в руках. — То-то я гляжу, как контуженный. — Что? Нет! — смутился Санджи и быстро сунул смартфон вместе с сигаретой в карман. Ойкнул, принялся доставать, обжегся. Запрыгал на одной ноге, выворачивая поспешно карман, это его единственный пиджак.       Зефф даже хохотнул от зрелища. — Что-то хорошее случилось? — А? Нет, — смутился Санджи и быстро добавил. — Завтра в вечернюю я не могу, у меня свидание! — Да я уже понял, баклажан, — Зефф с усмешкой гладил усы. Его веселило, как мелкий баклажан пронес через все годы работы в Барати всегда трепетное отношение к своей девушке. Да вот все с предложением не спешит, быть может, ближе к лету Зефф даст ему шанс поработать су-шефом. Там и ставка повыше, тогда глупый баклажан отважится. А то ведь упустит свое счастье.       А нельзя упускать людей, при мысли о которых у тебя такая улыбка на губах.       Так что Зоро Санджи ждал только завтра вечером, потому что на утро у того была пресс-конференция. И вот тебе — жмется, как мурчащий кот, к его спине с утра пораньше. А там пресса небось места себе не находит. — Ох, Маримо, ну и чудило же ты… — бессильно выдохнул Санджи, дело сделано, назад уже не вернуться так быстро. Он закинул руку за спину, чтобы взъерошить волосы на голове Зоро. — Эх, Завитушка, — Зоро оттягивал ворот старой заношенной футболки и прижимался к бледной коже губами. — Я вот что хотел спросить. А в тебе когда-нибудь бывал член Чемпиона мира? — Что! Тьфу-ха-ха-ха. Боже, Маримо, аха-ха-ха, — вынесло почему-то Санджи, Зоро сама непосредственность. — Эй, не шуми, собрался перебудить всех соседей, чтобы послушали твои стоны! — возмутился Зоро, но пока одна рука крепко прижимала спину Санджи к его груди, вторая ловко стянула с него свободные спортивные штаны, в которых он спал из-за холода. И тут же принялась гладить его ягодицы, с каждым движением приближаясь все ближе и ближе к той самой точке. — Ма… маримо, — смутился Санджи, сжимая глаза и вцепляясь в подушку, на которой лежал. — Что такое? — мурлыкал Зоро на ухо. — Я думал об этом все долбанные четыре часа в самолете. Четыре часа в самолете со стояком, а я ведь теперь знаменитость. — Н-н-не… не так быстро. Я давно не… — смущался Санджи почему-то. Когда Зоро жаждал его так прямолинейно и открыто, всегда заставляло Санджи немного тушеваться. Словно он не очень верил, что его правда без иронии можно так страстно жаждать. — А ведь и правда, у тебя давно не было. Отвык от меня, да? — нашептывал Зоро, он слегка придавил Санджи телом, чтобы дотянуться до лубриканта на прикроватном столике около окна. И прошептал на ухо страстно-низким голосом: — Ничего, пусть впервые с чемпионом будет словно это твой первый раз. — Самодовольный ублюдок, — не мог не посмеяться сквозь смущение Санджи. — Имею право, — мурлыкал ему на ухо Зоро, расцеловывая его, чтобы отвлечь Санджи от того, что творят смазанные в лубриканте пальцы. Санджи уткнулся носом в подушку и сцепил зубы, чтобы не издать ни звука. Который сейчас час? Шесть? Семь? Соседи и правда еще спят, будет ужасно невоспитанно будить их…       Их первый чемпионский секс вышел очень тихим и очень интимным. Санджи прикусывал уголок подушки, Зоро обнимал его обеими руками сзади и прижимал плотнее, что старая покосившаяся кровать не так сильно скрипела. Хотя, конечно, она скрипела от размашистых движений бедрами неутомимого Зоро. Иногда в скрип вплетались сдавленные вскрики и вздохи из подушки, на каждый из которых Зоро нашептывал Санджи сбивчивые, безумные ласковости о том, что тот самый желанный, самый горячий. И что было преступлением оставлять его одного так надолго, но больше Зоро такой ошибки не повторит, больше тело Санджи не забудет формы его члена.       Бесстыдный ублюдок, такие слова смущали его только больше! Все же уже был рассвет, а Санджи более раскрепощено чувствовал себя в полной темноте. — Завитушка, такой тугой. Такой податливый, просто идеально сделан под меня. Мой Завитушка, — бесстыдно шептал на ухо, которое просто не могло никуда увернуться из жестких объятий, Зоро.       Он не разжал рук даже когда кончал. Просто напрягся в момент оргазма и расслабил позвоночник вдруг разом с судорожным вдохом, но не руки. Руки продолжали сжимать Санджи так же крепко, что было почти трудно дышать, но он не был против. В крепких объятиях чемпиона, а еще и идиота, сбежавшего с собственной пресс-конференции, было так по-правильному спокойно. Санджи принялся улыбаться в ту же самую подушку, которую только что всю искусал.       Зоро не спал, Санджи слышал его размеренное дыхание прямо в спину. Он тоже лежал и просто слушал биение чужого сердца, вдыхал запах волос и впитывал тепло тела. — Вот теперь я полностью счастлив, — выдохнул Зоро немного погодя, словно они остановились посреди беседы ранее. — Не когда победил Михоука? — хмыкнул Санджи. — Ну…. Почти, — протянул задумчиво Зоро. — Ты же не смог полететь со мной. Но вот теперь — полностью, мой Завитушка.       Он обнял еще сильнее, и из легких Санджи вылетел последний воздух. — Полегче, здоровяк, придушишь. Пусти. — Не пущу! — по-ребячески уткнулся в лопатки лбом Зоро и сжал еще крепче. — Ни за что. — А ну пусти, придурок. — Не отдам, — Зоро дурачился, как малолетний ребенок, не желавший отдавать найденного щенка. А Санджи хихикал, и воздуха не хватало, то ли от смеха, то ли от профессионального захвата. — Зоро! Зоро, твою мать! Мне оборвали все телефоны! — в дверь кто-то адово затарабанил. От громкого крика во дворе зашипели и кинулись в рассыпную кошки.       Зоро мигом сел на кровати, дико вытаращившись на Санджи. — Блядь! Это Куина! Какого черта она… — Я слышала тебя! Ты пропал посреди завершающей программы! Тебя все искали, какого хрена ты выключил телефон! Ты вообще там?! — хлипкая дверь старой квартирки тряслась от праведного гнева старшей сестры, которая даже была не уверена, что он там. — Скажи спасибо, отец еще спит и его никто не успел задолбать! Что ты там учудил?!       Санджи тоже вскочил на кровати, и они сидели и пялились друг на друга с выпученными, как плошки, глазами.       Куина не знала, что они живут вместе. Еще она не знала, что Санджи подъедает привезенный ей рис, что они трахаются, что они без ума друг от друга, и что встречаются еще со школы. Вообще-то она ничего не знала о Санджи еще со времен выпускного, когда он сбежал из дома.        Санджи первый собрался, и его взгляд метнулся к окну. Оно выходит на ржавую пожарную лестницу, а их квартира всего на втором этаже. Санджи уже сбегал так не раз и не два, когда Куина заваливались проверить, не зарос ли мхом и нестиранными футболками ее такой самостоятельный младший брат. В такие дни он притаскивался в Барати не в свою смену или раньше часов на пять под предлогом, что хочет поучиться, как готовят повара.       Зефф как ни странно ничего не говорил, даже если встречал Санджи под дверьми Барати в семь утра. Просто хмыкал и пускал внутрь, даже давал простые ингредиенты, чтобы приготовил завтрак-сюрприз для остальных обормотов.       Санджи ринулся было к окну, на ходу запихивая пяткой все свои личные вещи под кровать. Но Зоро поймал его за запястье. — Мы можем перестать прятаться, — быстро прошептал он. — Я теперь Чемпион, я все решаю сам.       Санджи нервно потянул руку на себя и вывернул ее из захвата. — Не порть родне дни триумфа! Не смешивай эти две новости. Мы всегда можем сказать им потом. А то твоего отца от такого потока новостей удар хватит, Маримо! — Потом? — просяще повторил Зоро. — Ророноа, твою налево, Зоро, я весь дом перебужу! Все узнают, что ты тут живешь! — Куина была неукротима в своем возмущении. Пропал, вся страна его ищет, а он телефон выключил. — Потом, потом, — Санджи торопливо схватил спортивный худи, который лежал ближе всего к кровати, кроссовки в руки. И нагнулся к немного надувшемуся от обиды Зоро, чтобы поцеловать пару раз в лоб. — Сейчас много других вопросов, Маримо. По одной проблеме за раз, лады?       Зоро слегка просиял. Но скорее от поцелуя, чем от слов.       Санджи поспешно вылез в окно босым, в одной толстовке. Пуховик, который драли гуси, иначе ничем не объяснить, почему он достался Санджи после Зоро таким покоцанным, висел на самой входной двери, где бушевала Куина.       Холод тут же лизнул изнеженное от ласк Маримо тело, додумался же в конце февраля в одной кофте по утрам лазить. Но хода назад не было. — Иду-иду, харе орать, словно опять рожаешь! — проорал не менее громко Зоро и потопал в одних штанах открывать Куине дверь. Санджи успел только увидеть ее смутный силуэт в темном проеме двери, квартирка была маленькая и вся просматривалась насквозь.       И тут же нырнул и пригнулся, чтобы не быть замеченным. Торопливо на корточках принялся напяливать на себя ботинки. Что же, он просто заявится в Барати с утра пораньше, якобы чтобы отработать вечерний отгул ради свидания. Часик можно побегать вокруг парка вместо утренней зарядки.       Футболка была мокрая на спине и противно липла к телу даже под теплым худи. Жаль, что он в душ даже не успел сходить и приготовить Зоро завтрак настоящего чемпиона. У них могло быть такое нежное уютное утро, Санджи бы тоже нашептал Зоро на ухо пару нежностей. Но не время хандрить, в Барати есть влажные салфетки… Погодите, что это за странное ощущение? Зоро что, кончил в него без презерватива?! Взял свою награду, мохоголовый изврат, что у него за мания — пихать в Санджи свою сперму! — Вот придурок, не был бы сегодня чемпион — башку бы ему под корешок снес, — пробормотал Санджи, ежась. Женский голос за окном отчитывал Зоро за то, что он заставил всех, а особенно семью, волноваться. Зоро бубнил что-то безответственное в ответ.       И Санджи аккуратно спустился во двор, стараясь не привлекать к себе внимания. Семья Зоро очень его любит, а сейчас безумно горда им. Еще бы, настоящий Чемпион всего гребаного мира!       С неоднозначными новостями про то, что их сын педик, можно в праздничный день и не спешить.