хрустальные крылья бабочки.

Минхо и Чан зашли в здание, где проходила конференция. Минхо впервые столкнулся с тем, что вокруг него множество богатых и умных людей. Все они выглядели как какие-то политиканы, юристы и экономисты, бизнесмены. Минхо же ходил рядом с Чаном и смотрел на всё с привычной маской безразличия. Однако эта маска снималась мгновенно, когда Чан начинал разговаривать с ним. Минхо сразу же смеялся, улыбался, а его глаза блестели. Чан и Минхо стояли в центре зала в ожидании, когда конференция начнётся. Пока ходили и подавали всем шампанское. К Чану подошёл какой-то юрист и начал спрашивать его про бизнес. — Моя компания правда выросла за последний год. Я думаю, что это заслуга моих подчиненных — настоящих профессионалов своего дела. В моей компании работают настоящим мастера экономики, — заявил Чан с уверенной улыбкой. — А это правда, что вы самостоятельно отбираете своих сотрудников? — спросил юрист. — Да, конечно. Вот, например, познакомьтесь. Это мой сотрудник и помощник: Ли Минхо. Он студент Сеульского университета. Учится на факультете высшей математики. Невероятно умный юноша. Я бы даже сказал вундеркинд. Именно такие молодые люди поднимают мою компанию. Конечно же, он учится на бюджете, потому что очень умен и хорошо сдал экзамены, — сказал Чан хвастливо, обняв Минхо за плечо. Минхо стало некомфортно от того, что его выставляют на показ, словно какую-то зверушку. В машине Чан задавал вопросы только ради того, чтобы потом похвастаться перед богатыми дядьками, словно Минхо был его собственностью? Только ради этого? Он не хотел узнать его поближе? Как человека, а не вещь? Минхо дождался, пока Чан договорит и юрист закончит расспросы, и он бы ждал дольше, если бы босса не облепили со всех сторон с расспросами. Минхо вырвался из этой массы людей и положил руки в карманы, идя подальше. Он заметил большой балкон, где было мало народу. Он вышел на него, ночной Сеул кинулся ему в глаза. Холодный ветер обдувал тёмные волосы парня. Минхо покопался в карманах спортивок и нашёл там старую пачку смятых сигарет. Он взял одну и закурил, выпустив дым вдаль ночного города. С такой высоты люди внизу казались крошечными. Был уже ноябрь, поэтому люди ходили в пальто. Минхо наблюдал за ними сверху, куря сигарету. — Минхо! — окликнули его сзади. Минхо обернулся и посмотрел назад. Там был Чан. Он казался растерянным, но все таким же мужественным. — Я тебя потерял, — сказал мужчина, подходя к парню и тоже опираясь на перила. Он осмотрел Минхо, стоящего на балконе в одной рубашке и спортивках. — Тебе не холодно? — Нет, — коротко ответил Минхо. Они молчали. Младший продолжал курить. Наконец, сам Минхо заговорил. Это впервые, когда он сам начал разговор. — Вы задавали эти вопросы в машине ради того, чтобы узнать информацию и потом похвастаться, верно? — спросил Минхо и его слова были острым ножом. — Что? Нет-нет! — сказал удивленный Чан. — Я вам не зверушка, которой можно хвастаться перед богатеями, — огрызнулся Минхо и сделал глубокую затяжку. Дым наполнил его лёгкие. — Я — человек. — Минхо, что ты такое говоришь? Я правда интересовался твоей жизнью, я интересовался тобой… Потому что, ты мне интересен. Парень замер, услышав такие слова Чана. Он не смел поднять глаз и смотрел всё ещё вниз, держа в руках сигарету. — Я не хотел тебя обидеть. Ты правда очень интересный и умный парень, которым я восхищаюсь. Я не хотел сделать тебе неприятно, поверь мне. Наш разговор в машине… Это было важно для меня. Мне важно узнать тебя. — Понимаете… Я рассказал вам то, что не рассказывал никому. Я почему-то доверился вам, — признался Минхо и потушил сигарету и повернулся к мужчине. Они стояли напротив друг друга, холодный ночной ветер обдувал их волосы. Минхо посмотрел на мужчину напротив, в его глаза, а после и на губы, которые были так близко. Ему захотелось их поцеловать нежно. Чан же стоял напротив и тоже заметил их близость. Они стояли так близко, их губы были совсем рядом… Но незнакомый голос объявил о том, что скоро начнётся конференция, и попросил всех пройти в зал. Минхо вздохнул, поглядев на мужчину, на лице которого тоже виднелось разочарование. Они пошли в зал и заняли свои места. Конференция представляла собой абсолютно скучную политико-экономическую дискуссию, в которой Минхо не очень хотел участвовать, да и слушать собственно тоже не желал. Он сидел в своих мыслях, иногда поглядывая на Чана, сидящего рядом. Казалось, тот и правда внимал всю информацию, которую говорили на этой конференции, либо искусно делал вид, что ему интересно. В любом случае, Минхо находился в астрале, размышляя о своём. Он думал о том, что произошло на балконе. Какого чёрта ему захотелось вцепиться в губы Чана, своего начальника? Почему он пожелал быть настолько близким к этому мужчине, чтобы буквально отдаться ему, довериться и раствориться в поцелуе? Минхо чувствовал, как в его сознании происходят какие-то перемены, которые он не в силах контролировать. Маска безразличия, одевая которую, он оставался в комфорте, теперь была бесполезна. Рациональный и аналитический ум Минхо не мог бороться с позывами его сердца. Он оказался в ловушке, в которой разум — бессильное существо. Неужели он способен впустить кого-то в своё сердце? Боже, Минхо даже страшно произносить это слово, но мало ли, он… влюбился? О, нет. Это не так. Минхо никогда не влюблялся, даже в школе у него не было отношений. Он всегда был просто наблюдателем. Смотрел со стороны за отношениями других людей. Конференция подошла к концу. Чан и Минхо встали со своих мест и стали идти к выходу. По пути мужчина старался останавливаться и общаться с различными политиками и юристами. Минхо же просто молча стоял рядом и даже не слушал: его мозг и сердце перегрелись. Вдруг он столкнулся спиной с кем-то и обернулся. Перед его глазами появились знакомые черты, а в ноздри проник, казалось бы, известный аромат. Перед ним стоял Хван Хёнджин. Тот парень, которого Минхо вежливо отшил больше двух месяцев назад. Было неловко встретиться снова. Хёнджин был как всегда великолепен: золотые волосы зализаны назад; душистый аромат, исходящий от него, доносился до всех присутствующих; стройное подтянутое тело в черном официальном пиджаке. На лице как всегда смесь учтивости и уверенности. — Здравствуй, Минхо, — сказал Хёнджин, когда они встретились. — Не ожидал тебя здесь увидеть… Минхо оглянулся, проверив, чтобы Чан не слышал этот разговор. А мужчина стоял где-то позади. Его поймал какой-то политик, с которым он активно разговаривал. Хёнджин заметил, куда был устремлён взгляд Минхо и ухмыльнулся. — Ты с ним, верно? — спросил Хёнджин, ухмыльнувшись. — Так тебе всё-таки удалось получить работу у Кристофера Бан Чана? Хах, а ты ловкач. Не думал, что ты окажешься таким. — Каким? — спросил резко Минхо, услышав подвох в этой насмешке. — Тем, кто ловит большую рыбу. — Что ты имеешь в виду? — Не притворяйся дураком, Минхо, — сказал Хёнджин, поправив свои волосы. — Ты зацепился за Бан Чана, словно клещ. Я бы сделал также будь я на твоём месте. Ты ему определенно нравишься, раз он привёл тебя сюда, пытается впихнуть в элиту общества. Открой глаза: только вчера ты был бедным студентом, сегодня ты уже крутишься среди политиков и бизнесменов. Это так забавно. — Ты несёшь бред, — огрызнулся Минхо. — Я просто у него работаю. — Ах, да, конечно. Личный учитель математики его дочери присутствует со своим боссом на самой крутой конференции в Сеуле, — Хёнджин тошнотворно ухмыльнулся и наклонился к уху парня, прошептав: — Знаешь, по тебе не скажешь, что ты можешь вертеть своей задницей перед богатыми ублюдками. Минхо сглотнул, сжав руку в кулак. Ему хотелось ударить по этой самодовольной морде прямо здесь, но он не хотел устраивать сцен и подставлять Чана. — Как же хорошо, что скоро моя сестра наконец заберет свою дочь от этого придурка, — сказал Хёнджин и поправил свои роскошные волосы. — Представляю, что будет с этим идиотом: он, полагаю, сопьётся или захочет сброситься с моста. Дочь для него — всё. — Так ты… ты дядя Юны? Брат бывшей жены Чана? — О, так ты в курсе, что там происходит? Я стараюсь не лезть в их разборки, но иногда читаю новости, — сказал Хёнджин. — Хван Йеджи моя старшая сестра. Выйти замуж за этого ублюдка — её роковая ошибка. Теперь она хочет забрать дочь, чтобы насолить ему. — Блять, ты и твоя семейка не посмеют забрать Юну у Чана, ясно? — сказал Минхо. — У вас нет шансов. — Мне всё равно, что ты скажешь, — огрызнулся Хёнджин, а после с насмешкой произнёс: — Мне лично плевать с кем будет девчонка, я просто знаю свою сестру, которая привыкла добиваться своего. А ты… Ты та ещё шлюха, Минхо. Решил занять тепленькое местечко, которое нагрела моя сестра, рядом с Чаном, да? — Закрой свой рот, — проскрипел сквозь стиснутые зубы Минхо. — Помни. Ты можешь отступить, чтобы не стать частью этой жесткой игры, Минхо. Делай это, пока не поздно. С этими словами Хёнджин ушел и пропал где-то в толпе. Минхо не видел его больше. Он подошёл к Чану и они пошли в машину. Всю дорогу обратно Минхо думал только о словах Хёнджина. Вот ублюдок. А если он прав? Если ему и правда не стоит вмешиваться и лучше оставаться где-то в стороне. Но как можно остаться в стороне, когда у него и Чана возникла определенная связь? Они ехали в тишине. Было видно, что каждый по-своему устал. Чан переписывался с кем-то в телефоне или звонил кому-то. Даже в машине после конференции дела по бизнесу не могли оставить его. А Минхо сидел, прислонившись щекой к окну и смотря на мелькающий ландшафт города, который быстро менялся в окне, будто кадры кинофильма. В голове у парня были мысли, которые он не мог структурировать и привести в порядок, что вызывало у него раздражение. Приехав домой, Минхо пошёл к себе в комнату и рухнул на постель без сил, чёрт, он правда устал. В голове мелькали слова Хёнджина… Теперь, кажется, парень начинал понимать, что происходит. Бывшая жена Чана была хищница, которой было в забаву устроить хаос в жизни бывшего мужа, чтобы отомстить ему за мелкие обиды в браке. Так, во всяком случае, сказал Хёнджин. С этими мыслями Минхо погрузился в сон.